66. Блины и карма

Светлана

Тысячи фейерверков гаснут, а бабочки в животе устало складывают крылышки. Муж, распластавшись сверху, придавливает меня к постели. Чувствую, как проваливаюсь в ленивое блаженство. Но еще один заход я вряд ли выдержу.

— Я больше не могу, — шепчу, зарываясь пальцами в волосы мужа. Лениво целую его куда-то в висок и прошу. — Переляг, пожалуйста!

— Как скажешь, любимая, — бормочет Руслан, вместе со мной переворачиваясь на спину. И теперь уже я, распластавшись, лежу на груди мужа.

— Есть хочу, — заявляю капризно.

— Сейчас принесут, — со вздохом роняет муж, пытаясь одной рукой ухватить айфон с тумбочки. — Лежи, — велит мне, когда я хочу дотянуться до трубки. И подхватив двумя пальцами сотовый, отдает приказ Елене Романовне.

— Лена, мы есть хотим. Доставь нам в спальню что-нибудь вкусное… Блинов хочешь с икрой? — спрашивает меня. — Или бульон с профитролями?

— И то, и другое, — бормочу я, норовя встать.

— Лежи, я сам, — нетерпеливо бросает Годаров и, поднявшись с постели, заматывает вокруг бедер полотенце. Упав на подушки, зачарованно наблюдаю за мужем. Вот подошел к окну, печально посмотрел на небо. Поморщился от каких-то своих мыслей.

— Что случилось? — спрашиваю, садясь на постели.

— Все в порядке, — отмахивается он. — Хочу завтра взять катер и устроить покатушки по округе, — возвращается ко мне муж. — Ты со мной?

— Я согласна ехать куда угодно, но только не в конце февраля, — мурлычу, не желая вылезать из-под одеяла. — Давай отложим хотя бы до мая, — вздохнув, предлагаю я.

— Нужно прогноз глянуть, — соглашается муж. — Если будет ветер и холодрыга, никуда не поедем.

— Тебя это тоже касается!

— Безусловно, моя госпожа, — фыркает Руслан и, найдя в тумбочке пульт, включает плазму, висящую на противоположной стене.

Кинув пульт на кровать, в два шага оказывается около двери. Пропускает в комнату важную Елену Романовну с подносом. Закрыв глаза, обращаюсь вся в обоняние. Пытаюсь понять, чем нас собирается кормить экономка. Пахнет блинами, чем-то рыбным и клубникой.

У-у, как же классно!

— Протри бокалы, Лен, — открывая дверцу бара, просит экономку Руслан. Звякает тонкое стекло. Хлопает пробка. А затем раздается испуганный вопль Елены Романовны.

— О, господи! Это же ваш штурман, Руслан Артурович!

Подскочив на кровати, продираю глаза. Изумленно всматриваюсь в огромный экран, где с широкого мясистого лица вытирает кровь Толик Шарлыкин и что-то рассказывает корреспонденту.

— Сделай громче, — просит муж. И заметив, как я ошалело тыкаю по кнопкам, спокойно подходит и забирает пульт.

И сразу же бойкий голос начинает вещать на всю спальню.

— Массовая автомобильная авария случилась сегодня на проспекте Революции, — тараторит молоденькая корреспондентка. — Пять машин столкнулись на перекрестке по вине возвращавшегося из ЗАГСа водителя БМВ. Молодожены и их немногочисленные гости получили переломы разной степени тяжести.

Камера наезжает на Толика, потом на рыдающую женщину рядом с ним, а затем на Зою Федоровну, прижимающую к себе поврежденную руку, и Лидию Ивановну с забинтованной головой.

— Да что же это делается! — охает наша экономка.

— Карма, Елена Романовна, — криво усмехается Руслан, выпроваживая экономку за дверь.

И вернувшись в комнату, словно зачарованный застывает перед экраном, где все еще идет репортаж с места аварии.

— Все твои враги получили по заслугам, жена! — сообщает радостно и, подхватив трубку, звонит Манучарову.

— Включи телек, Тим! Хмырь, Грива и Зойка с Лидкой отхватили неслабо. Говорят, из ЗАГСа ехали…

Закончив разговор, муж откидывает трубку в сторону.

— Вот, моя дорогая, пошел я у тебя на поводу. Не настучал по репам всяким злыдням. Пришлось мирозданию вмешаться и отоварить их по полной. Но я не в претензии. Награда нашла героев. Их ждет травмпункт, а нас — шампанское.

— Так нельзя говорить, — шикаю инстинктивно.

— Я — циничный ублюдок, Света. Не люблю людей. Только для двоих могу сделать исключение, — деланно вздыхает муж. Вернувшись к столу, где расставлены тарелки и бокалы, наливает шампанское.

Мелкие пузырьки весело бегут вверх.

— Вставай, блины стынут, — решительно заявляет муж, выключая телек. Подхватив меня на руки, тащит к столу и, усевшись на единственный стул, подносит бокал с Кристаллом.

— За нас, моя любимая! За нашу семью!