ЭПИЛОГ

Василиса Иногда мне казалось, что счастье – это очень хрупкая штука. Стоит только чуть сильнее сжать ладони – и всё рассыплется, как сухое печенье. Но прошёл год, а моё печенье всё ещё было целым. Более того – оно стало ещё вкуснее. Дом Ильи давно превратился в уютный семейный очаг, где даже строгие линии современной мебели покрылись мягкими подушками, игрушками, одеяльцами и прочими детскими вещами. Порой я даже удивлялась, как быстро и незаметно наша жизнь наполнилась теплом, детским смехом и шумными гостями. Сегодня дом снова был полон. – Ты только посмотри на него! – Светка протянула мне свой телефон с фотографией высокого, подтянутого мужчины с серьёзными серыми глазами и светлыми волосами, собранными в хвост. – Это же просто грех, а не врач! Я думала, после Ильи Валерьевича медицина уже ничего интересного не предложит. Как ошибалась! Я рассмеялась, бросая взгляд на мужа. Илья сейчас был занят разговором с Громовым и Стрельцовым, которые увлечённо обсуждали что-то своё, медицинское. Все трое стояли на террасе, окружённые детьми, радостно визжащими и носящимися кругами вокруг отцов. – Ты сама не хуже меня устроилась, – кивнула я в сторону Светки подмигивая. – Думаешь, я не видела, как твой Никлас от тебя глаз не сводит? Щёки Светки мгновенно покрылись румянцем, и она спрятала телефон в карман: – Не трави душу! Я теперь настоящая фрау, кстати! – Ага, фрау Гитлер, не меньше, – с усмешкой прошёл мимо Дамир, тут же схлопотав возмущённый взгляд Ярославы. – Я с тобой не разговариваю, – демонстративно отвернулась от него сестра Ильи, раздражённо поправляя свои длинные волосы. – Вот и прекрасно! – буркнул Дамир, демонстративно развалившись на кресле в другом конце комнаты. Я посмотрела на них, потом на Илью, вопросительно изогнув бровь. Муж лишь пожал плечами с видом полного непонимания происходящего. Что-то между этими двумя явно произошло, но никто не торопился это обсуждать. Похоже, драма намечалась эпическая, но пока все решили дружно её игнорировать. – Иди сюда, любимая, – Илья мягко подтянул меня к себе за руку, прижимая к плечу. – Не отвлекайся на их ссоры, а то опять разболится голова. – Она у меня уже давно не болит, – улыбнулась я, утыкаясь носом в его щёку и жмурясь от удовольствия. – Ещё бы, с таким личным врачом! – весело вставил Громов. – Мы тут, между прочим, всем коллективом завидуем, как тебе достался лучший хирург в нашей больнице. – Эй, вообще-то, уже не в вашей больнице! – поправил Илья, с гордостью и каким-то мальчишеским озорством улыбаясь. – У меня теперь график свободный, я теперь семейный человек! – Да-да, семейный! – хмыкнул Стрельцов, ловко подхватывая своего сынишку, который попытался пробежать мимо с вазой в руках. – Теперь только домашние дела да памперсы, верно? Илья засмеялся и потянул меня ближе, утыкаясь губами мне в висок: – И знаешь, ни разу не пожалел. – Вы хоть иногда ссорьтесь, что ли! – проворчал Романов, вваливаясь на террасу и раздражённо взлохмачивая свои каштановые волосы. – Сколько можно наблюдать эту сахарную вату? Хоть одна проблема-то у вас есть? Я откинула голову назад, весело смеясь и ловя на себе недоумевающий взгляд друга мужа: – Артём, какие у тебя проблемы? Романов фыркнул и плюхнулся в свободное кресло рядом с нами: – Вот вы смеётесь, а у меня, между прочим, беда! Я из командировки возвращаюсь, а в моей квартире живёт какая-то… девица! – Какая ещё девица? – заинтересованно приподнял бровь Громов. – Такая вредная, рыжая и утверждает, что она мою квартиру купила! Представляете? – возмутился Артём. Илья и Громов переглянулись и тут же расхохотались, явно не поверив ни одному слову друга. – Так-так, Романов, а документы на квартиру ты хоть проверял? – ехидно спросил Дамир, иронично ухмыляясь. – Да пока нет, – махнул рукой Артём. – Она визжала так громко, что я решил, ладно, завтра разберусь. Ну или через неделю. Нервы дороже. Я так задолбался! Все снова дружно засмеялись, а я поймала на себе взгляд Ильи и чуть покачала головой: – Видишь, любимый, у других куда хуже проблемы. А ты ворчал, что не выспался из-за малыша. Илья улыбнулся и нежно коснулся моих губ коротким поцелуем: – С тобой и с малышом я готов не спать хоть всю жизнь. В этот момент в гостиную влетела Ярослава, подхватывая нашего сына, который радостно протягивал к ней ручки и что-то увлечённо агукал: – Вот видишь, кто тебя по-настоящему любит? Не то что некоторые хамы! – проворчала девушка, кидая косой взгляд на Дамира. Я закатила глаза и, смеясь, снова посмотрела на Илью: – Что будем делать с этими двумя? Илья нахмурился, но тут же махнул рукой, прижимая меня к себе крепче: – Пусть сами разбираются. Главное, что ты здесь, Барсик сыт и доволен, сын растёт здоровым, а друзья… Ну, они всегда найдут повод для драмы. Я улыбнулась и с наслаждением вздохнула, глядя на эту прекрасную, хаотичную, но такую живую картинку нашей новой жизни. Счастье оказалось совсем не хрупким. Оно было прочным, ярким и безумно уютным. И я собиралась держаться за него всеми силами. Ведь теперь у меня было не только завтра, но и целая жизнь впереди.