Глава 19
Каждый шаг вел их прямиком в ловушку.
Мария подозрительно легко спускала все его выходки. Зверь был доволен, но Михаил не позволял себе и крупицы лишнего оптимизма. Еще не время. Но какой же горькой может оказаться победа. Если это вообще можно так назвать.
Зверь нетерпеливо щелкнул клыками.
Он-то как раз рассчитывал убрать Марию навсегда. А ему – человеку – становилось от этого тошно до чертиков.
Мария ведь ни в чем не виновата. Если бы не та детская шалость – черт бы ее побрал, – сейчас бы рядом была энергичная м вполне вменяемая девушка. Родная кровь, о которой он заботился с самого детства. Когда умерла мать, они стали опорой друг для друга. А теперь… Теперь предстояло поставить точку. То, что сидело в главном офисе «Бионики», давно не его Мариша.
Он понимал это мозгами, но никак не мог принять сердцем.
Прав был отец, когда однажды под хмелем заявил, что Мария справилась бы с «Бионикой» лучше.
Она с детства была к этому расположена. За внешней мягкостью прятался стальной стержень. А Михаил никогда не завидовал. Он умел защищать лучше, чем давить неугодных. Но у жизни хреновое чувство юмора.
Лифт мягко остановился и распахнул двери.
Ника, стоявшая за его спиной, сдавленно охнула. Мария сидела на его рабочем столе, а рядом на коленях стояла Джэс. Один из охранников держал дуло пистолета у затылка девушки.
– Привет-привет, – широко улыбнулась сестра.
И ведь выглядела нормально. Никаких дерганых движений, голос мягкий, словно они сейчас хорошо проводят время за чашкой кофе, а не стоят друг против друга с взаимным желанием убивать.
– Отпусти ее!
Голос Ники дрожал. Девушке было страшно до чертиков, но все равно она готова была ринуться бой. Такая сильная и слабая одновременно.
Мария зацокала языком:
– Кофе со мной выпьешь?
Зверь предупреждающе зарычал, но Ника не поняла. Или не хотела.
– Конечно, выпью, – прошипела зло. – Дашь мне розовую чашку, как куколке?
Марию так и перекосило. Маска ангелочка пропала, как будто ее не было.
– Обойдешься, – оскалилась зло. – Ты испортила мне все планы! Грязная нищенка… Надо было пристрелить тебя сразу, как только я обо всем узнала!
Зверь дернулся в сторону угрозы, но Мария отрывисто кивнула, и охранник взвел курок.
– Не так быстро, Ми-и-иша. Мы ведь не хотим, чтобы мозги этой славной девушки разлетелись по комнате? Твоей обожаемой Нике это не понравится…
Медведь низко зарычал, но замер, как вкопанный. Его пара дорожила этой резко-пахнущей и скользкой, как угорь, самкой. Он не хотел расстраивать любимую. И лишней крови не хотел тоже.
– …Какой хороший мальчик, – хлопнула в ладоши Мария. – Я думаю, ты не откажешься немного поиграть, м? У меня есть кое-что новенькое.
Сумасшедшая щелкнула пальцами, и окна позади нее превратились в один огромный экран. А на нем… Медведь вновь зарычал. Ему вторило испуганное оханье и забористая ругань.
– Славные зверушки, правда? – хохотнула Мария.
А вот ему не до смеха было. В закрытом помещении, обнесённом со всех сторон решетками, бродило пять тварей.
Он думал, что видел мутанта в Черном Секторе, но нет. Эти были в сто раз хуже. Лишние конечности, дикие пропорции, толстые жгуты мышц и отвратительные перекошенные морды.
Один вроде должен был быть медведем. Еще двое волков и двое кошачьих.
И все без малейшей искры разума в глазах. Да и откуда ей взяться после того, что с ними сделали…
– Поиграешь с ними? – невинно осведомилась Мария. – Мне же нужно на ком-то их протестировать.
И сбоку распахнулись двери, за которыми стоял огромных размеров пластиковый куб – его клетка.
Зверь протестующе зарычал, но щелчок предохранителя сбил всю браваду. Если не послушаться, пострадает его пара. Она будет очень горевать о подруге…
Его первый шаг был ознаменован ироничным хмыканьем. Над ним смеялись! Но зверь продолжал идти вперед.
А в голове лихорадочно прищёлкивали все возможные варианты. У него будет только один шанс. Надо рассчитать все точно… Каждое движение, взгляд и вздох. Чтобы Мария поверила… Поверила ему последний раз.
Рывок – и охранник был сметен в сторону.
На периферии слуха прозвучало истеричное «Ложись!», и в то же мгновение воздух взорвался стрельбой и криком.
В бок ударил заряд, шерсть мгновенно промокла от крови, но это все мелочи.
Следующий бросок был в сторону сестры.
Ее глаза расширились от ужаса, губы шепнули что-то похоже на первый звук его имени, но зверь ударил лапой, и голова Марии покатилась по полу.
Сердце скрутило острой судорогой боли.
Нет, не время для жалости!
И оборотень кинулся в сторону, переключая внимание на другую опасность. Несколько точных движений – и вся охрана на полу, неподвижная и безобидная.
Гулкая тишина залепила уши. В воздухе висел тошнотворно-сладкий запах внутренностей, а кровь оказалась даже на потолке.
Но ему было плевать. Человек внутри требовал свободы, и на этот раз зверь не стал сопротивляться.
Позвоночник прошило ослепительной болью. Как раскаленный металл, она хлынула во все стороны, скручивая мышцы и ломая кости. Послышался отвратительный хруст, а в следующее мгновение из горла вырвалось хриплое:
– Ни-ка…
Лежавшая на полу девушка шевельнулась. Пихнула навалившуюся сверху Аманду, чтобы та отпустила. Фокс моментально скатилась в сторону, давая его паре свободу
– Берг? – дрожащим голосом произнесла Ника. – Ты… уже все?
И ее взгляд метнулся к обезглавленному телу Марии.
Ответить он не успел. Динамик вновь ожил.
– Ты все-таки сделал это, Михаил, – голос сестры звенел лютой ненавистью. – Ты убил меня!
Со всех сторон раздалось тихое шипение газа.
Михаил бросился к Нике, но на полпути ноги подкосились, и он рухнул на пол.
* * *
– Милая-я-я, просыпайся-я-я…
Хлесткий удар привел в чувство. Щека вспыхнула огнем, а во рту появился солоноватый привкус.
Я машинально облизнулась. Губа разбита…
И вместе с болью на меня обрушился дикий страх и сотни вопросов.
Где Берг? Жив? Может, ранен? Что произошло? И где я? А главное – с кем?
– …Помнишь, ты обещала выпить со мной кофе? – как ни в чем не бывало проворковала Мария.
А я слова сказать не могла. В голове стоял гул, перед глазами плыло, но все равно – этого не может быть! Сумасшедшая мертва! Я точно видела, как Берг… Как он… Боже!
Желудок скрутило в приступе тошноты.
Безголовое тело с хлещущим из шеи фонтаном крови выглядело жутко, но в миллиард раз страшнее встретиться с Марией лицом к лицу. Потому что если она жива, то это значит…
Девушка широко улыбнулась, подтверждая мою догадку.
Клонирование.
Аморальная и чертовски опасная процедура, которая использовалась разве что для размножения животных или отдельных органов, исключением из которых являлись мозги.
Я хорошо знала об этом.
Никому не удавалось создать свою точную копию. А результатом попыток становилось в лучшем случае искажение работы отдельных функций головного мозга. Но Мария и так стукнутая на голову, что ей терять? И все же сама процедура слишком сложная и дорогая. Ее просто невозможно провести в одиночку!
Пока я размышляла, Мария звенела ложками и чашками.
Кофе делала… А вокруг прянично-розовая красота. Как будто я попала в долбанный кукольный домик. Вот только бонусом к нему шли наручники и сумасшедшая Барби напротив.
– Угощайся!
Передо мной бахнулась фарфоровая чашка.
Я скептически посмотрела на «хозяйку», но Мария выглядела абсолютно невозмутимо. В светлом платье, с кокетливой прической на голове, она смотрела на меня вполне осмысленно. На первый взгляд.
Иногда в глубине темно-карих глаз мелькало нечто жуткое. Или у меня просто начинались галлюцинации…
– Пей, – настойчиво повторила девушка.
И ее совершенно не смущало, что мои руки скованные за спиной. Но чтобы не злить ненормальную, я наклонилась и сделала вид, что пробую кофе.
Куклы ведь не пьют по-настоящему. Значит, и мне можно притвориться. И это сработало!
– Вкусно, правда? – защебетала Мария. – Я очень долго училась варить кофе так, чтоб яд не был слышен даже альфе…
Яд?! Но мой отчаянный рывок только развеселил сумасшедшую.
– …Ой, да брось дергаться. Ты ведь и глотка не сделала…
Потому что мне просто повезло! А если бы выпила по-настоящему? Что тогда?
– … К тому же быстро заканчивать игру очень скучно, – продолжила Мария. – У меня еще столько всего есть! Тут, в моем доме…
О, я не сомневалась. Паника разыгрывала на нервах чудовищную какофонию, но хуже всего мучили мысли о Берге. Потому что Мария точно не станет щадить его после того, как он разделался с ее копией.
– …Хочешь прогуляться? – тем временем продолжила Мария. – Я покажу все-все…
Я молчала. Куклам не положено разговаривать, только слушаться хозяйку. И ловить момент. Пусть у меня не было шанса на побег, но сидеть сложа руки я тоже не могла! Иначе рехнусь окончательно.
И все прошлые сердечные метания вдруг оказались такой мелочью, по сравнению с тем хаосом, что творился вокруг.
А Мария грациозно поднялась со стула и направилась ко мне. Среди тошнотворно-розового безумия комнаты она выглядела чужеродно, несмотря на светлые тона одежды и яркий макияж.
Когда сумасшедшая приблизилась, я даже дыхание затаила. Сердце колотилось так, что в груди стало больно и ужасно хотелось ссутулить плечи и вжать голову, но чудовищным усилием воли я заставила себя не шевелиться.
– Не двигайся, Ни-ка. Ты их только спровоцируешь…
Однажды мы с Бергом напоролись на бешеную свору. Оголодавшие и в прямом смысле озверевшие псины окружили нас со всех сторон. Рычали и лязгали клыками, готовились напасть. А Берг торопливо шептал мне, что делать: не смотреть в глаза, не дергаться, не подавать голоса…
И сейчас я использовала это как умела.
Наручники тихонько щелкнули, давая мне «свободу». Но я не двигалась.
– Вставай уже! – раздраженно цыкнула Мария, и только после ее команды я поднялась на ослабевшие ноги.
Девушка хмыкнула и вдруг больно ухватила меня за подбородок. Наманекюренные ногти впились в кожу, пропарывая ее до крови.
– Знаешь, я все думала, чем же ты его привлекла, – зашипела гадюкой. – Запах – это хрень собачья. Это только для зверя… Но мой братик на тебя слюни пускал. Ты же полная идиотка! Балласт!..
И меня брезгливо оттолкнули в сторону.
– …Ни мозгов, ни рожи, – продолжила брызгать ядом Мария. – Ни один нормальный мужик не посмотрит!..
И, может, меня бы это задело, если бы не крепнущая с каждым мгновением уверенность – Мария ревнует!
Бесится, что я посмела перетянуть внимание Берга на себя. И пусть у меня не было семьи, но в приюте я сталкивалась с таким поведением! Некоторые дети готовы были из шкуры выпрыгнуть, лишь бы воспитатель обращала внимание только на них.
А сумасшедшая, не добившись от меня реакции, со злостью толкнула в плечо:
– Идем, оборванка. Время как следует развлечься. Посмотрим, насколько дорог тебе мой братец.
От интонации брошенных слов меня прошибло потом. Ничего хорошего я не ждала и лишь на одной силе воли шагнула за порог комнаты, чтобы тут же очутится в аду.
– Господи, – проскулила, едва только взгляд привык к ослепительно-белому свету.
Помещение, в котором мы оказались, напоминало гигантский круглый ангар. Его опоясывали широкие кольца смотровых площадок, а в самом центре находилось нечто вроде колонны, к которой крепились сотни медкапсул.
Каждая из них была с человеком внутри… И я готова была поклясться – несчастные уже оттуда не выберутся.
Вдруг тихий гул машин прервали чьи-то вопли. В одном из аркообразных проходов показались трое – охрана и сопротивляющаяся жертва. Девушка. Я машинально бросилась вперед, но Мария одним резким движением перехватила меня за руку и вывернула до слез из глаз.
– Наслаждайся видом, – прошипела сумасшедшая.
Охранники же подтащили девушку к медкапсуле и… я просто закрыла глаза.
Нет, не могу. Это слишком похоже на то, что я видела в Черном Секторе, но в тысячу раз хуже осознавать свою беспомощность!
Крики стали громче, надрывнее, кажется, я слышала треск ткани, удары… А потом все стихло. Только кровь до сих пор грохотала в ушах, а рот весь полон крови – я опять прокусила губу.
– Какая ты скучная, – недовольно протянула Мария и снова толкнула, отчего вывернутую руку прошило разрядом ослепительной боли.
– Пойдем, – бросила зло. – Мой братик тебя заждался.
* * *
Время тянулось медленно, словно каждая секунда – это вечность.
Прижавшись спиной к прутьям клетки, Михаил не сводил глаз с дверей. Очень скоро они откроются. И он прекрасно знал, кого увидит.
Мария не станет убивать Нику. Пока нет. Сестра уверена в своей исключительности, и на эту маленькую слабость он сделал охрененные ставки.
– Мих, – тихонько позвала Аманда. – Все нормально?
Он понял скрытый смысл ее слов и тихонечко кивнул.
Девушка боялась, хоть и не показывала этого. И вообще странно, что Фокс не послала его, стоило озвучить предложение, хотя… десять процентов «Бионики» – это не просто жирный куш, а сокровище семи морей.
Аманда потратит будущую прибыль с пользой – он это знал. Только бы дотянуть до того славного времени.
Двери бесшумно распахнулись, и Михаил вскочил на ноги. Сколько ни готовился к этому моменту, а вести себя равнодушно не смог. Да и не нужно было больше.
– Ника! – бросился к прутьям клетки.
И не мог не обрадоваться, увидев мелькнувшее на ее лице облегчение. Значит, думала о нем! Это бодрило лучше любых самых распрекрасных новостей.
– А вот и мы, – помахала рукой сестра.
Или ее клон. Михаил не знал, кого из них прикончил. И все равно это оказалось больно. Невозможно морально подготовится к потере близкого человека, но, выбирая между сестрой и Никой, Михаил не колебался ни секунды. С того самого момента, когда пвернулась память, он знал, кого будет защищать любой ценой.
И сейчас тоже.
– Ну-ну, не смотри на меня таким взглядом, – ощерилась Мария. – Ты ведь обещал, что всегда будешь помогать, правда, Миша?
– Я обещал сестре, а не больной на голову твари, – отсек жестко.
Мария жалобно вздернула брови, но ее обида выглядела настолько нелепо, что Михаил поморщился. И сестра тут же прекратила попытки сыграть на его совести.
– Больная или нет, а за год добилась больше, чем ты за все время у руля «Бионики»…
И он представлял – какими способами. Но с его появлением Мария присмирела. До поры до времени.
– …А впрочем, надоело болтать. Давай поиграем?
Когда-то сестра обожала игры, а он ее в этом поддерживал. Но теперь с напряжением ждал очередного «заскока». И еще кое-чего…
Михаил внимательно следил за каждым движением Марии: важно было понять, заподозрила ли она хоть что-нибудь? Но пока этого сделать не получалось.
А сестра пробежалась пальцами по браслету на запястье, и одна из стен разделилась и разошлась в стороны, выдвигая вперед пластиковую клетку-куб.
Ника сдавленно охнула, и даже видавшая всякое Аманда не сдержала нервного смешка.
В клетке находился оборотень. Точнее, его подобие. Плюгавое, клыкастое нечто с бугристыми наростами на теле и диким взглядом. Чудовище шумно водило носом, и то, как монстр косился на Нику, Михаилу очень не нравилось.
– Правда, он миленький? – мечтательно вздохнула Мария.
А Ника затрясла головой, словно пытаясь забыть увиденное.
– Ты ненормальная… – прошептала хрипло.
Но сестра не отреагировала, пусть Михаил ожидал иного. Зверь бесился, требуя мести, и огромных усилий стоило вести себя спокойно.
Ему нужно время. Только оно и ничего больше.
– Народу как-то маловато, – задумчиво протянула Мария. – А, я знаю, что делать!
И вторая панель в стене отошла в сторону.
– Джэс! – вскрикнула Ника.
А Фокс шумно втянула воздух – рядом с агентом сидела Миранда. Секретарь и, кроме того, любовница Аманды.
Михаил тихо выругался. Он очень надеялся, что до этого не дойдет.
– Вот теперь все в сборе, – хлопнула в ладоши сестра. – Ита-а-ак… Раз уж мой горячо любимый братец поднял на меня лапу, то предлагаю узнать, кого еще он способен убить. Правда, отличная идея?