Глава 8

Глава 8

Гвоздь

Все просто. Я справлюсь. Просто сконцентрироваться на деле. Сосредоточиться на грядущей войне с вампирами. Держать Яну в безопасности. То есть, подальше от других вампиров и в первую очередь от себя.

— Черт! — выкрикнул я, как только перед глазами возникло ее лицо. Клянусь, даже в голове прозвучал ее сладкий стон. Эту девицу просто невозможно забыть. Пришлось в который раз напомнить себе, что она сама этого захотела. Заставила меня. — Всего лишь одноразовая интрижка. Ничего такого.

Я еще раз стукнул по дереву, сделал глубокий вдох и пошел к главному дому, где все уже собрались. Битва с вампирами состоится через день, и у ведьмы возникло новое видение.

Я поймал себя на мысли, что не хотел входить, ведь мог встретить Яну. Просто не был готов видеть ее. Не знал… боялся, что почувствую. Дьявол, ей точно не понравится записка. Не знаю, какого хрена написал ее. В самом деле, разве секс между вампиром и охотником хорошая идея? К моему удивлению, ее не было. Собрались почти все, даже Никола приперся. Но не Яна. И я вдруг понял, что разочарован этим фактом. Какого…

— Все изменилось в лучшую сторону, — объявила ведьма Блэков. — Враги погибнут. Все. С нашей стороны также будут утраты, и я не буду говорить, кого мы потеряем, потому что это знание может навредить и изменить ход истории не в нашу пользу. Но главное, что Драговы никогда не смогут навредить никому из нас.

 И как это понимать? Кто-то из наших тоже погибнет роковой ночью, но она не скажет, кто именно? Чудненько!

— Ты говоришь загадками. — Я первым нарушил тишину. — Что успело произойти за одну ночь, что изменило ход истории в нашу пользу?

Ответ ведьмы заставил меня застыть.

— Яна! Она нам поможет.

— Как? Что ты с ней сделала? — нервно выкрикнул Никола. Он рванул к ведьме, но когда Бес попытался его придержать, вампир отшвырнул охотника к стене одним взмахом руки. Я преградил ему дорогу.

— Где Яна, Блэр? — спросил у ведьмы.

Она послала мне насмешливый взгляд и лениво протянула:

— Так, значит, теперь тебя волнует, где Яна, охотник? Это не ты ли говорил, что у вас с ней была всего одноразовая интрижка?

Гребаный ад! Я на секунду прикрыл глаза, точно зная, что последует дальше. Никола. Прежде, чем я успел увернуться, в мою сторону под пронзительный рев врезался обеденный стол. Ау! Это было больно.

— Теперь я точно тебя уничтожу, — заявил Никола зловеще. А потом и вовсе сорвался на ор:  — Ты посмел прикоснуться к ней?

И в меня полетело кресло. Стол я еще мог стерпеть, но это было уже лишним.

— Это не твое сраное дело, — заорал я и отбил удар. А потом и нанес свой. Выломал у стула ножку и вонзил импровизированный кол вампиру в бедро. Давно мечтал сделать это с придурком. Это только подзадорило вампира, и в конечном итоге мы каким-то образом оба оказались в противоположном конце дома, практически разрушив все на своем пути. Пока меня не оттянул Бес, а Николу – Теренс Блэк.

— Я заберу его, — вызвался Бес и начал оттаскивать меня к выходу. Нико орал что-то о моем вырванном сердце и выпущенных потрохах, я вообще ничего не воспринимал. Все равно мысли кружились вокруг Яны. Эта ночь как-то повлияла на ход истории. Нехило. Благодаря этому мы победим старых врагов. Вот только слова ведьмы не давали мне покоя. Кто-то из наших погибнет. А что если… она? Нет, мать вашу. Только не Яна.

— Да уймись ты, — проскрипел Бес и вышвырнул меня на улицу. Потом закрыл дверь и утер кровь с разбитой губы. — Ты бы видел себя со стороны.

— Где Яна? — спросил я, на что Бес насмешливо фыркнул.

— Ты же сам оставил ее на Блефа, забыл? Пойди и спроси у него.

Я зарычал от безысходности.

— Ты же знаешь, что он не говорит!

— Теперь ты видишь, насколько это идиотский поступок! — констатировал брат. — Оставить расстроенную девушку наедине с немым охотником. Он ее ни утешит, ни расскажет, куда она делась.

— Твою ж мать. А остальные? Никто не видел, куда она делась?

— Она все там же, где ты ее оставил, — послышался голос Делии. Невеста Беса вышла из дома и подперла двери. Ее взгляд мне не нравился. Она будто кричала, что я полный идиот, но снаружи оставалась непривычно спокойной.  Все потому, что она представляла себя на месте Яны. Когда-то я наблюдал, как Бес отталкивал Дел, не желая принимать свое влечение к вампиру. Теперь она думала, что у нас с Яной то же самое. Но ведь… Я же… Не так. Все не так.

— Хорошо, — произнес я. — Пускай там и остается.

____________________________

А меня просто снедала дикая необходимость поохотиться. Плевать, что я недавно с нее вернулся, у меня стресс.

Чем дальше в лес я бежал, тем яснее становились мои мысли. Как будто эта девчонка приворожила меня, точно ведьма. Она частично демон – похоже, им это подвластно.

Я мог бы придумать сотни причин по котором меня так влекло к Яне, и еще вдвое больше – по которым мы не должны быть вместе. Но правда – такая сука. Она засядет глубоко в сознании. И ничего с ней не поделать.

Вот и я… Я знал. Яна была чем-то особенным. Возможно чем-то, чего я ждал всю свою новую жизнь.

Как вспышка, в голове пронеслось воспоминания прошлого.

Кем я был? Обычным человеком. Слабым, порой беззащитным, даже больным мужчиной. В начале двадцатого века мир был даже более жестоким, чем сейчас. Если ты родился в неблагополучной семье – ты не человек. Животное. Я тогда очень хорошо понимал, что добиться уважения общества возможно только с помощью уважаемой профессии. На доктора так и не вытянул, но фармацевтом стал. Самым лучшим в Софии. К двадцати девяти годам я был на пике своего успеха. И мог быть добиться лучшего, если бы не заболел.

У меня было все, о чем я мог только мечтать. Любимая и любящая жена, прекрасная умная дочка, маленькая, но уютная квартирка, слава и уважение. Это все не досталось мне так просто. Я учился, работал, не спал ночами. Моя жена… Цвета была моим утешением, моей поддержкой. Я старался для нее, для будущего нашей Адалин. Видимо, кто-то решил, что всего этого я не достоин. Я заболел так сильно, что уже и не надеялся. Что выкарабкаюсь. Даже лекарства собственного производства не помогали. Я боялся смерти, и именно это со мной произошло.

Я стал случайным свидетелем убийства охотника. Вампиры – Драговы, напали на него скопом. Трое держали, пока один медленно вырывал сердце из его груди. То самое, которое сейчас бьется во мне. В ту ночь я не стал жертвой вампиров, хотя они видели меня, знали, что я стал свидетелем. Они не торопились бежать за мной, посчитали меня слишком легкой добычей. Но другие охотники прибыли раньше, чем Драговы вспомнили обо мне. Уж слишком они радовались убийству врага.

Почему главарь охотников решил отдать сердце мне – до сих пор не пойму. По легенде сердца могли принять лишь сильнейшие воины, а я… таким точно не был.

Я просто хотел жить. Я должен был. Ведь обещал Цвете и Адалин, что позабочусь о них. И я сдержал обещание. Пускай мне не было дозволено их видеть, я посылал им деньги, которые получал за головы вампиров. И был уверен, что они в безопасности. И опять оказался неправ.

Я стал одержим идеей уничтожить вампиров, охотился на них больше, чем остальные. И Драговы мне этого не простили. Они нашли Цвету. Обратили ее. И оставили ей нашу дочь. Как подношение.

Жестоко? Не для Драговых. Они распланировали все до мелочей. Они упивались своей местью. И делают это до сих пор. До этого самого момента.

Когда я нашел Цвету, погиб во второй раз. В переносном и в прямом смысле. Став охотником, я изменился, потерял часть себя и погрузился в совершенно иной мир, где правит бесконечная война. Семья была моим якорем, который я потерял навсегда. Неожиданно все потеряло смысл. Абсолютно все.

Я смотрел вампира в крови своей дочери, а видел любимую жену. Моей семьи больше не было, и я хотел отправиться за ними. Вот почему поддался Цвете. Вместо того, чтобы убить ее, я позволил ей себя испить, а затем и обратить. Я мечтал сдохнуть. Но и здесь, черт возьми, не произошло чуда.

Охотники остаются охотниками, пока в них находится каменное сердце. Даже, несмотря на их потребность питаться кровью. Я стал гибридом. Чем-то неизведанным. Наверное, только это меня и продержало до сегодняшнего дня. Я погрузился в опыты, исследования, изготовление новых препаратов. Как хренов сумасшедший, я размечтался, что смогу найти формулу антивампиризма. Что смогу… вернуть хотя бы жену.

Не вернул. А Цвета стала любимой игрушкой Драгова. Добровольно.

Не было ни дня, чтобы я не вспоминал о них. Просто не имел права забыть. Одно меня убивало… С годами воспоминания начали стираться. Даже сейчас я не мог вспомнить ни голоса жены, ни звонкого смеха дочери. Я не имел права забыть, но… Перед глазами была лишь клятая вампирша. Яна Драгова. Одна из тех, кого я поклялся истребить. Кого я ненавидел всем своим естеством. А теперь именно ее образ вытеснил все самое родное и когда-то любимое. Я ненавидел себя за это. Не ее. Себя.

____________________________

Я понимал, что она – не ее дядя. Не ее кузены. Одна девушка не может расплачиваться за поступки всего клана. Одно никак не укладывалось в моей голове. Какого хрена меня так тянет к ней? Почему еще тогда, в Софии, я знал, что она следит за мной, но никогда не пытался догнать. Я не догадывался, что она племянница самого Вазила, иначе бы тут же прикончил ее. Но даже сейчас, когда я знаю это, мне не хочется ей навредить. Напротив, черт побери. От мысли, что кто-то обидит ее, как сделал Радо, у меня сжимаются кулаки. У меня не возникало такого желания, даже когда все братство было решительно настроено убить Делию. А теперь, похоже, стал одержим идеей уберечь Яну, спрятать от всего зла мира. Почему именно сейчас, когда привалят старые враги…  и притащат с собой Цвету, чтобы добить меня, я не могу сосредоточиться на деле?

Если это не насмешка судьбы, то я не хренов вампир.

— И чего тебе надо от меня? — проорал я в небо.

Никто не ответил. Никто, кроме моего внутреннего голоса.

«Иди к ней»

Вся моя жизнь бессмысленный бред. Я не вернулся обратно, а начал охоту на оленя. Выследить и догнать зверя ничего не стоило. Но в момент, когда я собрался вонзить в него свои клыки, понял, что хочу совсем другого. Другой крови. Ее.

— Да чтоб тебе провалиться, — со злости выкрикнул я и отпустил дрожащее подо мной животное.

Я глянул небо и увидел, что время близится к рассвету. Что-то в груди больно кольнуло, зародилось чувство тревоги, опасности. Я не мог понять, что это было, ведь раньше никогда ничего подобного не ощущал.

«Яна»

Разрази меня гром, если дело не в ней. Я чувствовал ее, и чем ближе приближался к дому, тем яснее понимал, что она в опасности. И что еще хуже, я виноват в этом.

Не успел подняться по ступенькам в дом, как входная дверь открылась, и на порог вышла Делия. Я все понял без слов по выражению ее лица.

— Как, мать твою, ты могла ее упустить? — заорал я.

Ее глаза удивленно округлились, и я заставил взять себя в руки. Не психовать!

— Ого, — воскликнула Дел. — Да ты реально… Ух…

— Я знаю, — процедил я. — Она важна, ясно?

— Ясно. Зачем тогда ты оставил эту гадкую записку? — с укором спросила она и протянула мне знакомый листок. На нем отчетливо виднелось маленькое кровавое пятно. Слеза вампира.

Выругавшись, я сжал бумажку и развернулся в сторону леса.

— Ты так и не ответил, — остановил меня голос Делии. — Черт возьми, Гвоздь, ты же самый умный из всех, кого я знаю. Ты был моей жилеткой, в которую я плакалась каждый раз, когда Бес отталкивал меня. Ни тебе ли не знать, насколько беспомощной и разбитой я себя чувствовала.

— Сейчас иначе, Дел.

Я пытался объяснить, но нужных слов не находил.

— Ты зависима от Беса, жить без него не можешь. Ты ведь его Невеста.

— А ты задай себе простой вопрос, Гвоздь, — предложила она. — Ты без Яны сможешь жить? Потому что, у меня нет сомнений,  что она без тебя не сможет.

Я обернулся, пытаясь прочесть мысли Делии. Но видел лишь вызов в ее взгляде.

— Что ты хочешь сказать?

— Она смотрела на тебя так, как я когда-то на Беса. Как на божество. Как на нечто нереальное, безупречное. Только недоумок не заметил бы обожание в ее глазах. Если после этой ночи ее сердце не забьется для тебя, то можешь воткнуть свой клинок мне прямо в сердце, ибо я тогда нихрена в этой жизни не понимаю.

Ее последние слова разнеслись едва ли не по всему лесу. А затем она хлопнула дверью с такой силой, что та слетела с петель и у пала на пол.

Делия обернулась и виновато вжала голову в плечи. Я покачал головой.

— Ты все еще не научилась контролировать свою силу.

— Зато я научилась думать.

Она постучала пальцем по своему виску и ушла, оставив меня наедине с безумной теорией. Я Жених Яны? А она тогда… Моя Невеста.

«Да!»

— Ну охренеть!

Дьявольское отродье, мне нужно было вернуть ее.

— Ведьма! — заорал я, вбегая на порог ее дома. — Где ты, мать твою?

— Какая именно тебе нужна? — послышался голос из кухни. Не Блэр.

Я пошел на звук и все же нашел нужную мне особу.

— Ты! — ткнул пальцем в ненормальную блондинку. Рядом с ней, конечно, ошивался оборотень. Даже на альфу мне было плевать сейчас. — Скажи, где Яна. Ты знаешь, где она. И ты скажешь мне.

— Ты забыл сказать волшебное слово, — прорычал оборотень и прижал меня к стене. Этот парень не знал, что у хорошего охотника всегда кол в руке.

— Он отравлен, — заверил я, чтобы не сомневался. — Не вынуждай меня. Ты бы убил любого ради своей женщины.

— О, теперь она твоя женщина? — насмешливо протянула Блэр. — А еще вчера…

— Знаю! — огрызнулся я и зарычал от безысходности. Такое чувство, что она специально все это провернула, спрятала от меня Яну, чтобы я начал быстрее соображать. — Я был кретином, хорошо? И ничего не понял. Но, черт меня подери, я не собираюсь совершать те же ошибки, которые делал Бес с Делией. Потому что не уверен, что Яна настолько же милосердна. Я имею в виду, я поступил с ней, как полный… урод.

— Ого! — воскликнула Рэйн. — Да ты супер смекалистый! Даже Теренсу понадобилось целых три дня, чтобы понять, что Николь его пара. А оборотни их чуют сразу.

— Я наполовину вампир. И ночи хватило, чтобы понять, что она – моя Невеста. Я хочу вернуть ее, Блэр. — Посмотрел на ведьму и стиснул челюсти. — Пожалуйста.

Ненормальная фыркнула, деловито поднялась со стула и направилась к двери. Я оттолкнул оборотня, чей взгляд был прикован к ведьме.

— Эй! — крикнул он. — Ты пойдешь так? Прямо в этом?

— Да ради всего живого, Колтон, — заворчала Рэйн. — От нее на милю несет тобой. Никто и близко к ней не подойдет.