Глава 26

Али

Первая мысль — это тоже сон… И сейчас я проснусь совершенно один в своей постели. И в этой постели не будет её. Какого хрена она мне снится?

Потираю лицо ладонью в попытке стряхнуть наваждение.

— Ты словно призрака увидел, — хмыкает Вика.

У сновидения есть голос. Да и солнце, бьющее в окно, ощущается как настоящее. Похоже, я не сплю, и Вика реальна.

— Так и есть, — отвечаю сдавленно. — Ты теперь призрак.

Странно, но язык всё ещё отказывается ворочаться, а тело какое-то онемевшее. Словно я провёл в спячке несколько дней.

— Сколько времени? — верчу головой в поисках телефона.

— Хм… То есть мы не виделись три года, а всё, что ты можешь сказать мне, это сколько времени?

Вика надувает пухлые губы и просовывает руку под одеяло. Хорошо, что на мне одеяло, потому что стояк после такого горячего сновидения всё ещё при мне.

Отпрянув, скидываю ноги с кровати и сажусь, повернувшись спиной к Вике.

— Тебе даже неинтересно, что я здесь делаю? — спрашивает она с обидой.

— Нет, Вик, неинтересно. Потому что ты уже уходишь.

Я слышу, как она спрыгивает с кровати, обходит её и встаёт передо мной.

— Что я тебе такого сделала, Ренат? Я думала, ты будешь рад моему возвращению.

Она выглядит так, словно сейчас заплачет, и мне становится не по себе.

— Ничего ты не сделала, Вик. Просто сейчас не самый лучший период в моей жизни… Не до тебя, прости.

— Но у меня же никого здесь не осталось! — она всё-таки начинает реветь. — К брату я не пойду. Домой тоже не вернусь. А Ян… Он ведь погиб, да?

Чёрт, Ян…

Вика — как груз из прошлого. Как камень, который может утащить на дно. Мне хочется её выгнать и забыть, что она приходила. Три года назад я сделал для неё всё, что было в моих силах. И на этом конец, больше я ей ничего не должен…

И всё же не могу её выгнать. Пока не могу. Я просто сдам её Игнату, раз уж он так хотел увидеться с сестрой.

Зачем она вернулась, чёрт возьми?

— Давай ты успокоишься, ладно? — поморщившись, встаю с кровати. Голова раскалывается, словно я пил не снотворное, а что-то покрепче.

— Хорошо, — её слёзы вмиг высыхают. — Я успокоюсь, если ты позволишь мне остаться.

Она бежит за мной по пятам, когда я покидаю спальню, направляясь к ванной. И даже когда захожу туда, она идёт следом. Наблюдает за мной, пока я щедро плещу в лицо водой.

— Я вернулась потому, что тот парень, которому пообещал меня отец, недавно женился, — сбивчиво объясняет девушка, стоя за моей спиной. — Подумала, что уже могу вернуться. И, возможно, отец перестанет распоряжаться моей жизнью, узнав, что его дочь жива и здорова.

Выключаю кран, упираюсь ладонями в раковину и смотрю на Вику сквозь отражение зеркала.

— Так в чём дело? Возвращайся домой.

— Я планирую появиться на свадьбе брата, — она лукаво улыбается. — Устрою всем сюрприз.

Хорошенький сюрприз, чёрт возьми! Вика в своём репертуаре. Свадьба превратится в счастливое возвращение Виктории Соколовой из царства мёртвых. Как и всегда, Вика эгоистично думает лишь о себе.

— Я планирую рассказать твоему брату о том, что ты у меня, намного раньше свадьбы, — говорю прямо. — Сделаю это буквально через десять минут после того, как приму душ.

Поворачиваюсь к ней и киваю на дверь. Чёртов замок сломан, но я надеюсь, что у неё хватит мозгов ко мне не соваться. Хотя с чего бы ей так делать? Она же меня никогда не замечала.

— Нет, не надо звонить Игнату, — начинает канючить Вика. — Давай хотя бы не сегодня… Я пока не готова к воссоединению с семьёй.

Да уж… И припёрлась ко мне.

— У тебя деньги закончились? — вновь спрашиваю в лоб.

— Ну зачем ты так, Ренат? — потупив взгляд, она выглядит совсем несчастной. — Ладно… Я подожду внизу…

Молча выходит за дверь, тихо её притворив. Из моей груди вылетает отчаянный вздох. Твою мать! Мало мне Тимура и всех проблем, которые настигли в одночасье. Так ещё и Вика пожаловала.

Возможно, ещё месяц назад я был бы рад тому, что она вернулась. Возможно, всё так же сох бы по ней, не имея возможности понять, что эта девушка мне не нужна. Что она не та, кто может сделать меня счастливым. Не та, которая будет искренне любить.

Возможно, месяц назад я вновь сделал бы для неё всё, что она попросила. Отдал бы последние деньги, скрывал бы от семьи столько, сколько потребуется. И, возможно, снова сел бы в тюрьму ради неё.

Но теперь всё это кажется мне бредом. Теперь я знаю, как выглядит любовь, и как она ощущается. Вика — это не любовь. Это давняя прихоть взбунтовавшегося мальчишки. Любовь — это Яна. Теперь эта задачка легко решается…

***

Приняв душ, чувствую себя практически в норме. Обмотав бёдра полотенцем, покидаю ванную, пересекаю холл и захожу в спальню. Вика сидит на моей кровати. На самом её краю, поставив локти на колени и уныло подпирая ладонями подбородок.

Чёрт…

Никак не комментирую, что она вновь припёрлась в спальню, хотя должна была ждать внизу. Как только подхожу к шкафу, её заинтересованный взгляд мечется в мою сторону. Она вскакивает с кровати.

— Я знаю, почему ты злишься! — выпаливает девушка. — Потому что ты знал о том, что я была с Яном, да?

— Это дело прошлого, и я на тебя не злюсь, — отвечаю незаинтересованно.

Меня и правда это больше не интересует.

— А ещё ты отсидел три года из-за меня! Но ты сам так решил, Али! Ты сам решил меня спасти!

Она приближается вплотную и тычет в меня пальцем.

— Ты любишь меня, а теперь злишься, потому что даже несмотря на твой поступок, я не отвечаю тебе взаимностью.

Боже, что в её голове?

— Мне надо одеться, выйди, — киваю на дверь и отворачиваюсь к шкафу.

Подхватываю с полки трико и футболку.

— Но теперь я вернулась, Ренат, — её руки требовательно ложатся на мои плечи. — За три года я пересмотрела своё отношение к тебе. И я хочу ответить тебе взаимностью… Слышишь? Я хочу только тебя!

Что ж… Она, слава Богу, опоздала.

— Вик, выйди! — настойчиво прошу её, не оборачиваясь. — Я оденусь, и мы поговорим.

Она — младшая сестра моего друга. И теперь только поэтому я не могу её обидеть.

Это мелкая виновата! Это она привила мне излишнюю терпимость… и героизм, чёрт возьми.

Я поворачиваюсь к девушке, а она всё ещё стоит слишком близко.

— Ренат, что мне сделать, чтобы ты не смотрел на меня с такой строгостью? Что мне сделать, чтобы ты посмотрел на меня как раньше?

Раньше? А как я смотрел раньше?

Пробегаю быстрым взглядом по лицу Вики. Да, она красивая девушка, но не больше. Мой взгляд спускается ниже. Её ровные плечи, почти королевская осанка и уверенность, с которой она держится, кардинально отличаются от того, что я вижу в Яне. Да, у мелкой обе ноги левые. Она часто спотыкается и крайне не уверена в себе… Но это Яна. Её я просто люблю. А Вика теперь мне чужая. И как я должен на неё смотреть?

— Прости, Вик, я больше не твой преданный пёс, каким был раньше, — пожимаю плечами.

Пытаюсь обойти девушку, чтобы одеться в ванной, но она преграждает мне путь.

— Ты и не был моим псом, Ренат.

Ага, конечно.

Она укладывает руки на мои плечи и встаёт на цыпочки, чтобы дотянуться до моих губ. Отступаю на шаг назад, и её руки соскальзывают с меня.

— Вик, что ты делаешь?

— Я хочу быть с тобой, Ренат… Теперь правда хочу, — шепчет она.

Резко приближается и начинает покрывать мою грудь короткими поцелуями. Поднимает край полотенца, пальцами сжимает член. Твою мать!

— Вик, ты этого не хочешь. И я больше этого не хочу, — говорю спокойно и настойчиво убираю её руки со своего тела. Схватив за запястье, удерживаю девушку на месте. — Послушай, не нужно так делать. Не нужно выдумывать себе лишнего. Нас никогда не было, Вик. Я просто помог тебе, и всё! Ты мне ничего не должна. И я больше тебе ничего не должен.

— Ренат… — она вновь пытается ко мне прикоснуться.

Я не позволяю. И чтобы не сделать ей больно, мягко подталкиваю к кровати. Она спотыкается и неуклюже на неё падает. Начинает рыдать, закрыв лицо руками.

Блядь!

Я швыряю вещи на пол, приближаюсь к кровати и сажусь на корточки возле её лица.

Блядь! Вот за что мне всё это? Хотя я знаю ответ, мать вашу! За те ошибки, которые совершал! За те решения, которые принимал! Вот, за что!

— Вик, — тихо зову её, но это не помогает. Пытаюсь оторвать её руки от лица — и тоже безрезультатно. — Вик, перестань вести себя как слабачка. Ты же не такая.

— Ты не видел меня три года, — продолжает выть она. — Может, я стала слабой.

— Я же тебя не гоню, — говорю успокаивающе. — Давай спокойно поговорим и найдём выход. Ты зря не хочешь встретиться с Игнатом. Он искал тебя.

Она всё-таки убирает руки и смотрит на меня сквозь вуаль непослушных тёмных волос, упавших на лицо.

— Я к тебе вернулась, — признаётся тихо. — За три года смогла понять, что ты сделал для меня то, что никто бы никогда не сделал. Поняла, какой дурой была, что тебя не замечала. Ты сможешь меня простить?

— Я простил, — говорю поспешно, чтобы не вызвать новую порцию слёз девушки. — Давай позавтракаем и поговорим, хорошо?

— Скорее уж, пообедаем, — улыбается она сквозь слёзы. — Сейчас уже около двенадцати. Я думала, ты никогда не проснёшься…

Блядь, вот это я поспал.

— Как ты вошла в дом?

— Дверь была не заперта, — она пожимает плечами.

— Тебя кто-нибудь видел?

— Вряд ли. Я пришла в пять утра.

А вот это уже ценная информация. Значит, мои надзиратели иногда всё-таки спят.

Хочу подняться с пола, но Вика хватает меня за руку и прижимает мою ладонь к своей щеке.

— Я соскучилась. Боже, я так соскучилась и так рада тебя видеть…

Пытаюсь мягко выдернуть руку, уже открываю рот, чтобы сказать Вике о том, что у меня есть девушка, и чтобы она прекратила вот эти вот смешные попытки привлечь моё внимание. Но все слова застревают в горле…

Отчётливо слышу шаги на лестнице. Мягкие, лёгкие, почти беззвучные. И эти шаги не приближаются, а, наоборот, отдаляются.

— Кто это? — испуганно спрашивает Вика.

А я, оставив её вопрос без ответа, рывком поднимаюсь с пола, вылетаю из спальни и бегу вниз по лестнице. У самой двери вижу девичью спину и небрежный пучок на макушке. И можно не гадать, кто это. А также не питать себя иллюзиями, что она не поняла всё неправильно.

Я в одном полотенце на бёдрах. В моей кровати лежит девица. Блядь!

— Ян!! — мой голос напоминает рёв зверя, попавшего в капкан.

Она уже распахнула дверь и выскочила на улицу, но, услышав меня, резко разворачивается. Я приближаюсь к двери и сходу заношу ногу, чтобы переступить порог.

— Не надо! — Яна в отчаянии выставляет руки перед собой. — Не выходи! Прошу тебя, не выходи…

— Ян… — тяжело вздыхаю от навалившегося чувства вины.

Не из-за Вики. А из-за того, что я сделал с мелкой.

Её медовые глаза словно потухли. Совсем бледное лицо, без единой капли румянца. А под глазами тёмные тени — следы бессонных ночей, переживаний и тоски. Тоски по мне!

Моё тело цепенеет. Пальцы сжимают дверной косяк. Я силой удерживаю себя на месте. А Яна с мольбой смотрит на меня, всё ещё держа руки перед собой.

— Ян, — вновь тяжело вздыхаю. — Всё не так.

Она молчит. В глазах читается недоверие… А ещё усталость, обида и паника. Много всего!

— Всё не так, — повторяю снова.

— А как? — спрашивает еле слышно и таким тоном, словно и не собиралась спрашивать.

Мне хочется просто подойти и обнять её. Просить прощения за то, что со мной одни проблемы. Я — проблема!

Твою мать, что я с ней сделал? Беззаботная весёлая девчонка сейчас выглядит раздавленной и совсем не похожей на себя. Сейчас она кажется определённо старше. Возраст отражается в её уставшем взгляде.

Её губы начинают дрожать. И я вновь дёргаюсь в сторону мелкой. Яна тут же упирается мне в грудь. Холодные пальцы впиваются в кожу.

— Нет, Ренат! Ты не выйдешь, — она хоть и шепчет, но в этом шёпоте слышна железная непреклонность. — Кто бы это ни был… там, в твоей спальне… я тебе верю.

Губы вновь дрожат, и Яна часто моргает, чтобы сдержать слёзы.

— Это Вика…

Отцепляюсь от дверного косяка и пытаюсь перехватить мелкую за запястья. Чтобы втянуть её в дом. И всё объяснить. Но она, услышав это имя, резко отступает.

— Та самая Вика?

— Нет, просто Вика. Вика, которая ничего для меня не значит. Ян, не делай так! — во мне поднимается негодование, быстро сменяющееся безысходностью. — Подойди, прошу! Иначе я сам выйду! Клянусь тебе, я выйду в эту чёртову дверь!

Ведь не бывает безвыходных ситуаций, правда?! Да сдался мне этот турнир! Да похуй мне на всё, кроме неё! Лишь бы она не плакала… Лишь бы просто любила!

— Вика — сестра Игната, — объясняю я судорожно. — Она припёрлась ко мне, потому что… Потому что ей пойти больше некуда! Но я отправлю её к Игнату, она здесь не останется! Ян! Подойди, прошу тебя!

Она смотрит на меня с кажущимся пониманием. Даже пытается улыбнуться и вновь успокаивающе выставляет руки перед собой.

— Я тебе верю, правда.

— Тогда почему не подходишь?

Я знаю, почему! Ей больно! Она хочет верить, но не может! Будь мы в другой ситуации, просто бы ушла! Взяла бы паузу, чтобы подумать. А я бы ползал возле её ног, доказывая свою невиновность. Плевать! Я бы ползал. Не будь я преступником под домашним арестом, а просто парнем, она бы не стала меня сейчас слушать. Она бы ушла! Но не может сейчас сделать этого. Знает, что я пойду за ней.

Твою мать! Да я просто жалок!

Краем глаза замечаю Игната. Он медленно приближается к нам, тоже выставив руки перед собой. Мои надзиратели появляются за его спиной.

— Али, ты куда собрался? — кричит Игнат, потому что пока ещё далеко. — Ян? Это что за хрень? — с разочарованием качает головой, глядя на мою девушку.

— Не говори с ней так! И оставайся на месте, — рычу на друга и вновь цепляюсь за дверной косяк, чтобы не дать себе выйти.

— Так, спокойно, Али, — начинает уговаривать Игнат. — Давай ты зайдёшь в дом, ладно?

Я жалок! А теперь ещё и псих в глазах окружающих! Да они даже вздохнуть лишний раз боятся, в ожидании моих последующих действий. Я привык быть психом… Только теперь не хочу им быть!

— Сам зайди в дом, Сокол. Там тебя ждёт сюрприз.

Стараюсь говорить спокойно, хоть и даётся это с трудом. Потом смотрю в потухшие глаза Яны.

— Я не стану выходить, мелкая, — силюсь улыбнуться. — И пойму, если ты не захочешь войти. Прости, но у меня и мысли не было тебя обидеть. Не знаю, что именно ты видела или слышала, но поверь, я смогу тебе всё объяснить. Сейчас или позже — неважно. Но ты же дашь мне возможность объяснить?

— Я тебе верю, Ренат, — как заезженная пластинка повторяет одно и то же Яна. — Просто зря пришла. Игнат прав, своим появлением я могу спровоцировать тебя на ненужные действия.

Даже сейчас она думает лишь обо мне. Лучше бы врезала, послала куда подальше. Тогда бы я точно знал, её истинное мнение.

А ещё чёртов Игнат! Зачем он вообще влез, мать вашу?! Должен был купить ей телефон, и всё!

— Ты в своём уме? — Сокол приближается.

Я видел, что он пытался утихомирить моих надзирателей, но, похоже, тщетно. Они наверняка уже звонят Соболеву, чтобы тот усилил мою охрану.

— Ян, я же просил тебя! — не дождавшись от меня ответа, Игнат смотрит на мелкую. — Подставляюсь по полной перед Кириллом. Отвлекаю этих амбалов, — машет рукой в сторону охраны. — Чтобы что? Чтобы ты провоцировала Али? Иди в машину! Встреча окончена!

— Я сказал: не говори с ней так! — огрызаюсь на друга. — Яна меня не провоцирует. И она всё, чем я дорожу. И только ради неё я не стану нарушать домашний арест!

Смотрю в глаза своей девушки. Но теперь не могу понять, о чём она думает. Ни единой мысли…

— Да хрен тебе кто поверит, Али! — негодует Игнат. — Всё! Хватит заниматься этими пиздастраданиями! Скоро ты будешь свободен, а она, — тычет в Яну пальцем, — подождёт! Поэтому ты, — толкает меня в грудь, — валишь в дом. А ты ждёшь в машине, — приказывает Игнат моей девушке.

Как можно не психануть в такой ситуации? Никак! Мне хочется наброситься ещё и на Сокола! За его резкий тон, за его указания… и за его сестрёнку, которая именно сегодня решила восстать из мёртвых!