Глава 29

Ни на следующий день, ни через день я в больницу так и не попала. Дима мне не звонил, а я банально струсила идти туда одна. Мне было страшно представить, что его уже могло не быть в живых. Пока еще есть надежда, что все образуется, он выживет, восстановиться и все у него будет хорошо.

Самовнушение хоть и не долго, но все же работало. Ровно до тех пор как я поняла, что постоянно жду звонка от Димы. Каждые пять минут смотрю на темный экран телефона и со страхом проверяю пропущенные.

Даже Лера с ее нелюбовью к изменщикам, переживала об Артеме. Наверное в такие минуты забываются все обиды и злость. Но, только на этот период, когда все нормализуется, я вернусь к прежнему состоянию. Он уже пройденный для меня этап, когда-то я была готова на все ради него, а сейчас даже не знаю есть ли смысл в столь сильных чувствах. Порой любовь это слишком больно, слишком тяжело и слишком сложно. Иногда стоит задумываться о том, готовы ли мы идти на те жертвы, которые от нас требует любовь. Ведь если она настоящая, то она поглощает нас с головой, а любимый человек становится нашим воздухом, без которого невозможно жить. Именно так я любила Артема, до боли в сердце, с бессонными ночами и идеей рая в шалаше. Мне кажется вместе с ним меня навсегда покинуло и это прекрасное чувство.

Отставив свои размышления в сторону, я набралась смелости и решила первая позвонить Диме. Трясущимися руками, я прижимала телефон к уху и слушала безжизненные гудки.

— Привет, Вика что-то случилось?

По голосу мне сразу стало понятно, как сильно устал мужчина и причин тому могло быть много.

— Привет, Дим я звоню узнать о состоянии Артема? Ты уже был в больнице сегодня?

— Нет, сейчас только собираюсь ехать туда, хочешь поехать вместе?

В голове пронеслись тысячи причин почему я не могу поехать, а в итоге вышло как вышло.

Уже через пол часа я сидела в машине Димы и нервно теребила край своего свитера. От странного чувства безысходности меня подташнивало, пару раз я даже подумывала выбежать из машины и вернуться домой. Друг сидящий рядом напряженно следил за дорогой и ни слова не говорил о моем нервозном состоянии. У него оно было не лучше, всегда улыбчивый мужчина выглядел чернее тучи.

О состоянии Артема мы решили не говорить в машине, а узнать у врача по прибытии в больницу. Единственно, что мне удалось узнать, это состояние Арины, она сейчас находиться в той же больнице и проводит там почти все время. Не представляю насколько ей сейчас тяжело, какая бы она не была мать и свекровь, но единственного сына она очень любит. Пускай эта любовь порой была незаметна или казалась странной, но он самый близкий ей человек.

В больницу мы заходили как и в прошлый раз, Дима буквально вел меня за руку, пока я осматривалась по сторонам. Не знаю, что я рассчитывала увидеть, просто хотела отвлечься от грустных мыслей хотя бы на пару минут.

— Вика, ты меня слушаешь?

Голос друга вывел меня из странного состояния, кажется я пропустила что-то важное.

— Прости, я задумалась.

— Присядь пока здесь, я пойду поищу врача, только никуда не уходи.

Он усадил меня на небольшой диванчик и быстро скрылся в длинном коридоре больницы.

На этаже реанимации невыносимо пахнет медикаментами, стены, мебель, все здесь пропитано этим запахом. Наверное это самый тихий этаж в больнице, нет посетителей, а медперсонал редко появляется в коридорах. На весь этаж, я была единственным посетителем, если можно так сказать. К Артему нас не пустят, но я все равно надеюсь увидеть его хоть одним глазком.

Спустя пару минут Дима вернулся под руку с тем же хирургом, который оперировал моего бывшего мужа. Переволновавшись, я быстро поднялась с дивана и подбежала к мужчинам, внимательно вслушиваясь в их диалог.

— Дмитрий, я вас прекрасно понимаю, но мы не в состоянии ему помочь.

— Вы врач, как вы можете говорить такое? Неужели вы не собираетесь бороться за его жизнь?!

— Вы верно заметили, я врач, а не господь бог. Операция проведена, пациент подключен к аппаратам и к сожалению сегодня зафиксировано состояние комы. Мы с вами взрослые люди и вы должны понимать, что с его травмами шансов нет.

Сердце в груди забилось с бешеной скоростью, я слушала врача и не верила в такой исход. Даже не так, разумом я понимала, что полученные травмы не совместимы с жизнью, но сердце разрывалось на части.

— Но ведь люди выходят из комы, это частое явление.

— Да, это более чем частое явление, только не с гематомой на одну треть головного мозга. Он ваш близкий человек и я прошу понять, что сейчас он живой труп. Я говорю это вам, а не его матери, у нее и так сейчас горе. Вам следуют готовиться к логичному исходу.

Я видела, что еще немного и Дима не выдержит, накинется на врача с кулаками. Поэтому решила срочно спасать ситуацию, пока это еще возможно.

Подошла поближе и положила руку на плечо друга.

— Спасибо, что не стали скрывать от нас правду. Мы могли бы увидеть его, хотя бы на пару минут.

— Девушка, он без сознания, обвешанный датчиками, на искусственной вентиляции легких, эта картина не для слабонервных. К тому же вы не являетесь его родственниками, я даже говорить с вами не имею права.

— Пожалуйста, я его бывшая жена. Он не чужой нам человек, позвольте нам хотя бы попрощаться с ним.

Врач еще раз внимательно посмотрел на пыхтящего Диму и на побледневшую меня.

— Ладно, только на пару минут, не больше.

— Спасибо, спасибо большое.

Я облегченно выдохнула и прошла вслед за доктором, одновременно подталкивая друга.

— Я вас жду за дверью, у вас не больше трех минут, аппараты не трогать, как и пациента.

Врач открыл белую дверь палаты и пропустил нас внутрь.

Увиденная картина не смогла оставить меня безэмоциональной. То что лежало на кровати и человеком было назвать сложно. Перемотанная мумия с редкими открытыми участками кожи. Часть головы была перебинтована, а со второй стороны виднелась бритая голова. Множество трубочек и проводов опутывали его тело, в то же время в палате стоял неприятный звук работы этих приборов.

Слезы медленно скатывались по лицу, пока я шаг за шагом подходила к Артему. Даже не заметила, что Дима пулей вылетел из палаты, он не смог вытерпеть этого.

С замиранием сердца я осторожна прикоснулась к его руке, вопреки запретам хирурга. Он был едва тёплый, я все еще надеялась, что он вот-вот откроет глаза.

— Артем, ты не умирай только. Я не держу на тебя зла, давно простила, научилась жить без тебя, но ты не можешь так просто уйти.

Я несла откровенный бред, лишь бы хоть как-то заглушить рвущиеся слезы. Больно осознавать, что ответа мне не услышать.

Покидала палату на ватных ногах, едва разбирая дорогу сквозь пелену в глазах. Не помню как добралась домой, только боль, которая не оставляла меня ни на секунду. Стоило закрыть глаза и мне казалось, что я все еще в той палате. Стою рядом с его кроватью и прошу остаться в этом мире, прошу не сдаваться.

Я проревела всю ночь, в перерыве между истерикой проваливаясь в короткий сон с лицом Артема перед глазами. Он успокаивал меня, обещал не оставлять меня и просил прощения. Я просыпалась и снова ревела, его не было рядом, реальность была ужасна и так по кругу. А утром мне пришло самое ужасно смс, Артем умер этой ночью, сердце остановилось.