Глава 28

Эта ненормальная лже-невеста вывела меня из себя. Я буквально выталкивал ее из кабинета, чтобы и дальше не позориться перед заказчиком. Но эта неугомонная продолжала брыкаться и настаивать на своем. Беременна она! От меня! Ха-ха три раза.

— Значит так, пиявка, — встряхиваю ее, когда мы оказываемся в моей приемной, где есть камеры со звуком и в случае чего смогу обнародовать запись. — Ты исчезаешь из моей жизни, потому что, если не сделаешь этого, я перестану проявлять лояльность. Напишу заявление в полицию о преследовании и шантаже. Так же обвиню в распространении ложной информации в СМИ. Посадить может и не посадят, но вот моральную компенсацию ты до пенсии отрабатывать будешь. Ты думаешь я терпеть это буду и женюсь? Ты ошиблась.

— Ой, давай, вперед. Я выставлю встречный иск. Скажу, что ты меня изнасиловал, что беременна и просто хочу какой-то компенсации. А ты продолжаешь издеваться. Поверят мне, потому что я не избалованная миллиардерша, — гордясь собой выдает эта…

— Да, ты просто алчная провинциалка, которая даже не способна к аналитике ситуации. Мы не спали с тобой семь месяцев, и можешь не заливать мне, что плоский живот на таком сроке норма. Да и вообще… Не зли меня. Не пытайся угрожать. Что, тот кто нанял бортанул? Не заплатил, или еще чего? — скрестив руки на груди, продолжаю бессмысленную перепалку, чтобы вывести ее.

— Кто же тебе поверит? Все в курсе что у нас бурный роман и просто ты испугался ответственности! Я на дуру что ли похожа? Не просто так раздувала все в интернете, — прыснула очередную порцию яда.

— Похожа. Потому что мы не спали с тобой слишком долго, и ты сама в этом призналась. Очнись, я даю тебе возможность уйти целой и невредимой в переносном смысле этого слова. В противном случае, если ты беременная, я обнародую результаты ДНК и поверь, я уж точно найду того, кто тебя нанял. Как думаешь, он будет прикрывать тебя или выставит как главную злоумышленницу. С его-то деньгами это не проблема. Или, подожди. Ты от него беременная и пытаешься так насолить за то, что бортанул?

Вот сейчас я похоже задел за что-то такое живое, что заставляет ее метаться в такой агонии. Надо ее дожимать.

— Жанн, исчезни из моей жизни. По-человечески прошу. Давай ты не будешь будить во мне зверя, а? Я не прошу тебя развеивать все это дерьмо в СМИ. Мальчик взрослый, сам раскидаюсь. Просто будь здравомыслящей женщиной, взрослой. Добро всегда побеждает зло. Пусть не сразу, со временем, но Фемида всех заставит держать ответ. Ты готова рожать в тюрьме и лишиться ребенка? — похоже она все же в положении. Рука невольно потянулась к животу, такую реакцию не сыграть.

— Это ничего не меняет, Игорь, — и начала уходить. Я же вздохнул с облегчением. Наконец этот цирк закончен. Давно пора было это сделать. — Герцен все равно не оставит это так. Не я, так найдет другую, — все же оборачивается, давая совет, подтверждая мои догадки о том, кто все это затеял. — Может быть даже переводчица. Ты явно к ней что-то испытываешь. Где гарант, что он не играет с тобой по средствам ее? Или с помощью того, кто помог вам так быстро ее найти? Вариантов много. Удачи тебе.

И уходит, заставляя сомневаться во всем. Раньше я не задумывался над этой ситуацией в таком ключе. Могли выйти на мое прошлое и так как Варя явно обижена, могла согласиться на такую месть. А может предатель Света и просто совпало… Кому можно вообще доверять? Вот только сейчас не время впадать в анализ ситуации. Все вечером. В переговорную возвращаюсь довольно быстро. Картина заставляет нервно сжать кулаки. Этот чертов француз сидит рядом с моей женщиной и ее ребенком и что-то втирает. Вот только завидев меня все обрывается.

После возвращения все идет в более правильном формате. Мы даже успеваем обсудить вопросные моменты. Вот только заключительный пункт, что Мирина станет постоянной переводчицей напряг. Но больше всего вывело из себя то, что она решили забить на нас и сама с ним все это обсуждала. Хорошо, что их переводчица все переводила. Но и она в какой-то момент перестала это делать по указке все того же раздражающего мужика. И главное гад прервал на самом жестком вопросе, на себя он намекает или нет. Да ты ей в отцы, козлина, годишься.

Но разговор быстро прекратился, и они поспешили покинуть нас. Ее не было минут двадцать. За это время успел себя жутко накрутить. Мальчишка сидел на диванчике и тихо за нами наблюдал. Хотя точнее будет сказать, за мной. Он то и дело смотрел или на меня, или на свои коленки. Симпатичный мальчишка. И маленький. Вполне мог бы быть моим. Но увы. Даже не верится, что она так быстро забыла меня и пустила в свою постель другого. У него есть отец, пусть и не с ними живет может и отказался, вот только куда я теперь полезу? В семью? Я все равно буду отчимом, не отцом. И когда этот… вернется, мальчуган будет любить его.

Вот только сердце не хочет слушать разум и переставляет ноги на пути к нему. Зажатость малыша жутко раздражает. Сажусь рядом и обнимаю мальца за плечи, прижимая к боку.

— Сильно испугался? — начал непринужденный разговор.

— Нет, она ваша жена? — тихо спрашивает и наши взгляды встречаются.

Мой заинтересованный и его со страхом предстоящего ответа. Странно. В его бусинках столько боли, надежды и еще чего-то непонятного, что хочется разгадать все.

— Нет, и никогда не была. Ты просто маленький, чтобы все понять. Ты не горячеват, а, дружок? — и прикладываю вторую ладонь ко лбу. Он теплее меня и это заставляет насторожиться.

— Не знаю. Я вчера заболел. Доктор сказа, что на солнышке перегрелся, — вздохнул тяжело и плечиками миниатюрными пожал.

— Тогда почему ты тут? Почему мама не оставила тебя дома? Где твой отец в конце концов, куда он смотрит? — последнее было явно лишним. Мальчик шмыгнул носом и еле сдержал выступившие слезки.

— У меня нет папы. А маме не дали остаться мной дома. Соседка наша уехала, тетя Юля на конкурсе на море, бабушка не приехала еще, прабабушка тоже не вернулась. Мама хотела не пойти, но не получилось, — высвободился из моего кокона и подошел к Свете, обнимая за шею и она усадила его на колени.

Вот только мне это не понравилось. Я хочу познакомится с ним, понять… Что в нем меня так цепляет. Поэтому просто подхожу к столу и сажусь рядом с парочкой. Удивительно, что ребята не вмешиваются.

— Как тебя зовут? Я Игорь. Это Вадим и Олег, мои коллеги и друзья с детства, — показал на ребят и протянул открытую ладонь.

— Денис, — нехотя, видно по глазам, он пожимает мою руку.

— Сколько тебе лет, Денис? — сам не понял почему задал этот вопрос, просто хочу понять видимо, вот мозг и отправлен в нокаут нетерпеливым сознанием. Малец забавно сморщил носик и что-то начал перебирать в своей голове.

— Три годика и не знаю сколько месяцев, — усердно разгибая пальчики выдал он, явно сам собой не недовольный.

— Ну, если ты мне скажешь, когда родился, смогу помочь с подсчетами, — улыбаюсь ему, потому что по-другому с ним не хочется.

— Семнадцатого марта, — только начал соображать и чуть не задохнулся от понимания, что, судя по сроку, он мой.

Но ведь этого не может быть. Просто невозможно! Не хочу верить в то, что она мне изменяла. Нет, он точно перепутал. Может это день рождение бабушки, прабабушки? Не могла моя девочка быть параллельно с двумя. У нее все на лице отображается. Обмануть бы не получилось. А если бы ее взяли силой… Даже думать не хочу, что могло бы с ней тогда случиться.

— Как думаете, контракт подпишут? — всех нас прервала Светлана, сбивая градус затянувшейся паузы.

— Уже не уверен. Слишком много казусов, слишком много сложностей, — выдыхает Димыч. — Денис, я, кстати, Дима для друзей. Так что можешь так называть, — и подмигнул, а в ответ получил нервное нечто. Даже немного рассмеялись, но он не обиделся.

— Спасибо, — отвечает ему, после неудачи с глазками.

— Да, накуролесили мы знатно. Главное выйти нормально из этой ситуации. Ведь реально, Маршан потопить может нас и у нас. Хер, упс, фигово все это. Отцы нам доверились, посчитали что достойны управлять компанией, а в итоге… — сокрушается Олег.

— Иди сюда дружок, — тихо говорю Дениске и забираю не сильно желающего ребенка к себе. — Прорвемся ребят. В России нас все знают, а зерно сомнения… Разберемся, тем более, что мы точно знаем, кто за этим стоит, — и удобнее устроил ребенка, прижимая к груди. Если болеет, живое тепло ему очень нужно, а в помещении довольно прохладно из-за кондиционеров, которые не скоро выключат.

— Что, Жанна все же решила признаться, кто ее нанял? Я же говорил тебе, что она не сама до такого додумалась, — Вступил Дима. — Вот Жанна реально не хорошее имя. Только таким бездушным особам его дают, — выплюнул друг.

— Вы не правы, — горячо вскрикнул малым и завозился на коленках, желая подойти к обидчику и разобраться, — Мою прабабушку зовут Жанна и она хорошая. Всегда всем помогает, никогда не делает зло другим! — с жаром возмущается ребенок, а потом оседает в эмоциональном плане. — Мама говорит, что люди не сами становятся плохими.

— Ладно, малой, не злись. Значит нам попалось исключение. Чего нос повесил? — пытаюсь задобрить его, расстреливая виновника вспышки взглядом.

— Я к маме хочу, — тихо откликнулся котенок в моих руках.

И как почувствовав, дверь открывается и на пороге появляется она.

— Мама, — мальчишка спрыгивает с колен и бежит к ней.

Варя с радостью подхватывает его на руки и гладит по головке. В таком простом жесте столько любви и заботы, что я сразу вспомнил один из наших вечеров. Пришел домой злой как собака, готов был рвать и метать все вокруг. С проектом все не клеилось. Нас упорно топили. Я тогда был напряжен как струна. Она ничего не говорила, не учиняла скандал, что не уделяю ей должного внимания. Просто после ужина и душа утянула в зал на ковер перед диваном и сев на колени долго смотрела в глаза, держа руки сплетёнными. В какой-то момент разорвала один из замочков и гладила меня точно так же, как и Диню сейчас. Сначала по макушке, потом по щеке, и в завершении поцеловала в носик. Видимо это ее особый ритуал.

— Игорь, ау, ты снова в себя ушел, — толчок по ноге под столом вернул меня в реальность, и я благодарно кивнул спасителю.

— Что? Я задумался. Вы, о чем? — прикинулся дурачком, который реально о чем-то важном думал, а не зависал на воспоминаниях о бывшей девушке.

— Если все закончилось, мы бы хотели уехать. Тут вам уже решать по условиям, да и они раньше понедельника вам не позвонят. Мои услуги больше не нужны, — подала голос виновница моей заминки, а у меня в голове большими красными буквами зажглась одна фраза: «Не пущу!».

— Вы на машине? — сам не знаю почему интересуюсь немного резко и грубо.

— Мы на такси. Так что? — отбивает новый ответ.

— Идите за вещами. Я отвезу. Сегодня не лучший день для принятия каких-то решений. Мы все устали и надо обдумать сложившуюся ситуацию, хлопнув себя по коленям, начал вставать.

— Мы и сами прекрасно доберемся. Не стоит усложнять себе жизнь ради нас, — и крепче перехватывает сынишку. — Да и кресла у тебя детского нет, — мягко отговаривает от этой идеи, вот только ничего у нее не выйдет.

— Один раз думаю ничего страшного не случится, да, богатырь? — подхожу к ним и протягиваю ладошку для хлопка маленькому человеку.

Вот только он не спешит с ответным жестом. Смотрит на свою родительницу и ждет ее решения. Вот только Варя сама в растерянности. А я не намерен сдаваться. Хочу поговорить с ней. Ведь в жизни есть место чуду. Главное самому не запутаться в самоанализе и внутренних метаниях от одного варианта к другому.

— Варь, я просто вас подвезу, — и она сдается.

Видимо напряжение в ней дало сбой и обреченно кивает, прекрасно понимая, что серьезного разговора не избежать. Мы оба взрослые люди и бегать от проблем это не вариант. Парочка быстро скрывается за дверью, и я иду за ними. Переодевшись в утренний образ залюбовался ею. Они с Денисом были одной семьей. Раньше никогда не понимал этого прикола с одним и тем же образом в одежде у семей, гуляющих в парке. Но вот сейчас, смотря на эту парочку и себя понимаю, что рядом с ними нахожусь, как инородный элемент. У них свой мир в котором мне нет места. Да и вряд ли они когда-нибудь смогли бы впустить третьего в свою устаканившуюся жизнь. Мальцу вообще кроме мамы кажется никто не нужен.

Парочка быстро забралась на заднее сиденье автомобиля и тихо переговаривалась о сегодняшнем дне. Денис был рад снова услышать французскую речь и попросил ее поставить какой-нибудь фильм без перевода, на что она согласилась. Он пару раз пытался извиниться перед ней за то, что вышел из той комнатки Светы, но она всячески ему объясняла, что его вины нет. Вроде успокоился и поверил. На меня никто не обращал как такового внимания. Доехали мы быстро, за двадцать минут где-то. Район хороший. Моя новостройка. Года два-три назад сдали под ключ квартиры. Но правда осталось еще несколько не проданных. Во дворе классная детская площадка, парк не далеко, торговые центры, бассейн. Когда строил его, мечтал сам тут жить. Все же дом за городом — это трудно. Все упирается в работу. Не хотелось бы тратить по два часа утром и вечером на дорогу, когда есть возможность добраться за двадцать минут. В соседнем жилом комплексе, он чуть восточнее, ну и ехать еще пять-семь минут. Район тут довольно элитный и денег на квартиру надо не мало. Моя квартира на двадцать третьем этаже. Можете считать меня мажором, но у меня два этажа, а общее количество комнат под спальни и кабинеты — десять. Не говоря уже о сушильной комнате, кладовке, трех сан узлах… огромное место для большой семьи, которой у меня никогда не будет.

За этими мыслями даже не заметил, как припарковался, и они вышли из машины. Я следую за ними в надежде напроситься на чай. Интересно узнать ее поближе. Такую новую и загадочную. Но это, пожалуй, не самый важный мотив. Пока разглядывал мальчугана стал замечать все больше сходства между нами. Поэтому мне важно знать кто его отец. Она ничего не говорит, просто открывает дверь, просто вызывает лифт, просто проходит в квартиру о чем-то очень напряженно думая… А я. Я просто иду следом за ними.

Быстро оставив обувь в коридоре, мы проходим вглубь. Обстановка не сильно обжитая. Даже базовую отделку она не стала менять. Видимо все деньги съела покупка жилья.

— Медвежонок, помой ручки, — говорит ему, а мне взглядом показывает на кухню. Молча подчиняюсь ей.

Парочка отсутствует минут десять. За это время я как воришка облазил все шкафчики и холодильник. Ничего не указывает на то, что в их семье есть третий. Это обрадовало.

— Ты хотел поговорить? О чем? — сразу с порога, прикрыв дверь начинает Варя.

— Диня мой сын? — вот так, в лоб.