Эпилог № 2. На свадьбе
Шаг, шаг, шаг…
Никогда не думала, что буду трепетать вот так — как паутинка на тонком ветру, и все потому что Владислав Ветров будет смотреть на меня с таким вот пристальным вниманием.
Конечно, вряд ли он бросит меня у алтаря. Тем более в его случае это бесполезно — он уже на мне женат. Но… До последнего не могу поверить, что все это действительно происходит.
Что я, в свадебном платье, медленно иду к нему, сжимая в руках букет из юных, хрупких, совсем маленьких белых тюльпанчиков.
Немного впереди чеканит шажочки Машутка — моя с Владом племянница несет на своих ладошках шкатулочку с обручальным кольцом. Важничает ужасно, ей уже успели рассказать, что без удачного завершения её миссии свадьба вообще не состоится. Викки сказала, что любимой Машуткиной боксерской груше не повезло — девочка всерьез отрабатывала на ней, как будет если что оборонять священные свадебные артефакты от потенциальных расхитителей. Ох, как я не завидую тем расхитителям…
Шаг, шаг, шаг…
Дорожка к арке, где меня ждет «жених» кажется бесконечной. А гости, сидящие вокруг неё — бесчисленными. И если Машутка сияет звездой, оказавшись в центре внимания — я цепляюсь за каждое знакомое лицо среди глядящих на меня.
Ближе всех сидят Мари и Ален… Я не ожидала, но французская парочка, составлявшая нам компанию в Париже с удовольствием прилетели к нам на свадьбу. Мари снова спряталась за фотоаппаратом, обещала подарить нам альбом эксклюзивных фотографий в качестве свадебного подарка.
Дальше взгляд цепляет Людмила — мой личный врач. На свадьбе не столько ради праздника, сколько ради страховки. Я настаивала, что это не обязательно, но Влад оказался категоричен. У меня мол идет третий месяц, мол, он не готов рисковать своей будущей Розочкой. Людмила, впрочем, не отказалась. Даже по секрету сказала, что многие влиятельные папы страдают такими порывами. И ведь как показывает практика — никакая перестраховка лишней не бывает.
А вот и Мила и Оля — однокурсницы из университета, в котором я по настоянию Влада недавно восстановилась. По забавному стечению обстоятельств — мои сверстницы. Вчера чуть не передрались из-за того, кто первой будет ловить букет невесты сегодня.
Тетя Рая сидит в первых рядах, умиленно протирает глаза платочком, глядя на меня. Рядом с ней — Викки и Яр, ставшие такими родными за эти полгода реабилитации Влада. На губах Викки — понимающая улыбка. С полчаса назад именно она застукала меня в комнате невесты с пакетиком, в который я дышала, от внезапной панической атаки из-за большого количества людей. Она через это прошла пару месяцев назад — когда официально вновь вышла замуж за Яра. Она еще ерепенилась! Хватало же характера.
В углу зала Карим Давидович — мой уже состоявшийся свекр. Я до последнего ожидала, что он что-нибудь вычудит, снова попытается как-то избавиться от меня, как невестки, но лишь один раз заикнувшись об этом — увидела на его лице кривую усмешку. Он пожелал нам плодиться и размножаться. И особо не терять с этим времени.
Знакомые лица заканчиваются. Заканчивается и дорожка до увитой розами арки, под которой меня ждет мой муж.
Мой брутальный, бессовестный, чересчур привлекательный муж. Я точно знаю, что у него под рубашкой — грубый след от пули. Той самой. Слева на голове, под темными волосами — тонкий треугольник шрама от операции. Я знаю, через что его восстановление не было легким.
И люблю его еще сильнее.
Эта публичная церемония — его блажь. Я до последнего надеялась, что смогу его убедить, что это не обязательно лично для меня. Нет. Не смогла. Он оказался категоричен в этом вопросе.
— У тебя не будет другой свадьбы, Цветочек, — в своем категоричном стиле приговорил он мне тогда, — поэтому эта должна быть на полную катушку. Чтобы ты вспоминала её как самое безумное событие твоей жизни.
Что ж, все как он хотел. Безумно, пышно, многолюдно…
И я замерла перед ним, как олень в свете фар. Под арочкой. На рассыпаных вокруг розовых лепестках. В свадебном, чтоб его, платье. И он молчит…
Не нравится?
— Просто сказочно, — он шепчет это одними губами и за щелканьем вспышек фотоаппаратов я не слышу даже шепота. Что ж, надеюсь я правильно все понимаю.
Ведущая бракосочетания зачитывает торжественную речь, и я припоминаю, как это все было, когда он женился на мне по-настоящему. Как я кипела праведным негодованием, как планировала месть и мечтала о свободе. Как хотела, чтобы кто-то все это освободил. С каким трудом я тогда дала свое согласие, и с какой легкостью даю его сегодня…
— А теперь, жених хочет принести своей невесте свадебную клятву, — звучно произносит ведущая и это меня удивляет. Ни о чем подобном мы не договаривались!
— Что ж, Маргаритка, — Влад сжимает мои ладони и притягивает ближе к себе, — с одной стороны мы с тобой не так уж долго знакомы, совсем мало времени вместе. Хотя проведенный со мной год тебе точно следует зачесть за два.
Я слышу, как смеются гости, оценив его шутки, а сама припоминаю этот год. Сложный, полный страхов и нервов, когда я просыпалась по ночам и первым делом слушала — дышит ли Влад или его сердце все-таки не выдержало? Как в какой-то момент я буквально силой вышибла Настю из приемной моего мужа, потому что она в упор не понимала, что его расписание следует облегчать. Ох, если бы его самого было одолеть так же просто…
— Итак, я был уверен, что вся эта дичь, любовь, страсть до гроба — это все не про меня. Что я слишком циничен и умен для этого. Вот мой младший брат — он да, он имел неосмотрительность вляпаться в одну особу, а в своей неуязвимости я был абсолютно уверен.
— Вот и обламывайся теперь, братец. — вполголоса комментирует Яр, и разумеется — в царящей в зале тишине это оказывается хорошо слышно. Я снова слышу смешки.
— Да, — Влад фыркает, бросая короткий взгляд за мое плечо, — все в моей жизни пошло кувырком после того как девушка с самыми красивыми глазами на свете попалась на моем пути. Ты помнишь этот день, Цветочек? Я буквально увел тебя у твоего предыдущего босса.
— Ты был очень… напорист, — мне удается подобрать самый мягкий термин. Наверное, сравнение с штурмовым тараном не будет звучать очень романтично. Хотя, тут все знают Владислава Ветрова. Но я все-таки сдержусь в сравнениях.
— Я не смог тебя упустить, — Влад сжимает мою ладонь крепче, — ты была со мной рядом столько времени. Делала все, что необходимо спокойно, без превозмогания, без надрыва, помогала мне пережить самый сложный этап моей жизни каждый день только сильнее поражала меня своей чистотой и добротой. Ты умудрилась полюбить меня, и только за это тебе нужно поставить памятник, если по честному-то. Я — тот еще экземпляр!
— Прекращай, — я шепчу одними губами. Я вот-вот сгорю от неловкости. Тем более, что он не прав. Любить его несложно. Сложнее было не признаваться в этом — ни ему, ни самой себе.
Два года своей жизни я была уверена — моя жизнь кончена. И счастья в ней не будет, будет только грязь и страхи, появившиеся в моей жизни после череды ошибок.
А потом пришел он… И не оставил от моих страхов камня на камне.
— И сегодня я хочу тебе поклясться, моя дорогая жена, — Влад невозмутимо продолжает, — я буду нести тебя по нашей с тобой жизни, как самый нежный Цветочек. Не дам опасть твоим лепесткам, не позволю тебе вянуть от грусти и сохнуть от одиночества. Наша с тобой почва будет самой благодатной, я сберегу от тебя от любого ненастья, буду обильно поливать любовью и заботой. Ты расцветешь сильнее и станешь еще прекраснее. И каждый день нашей жизни я буду именовать тебя своей женой и помнить — я самый везучий мужчина на свете.
Это просто нереально — слышать от него все эти слова без слез. У меня и не получается…
Ужасный мужчина. Его несносность и непредсказуемость зашкаливает за все допустимые пределы. Ему захотелось принести мне клятву, он и принес. А я теперь сочиняй ему ответ экспромтом, чтобы не выглядеть стервой.
Впрочем…
Забегая вперед, сразу скажем — я справляюсь!
Конец!