* * *

– Прости Эйви, милая, я все не так поняла. Это было просто неприятное совпадение. – С экрана телефона на меня смотрит Мира с безупречным нюдовым макияжем и идеально уложенными волосами.

– Я должна признаться… – Мира опускает взгляд, теребит рукав белоснежной блузки, продолжая прямой эфир. – История с пожаром… Эвелина не курила в туалете.

Телефон дрожит в моих руках. Сердце колотится где-то в горле.

– Я была так напугана! Мне показалось, что я видела дым… В стрессовой ситуации так легко ошибиться. Мой мозг решил, что это была Эвелина. Не знаю, как я могла спутать ее с Алиной. Я приношу свои искренние извинения Эйви и рада, что наконец-то нашли настоящую виновницу.

За спиной Миры мелькает логотип агентства.

Конечно. Они заставили ее извиниться.

Однако, бывшая подруга не говорит ни слова о том, что это именно она заперла меня внутри туалета.

После всплывших видео с камер, агентству каким-то волшебным образом удалось замять всю историю. Правда, Алине досталось. Ей пришлось вернуться домой, туда, откуда она приехала в столицу. Внутреннее расследование агентства показало, что модель курила и много. Что же, поплатилась. Мне нисколько ее не жаль. Я могла умереть из-за нее! Да и не только я.

– Надеюсь, мы сможем оставить это недоразумение позади. – Мира выдавливает наигранную улыбку в камеру. – Я была неправа.

Швыряю телефон на кровать.

Какая щедрость – признать ошибку в прямом эфире, когда уже все кончено. Когда мое имя смешали с грязью во всех модных журналах. Но что самое обидное – зачинщица Мира выходит сухой из воды. А вот это не может не раздражать. Придется как-то сдерживать себя при встрече с этой ненормальной, ведь агентство оставило ее контракт в силе, хоть и с поправкой на то, что Мире придется стать участником выплат компенсации за нанесенный урон моему личному бренду. Но выплачивать она будет не мне, а агентству.

– Недоразумение? – передразниваю я в пустоту комнаты.

Нет, это была целенаправленная травля. Я помню каждое колкое и язвительное слово Миры, сказанное в мой адрес на публику.

И теперь агентство пытается замять скандал этими фальшивыми извинениями, быстро удалив со всех платформ бесконечные посты с обвинениями в мою сторону.

Из всего этого один плюс – я стала известнее.

«Даже если плохо говорят, тот факт, что говорят – это уже хорошо». – так подбадривал меня Бобби в эти дни.

Только нужна ли такая известность? Когда на тебя могут накинуться в подворотне из-за того, что ты чуть не сожгла весь модный мир? Все уже знают меня как “поджигательницу дизайнерских платьев”, мало кого теперь заботит то, что я доказала свою невиновность спустя три месяца после громкого скандала…

Телефон нервно вибрирует.

– Эйви, мы тебя ждем. – Напевает в трубку Бобби.

Его заметно повеселевший тон указывает на то, что у него удалось все же найти способ реализовать свой проект с пожарными и моделями. В агентстве он на каждом углу только об этом и говорил. Его безумная идея поместить вместе тупых хрупких моделей в одно место с грубыми надежными спасателями почти подвела его на грань безумия.

Однако, это помогло ему продвинуть свой сценарий шоу пожарных. В короткий срок собралась необходимая команда, нашлись дополнительные вложения, с целью привлечь внимание к проблемам пожарной безопасности, но сделать это гламурненько. Даже не могу представить какие испытания прописал в своем сценарии эксцентричный Бобби.

Откуда вообще в его голове появилась эта идея? Но остается одна проблема – найти пожарную часть, которая согласилась бы на это дурацкое шоу, а также – взять официальное разрешение.

– У нас для тебя сюрприииз. – тянет в трубку мой агент, и по голосу можно сказать, что Бобби наконец-то смог решить эти вопрос. – Мы сейчас подъедем к твоему дому, спускайся.

– Мне с макияжем или без? – интересуюсь, потому что Бобби запросто мог меня увезти на какой-нибудь кастинг или съемки.

Как модель я практически не крашусь, только немного маскирую синяки под глазами и выравниваю тон лица. Лицо всегда должно выглядеть максимально натуральным. Но бывает, что необходимо подкрасить глаза, или слегка обвести губы карандашом с помадой. Хотя бы для того, чтобы отличаться от образа привидения из фильма ужасов.

– Без. Со мной визажист, она поправит.

Я влезаю в свою любимую толстовку и черные леггинсы. Завязываю волосы в пучок. И направляюсь вниз. Возле подъезда меня уже ждет минивен с выглядывающим из него довольным лицом Бобби. Я запрыгиваю в машину, и мы трогается с места.

– Что она здесь делает? – киваю я в сторону Миры, оскалившуюся в подобии улыбки в мою сторону.

Сейчас она вовсе не кажется раскаявшейся, как во время эфира. Какая же она хорошая актриса!

– Эээ… – заминается Бобби. – Агентство решило дать ей шанс. Знаешь, денюшки надо зарабатывать. А в нее вложили много, как и в тебя. Так что, придется отрабатывать.

Я закрываю глаза. Если Мира еще раз выбросит какую-то штучку, я вряд ли выдержу. Да я уже дымлюсь! Мне срочно нужен пожарный, способный погасить бушующую внутри злость!

Затем я перевожу взгляд на остальных людей, поместившихся в просторном мини вене. Еще одна девушка-модель, с ней я уже знакома, это хрупкая и очень милая Крис. А также, два прекрасных и худощавых мужских экземпляра, с пресным и надменным лицом. Тоже модели.

– Макс. – представляется блондин с серыми глазами, заметив мой любопытный взгляд. – А это Грэг. – Он кивает в сторону темноволосого соседа, прикорнувшего в удобном, обтянутом кожей, кресле.

– Эйви. Очень приятно. – представляюсь парням, и поворачиваюсь к Бобби. – Мы едем снимать какой-то каталог? – интересуюсь я.

– Ох, Бобби, так ты ей еще не сказал, что мы едем отрабатывать карму? – ехидничает Мира.

– Тссс. – шипит на нее агент. – Сейчас скажу. Я просто хочу увидеть ее реакцию. И да, там нас будет ждать съемочная группа. Сегодня максимум будем снимать бэкстейдж, просто знакомимся с ситуацией.

– Какой ситуацией?

– Мы едем в пожарную часть. – улыбка Бобби похожа на улыбку нашкодившего довольного ребенка, который искренне уверен, что сделал нечто крутое, за что его похвалят родители.

– Ты мог бы предупредить! – вскрикиваю я.

– Милочка, так задумано, ваша реакция должна быть естественной. Не помню, чтобы вы обладали особым актерским талантом. – язвит в ответ Бобби.

А вот и нет. Мира очень даже и обладает. Но я не говорю это вслух, не хочу портить всем настроение.

Мы подъезжаем к пожарной части – уже знакомой части.

Часть, где служит Ветров.

Под тем самым деревом возле гаража мы интенсивно и горячо разговаривали… Я до сих пор помню его запах… Это похоже на настойчивое наваждение.

Мое сердце отчего-то начинает биться сильнее, и даже потеют руки. Это впервые. Обычно даже насыщенные показы, пусть и проходят с волнением, но не таким сильным.

Мы заезжаем на территорию, прямо перед пожарными машинами, и к нам тут же подходит один из сослуживцев Ветрова, который с видом коршуна приказывает нам убраться с проезжей части, освободив выезд машинам.

Отлично начинаем.

Водителю минивэна приходится перепарковываться два раза, прежде чем нам позволяют ступить на асфальт. Рядом паркуется машина съемочной группы, из которой тут же вылезают парни с камерами, готовые заснять любой чих и неудобный вопрос.

Я выхожу из минивена последней, поправляя толстовку. Бобби что-то активно обсуждает с высоким мужчиной в форме начальника части.

– Мои хорошие, построились! – командует Бобби, махая рукой. – Сейчас познакомимся с нашими героями.

Мира выстраивается первой, за ней парни-модели. Я неохотно становлюсь в конец шеренги, подальше от бывшей подруги.

Из здания части на построение выходят пожарные. Среди них я сразу узнаю Ветрова. Мое сердце замирает, и я погружаюсь в считывание его малейших движений. Однако его лицо непроницаемо, как будто мы с ним никогда не виделись в этой жизни, и он не спасал меня из огня.

– Итак, знакомьтесь – это наша доблестная пожарная часть номер двенадцать! – объявляет Бобби с театральным жестом. – Они согласились принять участие в нашем уникальном проекте.

Я замечаю, как Бобби по-ребячески сжимает кулачки, а начальник части недовольно смыкает зубы. Вряд ли стоящие здесь пожарные сталкивались с такими эксцентричными экземплярами, как Бобби.

Камеры начинают снимать. Мира картинно откидывает волосы. Макс и Грэг выпрямляются, желая выглядеть не менее важными, чем стоящие напротив них пожарные.

У меня не укладывается в голове, как именно будет выглядеть это шоу. Однако, довольные взгляды Бобби не предвещают ничего хорошего. Он продолжает потирать ладошки, даже когда все построились и теперь ждут дальнейших действий.

И только потом я понимаю: взгляд Бобби застыл на женщине, в форме спасателя. Должно быть она такого же возраста что и он и приятно ему улыбается, как будто давно с ним знакома.

– Вера? – недоуменно выдыхает он.

– Борис! – подхватывает она. – Сколько лет! Сколько зим, да?

Несмотря на то, что женщина продолжает стоять в строю, Бобби подбегает у ней, чтобы обнять. Остальные пожарные смотрят на парочку с нескрываемым любопытством и щепоткой ревности.

Растроганный Бобби смахивает слезинку.

– Не ожидал увидеть здесь одноклассницу и не просто одноклассницу! – вводит он всех нас в курс дела. – Ладно, начнем. Просим провести нам экскурсию. – Он улыбается своей давней знакомой. – Верунчик, мы с тобой еще поговорим!

Познакомившись друг с другом, начальник части предупреждает о важности соблюдения правил, бодро кивает и разворачивается, чтобы отвести нас за собой внутрь здания.

До меня долетают обрывки фраз со стороны Бобби. Это похоже на щебетание, которое местами сменяется заливным смехом Веры.

Камеры следуют за нами. Я стараюсь смотреть куда угодно, только не на Ветрова. Он все равно игнорирует меня. От этого странно сжимается грудь. Как будто внутренне, мне нужно его внимание, взгляды и… объятия…

Начинается экскурсия по части, и мой ненавистный пожарный со своими коллегами исчезают из нашего поля зрения.

Мы остаемся с Соболем, с тем самым вежливым пожарным и коллегой Ветрова. Он часто подмигивает мне и улыбается. Это напоминает о неудачном первом знакомстве и о штрафе, полученном за опоздание на фиттинг. Однако Соболь не кажется злым за выплеснутую бутылку воды на его сослуживца, наоборот, он по—особенному дружелюбен по отношению ко мне, что не скрывается от камер.

В гараже Соболь нас строго предупреждает, чтобы во время тревоги мы дружно «прилипли к стенам» и не путались под ногами. Потом, он начинает показывать разные помещения, начиная от комнаты отдыха до спортзала.

Я стараюсь внимательно слушать вежливого пожарного, иду рядом с ним и вникаю в совершенно новый для меня мир и его строение. Внезапно, мне стало интересно какой жизнью живет неприступный пожарный Ветров.

Мире явно не нравится моя дружеская и познавательная беседа с пожарным, потому что она пытается привлечь внимание операторов на себя: то плюхается на диван в комнате отдыха, вызывающе закидывая ногу на ногу; то перебивает Соболя, когда тот отвечает именно на мой вопрос.

В общем, не совсем приятно.

Мы добираемся до очередного кабинета с особыми дыхательными аппаратами, где Соболь предлагает примерить их на себе.

Он заботливо помогает мне надеть рюкзак с баллоном и маску. Все бы ничего, но я едва не валюсь на спину, когда меня накрывает вес аппарата. Неожиданно, он оказывается тяжелым.

Соболь ловко поддерживает меня, как раз в тот момент, когда в учебное помещение входит Ветров. Его взгляд тут же цепляется за руки Соболя, помогающие мне найти баланс, и я наконец-то вижу какую-то реакцию ненавистного пожарного.

Он прищуривается и что-то темное, и непонятное проскальзывает в его глазах.

Ревность? Да не может этого быть.

– Аккуратнее, Соболь. – кидает Ветров. – Ее сначала надо покормить, чтобы не упала без сил. – язвит он.

Вот же противный!

Мира хихикает, но тут же затыкается, получив злой взгляд Ветрова.

– Борис Владимирович. – обращается он к моему агенту.

– Бобби. Зови меня Бобби.

– Начальник части просил, чтобы модели были в форме. – продолжает Ветров.

– Так они в форме. – отвечает Бобби, руками обводя мой силуэт.

– У нас разное понятие о «форме». Модели не должны валиться в обморок во время испытаний. – опять этот знакомый нахальный тон Ветрова.

Как же он выводит меня из себя!

Однако я чувствую прилив сил. Странно, но я даже рада. Я ждала этого. Мне нужно было дерзкое внимание Ветрова. Я этого хочу.

– Эй! Ты это про меня? По-твоему, я валюсь с ног? – огрызаюсь я ненавистному пожарному.

– Ты можешь в любой момент свалиться. – Ветров приближается, забирая из рук Соболя маску, взглядом отгоняя его в сторону.

Он заставляет меня опереться на парту. Потом внимательно рассматривает ремешки и застежки на рюкзаке.

– Не забывай, как ты свалилась на меня в Аурум Холле. – тихо добавляет он мне на ухо, пока надевает на меня маску.

От его шепота кожа покрывается мурашками, а кровь приливает к груди. Эти ощущения усиливаются, когда Ветров поправляет что-то у меня на затылке, задевая волосы. Мне хочется ответить, однако голос становится противно жужжащим под маской, и я воздерживаюсь от этой затеи.

Позволив мне подышать через аппарат, Ветров помогает его снять.

– Я тоже хочу померить. – вскрикивает Мира и подходит ближе к Ветрову, цепляясь за его руку. – Моя очередь.

Она словно чувствует притяжение между мной и Ветровым и влезает в наше пространство, чтобы его разрушить.

Я перевожу взгляд на пожарного, чье лицо вновь становится непроницаемым.

Мира, ожидая ответ, практически виснет на Ветрове, пока тот не отстраняется от ее цепких, как прищепки, рук.

– Соболь! – зовет он своего сослуживца, даже не смотря в сторону модели. – Продолжай. – говорит ему, и мы вместе отходим в сторону, оставляя место вежливому пожарному с Мирой.

Я чувствую облегчение, и даже некоторую удовлетворенность. Может, потому что Ветров отказал Мире. Для меня это было важно, ведь я все еще помню, как он защищал эту мерзавку от моих нападений в Аурум Холле.

Теперь он на моей стороне. Ну, или может мне просто так кажется…

Он становится рядом со мной и наблюдает за демонстрацией аппарата, а я наблюдаю за ним.

Когда экскурсия заканчивается, а к нам присоединяются остальные спасатели, в том числе и симпатичные девушки-диспетчеры, мы устраиваем жеребьевку.

Бобби объясняет, это необходимо, чтобы разделиться по парам для участия в шоу: модель и профессиональный пожарный, мужчина и женщина.

Отличный ход, Бобби…

Ветров, Соболь и еще один пожарный с позывным Медведь, а также две прекрасные девушки диспетчеры, становятся перед нами.

Значит, Ветров все же согласился на это шоу. Интересно, что изменило его мнение?

Теперь операторы направляют свои внимательные камеры на нас и с нетерпением ждут результата.

Сначала Бобби заставляет девушек-диспетчеров в синей форме выбрать билет с именами парней-моделей. Свете, девушке низкого роста с длинными темными волосами, выпадает Макс. А блондинистой Ларисе выпадает Грэг. Обе девушки едва сдерживают свои улыбки, поглядывая на то, как хорохорятся парни.

Следом, Бобби просит вытянуть один из трех билетов Медведя. Ему, огромному и высокому, выпадает хрупкая Крис.

Очередь Соболя.

Его взгляд задерживается на Ветрове, и я замечаю кивок ненавистного пожарного, как будто тот дает свое благословение на участие в жеребьевке.

Он берет билет.

Затем, показывает в камеру мое имя.

Значит Соболь.

Я замечаю, как камера снимает меня крупным планом. Искоса бросаю взгляд на Ветрова, который даже не смотрит в мою сторону.

Ему все равно.

Надеюсь, теперь он доволен, что ему не попала я в напарники.

Останавливаюсь на всегда вежливом Соболе, чьи губы растягиваются в широкой улыбке. Отвечаю взаимностью.

Не без разочарования, я встаю рядом с Соболем, пока Мира, с громкими победными криками едва не запрыгивает на Ветрова.

Отворачиваюсь в сторону, чтобы не наблюдать это безобразие с Мирой, запрыгивающей на спину Ветрову. А вот камеры не упускают момент и снимают парочку.

Ну и пусть.

– Теперь мы команда! Можно, с тобой сфотографироваться? – спрашивает он, доставая свой допотопный смартфон.

У парня голубые глаза, цвета неба, и они смотрят на меня с восхищением. Простым, наивным и без какого-то глубокого интереса.

– Конечно. – я соглашаюсь, и даже прошу Бобби сфотографировать нас и на мой телефон.

Краем глаза замечаю, как Мира повторяет за нами, и тоже спешит запечатлеть момент жеребьевки.

Однако, телефон вылетает из ее рук, когда раздается оглушительный, резкий и такой неожиданный сигнал тревоги.

Пожарные бросаются к машинам, начальник части что-то кричит. Мы вспоминаем, что нам нужно срочно прижаться к стенке и оставить проход спасателям.

– Снимайте! – надрывным шепотом кричит Бобби операторам.

Те продолжают снимать суматоху, выворачиваясь с камерами в руках кто как может, и останавливаясь на взволнованных лицах моделей.

Я провожаю взглядом машину с Ветровым. Куда они едут? Что их там будет ждать?

Внутри что-то трепещет. Неужели, я волнуюсь за ненавистного пожарного?

– Когда они вернутся? – спрашиваю я у оставшегося в части Соболя.

– А это никто не может знать. Пойдем, напарница, я отведу тебя на кухню и угощу конфетами.

Он медленно переводит взгляд на оставшуюся съемочную группу с голодными моделями. Те невинно хлопающую глазами, как будто никто из них не услышал слова «конфета».

– И вы тоже, пойдемте, чаем угощу. – задумчиво, словно просчитывая хватит ли на всех конфет, добавляет Соболь.

Мне в напарники достался самый вежливый пожарный.

Мы заходим в тесное помещение, которое во время экскурсии по части нам представили как «кухня». Небольшая комната с потертым линолеумом на полу и старенькими шкафчиками вдоль стен выглядит по-своему уютно, пахнет свежезаваренным чаем и какой-то выпечкой.

Внутри мы встречаемся с Верой. Она заваривает себе кружку чая. К ней сразу же подходит Бобби и о чем-то начинает разговаривать.

Мы садимся на скамейку перед столом. Соболь вытаскивает кружки, однако на всех не хватает. Что же, придется пить из стаканчиков.

Пока кипит электрический чайник и Бобби что-то возбужденно рассказывает Вере, я подхожу к окну.

"Мяу" – слышу жалобный писк.

Смотрю вниз за батарею и нахожу знакомый серый комок. Не могу поверить глазам. Это тот самый котенок, которого пожарные спасли в день нашей встречи с Ветровым. Маленький пушистый комочек сидит, прижавшись к теплой батарее, и смотрит на меня своими большими янтарными глазами.

– Малыш, а ты что тут делаешь? – спрашиваю я с какой-то детской радостью и счастьем, совершенно забывая о том, что выходка этого котенка стоила мне сто тысяч рублей штрафа.

Он легко поддается мне и выглядит заметно окрепшим и… таким пушистым! А еще, более ухоженным, чем в тот день, когда его сняли с дерева – шерстка чистая, а в глазах больше нет испуганного выражения.

– Ах да, мы забыли вам представить самого важного сослуживца. Знакомьтесь, это Пепел. – говорит Соболь и все ахают от умиления при виде томно зевающего котенка. – Видите, как он устал? Работает больше всех.

– Мы уже знакомы, не так ли? – я смотрю малышу прямо в глаза.

Имя Пепел для него и, правда, идеально, отличное совпадение с тоном его шерсти. В свете кухонной лампы она отливает серебром. Кончики его ушей и хвоста немного темнее, чем остальное тело, словно он только что выбрался из камина какого-нибудь старинного особняка.

– Вы привезли его сюда…

– Ветер привез. Просто некому было забрать, а он всегда всех подбирает. Только потом успевай за ними следить, чтобы под колеса в гараже не попали. Теперь мы ждем, пока появиться кто-то, кто сможет приютить бедолагу. Хочешь, можешь забрать. – предлагает Соболь, заметив мой интерес к Пеплу.

Я поднимаю глаза на Соболя, но на самом деле смотрю себе внутрь. Смогу ли я сделать впервые ответственное решение и взять котенка? Пусть даже и так нашкодившего? Ведь о нем нужно заботиться, а моя мама всегда говорит, что я даже о цветах не могу позаботиться…

Камера оператора уже приближает пушистого, и я понимаю, что как только этот малыш появится в эфире – у него не будет проблем найти себе новый дом. Однако… Он стал причиной не только моего штрафа и плохого настроения.

Он стал причиной моей встречи с Ветровым.

Этот пушистый комок изменил меня.

Не знаю почему, но мой мозг решает придать этому особое значение.

– Я возьму его. – говорю так громко что все поворачиваются на меня.

– Отлично. А то он стал часто выбегать в гараж. Осталось только спросить разрешения у Ветрова. Он всегда лично собеседует тех, кто забирает животных. Вдруг у него возникнут сомнения, сможешь ли ты содержать котенка. Он в этом немного… Параноик.

– Что ты имеешь в виду? Будет лучше если он попадет под колеса? – тут же возмущаюсь я, прижимая к себе крепче Пепла.

– Нет, что ты! Но все же лучше предупредить Ветрова. Иначе он мне башку отвинтит.

– Он настолько брутален? – я прикусываю губу, потому что уже знаю ответ.

Да.

Ветров страшно брутален.

Интересно насколько, когда дело касается спасенных им котят?

Соболь поправляет свои волосы, размышляя над тем, что ответить. Его что-то взволновало, или он вспомнил о чем-то…

– Дело даже не в этом.

– А в чем?

Мой напарник поджимает подбородок, просчитывая, стоит ли мне рассказать. Затем, берет под локоть и отводит в сторону, чтобы нас никто не услышал.

– Просто… Из-за скандала с тобой Ветрова бросила его девушка. Не знаю, как он отреагирует на то, что Пепла возьмешь к себе именно ты.

– Что? – Я ахаю от неожиданной новости…

Вот это да…

– Но какое это имеет ко мне отношение?

– Сначала ваши фотографии с Ветровым по всем каналам. Затем… Его стремление тебе помочь. Его бывшая просто не выдержала и заревновала.

– Оу… Но как это влияет на то, что я забираю к себе Пепла?

Соболь стирает со лба воображаемые капли пота. Мои вопросы загоняют его в тупик, и он сам не знает, что ответить.

– Он тебе не доверяет. Пока. Поэтому лучше спросить. Но я уверен, что Ветер не будет против.

Я закатываю глаза. Ветер слишком много на себя берет. Мне жаль, что он расстался с девушкой, но это не мои проблемы. Это проблема их взаимоотношений и недоверия. Да, я просила его помочь мне с расследованием, за что очень благодарна, но он сам пошел на это.

Я и Пепел, мы здесь ни при чем.

Так что, я даже не думаю ждать разрешения Ветрова и намерена забрать котенка домой, пока тот не выбрался из кухни в гараж и не попал под огромные колеса пожарных машин, выезжающих на срочный вызов.

После споров я все же уговариваю Соболя отдать мне малыша. Бобби помогает, ручается за меня и обещает на камеру, что сам проследит за благополучием Пепла и отчитается перед зрителями.

Ветров так и не возвращается с выезда, а Мира не прекращает трещать по телефону с Ромео, специально рядом со мной. Они обсуждают его новую песню, которая выйдет на следующей неделе.

Да пусть хоть заобсуждаются.

Ближе к вечеру, мы еще раз повторяем экскурсию по пожарной части и уточняем детали. Затем, вместе со съемочной группой покидаем пожарную часть, чтобы вернуться через пару дней и начать особую подготовку к съемкам шоу.