Глава 16

Риточка не обманула, заведение действительно выглядит довольно престижно. Мы проходим мимо солидно одетой охраны, которая тщательно следит за входом, минуем полупустой танцевальный зал и рассаживаемся за волнообразным длинным столиком, отделённым от соседей тонированными стеклянными перегородками. Народу пока немного, но время ещё не позднее, и к тому же сегодня не выходной.

Рядом подсаживается Арти, на ходу открывая барное меню. Из-за голубоватого освещения зала его тёмные волосы отливают синевой, а глаза кажутся совсем чёрными.

— Что будешь пить? — спрашивает он, пододвигая мне папку.

Пожимаю плечами, разглядывая список бесчисленного количества коктейлей.

— Ян, может, шампусик на двоих закажем? — тут же предлагает Рита.

Она двигается вдоль дивана к Алексу (кто бы сомневался!) и оказывается напротив меня. Киваю в знак согласия и стараюсь больше на них не смотреть. Иначе этот вечер закончиться для меня неизбежным покушением на жизнь нашего менеджера.

В скором времени к нам подходит светловолосая длинноногая официантка и, мило улыбаясь, принимает заказ. Выбираю себе салат из овощей и рыбу в кляре, радуясь, что наконец-то смогу нормально поужинать. С этим бешеным графиком в последнее время мы сидим на фастфуде и пицце.

Зал постепенно заполняется новыми гостями, музыка на танцполе становится громче, а довольные и сытые парни разбредаются от столика. На месте остаёмся только я, Рита и Ярослав. Последний, кажется, не уходит с остальными только потому, что гламурная кошечка хорошенько присела ему на уши.

— Янка, не кисни! — подлетает ко мне Арти. — Слышишь песню?

Он хватает меня за руку и, не давая опомниться, утягивает на танцпол. Я практически не прислушиваюсь к музыке, и только сейчас понимаю, что из колонок звучит наша песня! Улыбаюсь до ушей, позволяя гитаристу закружить меня в танце.

— Не обращай внимания на Риту. С Алексом ей ничего не светит, — внезапно произносит он, склоняясь к моему уху.

Я моментально краснею до самых кончиков пальцев.

— Да это, собственно, не моё дело…

Арти выразительно выгибает бровь.

— Правда? — Его губы растягиваются в лукавой улыбке.

— Да, — упрямо киваю я, стараясь игнорировать недвусмысленный намёк.

— Ну, тебе виднее, — тянет он, продолжая загадочно лыбиться.

Взгляд невольно возвращается на наш столик. Рита всё так же мило беседует с Алексом, уложив свою ручку на его плечо, а тот почему-то не сводит с нас глаз. Тут же отворачиваюсь к Арти и спрашиваю:

— Почему ты так решил?

— Что решил? Что тебя это волнует?

— Нет. — Щёки ещё сильнее обжигает румянцем. — Что у Риты с Алексом… ну, ты понял…

— Ах, это! — смеётся он и, вновь склоняясь к моему уху, загадочно шепчет: — Тут всё просто: Алексу нравится другая девушка.

На кого он намекает? На меня? Или на девушку, которую я в глаза не видела? Ревность больно жалит грудь. Делаю глубокий вдох и коротко бросаю:

— Ясно.

Стараюсь больше к этой теме не возвращаться, но мысли всё равно вертятся вокруг последней фразы Арти. Помнится, когда я впервые увидела Ярослава, у него была некая Вика. Возможно, он до сих пор с ней встречается, а я тут слюни пускаю на чужого парня!

Арти отпускает меня с танцпола далеко не сразу. Мы танцуем одну песню за другой. Я забываюсь на некоторое время и теряю счёт времени. А когда возвращаемся к столику, там уже кардинально сменился состав. Влад пришёл подкрепиться шашлыком, а Гоша познакомился с рыжеволосой красоткой и обнимается с ней на том самом месте, где сидел Ярослав с Риточкой.

— А где Алекс? — задаёт вопрос Арти, и я вся превращаюсь в слух.

— Вышел с Ритой, — отвечает Влад.

У меня внутри всё холодеет. Осматриваю весь зал, цепляясь жадным взглядом за каждого светловолосого парня, но Ярослава нигде не вижу. Плюхаюсь на диван, всеми силами стараясь убедить себя, что мне всё равно, но, чёрт возьми, это не так!

— Она вроде как шампанским его облила, — подключился Гоша. — Вот и пошла лично «отмывать».

Видимо, все замечают, что наш менеджер положила глаз на лидера группы, и, в отличие от Арти, не считают, что между ними нет взаимности. Честно сказать, я сама так не считаю, и это злит до дрожи.

— Ну, значит, к утру отмоются! — хохочет Влад с набитым ртом.

Только мне совсем не смешно. Возможно, именно сейчас Ярослав целует Риту где-то вдали от посторонних глаз, напрочь забыв об испачканной одежде.

Меня хватает минут на двадцать, не больше. Я не могу спокойно сидеть тут и веселиться, зная, что Ярослав не придёт. Я ведь пришла сюда только из-за него!

Прощаюсь со всеми и вызываю такси. Для меня вечеринка точно окончена. Арти провожает меня до машины, тараторя без умолку, но я его практически не слышу.

— Ян, да не бери ты в голову! — Он сжимает мое плечо и заставляет посмотреть в его глаза. — Если Алекс и правда ушёл с Ритой, значит, он и мизинца твоего не стоит, поняла?

Вяло улыбаюсь.

— Как тебя зовут по-настоящему? — спрашиваю его.

Он ухмыляется.

— Артём.

— Спасибо тебе, Артём.

Сажусь в машину и называю адрес нашей гостиницы.

Чуть позже открываю дверь номера и включаю свет. Риты в комнате нет, её постель безупречно застелена. От одной мысли, что покрывало останется нетронутым до утра, мне хочется забиться в уголочек и выть.

Наверное, я сама виновата, игнорировала Ярослава, в то время как Риточка всеми силами обращала на себя внимание. И вот результат! Ладно, Арти прав. Если колючий ёжик сейчас с этой гламурной кошкой, значит, мне действительно стоит выбросить из головы мечты о нём. Но я буду полной дурой, если не удостоверюсь.

Выхожу из номера и стремительно иду в конец коридора, где располагается комната Ярослава. Кулак замирает над дверным полотном, решительность испаряется. Что я скажу? Соль пришла позаимствовать?

«Извини, несносный ёжик, я всего лишь хотела проверить, а не с Ритой ли ты в номере? Какое мне дело? Да никакого, если не считать того, что я с ума схожу от ревности!»

Постучать так и не решаюсь. Припадаю ухом к двери и прислушиваюсь к посторонним звукам. Либо в номерах отличная шумоизоляция, либо там пусто. Ещё, как вариант, у меня барахлит левое ухо. Пристраиваюсь правым поближе к щелям и вся превращаюсь в слух.

Ничего! Так где же они пропадают?!

— Извините, ваше высочество! Я могу поинтересоваться, что вы делаете с дверью моего номера? — слышу позади себя, совсем близко, бархатный голос Ярослава, и взвизгиваю от неожиданности.

Господи, вот где позор!

Резко поворачиваюсь, прижимаясь к стене, и испуганно хлопаю глазами.

— Я… я тут… я всего лишь… — Сказать мне откровенно нечего.

— Подслушивала, — подсказывает он, прищуриваясь.

— Нет!

— Нет?

— Я… я ключ от номера найти не могу! — нашла-таки хоть какую-то отговорку. — Вот хотела попросить у Риты.

Ярослав скрещивает руки на груди и задумчиво меня разглядывает.

— И ты, значит, решила поискать Риту у меня в номере?

— Да! Вы ведь вроде как вместе ушли, вот я и подумала…

Затыкаюсь, увы, не вовремя. Под пристальным взглядом ёжика я чувствую себя полной идиоткой. Что я несу? Сама ведь себя выдаю!

— Нет, Яна, я ушёл не с Ритой, — тихо говорит Ярослав, словно извиняясь. Только за что?

Как же стыдно! Хочется под землю провалиться.

— Понятно, — пищу я взволнованно. Ещё минута, и сгорю от стыда. Ретироваться бы раньше! — Ну, я тогда пойду?

Пытаюсь прошмыгнуть мимо его высокой фигуры, и мне это практически удаётся, но в последний момент Ярослав ловит мою руку и притягивает к себе. Я успеваю только пикнуть, прежде чем оказываюсь в крепких мужских объятиях. А уже в следующее мгновение горячие губы жадно накрывают мои.

Ярослав

Я слежу за каждым движением Яны, пока она танцует с Арти. Расслабленная, весёлая, нереально красивая. Рядом со мной она не такая раскованная.

Над ухом жужжит Рита, но я практически её не слышу. Внутри бушует настоящий торнадо, и больше всего мне сейчас хочется оторвать от Янки наглые лапы Арти, оттащить его в укромный уголок и хорошенько вразумить, чтобы впредь не смел прикасаться к ней.

Внезапно футболка и правая часть джинсов мокнут. Отрываю взгляд от волнующей парочки на танцполе и осматриваю себя.

— Ой, прости, пожалуйста! — восклицает Рита, прикладывая к моей груди салфетку и пытаясь промокнуть пятно от шампанского.

— Не страшно, — говорю сквозь зубы.

Злюсь я в данный момент далеко не на неуклюжесть Риточки, но она, разумеется, принимает мои стиснутые челюсти на свой счёт и распинается в извинениях. Поднимаюсь с места, желая уединиться в уборной. Если бы шампанское было не розовое, забил бы вовсе. К столику идут Гоша с какой-то новенькой дамой сердца, ну, или не сердца, а того, что пониже. За ними не спеша плетётся Влад.

— А вы куда? — любопытничает первый, и я только сейчас замечаю, что Рита увязалась за мной.

— Алекс, мне так неловко, давай я попробую застирать, — предлагает она, снова цепляясь за мою руку.

Мы выходим из зала, и я поворачиваюсь к ней, обдумывая, как поделикатнее отшить навязчивую спутницу. Всё-таки нам ещё работать вместе, а портить отношения с людьми Орлова мне не хочется.

— Рит, ты хорошая девушка и отличный менеджер. Давай мы с тобой всё так и оставим — будем просто коллегами.

Девушка далеко не глупая, сразу же смекает, о чём я толкую, и выпускает мою руку.

— Могу я узнать почему? — кисло улыбается она. — Мне казалось, мы отлично ладим.

— Всё так. Но ничего большего я тебе предложить не могу.

— Из-за Яны? — спрашивает, прищурившись.

— В том числе, — улыбаюсь я.

Моя симпатия к Полянской заметна всем, кроме неё самой. И в этом, пожалуй, только моя вина. Я с самого начала дал Янке достаточно поводов, чтобы она меня за версту обходила. Нужно срочно это исправить, пока Арти меня не опередил.

— Ладно, я тебя услышала, — хмыкает Рита. — Будь уверен, повторять не придётся! — Гордо расправив плечи, она уходит в толпу.

Надеюсь, наш разговор не отразится на дальнейшей совместной работе. Кто знает, насколько эта дамочка обидчивая. Пофиг, я уже достаточно прогнулся под Орлова, больше не собираюсь.

Уборные в этом пафосном местечке до ужаса неудобные. Общих раковин тут нет, только индивидуальные, в кабинках. Поэтому если вдруг ты пришёл вымыть руки, нужно обязательно дождаться всех желающих сходить по нужде.

С горем пополам отмываю пятно, наспех сушу футболку в электросушилке и иду в зал с твёрдым намерением увести Янку с собой. В холле встречаю Арти. Подумать только, я знаю его чуть ли не с пелёнок, но впервые хочу выдать другу парочку звонких оплеух.

— Вот ты где, — хмурится он. — А мы решили, что ты с Ритой ушёл.

Кто это — мы?

Подхожу к Арти вплотную и спрашиваю в лоб:

— Что у тебя с Яной?

— А тебе какое дело? — нагло лыбится он.

— Говорю по-хорошему и только один раз: не смей к ней подкатывать.

— О-о-о, вот так предъява, друг! Дожили! — Арти беззлобно смеётся и хлопает меня по плечу.

Что верно, то верно, из-за девчонок мы ещё никогда не ругались. Правда, раньше у нас всегда был чисто мужской коллектив.

— Развели тут «Санта-Барбару», честное слово! Нет у меня ничего с твоей Янкой, мы просто хорошо общаемся. Я ж не слепой, Алекс, вижу, как вы друг на друга смотрите. Какой смысл вмешиваться?

Бурлящий котёл ревности внутри меня немного стихает. Ничего не отвечая, иду в зал, слыша вслед:

— Она уехала, Алекс.

Замираю на месте.

— Куда?

— В гостиницу. Расстроилась, когда решила, что ты с Риткой смотался.

Вот ведь, чёрт!

— Давно?

— Только что её в такси посадил.

— Понял.

Не говоря больше ни слова, я срываюсь в сторону выхода.

— Куда рванул? — слышу весёлый смех в спину, но лишь отмахиваюсь.

Пора уже закончить эти грёбаные игры в «гляделки» и объясниться с Яной.

До гостиницы добираюсь быстро. Залетаю на третий этаж и резко стопорюсь в коридоре. Вижу перед собой странную картину. Янка стоит перед дверью в мой номер и не решается постучать. Затем припадает ухом к щели и замирает на некоторое время. Напряжение как рукой снимает, я не могу сдержать весёлой улыбки. Мягко подхожу к ней вплотную. Слышу, как она нервно вздыхает, и наклоняюсь к ней.

— Извините, ваше высочество! Я могу поинтересоваться, что вы делаете с дверью моего номера? — спрашиваю тихо, едва сдерживая рвущийся из груди смех.

Янка с визгом подпрыгивает на месте и оборачивается. Вид растерянный и испуганный, будто её только что поймали за воровством последнего кусочка колбасы. Слушаю её нелепые оправдания и до конца убеждаюсь: она действительно переживает из-за Риты. На душе становится паршиво. Я дня не могу прожить без мысли о Яне, и тем не менее допустил её сомнения о том, что мне может быть интересен кто-то кроме неё…

— Ну, я тогда пойду? — взволнованно произносит маленькая шпионка и тут же пытается проскользнуть мимо.

Размечталась! Не пущу! Резко перехватываю её руку и притягиваю к себе. Зарываюсь пальцами в шелковистые волосы и целую сладкие губы. Настойчиво и жадно, так, чтобы впредь она понимала, кто действительно мне нужен.

Яна замирает, дрожит в моих руках, позволяя мне смаковать каждый момент нашей близости. Её губы нереально мягкие, аромат её кожи одуряюще сладок, а тихий стон, после которого она начинает откликаться на поцелуй, окончательно сносит крышу. Прислоняю её к двери, лихорадочно выискивая в кармане джинсов электронный ключ, и утягиваю за собой в номер, не отрываясь от манящих губ. Они стали для меня личным наркотиком, зависимостью, которой я живу от концерта до концерта. Теперь всё будет по-другому, я буду целовать их когда угодно и где угодно.

Прижимаю Яну к стене, подушечками пальцев провожу по нежной шее, ощущая мелкую дрожь её тела. Кровь кипит в венах, удары сердца оглушают. Я отрываюсь от её губ и веду дорожку поцелуев вслед за пальцами, которые уже ловко расправляются с пуговицами на её сарафане. Яна задыхается от переизбытка чувств, с губ срывается моё имя. Она выгибается мне навстречу и тихо стонет. Я и сам изнемогаю от мучительного жара, рвущего вены, подхватываю её на руки и несу к кровати. Если Яна потребует всё это остановить, я умру на месте. Но она поддаётся и позволяет опустить её на шёлк простыней. Вид изящного совершенного тела подводит меня к краю пропасти. Опускаюсь сверху, переплетая наши пальцы, и ловлю её затуманенный потемневший взгляд.

— Невероятная, — опаляю горячим шёпотом и осыпаю поцелуями гладкую кожу.

Она отдаётся мне без остатка, подстраивается под мои прикосновения и сладко закусывает губы, сдерживая рвущийся из груди воздух. Дрожащими пальцами стягивает мою футболку. Её движения ненастойчивые и неуверенные, будто раньше она не позволяла себе подобного. Помогаю ей и отбрасываю одежду. В который раз убеждаюсь, что настоящую Яну Полянскую я никогда не знал. В моих руках нежная чувственная девушка, которую я не намерен никому отдавать.

— Яр… — зовёт она меня дрожащим шёпотом.

Замираю над ней, заглядывая в горящие восторгом глаза. Она единственная, кто неизменно продолжает называть меня настоящим именем, и мне это чертовски нравится. Ловлю дрожащий вздох с её губ, и меня накрывает окончательно. Последняя капля выдержки падает в пропасть, увлекая нас за собой. Яна вскрикивает, сжимаясь всем телом, и впивается пальцами в мои плечи. А я замираю, не в силах поверить в происходящее, и сдерживаюсь, понимая, что причиняю ей боль.

— Ты не сказала… — шепчу удивлённо.

Как такое вообще возможно? В голове не укладывается, что Яна Полянская, имея целую армию поклонников, до двадцати лет ходила девственницей?

— Теперь ты не продолжишь? — тихо спрашивает она, смущенно закрывая глаза.

Дурак! Сейчас уже поздно что-либо говорить, поэтому я просто затыкаюсь и нежно касаюсь губами сомкнутых век, стараясь стереть смущение с её лица. Постепенно она расслабляется, доверяется мне и раскрывается полностью. Между нами зарождается что-то нереальное, едва терпимое, доводящее до безумия. Мне приходится несколько раз напоминать себе о сдержанности, чтобы лишний раз не причинять боль. Мир вокруг нас постепенно растворяется, и я начинаю чувствовать только нас. Сладкий вкус её кожи на моих губах, прикосновение нежных пальцев к спине и тихие мягкие стоны, медленно исчезающие в воздухе.

Многим позже, когда Яна, доверчиво прижавшись к моему плечу, засыпает, я понимаю, что пропадаю в этой нежной сладкой девушке. Окончательно и бесповоротно. Хочу ею дышать, чувствовать, видеть. Хочу быть с ней всегда.