Глава 28

– Какого? – только и смогла выдохнуть я, глядя, как Руслан решительно захлопывает за собой дверь моей квартиры. – Руслан, что ты здесь делаешь? Ты видел время? Двенадцатый час!

Он неторопливо повернул защелку замка, отрезая нас от остального мира. Этот металлический щелчок эхом отозвался в оглушительной тишине моей головы, где еще совсем недавно бушевал ураган слез, самобичевания и похоронной музыки по моим отношениям с Капитаном. Я стояла посреди своей крошечной прихожей, как вкопанная, в дурацкой пижаме, опухшая, красная, растрепанная, и чувствовала себя такой круглой идиоткой, что хотелось провалиться сквозь землю. Ну вот почему именно сейчас? Когда я выгляжу так, будто меня три дня полоскали в стиральной машине вместе с енотами.

– Я проезжал мимо, – его голос был обманчиво спокоен, но в серых глазах, внимательно изучавших мое лицо, плескалась неприкрытая тревога. Он шагнул ко мне, сокращая и без того ничтожное расстояние. Моя прихожая и так размером с обувную коробку, а с Русланом в ней становилось тесно, как в маршрутке в час пик. Я инстинктивно отступила на полшага, упершись спиной в холодную стену. Бежать было некуда. – Когда мы прощались после… – он на мгновение запнулся, словно подбирая слова, явно вспоминая наш сегодняшний "заплыв" и не менее "мокрый" поцелуй, – после яхты, ты выглядела не очень. Расстроенной. Я подумал… Решил проверить, все ли у тебя в порядке.

Проезжал мимо? В двенадцать ночи? Ага, конечно. Учитывая, что живу я не на центральном проспекте, а в таком… укромном уголке, куда случайно можно заехать, только если ты сильно заблудился или целенаправленно сюда едешь. Но спорить сейчас не было ни сил, ни желания. Я вообще ничего не хотела, кроме как забиться под одеяло и чтобы меня никто не трогал. Лет эдак сто.

– Все… все нормально, – пробормотала , старательно отводя взгляд. Смотрела куда угодно, только не в его глаза, которые, казалось, сейчас просверлят во мне дыру. – Просто устала. День был… насыщенный.

"Насыщенным" – это еще мягко сказано. Утонуть, быть спасенной, пережить самый страстный поцелуй, а потом собственноручно разрушить то немногое хорошее, что было в этой жизни. Да уж, денек что надо.

– Насыщенный, – медленно повторил Руслан, и в его голосе мне почудилась какая-то странная, знакомая интонация. Он снова шагнул ближе, и теперь я ощущала тепло, исходящее от его тела, и тонкий, едва уловимый аромат его парфюма, смешанный с запахом ночной свежести. Его глаза не отрываясь смотрели на мои, заплаканные и опухшие. – Аня, не ври мне. Я же вижу.

Ну вот, опять. Опять этот его рентгеновский взгляд, прожигающий насквозь. И эта неожиданная мягкость в голосе. Хотелось разрыдаться с новой силой. Слезы, которые я с таким трудом пыталась затолкать обратно, предательски подступили к глазам. Я отчаянно заморгала, пытаясь их сдержать, но одна наглая капля все-таки вырвалась на свободу и скатилась по щеке. За ней вторая, третья… Черт, черт, черт! Только не это! Не при нем!

– Эй, ты чего? – Руслан нахмурился еще сильнее, и в его глазах отразилось что-то похожее на неподдельную боль. Мое и так разбитое сердце сжалось еще сильнее. Он протянул руку и осторожно, почти невесомо, стёр большим пальцем слезинку с моей щеки. Его прикосновение обожгло, словно разряд тока. Я вздрогнула всем телом. – Ну-ну, Королева, не плачь.

Я попыталась отвернуться, спрятать лицо, уткнуться в стену, лишь бы он не видел этого моего жалкого состояния.

– Не надо, – голос Руслана стал еще тише, почти шепотом. Он поймал мое лицо ладонями, мягко, но настойчиво поворачивая к себе. Большие пальцы снова принялись стирать мокрые дорожки с моих щек. – Посмотри на меня, Аня.

Не знаю, что на меня нашло. Может, это была накопившаяся усталость, или пережитый стресс, или это его неожиданное появление, но я больше не могла сопротивляться. Я подняла на него глаза, полные слез, и всхлипнула, как маленький ребенок. Его лицо было так близко, что я смогла рассмотреть каждую ресничку, каждую морщинку у глаз, которые сейчас смотрели на меня с таким неподдельным беспокойством, что внутри все переворачивалось.

Слова застряли у меня в горле. Что я могла ему сказать? Что только что поставила жирную точку в отношениях с мужчиной, которого любила по переписке? Что рыдала от боли и чувства вины? Что сама не понимаю, что творю со своей жизнью?

– Все будет хорошо, слышишь? – прошептал он. И прежде чем я успела что-либо сообразить или возразить, наклонился и мягко коснулся губами моей мокрой щеки, там, где только что были его пальцы… И еще раз, но уже чуть выше, у самого уголка глаза, где билась маленькая жилка.

Я замерла, перестав дышать, когда его губы нашли мои. Весь мир сузился до этого прикосновения, до тепла губ, до дыхания на моей коже. Повинуясь какому-то внутреннему, неконтролируемому порыву, подалась вперед, отвечая на его ласку. Ответила со всей страстью, на которую была способна моя измученная душа, со всем отчаянием и неожиданно проснувшейся жаждой. Мои руки сами собой легли ему на плечи, пальцы вцепились в мягкую ткань его толстовки, притягивая ближе.

Стоило мне только ответить, как нежность тут же сменилась напором. У Руслана словно снесло крышу. Он издал тихий стон мне в губы, и поцелуй стал глубже, требовательнее, жарче. Его руки переместились с моего лица, одна скользнула на талию, прижимая ещё ближе. Другая зарылась в мои волосы на затылке, не давая отстраниться, сжимая их так крепко, будто боялся, что я сейчас растворюсь в воздухе. Язык уверенно исследовал мой рот, сплетаясь с моим в каком-то безумном танце, что у меня закружилась голова. Стал спускаться поцелуями ниже, от губ к подбородку, потом к шее, обжигая кожу горячим дыханием. Я запрокинула голову, давая ему больше доступа, и тихо постанывала от этих невероятных ощущений. Каждое его прикосновение, каждый поцелуй отзывались фейерверком мурашек по всему телу.

– Руслан… – выдохнула его имя, сама не понимая, прошу ли я его остановиться или, наоборот, умоляю продолжать.

Он прижал меня всем телом к стене, так что я ощутила каждый мускул его напряженного тела, его учащенное сердцебиение, его возбуждение.

Я не отталкивала его. Не могла. Не хотела. Наоборот, сама льнула к нему.

– Аня… – прохрипел он, посмотрев мне в глаза безумным, потемневшим взглядом. И одним резким движением подхватил меня.

Я охнула от неожиданности и инстинктивно обвила его ногами за талию, а руками за шею. Несколько быстрых шагов по темному коридору – и вот мы уже в комнате. Той самой, где я еще полчаса назад рыдала навзрыд, прощаясь со своим виртуальным Капитаном.

Какая ирония.

Руслан, не говоря ни слова, опустил меня на кровать, та протестующе скрипнула под нашим общим весом. И тут же навис сверху, опираясь на руки по обе стороны от моей головы. Его глаза горели каким-то темным огнем. И это выражение лица… Такое голодное, такое собственническое.

Я смотрела на него снизу вверх, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, а по телу разливается сладкая нега.

– Ты сведёшь меня с ума, Королева, – прошептал он, снова целуя меня, на этот раз медленнее, глубже, исследуя мой рот своим языком так умело, что у меня потемнело в глазах.

Руслан целовал меня так, будто хотел поглотить целиком, присвоить себе раз и навсегда. Его руки начали блуждать по моему телу. Они гладили мои бока, талию, бедра, заставляя кожу под тонкой тканью гореть. Я извивалась под ним, отвечала на его ласки с не меньшим пылом, запуская пальцы в его волосы, притягивая еще ближе. И совершенно забыв, что ещё полчаса назад моя жизнь казалась разрушенной.

Одна его рука скользнула под мою футболку. Прохладные пальцы коснулись горячей кожи на животе, медленно поднимаясь выше. Я затаила дыхание, предвкушая. Он нашел край моей футболки и одним движением задрал ее до самой шеи. Прохладный воздух комнаты коснулся моей обнаженной груди, заставив соски напрячься и затвердеть. Руслан оторвался от моих губ, его взгляд в полумраке комнаты был жадным и восхищенным.

– Какая же ты… – выдохнул и наклонился, обрушивая на мою грудь каскад горячих, влажных поцелуев.

Он поцеловал ложбинку, потом одну грудь, затем другую, дразня, обводя языком чувствительные соски, прежде чем захватить один из них губами и начать нежно сосать и покусывать. Я выгнулась дугой, из горла вырвался стон наслаждения.

Боже, что он со мной делает?

Его свободная рука продолжала исследовать мое тело. Пальцы, такие горячие и настойчивые, скользнули ниже, под резинку пижамных шорт. Я напряглась, сердце заколотилось еще быстрее. Он нашел мой самый чувствительный бугорок. Несколько дразнящих, круговых движений по моему клитору поверх тонкой ткани трусиков – и я почувствовала, как между ног становится влажно. Очень влажно. Мир взорвался фейерверком ощущений. Я закусила губу, чтобы не закричать. Он снова поцеловал меня, глубоко и страстно, заглушая мои стоны и одновременно продолжая свою сладкую пытку там, внизу.

Его пальцы смело нырнули под ткань трусиков. Один, потом второй. Они нашли мой набухший клитор и начали его нежно, но настойчиво массировать, то ускоряя, то замедляя темп.

Я стонала ему в рот, тело билось в агонии наслаждения. А когда он, не прекращая поцелуя, протолкнул два пальца внутрь меня, я чуть не потеряла сознание от захлестнувшей волны удовольствия. Он начал двигать ими, растягивая, наполняя, имитируя толчки, глубоко, ритмично, и одновременно его язык творил чудеса в моем рту. Доводил до исступления. Я уже ничего не соображала, полностью отдавшись во власть этих ощущений, этих умелых рук и губ.

Я была на грани. Еще немного, и…

Руслан оторвался от моих губ, тяжело дыша. Посмотрел в мои глаза. В его взгляде было столько желания, столько необузданной страсти. Он быстро, почти рывком, стянул с меня остатки пижамы – футболку, шорты, трусики. Они полетели куда-то в темноту. Я осталась перед ним совершенно нагая, дрожащая от возбуждения и предвкушения. Он тоже быстро избавился от своей толстовки, потом от джинсов и белья. В тусклом свете ночника, пробивающемся из коридора, я видела его великолепное, мускулистое тело. Широкие плечи, рельефный пресс, узкие бедра, сильные ноги. И его возбуждение, такое явное, такое обещающее…

Он снова навис надо мной, раздвигая мои ноги коленями, и устроился между ними. Его горячее дыхание коснулось кожи на внутренней стороне моего бедра. У меня округлились глаза от удивления и предвкушения, когда я поняла, что он собирается сделать.

Глава 29

– Я никогда… Никто… – все слова застряли у меня в горле, когда Руслан поднял на меня взгляд, полный такой уверенности и обещания наслаждения, что я сдалась без боя. Точнее, сдалось моё тело, потому что разум всё ещё вяло протестовал, нашептывая что-то о последствиях и неправильности происходящего. Но кто слушает разум, когда гормоны устраивают в организме настоящую дискотеку?

А потом он наклонился…

Мое тело вспыхнуло от предвкушения, каждая клеточка напряглась в ожидании. Руслан опустил голову к моему лону, я инстинктивно сжала бедра, но он мягко развел их руками. Коснулся губами самой чувствительной точки. Я вскрикнула, выгибаясь ему навстречу, и поняла, что готова на все, лишь бы это не прекращалось.

Первое прикосновение его языка было подобно удару током. Легкое, дразнящее, оно заставило меня резко выдохнуть и вцепиться пальцами в простыню. Я никогда не испытывала ничего подобного. Это было так… откровенно. Так интимно. И так чертовски возбуждающе!

Руслан, казалось, точно знал, что делает. Его язык исследовал меня, то нежно поглаживая, то становясь настойчивее, проникая глубже, находя самые чувствительные точки и заставляя меня извиваться под ним. Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на ощущениях, которые волнами прокатывались по телу, разгоняя кровь и затуманивая сознание. Тихие стоны сами собой срывались с моих губ, и я уже не пыталась их сдерживать.

К черту соседей, к черту приличия! Сейчас существовали только мы вдвоём и это невероятное, сводящее с ума наслаждение.

Он чередовал ласки языком с горячими поцелуями внутренней стороны моих бедер. Щетина приятно царапала кожу, добавляя остроты ощущениям. Его руки тоже не оставались без дела – они гладили мои ноги, живот, грудь, поддерживая тот пожар, который он сам же и разжёг.

Я извивалась под ним, стонала, царапала простыни, совершенно теряя контроль над собой. Это было что-то невероятное, запредельное. Чувствовала, как нарастает напряжение, как всё тело превращается в один натянутый нерв, готовый вот-вот взорваться.

– Руслан… – прошептала я сквозь стоны. – Я… Я больше не могу… Пожалуйста…

Он поднял голову, на губах его играла торжествующая улыбка, а в глазах плясали озорные бесенята.

– Можешь, Королева, – его голос был хриплым и низким. – Просто доверься мне.

И он снова вернулся к своему увлекательному занятию, на этот раз еще настойчивее, еще искуснее. Я вцепилась в его волосы, не в силах сдержать рвущийся наружу крик, когда волна оргазма накрыла меня с головой. Сильная, всепоглощающая, что на несколько секунд я просто перестала дышать, растворяясь в этом блаженстве.

Когда я немного пришла в себя, тяжело дыша и дрожа всем телом, Руслан уже лежал рядом, приподнявшись на локте и глядя на меня с нежностью. Он убрал прилипшую ко лбу прядь волос и мягко поцеловал в висок.

Я была не в силах произнести ни слова. Щеки горели, а тело все еще подрагивало от пережитого.

Он улыбнулся своей редкой, но такой обезоруживающей улыбкой. Наклонился и поцеловал меня, на этот раз в губы – долго, глубоко, словно закрепляя случившееся. Его рука скользнула между моих ног. Там всё ещё было влажно и чувствительно.

– Готова продолжить? – горячо прошептал он мне на ухо, вызывая новую волну мурашек, пробежавших от затылка до самых пяток.

Готова ли я? Я только что испытала такой оргазм, что, казалось, вселенная схлопнулась и развернулась заново, оставив после себя лишь звенящую пустоту и сладкую истому во всем теле. Мозг отказывался функционировать, превратившись в приятно гудящий кисель. Я едва могла дышать, не то что отвечать на вопросы, требующие осмысления. Какое там "продолжить"? Я и первое "начало" еще не до конца осознала.

Вместо ответа я смогла лишь невнятно промычать, судорожно цепляясь за реальность, которая стремительно уплывала, убаюканная его недавними ласками и хриплым шепотом, обещавшим новые, еще более греховные удовольствия.

Руслан, кажется, понял все без слов. Или просто не нуждался в моем разрешении. Он приподнялся, на мгновение оторвавшись от меня, и я смогла рассмотреть его лицо в полумраке комнаты. На его губах играла хищная улыбка. Тот самый "мистер Контроль", который расписывал свой день по минутам и требовал идеального порядка во всем, сейчас выглядел как дикий зверь, дорвавшийся до добычи. И этой добычей, к моему ужасу и тайному восторгу, была я.

– Повернись, – его голос был низким, чуть приглушенным, но не терпящим возражений.

Я послушно перевернулась на живот, уткнувшись лицом в подушку. Сердце колотилось как сумасшедшее, отдаваясь гулкими ударами в ушах. Что он задумал?

Секундное замешательство, а затем я почувствовала, как он устраивается сзади, его горячее, напряженное тело прижимается к моим ягодицам. Его руки легли мне на бёдра, властно разводя их чуть шире. Я инстинктивно напряглась, но тут же обмякла под его уверенными прикосновениями.

– Прости, Королева, – его горячее дыхание обожгло кожу у моего уха, когда он наклонился, – но нежностей сейчас точно не будет. Я слишком долго ждал.

И прежде чем я успела осознать его слова, почувствовала, как он резко, одним мощным толчком вошёл в меня. Я вскрикнула скорее от неожиданности и удовольствия, чем от настоящей боли. Он был большим. Очень большим. И таким горячим, что, казалось, мог расплавить меня изнутри.

Первые несколько движений были быстрыми, почти яростными, словно он пытался наверстать упущенное время, выплеснуть всю ту страсть, которая так долго копилась в нём. Я вцепилась пальцами в простыню, закусив губу, чтобы не закричать в голос. Моё тело, не знавшее мужской ласки больше полугода, отзывалось на каждое его движение с какой-то отчаянной жадностью.

Внизу живота разгорался пожар, грозя поглотить остатки моего разума.

А Руслан двигался все быстрее, глубже, его толчки становились все более мощными и уверенными. Он словно задался целью выбить из меня всю дурь, все сомнения, всю мою дурацкую рефлексию. И, кажется, у него это получалось. Я больше ни о чем не думала, кроме этих невероятных ощущений. Каждый его удар отдавался во мне сладкой дрожью, заставляя выгибаться навстречу, подстраиваться под его темп.

Его руки соскользнули с моих бёдер, одна легла мне на поясницу, прижимая ещё плотнее, другая скользнула вперёд, под мою грудь, и начала дразняще поглаживать чувствительные соски. Я застонала громче.

Эта поза… Она была такой откровенной, такой… животной. Я чувствовала себя совершенно беззащитной, отданной на его милость. И в этой беззащитности было что-то невероятно возбуждающее. Он владел мной, моим телом, моими стонами. И я позволяла ему это, потому что сама этого хотела. Отчаянно хотела.

Напряжение нарастало с каждой секундой. Я чувствовала, что снова на грани. Дыхание сбилось, сердце готово было выпрыгнуть из груди.

– Руслан…

Он не ответил, лишь глухо зарычал мне в шею и ускорился, доводя меня до точки. Еще несколько мощных, глубоких толчков, и мое тело снова взорвалось фейерверком, на этот раз еще более ярким и продолжительным. Я кричала, запрокинув голову, полностью теряя связь с реальностью. В этот момент, кажется, и он достиг пика, потому что замер, тяжело дыша и обрушиваясь на меня всем своим весом.

Мы лежали так несколько минут, пытаясь отдышаться. Я уткнулась лицом в подушку, он лежал на мне, придавливая своим телом. Тишину нарушало только наше прерывистое дыхание и гул крови в ушах.

"Ну и ночка, – пронеслось у меня в голове, когда я смогла хоть немного прийти в себя. – Кажется, я только что перешла какую-то очень важную черту. И пути назад нет".

Руслан пошевелился, осторожно слезая с меня. Перекатился на бок, увлекая за собой. Мы лежали лицом друг к другу, наши тела всё ещё соприкасались, кожа к коже. Он убрал с моего лица мокрые от пота волосы и внимательно посмотрел в глаза. В его взгляде уже не было той ярости, только нежность и какая-то странная, задумчивая усталость.

– Как ты? – тихо спросил он, его голос был хриплым, но мягким.

– Жива, – выдохнула я, чувствуя, как уголки моих губ сами собой растягиваются в слабой улыбке. – Кажется, да. Хотя были сомнения.

– Я тебя сильно напугал своей… настойчивостью? – он слегка нахмурился, словно сам не ожидал от себя такой прыти.

– Скажем так, ты был… убедителен, – хихикнула я, чувствуя, как краснеют мои щеки. – Очень убедителен. Давно у меня не было такого… Точнее, вообще не было.

Он провел пальцем по моей щеке, затем по губам.

– Значит, мне удалось развеять твою грусть? – его взгляд стал серьёзнее.

Я отвела взгляд. Грусть. Да уж. Он даже не представляет, какой ураган бушевал (и, честно говоря, до сих пор продолжает выть где-то на задворках сознания) в моей душе. И что Руслан является одной из главных причин этого урагана.

– Частично, – уклончиво ответила я. – Терапия была… интенсивной.

Он усмехнулся и притянул меня ближе, заключая в объятия. Я уткнулась носом ему в грудь, вдыхая запах его кожи, такой знакомый и в то же время такой новый. Было удивительно хорошо и спокойно. Слишком спокойно для той бури, которую я только что устроила в своей жизни.

Мы молчали несколько минут. Я слушала, как бьется его сердце – сильно, уверенно. А мое все еще трепыхалось, как пойманная птичка, не зная, радоваться ли освобождению из одной клетки или бояться попасть в другую, еще более опасную.

– Знаешь, – вдруг нарушил тишину Руслан, его голос был тихим, почти интимным, – я ведь действительно чуть с ума не сошел, когда увидел тебя сегодня на яхте… Там, в воде. – Он крепче сжал меня в объятиях. – Если бы с тобой что-то случилось… я бы никогда себе этого не простил.

Его слова отозвались во мне странной теплотой. Он волновался. По-настоящему волновался. И этот поцелуй потом… Такой отчаянный, такой настоящий. Неужели это не просто игра гормонов? Неужели я ему… небезразлична?

– Но ты спас меня, – прошептала я. – Ты всегда меня спасаешь. Сначала от забвения в душной каюте, потом от голодной смерти в офисе, теперь вот… От морской пучины. Ты мой личный супергерой, Руслан Игоревич. Не хватает только плаща.

– Ради тебя, Королева, я готов достать и плащ, – он снова поцеловал меня, на этот раз мягко, нежно, пробуя мои губы на вкус, словно самое изысканное лакомство.

И этот поцелуй был совсем другим. Не таким яростным и требовательным, как предыдущие. В нём было столько тепла, столько заботы, что я почувствовала, как таю, растекаясь лужицей под его ласками. Он целовал медленно, наслаждаясь каждым мгновением, а его руки нежно поглаживали мою спину, волосы, плечи.

Сейчас были только мы. Только эта ночь. Только это хрупкое, неожиданное счастье.

Он оторвался от моих губ и посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом.

– Ань, – начал он, и я затаила дыхание, ожидая, что он скажет, но он лишь улыбнулся.

Его рука скользнула вниз, по моему животу, задержавшись на лобке, нежно поглаживая. Я выгнулась ему навстречу, чувствуя, как во мне снова просыпается желание, такое же сильное и неудержимое.

– Не хочешь попробовать что-нибудь еще? – прошептал он, касаясь губами моей шеи и вызывая россыпь мурашек. – У нас впереди вся ночь.

Я не стала ломаться. Какая, к черту, разница, если я уже по уши в этом омуте? Терять мне, кажется, уже нечего. Кроме остатков совести, но они, похоже, утонули вместе со мной в море и были реанимированы Русланом в несколько ином, более сговорчивом виде.

– И что ты предлагаешь? – промурлыкала я, проводя пальцем по его груди, очерчивая рельефные мышцы.

Его глаза снова потемнели, в них вспыхнул знакомый огонёк. Он перевернул меня на спину и навис надо мной, опираясь на локти.

– Предлагаю исследовать все возможности этой кровати, – усмехнулся он. – И твои. Например… – он наклонился и прошептал мне на ухо что-то такое, от чего мои щеки вспыхнули, а внизу живота сладко сжалось.

О боже! Этот мужчина точно решил свести меня с ума этой ночью! И, кажется, я была совсем не против.