67. Десять лет спустя. Эпилог

Десять лет спустя

— Ночь спокойная такая,

Что не слышен шорох в листьях,

Если бы была такая

Тишина в душе и мыслях, — обнявшись, поем старую бардовскую песню.

Этот момент на регате я обожаю больше всего. Дети и родители вместе выводят колыбельную. Все тихо покачиваются в такт. С моря веет легкий бриз, а на небе горят россыпи звезд.

Мои ладони покоятся на маленьких крепеньких плечах Дамира и хрупких — Надежды. Пальцы правой руки касаются ладошки жены, обнимающей дочку. Инстинктивно поднимаю глаза и, улыбнувшись, подмигиваю жене.

«Я в деле!» — кивает мне она.

Еще полчаса и дети разбредутся по каютам и задрыхнут без задних ног. Мы еще немножко посидим на палубе, порассуждаем о завтрашнем окончании регаты и надвигающемся циклоне. И, оставив команду юнг на попечение вожатого, спустимся на берег.

Я снова чувствую себя молодым и влюбленным. Хотя мне давно кажется, что нахожусь в этом состоянии целую вечность. Лишь бы семья рядом была!

С женой в обнимку мы бредем узкими улочками древнего города. Целуемся, останавливаясь под тенью арок и памятников. Лишь иногда оглядываемся, поджидая еще одну тискающуюся парочку.

— Тим! — окликаю Янычара. — Нам сюда! — Машу рукой в сторону сверкающего огнями казино. На входе строгий фейс-контроль, но нас пускают, распахнув двери.

— Интересно, тебя узнали или меня? — фыркает довольный Тимур и добавляет заговорщицким шепотом. — Нужно было прихватить с собой Васю. Он бы тут сорвал джек-пот.

— Да мы и так с тобой выиграли по-крупному, бро, — усмехаюсь я, ни на секунду не отпуская руку жены.

— Повезло, — довольно соглашается он, влюбленно оглядывая Любу.

— Может, просто посидим в баре, раз удача и так на нашей стороне? Нет смысла злить старушку Фортуну.

— А мне интересно, — азартно спрашивает жена, — кто мой таинственный друг на яхте?

— Это секрет, дорогая, — заказывая апероль, морщусь я. — Узнаешь в конце регаты, то есть завтра.

— Я тоже голову ломаю, — почесав затылок, признается Манучаров.

— А я вычислила, кто у меня, — по-детски хихикает Люба и тут же пожирая влюбленными глазами Тимура, выпаливает. — Ты!

— Ну не зна-аю, — тянет он задумчиво. Хотя на лице друга написаны все эмоции. Любовь, нежность, неудержимая страсть…

— Дети тоже гадают, — улыбается Света, поудобнее устраиваясь в моих объятиях. — Какая же это прекрасная игра! Каждый день получать маленькие презентики и внимание от тайного друга.

— И заметь, каждый старается, передать своему протеже что-нибудь вкусненькое или красивое.

— Шикарная задумка! — довольно бухтит Манучаров и в своей привычной манере командует. — Народ, идем танцевать! Хочу пообжиматься с моей девочкой.

На танцполе людей немного. Африканского вида певица поет самую знаменитую песню Уитни Хьюстон. Пронзительная обволакивающая мелодия берет за душу.

— Моя любовь всегда со мной, — тихо напеваю на ушко жене. И неожиданно останавливаюсь, ослепленный внезапной догадкой. — Скажи, — притягиваю к себе Свету. Словно слепой веду пальцами по каждому позвонку. Спускаю ладонь ниже, слегка касаясь маленьких угловатых лопаток. — Света-а, — шепчу требовательно.

— У нас задержка две недели, — вздыхает она, поднимая на меня глаза полные вселенского счастья.

— Хорошо, что завтра последний день регаты, — вздыхаю я. — Нужно срочно везти тебя домой.

— Годаров, не начинай, а? — словно кошка, довольно фыркает она. — Дай насладиться отпуском.

— Я чокнусь пока мы родим, — вздыхаю тяжело. — Опять буду на нервяках.

— Этого я и боюсь, — улыбается жена. — Рождение Нади я никогда не забуду! Кто запугал всех врачей в родзале и потребовал, чтобы акушерки согласовывали с тобой каждое действие? А кто спросил у доктора, есть ли у него высшее образование и потребовал предъявить диплом?

— А что такое? — притворно ужасаюсь я, решительно уводя жену с танцпола, а потом из бара. — Сильно накурено. Тебе нельзя.

— Может, мы еще и не залетели, — неуверенно предполагает Света.

— Ты сама в это веришь, любимая? — отмахиваюсь как мальчишка. — За двенадцать лет брака у нас трижды был незащищенный секс. Первый раз мы заделали Дамира, второй — Надежду. А третий… Если родится дочка, назовем ее Светой, а если сын…

— Хуаном-Карлосом, — счастливо смеется моя любимая и добавляет со вздохом. — Как детям скажем, Руслан?

— Не парься. Сам справлюсь, — выдыхаю, склонившись к жене с поцелуем.

— Эй, капитан! — смеются вышедшие следом Манучаровы. — Сними номер для новобрачных!

— Мы уже снимали недавно, — отстранившись от жены, замечаю ворчливо.

Вспоминаю, как месяц назад приехав порыбачить на нашу базу «Приозерную» мы попали под жуткий ливень и два дня не выходили из дома и не вылезали из койки. Прикончили весь запас защиты и сами не заметили как перешли к вменяемому кексу. Сил хватало только наскоро перекусить и вернуться в койку.

— Ну ты красавчик, Руслан, — фыркал как ежик дядя Гена, провожая нас до машины. — Даром времени не теряешь.

— Время — наш самый ценный актив, — вздохнул я тогда. — Нужно тратить его только на родных и любимых.

Конец