Глава 58

Император долго глядит на генерала.

— Если это так, — говорит он. — То у меня гора с плеч упадёт, я всегда чувствовал в тебе, Рихард, своего мальчика. А ты? Ты рад?

— Это стоит сперва проверить, — хрипло говорит генерал.

— Я проведу проверку на артефакте рода снова! Независимую проверку. Сейчас же прикажу зарядить магические камни, завтра утром мы проведём испытание, хорошо, Рихард? Согласен?

— Я согласен, Ваше Величество.

— Как же я хочу, чтобы ты называл меня “папой”. Ты самый сильный маг и самый крупный землевладелец континента. Я горжусь тобой, но как я мог бы гордиться ещё и собой, если бы оказался твоим отцом!

Глаза император увлажняются, он обнимает Каана и покровительственно хлопает по плечам. Но Рихард мрачен, стискивает зубы, и его взгляд заволакивает тьмой.

— Ладно, прощаемся до вечера, дорогие мои, — говорит император, выпуская генерала, и целует мне руку на прощание.

— Ты как-то не в настроении, не рад оказаться сыном императора? — спрашиваю Рихарда, когда он ведёт меня за руку в сторону экипажа.

— Я думаю, как буду наказывать тех, кто предал папу и заставил страдать маму, — леденящим голосом говорит генерал, и от его слов по коже бегут мурашки. Он страшный человек. Дракон, вернее. — Пусть проверка покажет, а там я разберусь. А ты как? Как прошло твоё знакомство с императрицей?

— М-м, она очень приятная женщина, в сто раз лучше леди Роксаны. Тебе бы понравилась, думаю. Его Величество попросил уговорить её вернуться во дворец, но я не смогла… — Я опуская взгляд в землю. — Не смогла по моральным принципам. И тогда он взял меня на работу.

Генерал обводит меня хищным взглядом и усмехается.

— Ладно, чем бы не тешилась, всё равно из декрета выходить не будешь. — Рихард ржёт, и я шутливо хлопаю его по плечу: по крепкому, надёжному и притягательному плечу.

Я ведь и ни разу не против декретов.

Каан привлекает меня к себе и страстно целует. Ноги подкашиваются от желания быть с ним. В голову ударяет безумно вкусный аромат миндаля, и я хмелею от близости генерала.

Мы идём к детям, которые уже ждут возле экипажа под присмотром мэтра Бартока. Люси держит котёнка, у мальчиков тоже в руках по пушистому комочку. Дети гладят котяток по пушистой шёрстке. Малыш-Крепыш заперт в карете и осаждает окно, чтобы хоть глазком полюбоваться на кошечек и меня глазами поискать.

— Рихард, ты каждому берёшь по котёнку?

— Да, иначе будут драться. Я сегодня щедрый в честь нашей свадьбы. Ты тоже должна выбрать котёнка.

— Я?!

— Да, ты так мило забавлялась с ними.

— У меня есть Крепыш, ох, я чувствую, он будет ревновать и весь мозг мне вынесет, он же не молчит никогда! Постоянно канючит, балаболит, не представляешь! Но вот ты должен выбрать себе котика, которого я буду иногда тискать.

Я мило улыбаюсь, а генерал ржёт.

— Ладно, малышка, иди выбери мне котика!

Мы подходим к вольеру, генерал открывает калитку, пропуская меня вперёд. Когда я прохожу мимо него, он обнимает за талию и целует в шею.

— Мр… мр… мр… — я мурчу от счастья.

Очень приятно. В животе разрастается приятная мучительно-сладкая тяжесть, когда его руки гладят меня по талии и бёдрам. Я шумно дышу, прижимаясь спиной к генералу и ощущая всю сталь его мускулов… и не только мускулов.

Дети у кареты поднимают шум, что-то не могут поделить, а мэтр не справляется. Мы с генералом вынужденно отрываемся друг от друга.

— Я посмотрю, что там у них, — говорю я, подчиняясь материнскому инстинкту. — А ты возьми себе котёнка!

Любовно улыбаюсь Рихарду, и он глядит на меня темнеющим взглядом. В воздухе гудит невероятное напряжение страсти: моей и его. Мы не хотим отходить друг от друга.

Ночь будет жаркой, что бы он там не говорил.

Бегу к детя, разнимаю их: Люк, оказывается, хотел отнести своего котёнка в фонтанчик, а остальные его удерживали и говорили, что кошки не любят воду.

Возвращается Каан и передаёт мне избранную им кошечку. Лицо генерала сурово, взгляд полностью чёрный и опасно фосфорицирует, амулеты на моей груди дрожат под действием ауры дракона. Откуда такая перемена настроения? Гляжу, в руке Рихард держит переговорный артефакт, и мерцающая поверхность выглядит так, как после только что завершённого разговора.

Всем сердцем чувствую, что что-то случилось.

— Барток, ты сопроводишь мою семью в резиденцию, — приказывает Каан. — Мне нужно срочно уехать по делам.

— Рихард, что-то случилось? — с волнением спрашиваю я.

Каан обводит меня страшными глазами и хмыкает.

— Ничего, что может нам помешать пожениться, — с опасной хрипотцой говорит он, прожигая меня бездонной тьмой глаз.

Генерал открывает дверцу и приказывает Крепышу не трогать кошек. Леттер беспрекословно подчиняется и укладывается на пол в сторонку. Рихард сажает детей и пристёгивает ремнями безопасности, затем сажает меня.

 Держу свою кошечку, другие котята тревожно пищат, а моё сердце стучит, как бешеное, от волнения.

— Комиссия магов скоро уже будет дома, там ничего опасного для тебя, выдадут свидетельство, что ты маг, Присцилла будет рядом. Поняла? — Рихард проводит по моей щеке ладонью. — За детьми присмотришь?

— Конечно, — киваю я.

— И готовься к свадебной церемонии, я приеду вовремя, любимая, — говорит генерал и целует меня крепко в губы, не давая опомниться.

Он быстро исчезает, а я замираю, боясь растратить ощущение его губ на своих губах.

Впервые он сказал “любимая” и не назвал Теей.