Глава 18
Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Я с подозрением разглядывала припаркованный на площадке аэромобиль.
Среди ржавых труб и обломков бетона он казался чем-то чужеродным. Весь такой новенький, блестящий… Очень похожий на вытянутую ртутную капельку.
– Модель X-PRO 9, только что с конвейера, – прошипела Фокс. – Их еще нет в продаже, Мих. Я точно знаю.
Берг ответил молчанием. Даже голову не повернул, продолжая гипнотизировать взглядом машину.
И дураку было ясно, что это…
– Мы его используем.
– Что?!
Наши с Фокс голоса прозвучали синхронно.
Использовать? Это он сейчас серьезно?!
– Поведение Марии непредсказуемо. Тем более у нас нет выбора…
Из темноты донесся противный смешок. Тварь все еще наблюдала за нами. И даже не скрывала наслаждения от этой мерзкой игры.
– …Я пойду первый, – продолжил Берг, будто ничего не слышал. – Прикроешь, Аманда?
– Как всегда, Мих.
А мне осталось только зубы стиснуть. Конечно, она его прикроет! Может, даже спинку в душе потрет… Идиотское воображение тут же нарисовало парочку откровенно-болезненных картин.
Не верила я, что у Берга никого не было весь этот год. И если не Фокс, то какая-нибудь другая – сбросить напряжение. У мужчин с этим просто. А у альф тем более.
Берг глянул в мою сторону.
Стыдно, но выдержать его взгляд я не сумела. Не хотелось, чтобы он понял, что меня тревожит. Пусть уже валит. Я привыкла справляться сама и сейчас тоже справлюсь, а его будет прикрывать драгоценная Аманда.
Словно услышав мои мысли, альфа двинулся вперед. Огромной тенью скользнул вдоль стены, обходя машину по широкой дуге.
– Не пыхти, малышка, – в полголоса сказала Фокс. – Не там конкурентов ищешь.
– Тебя не спросила, – прошипела в ответ.
Значит, конкурентки все-таки были! Я так и знала!
– Чисто! – донеся до нас зычный голос альфа.
Фокс опустила пистолет и пошла к аэролету. Потоптавшись на месте, я все же отправилась за ней. А внутри тихонько кипела ревность. Даже сейчас – перепачканная, со всклоченными волосами и поплывшим макияжем, – Фокс выглядела на все сто. От нее веяло силой и уверенностью в себе. Она знала, чего стоит.
К сожалению, я тоже. И до нее мне еще работать и работать.
Стоило нам приблизиться – и дверцы машины открылись, являя нам обитый вишнёвой кожей салон.
– Какая вульгарщина, – хмыкнула Фокс, но быстренько нырнула внутрь.
– Это не самая лучшая идея, – пробормотала я.
– Знаю, Ни-ка. Но так нужно. Веришь мне?
В любое другое время я бы ответила согласием быстрее, чем успела подумать. Берг был моим всем. И любовником, и другом. А сейчас? Этот вопрос тревожил больше, чем хотелось бы.
Поэтому я молча последовала за Фокс.
Альфа сел на водительское сидение. Пощелкал кнопками и выдал ожидаемое:
– Пристегнитесь. Мозги аэролета взломаны.
Фокс отреагировала совершенно буднично: лязгнула застежкой ремня и выдала неизменно-саркастичное:
– А ты рассчитывал на другое?
Я же снова промолчала. Но в животе скрутился неприятный свинцовый комок. Что мешает Марии направить аэролет в ближайшее здание? Это ведь она спустила нас сюда… Берг коротко рассказал, что машина просто перестала слушаться.
Но если подумать логически… Хотя какая, к черту, тут может быть логика? Мы плясали под дудку сумасшедшей бабенки, и я вообще не понимала, почему она нас не прибила в самом начале.
Машина дрогнула и мягко оторвалась от земли. Пролетела несколько десятков футов вверх и опять замерла.
Я испуганно охнула. Но альфа оставался спокоен. И Фокс тоже – женщина со скучающим видом рассматривала унылый заводской пейзаж. Кругом разруха и пыль, сплошная серость. Безнадега.
Аэролет вновь ожил. И снова наш полет составлял лишь несколько метров – до ближайшей мало-мальски пригодной площадки. А потом снова.
Берг осторожничал. Пробирался вверх максимально безопасным путем, чтобы падение не стало фатальным, но…
Всегда есть это чертово «но».
Перед выходом, маячившим над головой, распахнулся огромный провал. Завод был как будто разрублен или взорван – так делали, чтобы удержать пленников внутри. Перебраться можно лишь по воздуху.
– Давай уже не томи, – подала голос Фокс. – Мы или разобьёмся к чертовой матери, или выживем.
Мой уничтожающий взгляд женщина, естественно, проигнорировала.
– Берг, – позвала я альфу, но ответа не получила.
Зато увидела, как крепко он стиснул руль. А потом нажал на педаль газа.
Машина подпрыгнула вверх и рванула к выходу.
* * *
Ни хрена хорошего он не ждал. Да вообще, сидя в этой консервной банке, ничего не ждал.
Мария опять «играла». Давным-давно люди в ее сознании превратились в кукол.
С ними можно делать что угодно: наряжать, заботиться или… ломать.
Уродовать, как того несчастного, чей труп сейчас лежал на дне грязного канала. Михаил примерно знал, какие эксперименты ставили над мужчиной, и ни один из них не был приятным.
Сам по себе переход – болезненная штука, а если он проходит с нарушениями, то от человеческого сознания остается жуткая имитация. Примерно, как у Марии. Жаль что они с отцом заметили это слишком поздно.
Или не хотели замечать.
Когда кого-то любишь, неважно – друг это, родственник или вторая половина, – закрываешь глаза на многие вещи.
А если к тому же мечтаешь оправдаться перед самим собой, то становишься совершенно слепым.
Мария это знала. В ее перекрученном и вывернутом наизнанку сознании на редкость мирно существовали отсутствие логики и эмпатия. Она понимала чувства других и любила их использовать.
А десять лет, проведенных в закрытой клинике, научили обходить любые психологические ловушки.
Поэтому иногда ему приходилось отступать. Делать вид, что он беспомощен и готов принять ситуацию. Как сейчас.
Михаил мягко потянул руль на себя, проверяя управление машиной. Пока еще работало. До площадки оставалось несколько десятков футов, но в любой момент двигатели могли выключиться.
Или нет.
Аэролет мягко приземлился на площадку и двинулся дальше.
Позади раздался облегченный вздох – Ника всегда выражала эмоции ярко, а вот он не разделял оптимизма пары.
Нутром чуял: Мария им что-то приготовила. Ни хрена не радостное. А насколько отвратительное – он понял спустя жалких полчаса.
– Мих, куда ты нас тащишь? – первой подала голос Аманда.
– Сам бы хотел знать. Аэролет только что переключился на внешнее управление.
Фокс забористо выругалась, а от Ники опять потянуло напряжением и паникой. Зверь внутри тихонько заскулил. Требовал утешить пару немедленно, но приходилось вести себя смирно. Пока игра идет по правилам Марии. Пусть наслаждается.
Машина, до этого летевшая прямым курсом к центральному входу «Бионики», спланировала вниз. Острые шпили его детища исчезли, и перед лобовым стеклом скоро показались глухие бетонные стены складов и технических залов, где проходили демонстрации.
Аэролет приземлился на одну из площадок и распахнул двери.
Михаила не надо было просить дважды, как и Нику с Амандой. Девушки очутились снаружи быстрее, чем он.
– Мих, смотри, – Аманда кивком указала на стену рядом с входом.
– Вот же твою мать…
Пятна, на которые он изначально не обратил внимания, оказались брызгами крови.
– Чую, нас ждет веселье, – протянула Аманда. – А оружие почти на нуле…
– У меня вообще нет оружия, – пробурчала Ника.
И неосознанно отступила ему за спину. Так, как сделала это однажды год назад. Зверь мигом приободрился. Девочка искала защиты, значит, все еще верила. И на этот раз он постарается ее не подвести!
– Держись рядом, Ни-ка, – обронил в полголоса. – И постарайся не смотреть по сторонам.
* * *
Не смотреть по сторонам. Ни в коем случае не смотреть!
О, если бы я могла, использовала бы повязку на глаза, но приходилось внимательно следить, чтобы не вступить в очередную лужу крови.
«Правда, я чуть-чуть оживила интерьер, Ми-и-иша? Тебе нравится?»
Мерзкий голос бился в ушах, как будто его поставили на реплей. Я очень хотела от него избавиться, а заодно стереть из памяти вид разорванных и выпотрошенных тел, которые лежали буквально на каждом шагу.
И если Мария хотела нас запугать – что ж, у нее это прекрасно получилось. Я боялась. Даже в Черном Секторе не доводилось наблюдать настолько мерзких картин, а ведь там обитали конченые ублюдки.
– Мих, – донесся сдавленный шепот Аманды. – Тот в медкапсуле еще живой…
Альфа раздраженно выдохнул.
– Аманда…
– Спасибо, Мих, – перебила его женщина и повернула в сторону. – Твою мать!
А через секунду раздался противный «хлоп». К горлу подкатила тошнота, хотя я не видела, что там произошло. Зато очень хорошо слышала.
В поле зрения возникли обтрепанные полусапожки Фокс
– …Валим нахрен отсюда, – сдавленно пробормотала женщина.
Берг промолчал. Но я чувствовала, что он нервничает все сильнее.
Как оказалось – не зря. Едва мы приблизились к двери, как она распахнулась, и звериный рев наполнил помещение.
Опять оборотни! Точно такие, как был в Черном Секторе!
– Вот блядь, – прошипел Берг, а в следующее мгновение я уже смотрела, как он трансформируется в зверя.
– Держи! – Фокс сунула мне в руки пистолет. – В укрытие, быстро! – И пихнула меня к ближайшим ящикам.
…Следующие несколько часов я запомнила очень смутно. Берг так и не стал обратно человеком – он пробивал нам путь в образе зверя, а я очень старалась целиться точнее, а не спускать заряды вхолостую.
Сознание как будто заморозилось. Время текло медленно-медленно и вместе с тем слишком быстро. Мы куда-то бежали, постоянно от кого-то отбивались. Берг вел нас одному ему понятным маршрутом, а мне оставалось молится, чтобы все скорее закончилось. Хоть как-нибудь!
– Гр-р-р! – протяжный рык зверя сотряс воздух.
Берг метнулся в сторону, уворачиваясь от выстрелов, но вместо того чтобы разобраться с наемником, нырнул в полутьму бокового коридора, и нам с Фокс пришлось следовать за ним.
Альфа привел нас в тупиковый закуток, который оканчивался дверями с очень хорошо знакомой расцветкой.
Перед нами красовалась шахта мусоропровода.
– Мих, ты серьезно?! По отстойнику лезть?! – скривилась Фокс.
А зверь опустился на четыре лапы и подковырнул когтем одну из плиток пола. Женщина тут же присела рядом. Удивленно свистнула.
– Ах ты хитрая зверюга… Сейчас, погоди…
Послышался протяжный писк. Створки распахнулись, и изнутри потянуло смрадом. Но это все ерунда! Вместо бездонного колодца нас ждал лифт!
Альфа опять зарычал. Бочком подобрался ко мне и подтолкнул вперед. Конечно, я поторопилась заскочить внутрь. Следом втиснулись Аманда и Берг.
Чуть на голову мне не сели! Особенно Берг – его мохнатая туша занимала две трети небольшой площадки. И поручни такие хлипкие… Наплевав на все, я вцепилась в альфу мертвой хваткой. Фокс этого делать не стала, ну и правильно. А ее понимающую ухмылку можно списать на мираж…
Подъемник дрогнул и медленно пополз вверх. За стенкой то и дело слышались приглушенные удары и дробь зарядов.
– Ты еще и стены укрепил, – хмыкнула Фокс. – Хитро…
Альфа что-то проворчал. А я, кажется, начала понимать, что это был за ремонт в «Бионике», когда я только сюда попала. Похоже, Берг готовил запасные пути отхода. Или наступления? Неважно. В общем, он понимал, с кем придется иметь дело.
Но почему не обезвредил Марию раньше? Ждал целый год! Наверное, причины были. Не знаю, откуда взялась эта уверенность, но мне все больше казалось, что есть второе дно у этой авантюры, и Берг пытается его нащупать.
Платформа резко остановилась, и двери распахнулись.
Я знала этот уровень – успела изучить планировку «Бионики». Тут находились действующие лаборатории, в которых проходили эксперименты «на публику». Это была фишка компании – транслировать процесс в прямом эфире. Демонстрировать сверхсовременное оборудование и сложнейшие операции.
Но сейчас мне очень не хотелось идти сквозь эти залы. И все же другого пути не было. Мусор с верхних этажей убирали специальные роботы.
– Нечестно, Миша, очень нечестно… – раздалось шипение из динамиков.
Я вздрогнула и крепче прижалась е мохнатому боку альфы. Зверь тут же подгреб меня лапой и рявкнул в сторону, откуда доносился голос. Но Марию это не смутило
– …Я вообще-то старалась. Приготовила так много интересного, а ты опять обманываешь. Ты всегда меня обманывал!
Не знаю, как это у Берга получалось, но зверь всем видом продемонстрировал крайнее презрение к визгам сумасшедшей.
Опустившись на все четыре конечности – у меня язык не поворачивался назвать их лапами, – Берг шумно потянул носом, насторожил уши и неторопливо двинулся вперед по коридору.
Нам с Фокс ничего не оставалось, кроме как идти за ним.
– Не нравится мне эта тишина, – подозрительно проворчала Фокс. – Сраный музей…
Лаборатория действительно напоминала выставочный зал. Всюду блестели медкапсулы, красовались новенькие медицинские роботы… Красиво, но все равно страшно!
Вдруг сейчас в нас полетит очередь из зарядов? Или вот та штука со скальпелем взбесится и попытается напасть?
Пока мы продвинулись вглубь зала на жалкий десяток футов, с меня сошло семь потов! Даже в Черном Секторе не было так страшно… черт знает, почему… Привыкла, что ли?
Мысли лихорадочно проскакивали в голове одна за другой. Я не знала, чего ожидать. Боялась каждого шага и охотно залезла бы Бергу на руки и спряталась от всего мира.
Я делала так в Черном Секторе каждую ночь. Прижималась крепко-крепко, утыкалась носом между шеей и плечом и засыпала под мерное урчание зверя или тихий рокот новой истории. И сейчас этого так не хватало!
Очередные двери с шипением разъехались в стороны. И за ними опять было пусто!
Но Берг почему-то остановился. С шумом потянул воздух, а потом метнулся в сторону, сдернул со стены стенд и бросил его в дверной проем.
На пол упало несколько обгорелых кусков. А мне в который раз подурнело. Вместо пластика могли быть мы!
– Как примитивно, – хмыкнула Фокс, и в этот раз ответом ей стало нехорошее молчание.
Кажется, Мария бесилась. Я нутром это чувствовала… Ох, только бы Джэс не пострадала.
Зверь еще раз обнюхал проем, а потом двинул лапой по стенке так, что образовалась вмятина. Часть коридора тут же погрузилась во тьму.
А я только головой покачала – перебить энергокабели – это надо уметь. Но не все же сестричке Берга развлекаться.
Следующие сто метров прошли без приключений.
Мы медленно, но упорно продвигались в центр лаборатории, где находилась стеклянная шахта лифта.
– Может, лучше через черный вход? – рискнула я открыть рот.
Мой шепот прозвучал громче выстрела. Но все равно ужасно жалко… по-детски.
– Может, и лучше, – как всегда едко ответила Фокс. – Но Мих знает, что делает. Я надеюсь, – она адресовала последнюю фразу альфе.
Тот и ухом не повел. Крадучись приблизился к шахте и обежал ее по кругу, опять что-то вынюхивал.
Потом встал на задние лапы. Или ноги? Я до сих пор затруднялась дать этому правильное название.
А зверь ткнул когтем рядом с панелью, и в воздухе засверкала другая – голографическая.
Из динамиков раздалось злое шипение. Как будто гадюке на хвост наступили.
– Нечестно, братик, нечестно…
И Мария опять замолкла.
А мне вдруг нестерпимо захотелось добраться до этой твари и выпустить ей в голову весь заряд, чтобы от башки ничего не осталось.
Насколько нужно быть больной, чтобы организовать все это?! Я даже представить боялась…
Лифт бесшумно распахнул двери, и альфа первым забрался внутрь. Снова долго принюхивался и лишь потом коротко зарычал.
Фокс рванула вперед, как будто только этого и ждала. А мне, как всегда, пришлось замыкать шествие.
Оставалось молиться, чтобы кабина не сорвалась вниз. И верить, что Берг знает, как все это распутать с наименьшими потерями…