Глава 41. Алиса

– Располагайся. Где шкаф, ты знаешь, – Вик шепчет над ухом, как только мы переступили порог его квартиры.

Жуткую усталость как ветром сняло. В носу масса знакомого аромата, от которого воспоминания пробивают ударопрочную броню из обиды и злости.

– Мне, кстати, никогда не нравился твой шкаф.

– Хочешь, поменяем? – легко отвечает.

Круто оборачиваюсь на сто восемьдесят градусов, надеясь увидеть в его глазах хоть намек на шутку или что-то в этом роде. Босс серьезен как никогда.

Шкаф? Поменять? На свой вкус? Он думает, я с ним жить, что ль, буду?

– Сюда подойдет шкаф купе со стеклянными дверями. Цвет розовый. А еще чтобы на них цветы были нарисованы, – с издевкой произношу.

Вик устало прикрывает веки и проходит в зал, добавляя:

– Как пожелаешь.

Интересненько.

Разуваюсь и скидываю куртку на пуфик. Не собираюсь я сейчас возиться с этой новомодной штукой.

Босса застаю сидящим на диване с откинутой назад головой. Веки прикрыты, дышит глубоко и редко.

Такой невозмутимый сейчас. И красивый, несмотря на усталые тени под глазами. Ноги несут меня к нему, а желание сесть рядом и уткнуться в его шею затмевает все остальные.

– Насколько я помню, комнаты для гостей у тебя нет.

– Нет. И не будет. Ты со мной спишь, веснушка, – негромко говорит и приоткрывает один глаз с озорной усмешкой.

Прикусываю губу, потому что хочется улыбнуться ему так же. Но я все еще малость зла на него. Или на Т-1000. Впрочем, какая уже разница.

– Ты же не будешь ко мне приставать? – скрестив руки на груди, упираюсь в него взглядом, в который вложила всю строгость.

Вик подскакивает как пружина. Его резко становится очень много вокруг меня. Даже запах тюремной камеры не способен затмить аромат его дорогущего парфюма и терпкости кожи.

По спине трепещущие мурашки разбегаются. Я уже и забыла, каково это, когда Варламов так близко.

– Еще как буду!

– Тогда в кровать возьму вилку, – прищуриваюсь.

– Не думал, что у тебя такие наклонности.

Моя очередь закатывать глаза.

– Ладно, – сдается.

Мы и в самом деле сильно устали. И физически, и морально. А вы думали так просто после неудавшегося свидания провести несколько часов в кутузке в компании вонючего бомжа и приставучих проституток?

– Вещи свои завтра перевезешь, а сегодня поспишь в моей футболке.

– Пф-ф!

Сердечко дернулось и часто забилось. Мне же не послышалось? Щеки вспыхнули, сглотнуть не получается.

– Не пф-ф, а перевезешь.

Вик ведет меня как несмышленую дурочку в спальню, открывает местный шкаф с таким же, блин, механизмом и достает мне чистую, белую футболку. Она пахнет кондиционером и капелькой его духов.

Свести с ума меня решил окончательно.

Закрываюсь в ванной и с блаженной улыбкой раздеваюсь. Ступаю в душевую кабину и осматриваюсь.

Если Варламов серьезно по поводу нас, то его шампуню придется потесниться. Конкретно так потесниться.

Из душа выхожу, замотавшись в его темно-синий халат, с тюрбаном на голове.

Вик сидит на кровати в телефон и при виде меня медленно качает головой. Хотел меня себе, пусть теперь делится халатом.

– У тебя крючки для полотенец неудобные. И слишком далеко они от душа.

– Переделаем, – так просто говорит.

– И… плитка ужасная.

Вик опускает взгляд, хмыкает и, собравшись с мыслями, соглашается.

Не видано! Чтобы Варламов со мной соглашался.

Быстро сушу волосы, переодеваюсь в футболку и ныряю под одеяло. Босс пока намывается в ванной.

Не представляю как себя сейчас вести. Я вроде как в его доме, в его постели. И прошлые разы у нас заканчивались классным сексом. А сейчас? После ссоры же самый запоминающийся секс?

Переворачиваюсь с одного бока на другой. Притворяюсь спящей, хотя Вик точно знает, что я не сплю. Усмехается моими детскими выходками, а мне хочется в него что-нибудь тяжелое запустить.

– И постельное белье какое-то грубое как наждачка. И цвет ужасный.

Матрас под его весом приседает, и я сильней зажмуриваюсь. Дыхание частое, шея покрывается красными пятнами и хочется их от волнения расчесать.

– Ты можешь поменять в этом доме все, что захочешь, – серьезно говорит. Близко. Очень близко ко мне. Он пахнет гелем для душа и мятной зубной пастой. И ну очень хочется такого его поцеловать.

А Вик чмокает меня в носик и отодвигается на свою половину кровати.

И как прикажете с этим человеком мириться?

– Тогда и кровать поменяю. Мало ли сколько женщин тут до меня ютилось.

Просыпаюсь от звуков и запахов, доносящихся с кухни. Что-то жареное и сладкое. За приступом дикого голода следует тошнота. В носу свербит прогорклое масло, и с каждым моим вдохом тошнота нарастает.

Вскакиваю с кровати, борясь с головокружением, и несусь в ванную, чтобы вовремя склониться над туалетом.

В жизни не буду теперь есть… что он там готовит, босс этот?

Желудок скручивает новый спазм.

– Ты долго спишь, красавица, – довольный голос Вика заполняет кухню, когда я решаюсь войти.

Вскидываю взгляд, полный муки.

– Что-то готовишь? – сглатываю принудительно.

– Оладьи.

– Ты умеешь их готовить?

– Ну… немного.

Вдох, и я понимаю, что несмотря на то, что я больше всего на свете хочу съесть хоть кусочек приготовленного оладушка, не смогу откусить и крошки.

– С тобой все хорошо? – откладывает свое творение и подходит ближе ко мне.

Качаю головой, понимая, что мое нестабильное состояние слишком часто проявляется даже для такой эмоциональной личности, как я.

Снова хочется плакать, а следом прибить этого непонимающего мужчину.

Вик гладит мои щеки успокаивающе.

– Я могу быть с тобой честной? – шмыгнув носом, спрашиваю.

Босс хмурится, и мне это не нравится. Я рассчитывала услышать уверенное “да”. И вот снова накатывает волна раздражения.

– Ты не любишь оладьи? – осторожно спрашивает.

Невыносимый! При чем здесь оладьи? Я их обожаю. Точнее, обожала.

– Сходи в аптеку и купи мне тест, – сказала и отвернулась к окну.

Сердце разрывается в ожидании хоть какой-то реакции.

– Ты заболела?

– Господи, нет! Тест на беременность!

Губы Вика дергаются, будто у него нервный тик. Следом идет что-то вроде короткого смешка. Это злит, и я начинаю плакать.

Босс возвращается из аптеки с целым пакетом разных тестов. Довольный, почему-то.

Запираюсь от него в ванной и, закрыв глаза, выбираю на ощупь первую жертву.

Прочитав инструкцию, делаю все необходимые дела и кладу тест на раковину. Ожидание запускает в организме легкий трепет, который концентрируется в животе.

– Я могу войти? – слышу из-за закрытой двери.

Бросаю короткий взгляд на тест, потом на дверь, следом на свои руки, которые знатно трясутся.

– Нет.

– Но я войду.

– Вик, пожалуйста!

Прикрываю глаза, когда этот упертый мужчина открывает дверь и заходит. И почему я на замок не закрылась?

– Ну что?

Веду плечами.

Страшно.

Варламов проходит до раковины и первым забирает полоску теста. Он видит результат и молчит. Меня съедает любопытство, а Вик словно издевается надо мной.

– И?

– Двойная сплошная, веснушка, – и улыбается как настоящий Люци.