Глава 39

Ярослав

В четыре утра стою у стойки регистрации и жду свои билеты. Благо мне удалось убедить Аню не ехать со мной в аэропорт, чтобы проводить. Всё-таки будить Ксюшу в такую рань — идея не самая разумная. Молодая девушка — сотрудник аэропорта — с выпученными глазами разглядывает моё фото в паспорте и просит снять очки, чтобы сверить. Подчиняюсь, наблюдая, как она нервничает ещё больше, хоть и старается этого не показывать. Не каждый день обслуживаешь солиста «Тихого ангела».

Ставлю багаж на весы и получаю билеты.

— Спасибо.

— Удачного полёта, — пищит в ответ девушка, и я чувствую её ошарашенный взгляд, пока не сворачиваю на лестницу.

Купив себе кофе, ухожу в зал ожиданий. До объявления на посадку ещё уйма времени, успею прогнать сон. Спал я в эту ночь часа два, не больше. С Аней по-другому не получается.

Проходит минут двадцать, и передо мной встаёт незнакомая девушка. Мысленно чертыхаюсь, натягивая кепку ниже к лицу. Раздавать автографы я сейчас точно не намерен.

— Ярослав, — произносит она негромко.

Ярослав? Не Алекс? А это что-то новенькое…

Поднимаю голову, всматриваясь в лицо незнакомки. Я точно не видел её раньше. Длинные волосы, крашенные в блонд, излишняя худоба и высокий рост.

— Можете уделить мне пару минут? — спрашивает она смело.

— А вы, простите, кто?

Она оглядывается по сторонам, прежде чем ответить, и произносит:

— Рада Белова. Сестра Никиты, бывшего жениха вашей девушки.

Честно говоря, фамилию бывшего жениха Ани я и не спрашивал. Мне вполне достаточно того, что он бывший.

Внимательно смотрю на эту Раду и понимаю, что её появление нисколько не радует. И вообще, каким образом эта крашеная блондинка могла узнать, когда я лечу? Я вот почему-то уверен, что Аня не стала бы просвещать своего бывшего по этому вопросу. О дате и времени вылета знали только я, Аня и Рита. Рита давно прошла проверку на преданность, тем более про Аню и её бывшего она пока не знает. Хотя я не уверен, что уже не знает.

Но тут моё внимание привлекает тёмно-синяя прямая юбка до колена, которая ну никак не сочетается с ярко-красной блузой. Дурной вкус? Непохоже. Девушка не выглядит низкого пошиба, да и качество юбки… И тут меня осеняет: Рада — сотрудник аэропорта! Она просто переодела верх. Так вот откуда ноги растут!

— У вас ровно пара минут, — отрезаю я. Выслушивать чьих-либо сестёр я не намерен.

Но Рада молчит.

— Пятнадцать секунд прошло, — констатирую.

— Интересно, у всех звёзд самооценка зашкаливает или только у вас в группе такие индивидуумы, которые идут по головам, выбрасывая беременных подружек как мусор?

Сдерживаю себя, чтобы не сорваться. Но терпеть оскорбления от этой выскочки я не намерен.

История с Гошей прилично потрепала нас в прессе. Почему-то большинство людей предпочитает читать громкие скандальные заголовки, но не все утруждаются дочитать статью до конца. Главное — урвать проблему и раздуть как можно шире.

ДНК-тест показал, что ребёнок не имеет к Гоше никакого отношения. Точнее, Гоша не имел к тому ребёнку никакого отношения. Но зато есть масса уверенных, что независимая экспертиза была куплена.

В зале ожидания первого класса кроме нас только престарелый мужичок с дипломатом в обнимку и дама в шляпе с безразмерно широкими полями. Рада выбрала удачное время для того, чтобы поговорить. Или же устроить скандал. Что — пока непонятно.

Поднимаюсь и хочу уйти. Уж лучше подожду посадки за пределами зала ожидания, чем буду выслушивать словесный понос хейтерши. Будет достаточно одной жалобы, что работник аэропорта ведёт себя некорректно, и я ищу глазами охрану.

— Мой брат бегал за этой святой Анной несколько лет! А она целый год им вертела, прежде чем на свадьбу согласиться! Но тут появляешься ты, и невеста вдруг возвращает кольцо. Тебе не кажется это странным?

— Не кажется. Аня сама приняла это решение. — Говорить, что ещё до моего появления, не вижу смысла.

— Неужели?! — В слове слышится едкая насмешка. — А разве существует девушка, которая могла бы сказать «нет» солисту «Тихого ангела»? — Вопрос, видимо, риторический и ответа не требует. — Вам всегда плевать на чувства других! Главное — это ваши «хочу»! Всё, наигрался? Не побрезговал расстроить чужую свадьбу, лишь бы получить желаемое, и теперь спокойно летишь в Москву один? Где же та, которая была тебе так нужна? Или ты временно поиграться хотел? Пока вы кувыркались, мой брат чуть с ума не сошёл от горя! Но тебе-то что?! Да и ей!

Изо всех сил стараюсь обуздать раздражение. Ещё немного, и пошлю ведь, главное — не выдать звонкую оплеуху этой мерзкой девице. Раздуют скандал похлеще, чем с Гошей. Боковым зрением наблюдаю движение — дамочка любопытно приподнимает широкие поля своей шляпы, чтобы ничего не мешало ей подслушать наш разговор, а привлекать лишнее внимание мне совсем не хочется.

— Если твой брат не в состоянии держать себя в руках, то не надо валить всё с больной головы на здоровую.

— Да? А что бы ты сделал на его месте? — шипит Рада, буравя меня ненавидящим взглядом. — Хотя какое «его место», — звучит брезгливо. — Где ты, а где простые смертные. Перешагнул и пошёл дальше. Точнее, полетел.

— Это всё? — Сам не понимаю, почему ещё слушаю весь этот бред.

На секунду вижу растерянность на лице Рады. Неужели она думала, что своими обвинениями что-то изменит? Так и хочется рассмеяться ей в лицо.

— Нет, не всё. Хочу, чтобы ты знал: у них должен был родиться ребёнок. Но Аня вышвырнула Никиту и запретила к ней приближаться, угрожая сделать аборт. Мой брат — осёл! Он готов простить её даже после того, как она переспала с другим. Но мне терять нечего! Мне не нужен племянник от такой мерзкой суки. А вот ты, даже и не знаю… Судя по твоей физиономии, твоя подружка об этом сказать забыла… — На лице Рады расцветает злорадная улыбка.

А у меня появляется отвратительный привкус, с которым я уже хорошо знаком.

Привкус лжи.

— Ты права, Рада, — даю ей почувствовать ощущение победы. — Этого мне не сказали.

— Но теперь ты знаешь… — Рада даже не пытается сдержать довольную улыбку.

Актриса из неё «на двоечку», если сравнить с той же Полянской. Но если королева соцсетей свою ложь подкрепляла доказательствами, то эта пришла лишь с голыми руками и грязным языком.

— Да. Теперь я знаю, что у бывшего моей невесты очень паршивая сестра. Хотя я не думаю, что для него это новость. И я безумно рад, что Аня избавилась от такого родства.

Мне даже страшно подумать, что было бы, если бы Ксюша попала в этот кошмар.

— Что-о? — Рада выпучивает глаза как милая плюшевая обезьянка лори.

Только милой и пушистой Раду назвать сложно, а вот ядовиты они одинаково. Невольно усмехаюсь такому сходству.

— Ты серьёзно думала, что я поверю во всю эту гнусность?

— Лгать мне незачем! — Рада вздёргивает подбородок.

— Да неужели? Тогда к чему весь этот цирк?

— Я всё равно расскажу, что ты и твоя подружка разрушили жизнь моему брату! Что из-за вас он скатился на самое дно! Вот увидишь, репортёры будут с удовольствием перемывать косточки невесте солиста «Тихого ангела» ближайшие несколько месяцев.

— Хоть сейчас! Ты хоть одного журналиста в глаза видела? Могу подсказать парочку телефонов.

— А тебе, я смотрю, весело! Посмотрим, как запоёшь завтра, когда твоё имя прогремит в новом скандале!

— Какая смелая. Думаешь, можешь вот так запросто портить жизнь людям? А силёнок-то хватит? Давай заодно проверим и мои возможности. Мы прямо сейчас пригласим сюда директора по работе с персоналом, и ты ему расскажешь, почему тебя нет на рабочем месте. А я в свою очередь напишу претензию в адрес руководства аэропорта за неподобающее поведение их сотрудника. Как раз и узнаем, хватит ли моему имени популярности, чтобы ты с треском вылетела с работы. А потом я сделаю официальное заявление о клевете, которую ты только что тут сочинила. Между прочим, советую погуглить, совсем недавно наказание ужесточили и вместо штрафа можно получить срок. А у вас, кажется, проверяют безупречность репутации?

Я вижу, как лицо сестрицы Никиты медленно бледнеет и покрывается серыми пятнами. Но этого мне мало. Потому что вот из-за таких сучек рушатся судьбы. Однажды я сам поверил на слово, но больше такого не повторится.

— А! Я понял! — изображаю из себя дурака. — Ты хочешь, чтобы я рухнул к твоим ногам и умолял никому об этом не рассказывать. Хочешь денег? Да? А то ведь теперь не получится стрясти с Полянского. Богатая невеста-то того…. Тю-тю. Ушла. Можно сказать, из-под носа увели! Ай-яй-яй! Шла бы ты, Рада, куда подальше. — Обхожу застывшую девушку и иду на выход, выбросив стакан из-под кофе в урну.

Настроение эта гадина всё-таки испортила. Горит дикое желание накатать жалобу на сотрудников аэропорта. Только в этом случае девушку действительно уволят. А она и без такого жёсткого урока теперь пикнуть не посмеет.

Говорить Ане об этой тупой курице даже не буду, но страх, что она может прийти и к ней, скребёт душу, и я набираю номер Полянского.

— Ярослав? — слышу сонный мужской голос.

Чертыхаюсь про себя, на часы я явно забыл посмотреть!

— Виктор Васильевич, я опять с просьбой.

— Ярослав, ты время видел?!

— Нет, — отвечаю честно и вкратце обрисовываю ситуацию.

— Ну надо же, какая змеюка! — возмущается Полянский сквозь зубы. — А я этой гадине по просьбе Анюты оформил трёхмесячную практику за границей, да ещё и помог материально!

Даже не удивлён. Эта Рада Белова не столько за брата переживала, сколько за свой кошелёк, который она уже с готовностью распахнула в ожидании выгодного родства.

— Мне хотелось бы, чтобы она даже за километр не приближалась к Ане, — прошу своего будущего тестя.

— Я тебя понял, Ярослав. И свою дочку точно никому в обиду не дам.

Этого обещания мне вполне достаточно, чтобы немного успокоиться. Полянский — человек слова. И всё-таки я жалею, что послушал Аню и не забрал их с собой! Но Ане действительно нужно уладить перед переездом все формальности. Я не знаю, как долго смогу продержаться без своих девочек. Я ещё даже не улетел, а уже безумно скучаю. Даю себе слово, что в самое ближайшее время всё подготовлю к их приезду. И только эта мысль не даёт мне вернуться за ними прямо сейчас.

Уже в самолёте я полностью отключаюсь. Мне кажется, что он даже не успел набрать высоту.