Глава 25

День получился безумным.

Мы с Виком сидели в прачечной, глядя, как в стиралке вращаются мои вещи. Казалось бы, их просто потрогали, но… в общем, фу. В глубине души я оказалась брюзгой, хотя в прошлой году, когда наша Олька после Ткача[13] зацепилась за брусья не руками, а носом, упала в поролоновую яму и все там залила кровью, я единственная не ударилась в панику, не напугалась крови, не побрезговала и Ольке помогла, пока Труха бежала из соседнего зала. Катька тогда вообще в обморок свалилась, и приехавшая скорая в итоге пригодилась больше ей, чем Оле.

Но это, наверное, немного другое. Чрезвычайная ситуация, кровь.

А тут чужие грязные лапы.

Вик, как ни странно, надо мной не хохмил, в очередной раз показав себя совсем не таким, каким я его изначально видела. Он часто это делал – удивлял. И ведь не сказать, что он перестал быть надменным красавчиком, что на всех поглядывал с насмешкой, ничего подобного! Просто… он как будто захотел показать мне больше, чем остальным. И это вызывало смешанные чувства.

– Вот эта отличная, – он показал мне скрин видео, на котором один из дзюдоистов держал в руках мой купальник. Боже, как это унизительно! Надо было поставить не час стирки, а пять, с режимом кипячения.

– Удали, – хмуро попросила я.

– Брось, это стоит использовать.

– Чтобы все увидели, как они… нет уж!

– Почему сразу все? Хватит и этих двух орлов, – он кивнул на экран телефона. – Главное – придумать, что нам от них надо.

– Хочешь их шантажировать? – догадалась я. – Думаешь, они поведутся?

– Еще бы! Никому не понравится слава нюхальщиков трусов. Такое не забудется. Но, если настаиваешь, я все удалю.

Подумав, я покачала головой:

– Оставь пока. Неизвестно, что они нашли…

– Ничего, они банально не успели.

Очень может быть, потому что все произошло быстро: Вик достал камеру, запустил запись, а я выдержала пару минут (и то терпела изо всех сил) и отправилась разбираться. Правда, Вик и тут меня остановил, предложив просто спугнуть дзюдоистов, чтобы потом удар по ним был побольнее. И поинтереснее. Стоило признать, что его аргументы звучали так логично, будто принадлежали мне самой. Они должны были принадлежать мне! Но Вик оказался более собранным. И вообще… чувствовался в нем стратег и планировщик.

– Какой-то ты слишком продуманный для футболиста, – признала я, глянув на Вика исподлобья.

– А в футболе, конечно же, думать ни к чему?

– Можно и подумать, но чтобы прям обязательно…

Он рассмеялся и покачал головой:

– Помнится, ты так же говорила про навыки – мол, чтобы пинать мяч, учиться не надо, надо просто пинать. Оказалось, что это не так-то просто, да? Сколько ты там раз смогла меня обвести, профессионалка?

– Да это мяч был скользким! – ответила я тоже с улыбкой.

– Мы в любой момент можем повторить, хоть сегодня. Тренер выгнал нас с тренировки, но, когда поле будет свободным, мы можем там поиграть. Что думаешь? Еще один спор.

Что он предлагает?

Провести вместе еще больше времени?

Это было слишком, тотальная передозировка Виком. А передозировки опасны, это я знала по себе – один раз так налакалась элеутерококка, что в час ночи отправилась на пробежку, и это при том, что бег для меня всегда был отдельным видом пытки. Но в двенадцать лет я мало знала о передозировках, зато теперь на опыте и обхожу всякие элеутерококки стороной – это не допинг, но все равно фу.

В прачечной повисла тишина.

Барабан стиралки монотонно крутился, таймер отсчитывал время. Осталось еще сорок минут – целая вечность. И я бы предпочла провести ее в одиночестве или с читалкой. Понятия не имею, зачем Вик отправился со мной. Зачем держался рядом, спрашивал, говорил.

– Я играю на позиции плеймейкера, – опять он нарушил тишину. – Как Кевин Де Брейне, Тони Кроос или Лука Модрич. На этой позиции не получится только пинать мяч, без футбольного интеллекта не будет и самой игры. А футбольный интеллект… может, и не напрямую, но все же связан с основным.

Его задевало, что я считала футболистов дурачками.

Хотя самого Вика я в дураки никогда не записывала.

– Тем более сейчас скорость игры очень сильно выросла, – продолжил он. – Соответственно, и думать надо в разы быстрее, а еще менять позицию и все такое. Отрабатывать в обороне, бегать в атаку, анализировать перестроения соперников… если этого не делать, то да – получится тупое перекатывание мяча. И я не говорю, что такого не бывает – да постоянно! Но я к другому стремлюсь. К тому, что показывают Де Брейне и Модрич.

И опять мне нечего было ответить, потому что… когда Вик уже прекратит? Я устала пересматривать мнение на его счет, я вообще этого не хотела! А он сегодня вошел в особо очаровательный режим и не желал из него выходить. Мало было похода в прачечную, теперь еще и разжевывает мне, почему он не тупой и почему футбол не полный отстой, словно ему важно мое мнение.

У меня такое панику вызывало, я не знала, как себя вести.

Я хотела простоты, которая для меня заключалась в конфронтации. Такой язык я понимала, к такому привыкла. Все иное находилось вне моей вселенной. Поэтому я бы предпочла, чтобы Вик вступил со мной в спор, намекнул, что гимнастки тоже далеко не гении… Вот это банальное, предсказуемое, но понятное все. А он шел по другому пути, непонятному и пугающему.

– Решил уморить меня рассказами о футболе? – наконец-то нашлась я. – Ну… считай, у тебя получилось.

Вик улыбнулся краешком губ:

– Ладно, мисс Предвзятость, я тебя понял. Но, раз нам еще сорок минут ждать, я вспомнил игру, которая тебе точно понравится, – «Зашквары». У нас они обычно футбольные. Смысл в том, чтобы угадать выпавшее на твоей карточке – не только имя футболиста, но и его косяк. Ты будешь в восторге!

– Это как «Угадай, кто ты»?

– Да, только с усложнением в виде косяка

– Я знаю не так много футболистов, вряд ли из меня получится хороший игрок.

Вик задумался:

– Это проблема. С другой стороны, можно обойтись без имен, хотя имя обычно очень сильно подсказывает… – Он открыл приложение на телефоне и протянул мне: – Смотри, тут карточки. Выбери любую и покажи мне, я ее переверну и увижу твой зашквар. А ты потом – мой. И… тут кто кого!

«Кто кого» мне нравилось больше, чем душещипательные беседы.

– Вот эта, – я вернула телефон, наблюдая за лицом Вика. Он коротко усмехнулся, увидев, что мне предстоит отгадывать, но смысл его усмешки остался для меня загадкой. Карточка будет сложной? Смешной? Я уже проиграла? Кто знает…

Самому Вику выпал зашквар «Накормивший друга пирожками с кошачьим говном Пол Гаскойн». У меня глаза на лоб полезли – серьезно такое было?[14] И после этого Вик смеет утверждать, что футболисты большого ума?

– Удачи тебе это угадать, – сказала я.

– Ты еще не знаешь, что там у тебя, – в тон мне ответил Вик.