60. Держись, любимая!

Света

Ничего не понимаю!

Руслан резко давит на педаль газа, стараясь уйти от преследования. За окном мелькают какие-то странные постройки, которых полно на трассе. Мы несемся в кромешной тьме прочь от дома.

— Не бойся, — мимоходом бросает муж. — Сейчас главное — оторваться!

Его ладонь на секунду ложится на мое колено, словно Руслан хочет успокоить одним движением. А потом тонкие холеные пальцы снова хватаются за оплетку руля. Муж выкручивает руль до предела, резко сворачивая куда-то на боковую дорогу.

— Если я ошибся, то тачка просто проедет мимо, — усмехается он. А я, обернувшись назад, внимательно наблюдаю за чернеющей сзади дорогой. И даже вскрикиваю от отчаяния, заметив, как непролазная тьма внезапно освещается огнями.

— Фак! — сквозь зубы скрежещет Руслан. — Держись, Светка, — роняет хрипло.

Рэндж несется по грунтовке, подпрыгивая на кочках.

— Сейчас через мост переправимся, а там козьими тропами к дому выйдем, — поясняет муж, направляя машину вперед.

— Ты эти места знаешь? — спрашиваю робко.

— Конечно, не боись! Мы тут раньше на лодках надувных ходили. Не волнуйся, малыш!

Киваю, боясь отвлечь Руслана. Вжимаюсь в кресло и молюсь всем богам. Мы просто обязаны вернуться домой живыми и здоровыми. У нас Дамирка. Кто его воспитает? Кто будет любить?

От жалости к себе и к сыну хочется закричать. Разреветься от отчаяния. Но сцепив руки, я внимательно смотрю вперед. Иногда перевожу взгляд в боковое зеркало.

— Руслан, они нас догоняют, — шепчу, замечая огни уже совсем рядом.

— Оторвемся, малыш, — устало бросает он. — Сейчас один рывок, и мы в дамках.

Верю мужу безоговорочно. Втянув голову в плечи, надеюсь на лучшее. Руслан знает, что делает. Покосившись, любуюсь гордым профилем и сжатыми от злости губами. На скулах играют желваки. Сейчас Годаров больше всего похож на взбешенного опасного хищника. Дикий и непредсказуемый зверь будто стал одним целым с машиной, ведомой хозяином с огромной скоростью.

Автомобиль влетает на чернеющий в темноте мост, освещенный лишь фарами нашего Рэнджа. И в этот момент с другой стороны пронзительно ярким светом загораются фары другого монстра.

— Твою мать! — морщась, рычит Руслан, жмурясь лишь на секунду. Но в этот момент наши преследователи идут на обгон, подсекая нашу машину и выдавливая ее с моста.

— Отстегивайся! — орет Годаров, снимая с блокировки центральный замок и чуть-чуть приоткрывая дверцу. — Сгруппируйся, любимая!

Если бы я знала, как!

Повернувшись боком, сжимаюсь, как при падении. Именно так меня учил дедушка.

— Молодец, — кивает Руслан. И в этот момент наш бронированный Рэндж плюхается в воду и в одно мгновенье уходит под воду.

— Спокойно, Света, — просит Руслан. В его голосе чувствуются мягкость и твердость одновременно. И безграничная любовь. Стоило поверить в нее в последние минуты жизни.

В ужасе оглядываюсь вокруг. Со всех сторон черная толща воды.

— Слушай меня внимательно, — уверенно убеждает меня Руслан. — Ты же нырять умеешь? Вот и нырнула. Набирай побольше воздуха, и погнали.

— А ты? — шепчу еле слышно. Трясусь вся от страха, но боюсь поддаться панике. Сейчас это самое страшное.

— Нам домой надо. Дамир ждет, — безапелляционным тоном заявляет Руслан. Быстро расстегивает ремень на брюках и, вытащив черный кожаный пояс, связывает наши руки. — Держись за меня. Не вздумай бросить. Ты же классная пловчиха, малыш! Помнишь, как с лодки ныряла? Я, наверное, тогда и влюбился… Ну все, вперед! — решает Руслан и осторожно пересаживает меня к себе на колени. Затем распахивает дверь. И тут же мощный прожектор пронизывает воду до самого дна.

Холодная вода моментально проникает под одежду, сковывает дыхание.

Плыву рядом с мужем, стараясь не отставать. Но от ледяной воды движения становятся более медленными, а мокрая одежда тянет на дно. Стараюсь выплыть, но холод и страх сковывают тело. А ремень, соединивший нас друг с другом, расстегивается и сползает. Пальцы слабеют. И я уже не чувствую руку мужа.

Сначала мне кажется, еще минутка, и я его догоню. Но коченею в воде, а суставы становятся деревянными. От беспомощности и безнадеги закрываю глаза.

Мне ни за что не выплыть!

Все.

Жизнь прошла.

Сердце тянет от безумной боли, но нет сил даже подумать о Дамире. Только черная темнота…

Крепкие руки подхватывают меня.

— Светка! А ну-ка, очнись! — орет Руслан прямо в ухо. Не давая захлебнуться, умело удерживает меня на поверхности воды. Словно крейсер, на всех парах шурует к берегу.

Поднимаю тяжелые веки и сама себе командую «не спать!». Стараюсь грести, помогая Руслану.

— Тихо, малыш, мы спасены! — шепчет муж, становясь на дно. Подняв меня на руки, тащит к берегу.

— Нужно идти, Света, — приказывает суровым тоном. — Иначе замерзнем и сгинем. Давай. Выливаем воду из ботинок, выжимаем одежду, и вперед.

— Я устала, — ною, садясь на какой-то камень. Трясущимися руками разматываю шаль, с которой ручьями стекает вода. Бросаю тряпку рядом и повторяю со вздохом. — Я очень устала. Нужно отдохнуть. Потом пойдем по светлому.

Говорю, а у самой зуб на зуб не попадает.

— Нас найдут, — отрезает Руслан. — Нужно уйти как можно дальше. Тут неподалеку жилье есть. Попросимся на ночлег, — бурчит он, доставая из кармана совершенно бесполезный сотовый.

Потом садится рядом со мной и, сняв кроссовки, стаскивает с ног тонкие шерстяные носки. Затем приходит черед пуловера и джинсов.

— Раздевайся, — командует мне. Безжалостно выжимает мои свитерок и брючки.

— Шерстяные вещи надевай прямо на голое тело, — велит, протягивая мне одежку. — Шерсть влагу не держит. И ты быстрее согреешься. Лифчик и трусы оставим дикой природе, — шутит по привычке.

Содрогаясь от холода, пытаясь надеть брюки. Но с трудом попадаю в штанины. Влажная шерсть, соприкасаясь с кожей, согревает немного. Только руку тянет немного. Наверное, слегка поранилась, когда потеряла сознание.

— А наши преследователи? Ты хоть знаешь, кто это был?

— Пестов, кто же еще, — морщится муж. Но любимую фразочку «твой старый друг» не добавляет в этот раз.

— Погоди, что это? — бросает тихо и при свете луны внимательно осматривает мое предплечье, а там из узкой глубокой раны струится кровь. — Где тебя так угораздило? — рычит, подхватывая мою шаль. Умелыми движениями перевязывает рану и одевает меня как маленькую. — Сиди уже, — бурчит, снова усаживая меня на камень. И вместо моих тонких ажурных гольфов натягивает на мои ноги длинные шерстяные носки.

— Зачем? — спрашиваю еле слышно.

— Я и не в таких передрягах участвовал, — криво усмехается муж. — А тебя нужно согреть. Мне ты нужна…

— На какой срок? — интересуюсь, внезапно вспомнив о брачном контракте. Морщусь, качая больную руку, и внезапно нутром чувствую возмущение мужа.

— Навсегда, — хмыкает он, надевая на меня ботинки.

Естественно, мокрая обувка комфорта не доставляет. Зато носки, доходя до середины икры, теплым облаком окутывают ноги. Приятно.

— Можешь идти? — строго спрашивает меня Руслан, заглядывая в лицо. Затем всовывает босые ступни в ботинки и, взяв меня за руку, слегка прикасается губами к моему виску.

— Держись, любимая. Путь неблизкий.

Жарко шепчет в ухо.

— Руслан, миленький, — рыдая, кидаюсь на шею мужа. — Ты спас меня!

— Выбираться надо, Света, — рычит муж, склоняясь ко мне с поцелуем.

Его язык хозяйничает у меня во рту. По телу разливается тепло. Словно мурашки бегающие по коже, проникают внутрь. Разгоняют кровь и заставляют сердце биться сильнее.

— Я люблю тебя, — выдыхает Руслан и, взяв за руку ведет по узкой тропинке вдоль реки.