Глава 26. Крылья и когти

Маргарита проснулась от того, что ее сильно тряхнуло. Глова была тяжелая, руки и ноги слушались с трудом. Девушка разлепила веки, и сквозь прищуренные ресницы увидела нависшую над тронным залом пасть Герилиона. Захотелось себя ущипнуть для верности. А уже через полминуты древний ящер сожрал императора.

Гробовое молчание длилось и длилось. Подданные почившего правителя замерли в испуге, опасаясь привлекать к себе внимание. Герилион мотнул головой, запуская процесс трансформации. На короткое время его окутала тьма, и вскоре перед ними стоял полностью обнаженный мускулистый мужчина.

— Элигос! — Позвала она шепотом.

Муж, прикрывающий ее собой, обернулся и, увидев, что она очнулась, подхватил на руки, отходя в сторону.

Герилион шел прямиком к ритуальным кругам, ни на кого не отвлекаясь. Лаура все еще была без создания, и он, присев на колени, склонился над ней. Дракон прокусил себе запястье и, сжав руку в кулак, обагрил ее рот своей кровью.

Секунда. Две. Десять. Женщина закашлялась, приподнимаясь на локтях, но, увидев, кто перед ней, расплылась в улыбке.

— Моя королева!.. — шептал Герилион, когда она обвивала руками его шею, когда целовала, размазывая его кровь по лицу.

— Мы тут явно лишние. — Шепнула Марго на ухо Дивуару.

Муж с ней был согласен. Отец, стоявший рядом, сделал всем знак следовать за ним. Нужно было убираться, пока эти двое заняты друг другом.

Гера тем временем уже успела оседлать своего возлюбленного и, нисколько не смущаясь толпы, с упоением отдавалась ему на глазах у сотни магов и драконов.

Рабский белый наряд был варварски содран, обнаженные разгоряченные тела сплетались. Запах похоти и разврата витал в воздухе.

Неожиданно Гера вскрикнула, хватаясь за сердце и сгибаясь пополам.

— Проклятье! Клятва! — Тяжело дыша, она отстранилась от Герилиона. На лице проступали следы боли и гнева.

Щелчок пальцев, и позади нее сформировался голубой шар, начавший стремительно расти до тех пор, пока не стал полноценным порталом.

— Мы уходим, моя королева? — Герилион выглядел обеспокоено и удивленно.

Гера нашла глазами Марго и Элигоса и, обращаясь к ним, пропела:

— Меня обманом заставили поклясться, что я уйду отсюда сразу после возрождения. И не пошлю никого в Шитар ради мести.

Марагарита напряглась, чувствуя в голосе ведьмы предвкушение и торжество. Элигос остановился.

— Клятву я выполню. Не буду никого посылать сюда. — Елейным голосом продолжила Гера. — Поэтому у меня к тебе просьба, Герилион. Раз уж ты и так тут. Прежде чем отправишься за мной, спали Шитар до основания. Хочу, чтоб этот мир перестал быть обитаем.

— Ради тебя я готов уничтожить тысячи миров, Моя королева. — Дракон подошел, запечатлев на ее губах поцелуй.

Ведьма вновь схватилась за сердце и, подгоняемая клятвой, скрылась в портале. Голубая вспышка озарила зал, и портал исчез, словно и не было.

Герилион оскалился, рассматривая тех, кто стоял вокруг. Это послужило сигналом. Полукровки схватились за замедлители, драконы принялась обращаться.

В древнего ящера устремились лучи заклинаний. Но все они не причиняли ему никакого вреда, словно были обычным светом.

Элигос поставил Марго на пол, задвигая за спину.

— Лучше тебе спрятаться. — Шепнул он.

Первыми на Герилиона кинулись небольшие драконы из присутствующих в зале. Неужели они надеялись застать врасплох, пока тот ещё был в человеческом облике? Урвать свой кусок славы? Так или иначе, они погибли мгновенно. Герилион обернулся и разделался с ними, как с хищник с мелкой добычей.

Кровь и кишки растерзанных ящеров брызнули во все стороны. Началась паника. Маги, способные сдержать огонь гигантской твари, выставили щиты из заклинаний, но Герилиону было достаточно ударить хвостом по полу, чтобы поднявшаяся волна сбила людей с ног, руша и без того пошатнувшийся замок, уже лишившийся крыши. Марго упала, откатившись к стене. Родных не было видно. Подскальзнувшись на чужой крови, она на четвереньках отползла в сторону упавшей колонны и затаилась там.

«Сильнейшие жители Шитара перед ним как дети…» — Марагарита ужаснулась открывавшимся перспективам. Если те, кто сейчас находятся здесь, не справятся с Герилионом, то больше его никто не остановит — он действительно сможет выжечь всю империю дотла.

Она увидела, как в небо поднимаются брат с отцом. Они были в полтора раза меньше истинного дракона. Маргарита с замиранием сердца следила за недолгим боем. Герилион был опытнее, злее, сильнее. Что такое сотня лет, по сравнению с несколькими тысячами? Никто не спешил к ним на помощь. Кто-то бежал, кто-то улетал.

Трусы.

Элигоса нигде не было видно. Неужели он тоже сбежал? Его боли она не чувствовала, а значит, он не ранен.

А она сама разве лучше? Стоит, уворачиваясь от сыплющихся стен и летящих обломков. И ничего не может сделать, чтобы помочь родным. Ни-чего-го! Гера ушла вместе с магией, а умение вскрывать замки сейчас явно лишнее.

Герилион, издав яростный рев, вцепился брату в глотку. Черный дракон Михаила сумел сбросить с себя кровожадную тварь, но уже через мгновение тьма окутала его, и он упал вниз в человеческом обличье.

Марго зажмурилась от ужаса, закрывая лицо ладонями и сглатывая тугой ком в горле.

«Это конец…» — но панические мысли прервал еще один рев. Она осторожно убрала руки и пораженно ахнула. Михаил, зажимая рану на шее, сидел рядом с отцом.

«Живой!..»

Рев повторился, она снова подняла голову и увидела, как друг напротив друга зависло два дракона. Одинаково большие скалящиеся пасти, огромные крылья, поднимающие ветер. И если первым был Герилион, то кто же второй?

И лишь когда летающие твари атаковали друг друга, царапая когтями и впиваясь зубами — она поняла, кто противник древнего монстра. Элигос.

Она чувствовала его боль, как свою. Но вместе с ней пришел азарт, ярость и жажда крови.

Драконы отлетели друг от друга, Герилион вспорол когтями воздух, пытаясь достать противника.7d423c

Элигос трижды менял направления, кружа вокруг более опытного врага. Ударял короткими выпадами, пытался достать клыками до горла — но все напрасно. Каждый раз Герилион отвечал ударом на удар. Опыт неизменно брал свое.

Небо над головой было таким же хмурым, как и замершие в страхе маги, что наблюдали за поединком драконов. Все, кто имел крылья — либо улетели прочь, либо как и родные Маргариты зализывали раны. Брат еще держался, но, судя по всему, помощь, оказанная ему отцом, была недостаточна. Если в ближайшее время древний ящер не будет побежден, все может закончиться очень плохо.

Пять минут. Десять. Элигос не справлялся. С каждым разом пропуская все больше и больше ударов. Он уступал могучему сопернику, даже несмотря на то, что почему-то был равен ему в размерах.

От страха за мужа сводило живот. При взгляде на сочащиеся рваные раны на жесткой чешуе, губы сами собой начинали трястись, а к горлу подкатывала истерика. Хотелось заскулить от ужаса, закрыться в непроницаемом коконе отрицания.

«Не смей!» — злясь, приказала она себе.

И словно в ответ на эту злость на кончиках пальцев заплясали видимые глазу магически искры.

В голове вспыхнуло и погасло далекое истершееся воспоминание, словно виденное во сне. След пребывания другой души в ее теле. Герилион, поящий своей кровью возлюбленную ведьму, и Гера, ощущающая в себе после этого его жизнь и его магию.

Маргарита ведь тоже пила кровь древнего дракона. Его магия теперь навсегда будет в ней. И поскольку ритуал, связывающий их с Элигосом, синхронно дублировал внешнее воздействие сразу на обоих — его дракон также вырос.

Значит ли это, что и она сейчас обладает силой? Ответа не было, но искры, скользящие между пальцев, вспыхивали ярче с каждой секундой. Паника отступила, в этот момент Марго соображала четко и ясно.

Она подняла руку, направляя вперед энергию, как всегда делала, пытаясь снять чужие чары. Просто голый поток силы, выпущенный вперед с единственной целью — уязвить противника.

Из пальцев вырвалась тонкая синяя молния, прорезая воздух и ударяя в грудь Герилиону. Дракон жутко зарычал, чудом уцелевшие стены замка задрожали от полного ярости утробного звука.

Она видела, как оставшиеся в живых устремили на нее свои взоры, но ее интересовал лишь Элигос. Они встретились глазами, и он понял ее без слов. Опустился, зависнув над выщербленным полом, протянул к ней крыло, по которому она забралась на спину.

— А теперь покажем этой зарвавшейся ящерице! — Крикнула она, опьяненная магией, забурлившей в крови, крепче вцепляясь в наросты на шее.

Они вновь атаковали. Когтями, зубами, магией.

Удивительно — он удержаться на спине дракона оказалось просто. То ли это волшебство не давало упасть, то ли запал сражения позволял проявлять чудеса ловкости и силы.

Герилион слабел, отступал, пока, наконец, не рухнул на площадь перед замком, за пределы которого они давно вылетели.

Поверженное чудовище тяжело вздымало грудь, из раскрытой пасти раздавалось глухое рычание.

Элигос начал снижаться, пока призванная тьма не окутала его. Спустя краткое время Марго и он уже стояли рядом с умирающим противником.

Маргарита протянула руку, едва касаясь чешуи. Герилион повернул морду, встречаясь с ней тоскливым взглядом.

Несмотря на то, что эта тварь хотела разрушить ее родной мир, убить всех и каждого, девушке стало его жаль. И жаль ту, что будет обречена вечно ждать его.

Тоска стала почти осязаемой, отзываясь болью в груди. Она выдохнула эту боль, и вместе с ней вырвалось пламя, мгновенно охватившее тушу. Огненные языки ласкали тело ящера, пожирая его, вздымаясь до небес.

Элигос отдернул в сторону, уводя на ступеньки разрушенного дворца. Вряд ли собственный огонь мог причинить вред, но, тем не менее, она пошла за ним.

Они стояли, обнявшись, глядя на полыхающее пламя. Марго не знала, о чем думал в этот момент муж, но сама она не могла перестать думать о ведьме, что ждет с победой своего возлюбленного. Стоила ли месть грядущего одиночества?

Останки истинного дракона еще догорали, когда на площади начали собираться люди. Маги, драконы, неодаренные. Они толпились вокруг, не решаясь подходить ближе.

Маргарита сначала не обращала внимания, но с каждой минутой людей становилось все больше.

— Почему они так на нас смотрят? — Шепнула она Элигосу, — Нам пора вновь подаваться в бега?

Будто в ответ на ее вопрос, от толпы отделилось несколько мужчин в одеждах драконов, которые направились в их сторону. Марго стиснула руку мужа, тот тоже заметно напрягся, готовый защищать и нападать, если потребуется.

Но подошедшие остановились в пяти шагах и встали на колени, прижимая к груди правую руку. Как по команде все остальные, кто был на площади — сделали то же самое.

Маргарита пораженно выдохнула, не понимая, как на это реагировать, а Элигос усмехнулся и наклонился к ней, шепча на самое ухо:

— Старый император мертв, да здравствует новая императрица.