Глава 31. Алиса

– Мимозы, крабы… Тебе запомнился тот вечер, да? – перевожу быстрый взгляд на босса и снова утыкаюсь в меню. Оно еще такое большое, меня почти и не видно.

– А тебе? Ва-адик оставил неизгладимое впечатление? – с издевательскими нотками спрашивает.

Когда наши взгляды встречаются, искры разлетаются в разные стороны.

– Я прошу прощения, но у нас вышла заминка, – официант извиняющимся тоном обращается к Варламову. Босс чуть напрягся. Плохое начало.

– И в чем дело?

– У нас остался последний краб, а за тем столиком, – аккуратно указывает на о-очень большого мужчину и худенькую девочку, – настоятельно просят отдать им заказ.

У мужика так светится лысина, что свет в зале можно с чистым сердцем выключать, а губы девушки такие объемные, что затмевают глаза.

Мне смеяться хочется.

– Мы сделаем скидку на сегодняшний ваш ужин, если вы готовы уступить краба, – бедный официант заикается.

– У нас Дальневосточные крабы теперь на грани вымирания, что у вас всегда последний? – нервно вздыхает.

Рука Вика на столе. Ни сколько не задумываясь, накрываю ее своей ладонью. Мне показалось, что Варламов нервничает.

Вроде как, и секс был, и целовались сколько раз, и до дома меня провожал. Да мы ругались как кошка с собакой, а он… нервничает на свидании.

Милым выглядит. Практически плюшевым.

– Мы готовы уступить им краба, – уверенно говорю и ловлю полный непонимания взгляд босса.

– Ты же тоже хочешь? Я могу заплатить за него в четыре раза дороже, если скажешь…

Господи, я же сейчас ему в любви признаюсь. Сердечко колышется, глаза слезами наполняются от щемящего чувства. Всем тело его чувствую, стопы от него покалывает, а усидеть на месте уже невозможно. Взрывает внутри.

– Не такие уж они и вкусные. Эти крабы, – сознаюсь и отворачиваюсь.

Смеяться больше не хочется. Стоит вспомнить, сколько тогда заплатил мой босс за краба.

Официант уходит радостный. Даже улетает, оставляя нас с Люци вдвоем. А сейчас он и правда властитель ада. Жжется, шипит.

Набираюсь смелости и улыбаюсь как невинный ангел.

Ну в самом деле, подумаешь, не понравился мне дорогущий дальневосточный краб.

– Ты сведешь меня с ума, А-ли-са!

В целом ужин проходит нормально. Чуть позже Вик даже смеялся, полностью позабыв о том инциденте.

– Ты не похожа ни на одну знакомую мне женщину. Даже свидание и то… странное, – говорит тихо.

– Буду считать это странным комплиментом, – привстаю на носочки и первой касаюсь твердых губ.

Варламов дает мне пару секунд проявить инициативу. Он не из тех мужчин, что позволяют лидировать женщине.

Уже чувствую, как его горячий язык скользит по моим губам и проникает в рот. Нагло, без спроса, уже как к себе домой.

Интуитивно руками нащупываю треугольник его галстука и развязываю. Подушечки пальцев получают неописуемый экстаз.

А когда касаюсь сильной шеи, живот наполняется объемным теплом.

– З-зайдешь? – спрашиваю.

Сама пока не понимаю, что творю. Еще ни разу я не звала к себе мужчину после первого свидания.

– Показать гуппи? – улыбается, обнажая ровные белоснежные зубы.

Таких же не бывает в жизни. Только у мультяшных принцев.

– Вы вряд ли найдете общий язык.

– Еще бы!

Дышим часто, дыханием касается щек и губ друг друга. Стоим тесно, нас будто кто-то с двух сторон зажимает. Огненная кожа ощущается и через одежду. А ее много, весна только-только наступила.

– Алис, я…

Резко отхожу, рву эту ненужную ему связь. Меня прошибает то потом, то холодом. Знобит, и в глаза боссу посмотреть не могу.

А я еще домой его хотела звать…

– Мне пора. Спасибо за вечер. Было вкусно и…

Вик хватает меня за руку и вдавливает в свое тело. Оно у него как из камня высечено. Помню и рельеф, и силу.

От этого еще обиднее. Хочется увидеть снова и… чтобы все было взаимно.

– Прекрати. Мы и так вечно колем друг друга. Я устал.

И обнимает. В его объятиях тепло, снова на слезу пробивает.

Как у него это получается? Всего два слова, объятие, поцелуй, и Алиса Комарова превращается в манговое желе. Вкусное, между прочим.

– Но ты же сам!

– Я всего лишь хотел уточнить, уверена ли ты? Неужели ты думала, что откажусь от кофе в твоем исполнении?

– Я пью кофе по утрам.

– Я тоже.

– Останешься до утра? – с хрипотцой в голосе спрашиваю, – у меня не так чисто и убрано, как в твоих хоромах. И… кровать меньше. Это почти кресло.

– Очень романтично, не находишь? – мажет губам по моим. Тонкую кожу пощипывает.

– Значит, ты все-таки романтик, Виктор Варламов?

До квартиры доходим перебежками. Вик постоянно прижимает меня к себе и целует куда придется. То в губы, то в щеку, то кончик носа. Самое щекотное – это шея. Хохочу, как пьяненькая.

В коридоре быстро раздеваемся, снимаем обувь. Зажженный свет не такой яркий, как я помнила, а пространство совсем крохотное.

– Проходи, чувствуй себя как дома. Шкаф не такой навороченный. Тут все просто: открыл створку и закрыл.

Босс очерчивает мою фигуру взглядом. Я будто уже сняла с себя все, что можно, и стою перед ним голой.

Зубами закусываю губу и тереблю ее.

– Ванная, кухня, комната. Вот и все, – провожу крохотную экскурсию.

Вик выглядит в моей квартире как гигант, попавший в страну Лилипутию.

– Почему ты так на меня смотришь? – задаю вопрос.

– Как так? – хрипло отвечает.

Он смотрит именно так, как смотрел в вечер нашей первой близости у него в кабинете.

От воспоминания низ живота заныл. Тело помнит все движения и все толчки. Невольно прикрываю глаза, выдавая свои желания.

– Будто съесть хочешь, – отхожу мелкими шагами назад и ногами упираюсь в незастеленную кровать.

– Верно. Хочу.

Мурашки от его слов.

В голове противное жужжание. Проносится в теле и касается всех точек. Вибрация крышесносная.

– Что? Прям так?

– Прям так.

Вик медленно расстегивает каждую крошечную пуговку на своей рубашке, не отрывая от меня взгляда. Я смотрю то на его пальцы, ловко проворачивающие свое дело, то на его губы, которые расплываются в ухмылке.

И тону в ощущениях.

– Тебе помочь? – кивает он на мою одежду.

Меня окутывает холод, а потом находит жар. Руки плохо слушаются.

Босс накрывает меня своим телом, когда вся одежда оказывается на полу. Смятая, в одной куче. И его это нисколько не смущает. Сноб и перфекционист в боссе, наверное, негодует.

– Хотел это с той минуты, когда ты в машине просила остановить тебя у магазина, чертовка.

Вик целует мою шею и грудь. Маленькими невесомыми поцелуями, почти не затрагивая. Только жесткое дыхание трогает кожу.

Хаотичными движениями касаюсь спины Вика, провожу линии, дохожу до задней стороны шеи и просто перебираю короткие волосы. Неосознанно тяну его голову еще ближе к себе.

Босс входит в меня медленно. В глаза смотрит, когда собой заполняет.

Наши рты приоткрыты, дыхание паровым облаком окутывает. Мы дышим друг другом.

– Точно ведьма, – говорит нежно.

Вик выходит из меня полностью и вновь входит одним толчком. Останавливается. Ощущения впитывает. Потом снова насаживает и смотрит. Мучает.

Жаркая волна заливает грудь и низ живота.

Вик толкается и сжимает мое тело. Снова толчок, до стонов приятно. Скользит во мне, а я каждый миллиметр его члена внутри чувствую. Все как в романах пишут.

Его большие руки довольно грубо снимают мою грудь, сжимают между пальцами соски. Не думала, что может это понравится.

Варламов сейчас на дикаря похож, охотник, поймавший добычу. Зрелище очень возбуждающее.

Волосы босса растрепаны, грудная клетка раздувается на полную мощность, сухожилия натянуты и готовы треснуть от напряжения.

Толчки усиливаются. Вик бьет в одну точку, доводя меня до обморока. Пальцами цепляюсь за простынь и сминаю ее. В кровь впрыснута кислота, которая растворяет меня без остатка, оставляя только слепое наслаждение.

Волны оргазма сметают меня с этой планеты. Боюсь в какой-то истерике. Перед глазами сумеречный туман. Или пар. В комнате невообразимо душно. Дыхание частое, судорожное.

Вик с рычанием набрасывается на мои губы и продолжает толкаться, пока не кончает. Внутри стало еще более горячо от его семени. Я чувствую, как подрагивает крепкий член во мне, и это ни с чем не сравнимо. Его оргазм приносит большее удовольствие, чем мой.

– Ты же не уйдешь?

Почему-то боюсь этого больше всего. Даже голос дрожит, когда это спрашиваю.

Вик вяло отстраняется от меня и долго всматривается в мое лицо. На секунду показалось, что веснушки стали ярче от его взгляда.

– Не уйду, – твердо говорит.

Выдыхаю и улыбаюсь.

– Опять про резинку забыл…

Бьет под дых. Понимаю, что он прав. Категорически прав. Потому что мы занимаемся сексом без защиты, и это неправильно с точки зрения начала отношений. У нас же отношения, да?

Но его комментарий почему-то ранит.

– Я проверялась недавно, если ты об этом. У меня все хорошо, – спешу ответить. – И у меня сейчас безопасные дни. Не беспокойся.

– Вообще не беспокоюсь, – уверенно отвечает.

Теряюсь и лишь утыкаюсь в его шею и дышу им. Парфюм, кожа, немного пота. Такое спокойствие обволакивает! Я прикрываю глаза и засыпаю, так и не сходив после нашего безумия в душ.