59. А ты бы помолчала, стерва!

Руслан

— Что скажете, доктор? — подрывается к толстому холеному эскулапу тесть. За ним оборачиваемся и мы со Светой.

— Вы вместе? — осведомляется доктор, безошибочно определяя, кто здесь самый щедрый.

— Да, конечно, — киваю скупо. — Как они?

— Операции прошли успешно, — радостно сообщает розовощекий здоровяк. Довольно потирает руки, на ходу соображая, сколько с меня можно слупить.

Нисколько, блин! Зачем платить в неотложке, если за те же бабки можно получить нормальное лечение в частной клинике?

— Они транспортабельны? — обрываю пустопорожний треп.

— Я бы пока не советовал, — дует губешки врач. И лицо его вмиг становится по-детски обиженным. — Куда везти собираетесь?

— К Косогорову, — пожимаю плечами. — Куда ж еще…

— А он знает? Примет? — философски интересуется эскулап.

— Еще не знает, но примет обязательно, — усмехаюсь я.

— Давайте подождем хотя бы до утра, — вмешивается в разговор другой. Усталый, сгорбившийся мужик, только что вышедший в холл.

— Палату люкс и сиделок обеспечьте, пожалуйста, — приказываю я. — И что нужно из лекарств, мы привезем.

— Палату обеспечим, медсестра вынесет список, — кивает доктор и уже поворачивает к дверям, когда я перехватываю его за руку.

— Ты оперировал?

— Ну да, — угрюмо хмыкает он.

— А этот? — киваю на розовощекого пупса.

— Зав отделением, — небрежно бросает доктор.

— Ну, я понял, — усмехаюсь недобро. Протягиваю визитку. — Карту сбера дай. Я гонорар кину за тетенек.

— А кто они тебе? — чуть улыбнувшись, спрашивает он.

— Теща и тетка жены, будь они неладны, — роняю, ощерившись.

— Тогда ничего не надо, — морщит нос и читает по слогам фамилию. — Го-да-ров. Ну ни фига себе, какая птица к нам залетела!

— Карту, док, — тихо напоминаю я и, дружески хлопнув врача по плечу, отхожу к жене и ее родственникам.

— Пока перевозить нет смысла, а там посмотрим, — вздыхаю устало. — Пусть хоть от наркоза отойдут.

— Ты кто такой? — подлетает ко мне незнакомая девчонка. — Распоряжаешься тут, как у себя дома! Какая палата-люкс? Какие сиделки? Может, у тебя и есть миллионы, но у меня таких денег нет! Я с мамой и сама могу посидеть!

Искривленный рот, злые глаза. Маленькая щуплая девка в длинной толстовке и в короткой куртке.

Где-то я сегодня о ней слышал!

«Стопэ-стопэ», — останавливаю сам себя.

— Кто это? — спрашиваю тестя, не обращая внимания на злобные крики.

— Ира. Моя племянница. Танина дочка, — спохватившись, бурчит тесть и грозно зыркает на девицу.

— Мы не просим компенсации, Ира, — миролюбиво замечает жена. И мне душу греет это ее «мы».

Классно сказано!

— А ты бы вообще молчала, стерва! — снова орет девица.

Киваю своим ординарцам. Пацаны подходят ближе.

— Мы помолчим, — хватаю девчонку за руку, а потом за шиворот. — А ты, красавица, расскажешь нам, за что убила Надежду Сергеевну. Это ведь твоих рук дело?

— Она сама виновата! — выкрикивает девчонка и тут же осекается. Но слово не воробей.

— Ира, ты? Как ты могла? — в ужасе охает тесть. Хватается за сердце, норовя грохнуться в обморок.

Слабый мужик пошел.

Моя жена опрометью кидается к нему.

— Папа, папа!

— Поедешь, красавица, в кутузку, — объявляю резко. — Игорь, звони в ментовку.

— А мы уже вызвали, — весело кивает худенькая медсестра. — Как только девушка в убийстве призналась.

— Спасибо, — улыбаюсь я. Краем глаза замечаю, как убийца бабы Нади кидается к Свете. Уже тянет руки к моей жене. То ли ударить хочет, то ли взять в заложники. Ага, щаз!

Совсем офигела, стерва!

Ни капли не церемонясь, подставляю подножку. Сумасшедшая девка падает на пол. А когда ее поднимают мои парни, заполошно орет.

— Все тебе, да? Ишь, какая выискалась. Бабку подговорила тебе дом отписать, мужика богатого отхватила. А мне ничего!

— Ты из-за дома убила бабушку? — охает Света. Во все глаза смотрит на сестру, с трудом веря в происходящее. — Как ты могла? Из-за дома!

В голове не укладывается эта дичь. В два шага оказываюсь рядом с женой. Обнимаю за плечи. Чувствую, как Свету трясет мелкой дрожью.

— Зачем?! — вскрикивает жена. — Я бы тебе отдала этот дом, на фиг. Это не повод убивать людей.

— Случайно вышло, — пытается сдать назад Ира. — Мы поругались с ней. Я ее толкнула. Она упала, и все…

— Врешь ты все, — мотаю головой. Вспоминаю описание ран, несовместимых с жизнью. — Но менты разберутся.

— Едем домой, — ласково прошу Свету. — Тут и без нас свидетелей хватает.

— Папу давай прихватим, — кивает жена на обалдевшего тестя.

— Естественно!

— Как ты понял, что это Ира убила маму? — спрашивает Дима, как только мы отъезжаем от больницы.

— Да тут один свидетель появился, — объясняю, наблюдая, как к неотложке с мигалкой подъезжает полиция. — Я на него сперва подумал. А он в точности описал эту Иру.

— Толик? — тихо роняет жена.

— Да, малыш, — киваю я и, глянув в зеркало заднего вида на бледного тестя, предлагаю по-свойски. — Может, к нам поедете, Дмитрий Николаевич?

— Нет-нет, спасибо, Руслан, — машет тот головой. — Мне в себя прийти надо. Лучше побыть одному.

Высадив тестя около панельной девятиэтажки, напряженно смотрю на сутулую спину и шаркающую походку.

— Он выглядит как ровесник Дамира, — вздыхает жена, имея в виду моего деда.

— Нужно им сообщить, что мы не разводимся, — выезжая со двора. По громкой связи даю отбой пацанам, пристроившим девицу в ментовку, и, повернувшись к жене, спрашиваю.

— Сразу домой или покатаемся?

— Давай прокатимся, — тут же соглашается она. — Нужно немного отвлечься, а то не усну.

Хочется заверить по привычке «я не дам тебе спать!», но сегодня я ни на что не претендую. Мне нужна именно эта женщина, а не обычный перепихон. Больше всего на свете я желаю любви, а не технического секса. А для этого стоит постараться.

Подхватив на светофоре руку жены, целую тонкие пальцы.

— Моя любимая, — улыбаюсь своей девчонке. И сам удивляюсь, как легко выговариваю это слово. Любимая!

— Ты не такой, как обычно, — выдыхает она и добавляет печально. — Бабушку жалко. Снеси этот дом, Руслан! Он никому не принес счастья. Дед с бабушкой горбатились на него как проклятые. Папа с Таней бежали оттуда, как от чумы. А Ира, конечно, всех переплюнула.

— Не пожалеешь? — кидаю на жену удивленный взгляд.

— Нет, — тут же отрезает она. — Я вот думаю, как бы поступил дедушка. И неожиданно поняла. Он бы за свою Надюшку камня на камне не оставил. Но его нет. Он там, рядом с ней. Поэтому я прошу тебя, взорви его, Руслан!

По щекам жены текут слезы. Руки сложены в умоляющем жесте.

Закипаю от злости! Да я за каждую Светкину слезинку порву любого.

«Лучше себе по голове тресни», — вовремя напоминает совесть.

«Не боись, отработаю», — сам от себя отмахиваюсь нетерпеливо.

И заметив выжидательный взгляд жены, стараюсь уйти от прямых обещаний.

— На свежую голову обсудим.

Сейчас Света на взводе. А потом может и передумать.

— Я все решила! — категорически заявляет она.

— Как скажешь, малыш, — улыбаюсь я и, глянув в зеркало заднего вида, осекаюсь на полуслове. — Похоже, за нами хвост. Ты пристегнута, Света?