ГЛАВА 25

Словно зачарованная, смотрела я в тёмные глаза, в которых плескалось золотое пламя дар'морна. Мелодия пошла на спад, вытянутые зрачки Дирайма становились всё ближе… Последние тихие звуки перетекли в поцелуй. Неожиданно нежный поначалу, а потом горячий и требовательный.

Свет гас, драги расходились. Я не видела, кто из них присутствовал, для меня они так и остались безликими фигурами. И в этом было своё особое очарование.

Моя раскрытая сила чувствовала их дар'морнов, которых сами они давно научились друг от друга скрывать, хранить как нечто личное и сокровенное. Только вовсе не хотелось портить момент – один из тех редких, когда привитые с детства рефлексы собрать как можно больше информации засыпают в горячих и искренних объятиях любимого мужчины.

После бесконечного поцелуя мы снова остались в тишине и темноте.

Прохладный ночной воздух пробирался под платье, холодил открытую кожу. По плечам пробежал озноб – скорее, после всего случившегося, чем действительно от холода. Подкорректировать теплообмен я не успела и даже не сообразила: Дирайм накинул мне на плечи свою рубашку.

Я провела пальцами по изуродованной спине, касаясь шрамов. Раскрыла силу, ощущая, чего он сейчас хочет. Прошептала:

– Покажешь дом, где вырос?

Райм молча взял меня за руку и повёл из Круга. Я скинула туфли: идти босиком по этим доисторическим тропкам было намного приятнее.

В воздухе разливался запах цветения. В небе сияли звёзды, каких никогда не увидеть из города. Откуда-то издалека доносились едва слышные звуки ксатара.

Всё вокруг было пропитано безмятежностью и удивительной безопасностью. Враждебность, которая сквозила в наш первый прилёт, исчезла.

Я вдруг осознала, каким шоком стало для драгов убийство одного из них. Трагедия, ворвавшаяся в тихий безмятежный мир. Лживая чужачка, которая притворялась, сводила с ума привязкой… Стало понятно, почему они ответили такой жестокостью.

Мы долго шли под сводами деревьев и кустов, под шуршание листвы. Мягкая трава стелилась под босые ступни. Я придерживала длинное вечернее платье, лэр Форт отобрал у меня туфли и уверенно вёл вперёд, будто гулял здесь вот только вчера.

И, наконец, вывел к большому трёхэтажному дому. В темноте угадывались очертания балконов и плоской крыши с площадкой. Широкие окна не горели, только отзеркаливали свет звёзд и лун.

Дирайм приблизился к скамье, стоящей перед домом. Сел, потянул меня за руку, усаживая рядом.

Молчал. Но внутри него я ощущала столько разных эмоций, каких даже представить не могла. Казалось, он давно уже их все подавил, вытравил из себя вместе с прошлой жизнью.

Приближение женщины я почувствовала издалека – уверена, Раймадар тоже. Напрягся, словно узнал её.

Высокая, немолодая, она вышла позади нас. Конечно, я сделала на спине незаметный глаз с ночным зрением – не могла не глянуть.

– Я пела в твоей Песни, сынок, – тихо произнесла она.

Дирайм поднялся, развернулся. Перепрыгнул спинку скамейки.

Я молчала, давая им это время. Даже не подглядывала – и так ощущала крепкие, жгучие, выстраданные, выжданные объятия. Тихие материнские слёзы.

– Азель настаивала на повторном Круге, – прошептала она. – Лично переговорила с главами кланов. Но её не поддержали.

Я улыбнулась. Если Дирайм что-то скажет по поводу Мирры, я припомню ему Азель.

Впрочем, нет, не припомню. Ну их к хёргам обеих.

– Сегодняшняя ночь ваша, наслаждайтесь, – опять прошептала женщина, проведя ладонями по его лицу. – Но буду рада познакомиться… в нашем доме. Прилетайте в любое время.

– Спасибо… мама.

– Райм, – почти неслышно выдохнула она, отступая куда-то в тени.

– Приедем? – тихо спросил он, возвращаясь на скамейку.

Положив голову ему на плечо, я провела пальцами по обнажённой груди.

– Я росла в питомнике, Райм. Буду рада, если мои дети смогут ездить к бабушке.

Он крепко прижал меня к себе, снова и снова накрывая губами губы.

Насладиться нам, к сожалению, не дали.

Коммуникатор на руке лэра Форта разразился тревожной трелью.

Возвращаться в мир небоскрёбов и межпланетных крейсеров не хотелось. Хотелось ещё посидеть тут, глядя на звёзды под далёкие звуки ксатаров, вдыхая запах совершенно иного мира. Теперь и моего мира.

– Да? – произнёс Дирайм. – Понял. Сейчас будем.

– Что там? – я поднялась, с сожалением осознавая, что оттянуть момент не получится.

– Днём Злата «сбежала» в Зил-алил. В каком-то из торговых центров по общественной связи пыталась отправить сообщение.

– Перехватили?

– Разумеется, – он снова взял меня за руку и ускоренным шагом направился к нашему катеру. – Недавно она вернулась с сообщением. Те, кто его передали, пасли её до самого моего дома, всё слежки боялись, – в голосе Раймадара послышались саркастические нотки.

Нет, я бы в здравом уме не стала связываться с Орбитальным флотом Дирайма на его собственной планете.

– Видимо, без поддержки Центральной Флотилии им тут сделалось совсем туго, – хмыкнула.

– Уверена, что без поддержки?

– Пытаюсь представить реакцию наших, когда к новому Берту Свону пришли с каким-нибудь докладом о захваченных пленниках. Твоих друзьях. Если я не ошиблась и там уже не Мирра…

– Орбитальная съёмка показала, что в Пустошах были катера Флотилии. Ты права, заглушили сигнал. Думаешь, это не Свон?

– Думаю, кто-то занимался именно этим вопросом и докладывал Свону. Настоящему. Как только наши узнали… они постарались нам передать. И наверняка не стали поддерживать их «операцию».

– Вот и проверим.

– Так что там за сообщение?

– Что меня будут ждать у Одинокой Скалы, – хмыкнул Форт. – Одного.

***

Впервые за долгое время в моей душе поселилось удовлетворение. Теперь я знал, что всё выйдет как надо. Не важно как – главное, правильно. И даже почти поверил, что метаморфы нам больше не враги. Что загадочный «куратор» получил сообщение и навёл порядок.

Это могло быть видимостью, возможно, метаморфы ещё придут мстить за Мирру. Я не сбрасывал такую вероятность со счетов.

Но нам с дар'морном впервые за долгое время было слишком хорошо, чтобы об этом тревожиться.

Спустя три четверти часа мы с Лундан, переодетые в комбезы, которыми я на всякий случай запасся, стартовали из Драг-алила.

У меня не возникло ни малейшего сомнения, о какой «Одинокой Скале» идёт речь, и Лун тоже не предлагала иных вариантов.

– Наша основная задача – задержать их, – проговорил я. – Пока мои ребята накрывают точки в Зил-алиле и соседних городах.

– Мы будем сами? – нахмурилась заноза.

– Третье крыло летит, подстрахуют. Но на отдалении, чтобы не спугнуть.

Лундан кивнула. Катер беспрепятственно прошёл барьер драгов. А ведь я боялся, что не пропустят. Что не получится спеть в Круге. Где тогда, на Утёсе Отверженных? Не дело там предложение любимой женщине петь.

На виртуальном экране вспыхнула съёмка рельефа, побежали данные.

– На Утёсе чужие катера, – озвучил я Лундан.

– Будем ждать подкрепления?

– Не хочу… выпускать из поля зрения. Мало ли что взбредёт в голову. Лучше начать переговоры.

– Много их?

– Несколько десятков.

В виде дар'морна мы пока ещё недостаточно быстры. А для одного катера противников многовато. Можем упустить.

– Арв и Соиле с ними, – добавил, получив данные сканирования. – Открою связь, может, озвучат требования.

– Паула?

– Не знаю. Надеюсь, Арва не ждёт разочарование и она не причастна.

– И у них может быть порт-луч.

– Разве он не у метаморфов?

– У «маски» точно был. А у метаморфов целый хенлорий корабль. Может, Мирра другим воспользовалась.

Ну, тоже верно. Нельзя сбрасывать со счетов.

– Не приближайтесь! – раздалось в динамике. – Выйдите внизу и поднимитесь пешком!

Этого следовало ожидать… и это злило.

Я повёл катер вниз. Глянул на занозу, усмехнулся:

– Не пора ли показать им нашу истинную сущность?

– Буду наготове, – согласилась Лун. Да, пожалуй, влетать на Утёс в виде дар'морна эффектно, но не особенно полезно. Лучше сначала выслушать их требования.

Найдя неплохую площадку не в самом низу, я опустил катер туда.

– Лэр Форт, вы не один! – изобличил динамик.

– Я подожду, – хмыкнула заноза.

– Выходите двое! – последовал приказ.

Нас встретили на подходах к вершине. Обыскали специальным сканером – будто мог он показать впаянное в комбез оружие лэра Форта. Даже грамийский.

Впрочем, на оружие я не слишком рассчитывал. На своего дар'морна больше.

Арв и Соиле, связанные по рукам и ногам, стояли у самого обрыва. Зубы непроизвольно сжались при виде двоих друзей, которые что-то значили для меня.

Шиззи. Теперь они. Я бы, может, смотрел сквозь пальцы на потуги группы фанатиков, не реши они влезть в мою жизнь, мою постель, моё сердце! Но теперь этого им не подарю.

Соиле, похоже, сопротивлялся. Лицо изукрашено, на щеке кровоподтёк, рука посинела и распухла. Бросил ненавидящий взгляд на Лун, но почти сразу прикрыл веки.

Арв был мрачен, но, на вид, не повреждён. Впрочем, доктор всегда старался соблюдать спокойствие. Даже в памятной схватке с хёргами, от которых мы с Шиззи его отбили.

– Вижу, ты выполнила задание, – произнёс издалека мужской голос.

Лун напряглась – даже без слов я понял, что узнала его. Неужели её «маска». Какого лысого дегрода?! Думает, я поверю ему, а не своей женщине?

– А ты, вижу, нет, – хмыкнула саркастически. Похоже, в точку. Вот за что люблю занозу – за её острый язычок.

Достану этого контуженого, Спираль его закрути!

Приглядевшись, обнаружил в дальних тенях мужские очертания. И, похоже, на хёрговом гадёныше действительно была маска.

– Что вам нужно? – хмуро бросил я.

– Хватит притворства, лэр драг.

Хм, так меня ещё не называли. А что? Пора выходить из тени. Представляю, чего я наслушаюсь. Особенно, когда выяснится, что моя жена метаморф. Кто только не прошёлся по моей «метаморфофобии».

Но такова уж моя судьба: приходится двигаться вперёд наугад, осаждая злые языки. Не привыкать.

Я молчал. Незнакомец тоже помолчал, понял, что вопросов от нас не дождётся, и продолжил:

– Нам стало известно, что драги скрывают у себя выход… или, скорее, некий ключ к Спирали. Мы всего лишь хотим открыть проход. Связаться с Земным Альянсом. Побывать, в конце концов, на праматери всех людей. О вашем происхождении тоже стало кое-что известно.

– Спираль – природный феномен. Открывается и закрывается она тоже по законам природы, – озвучил я то, что считалось истиной у гармов.

– Или вы договариваетесь с драгами, – жёстко добавил собеседник. – Или будете собирать косточки ваших друзей под скалой, если химеры не подберут их раньше.

– Вы правы, – раздался ещё один голос, заставив замереть от неожиданности.

Прямо между нами появился старейшина Гор. Точнее – его проекция, которая уже однажды разговаривала с нами.

Он стоял лицом к мужчине в маске. И говорил:

– У нас действительно есть ключ. Но вы ошибаетесь. Этот ключ находится не в этом мире. А договориться с его обитателями – задачка, которая не всегда под силу даже драгам.

Вот оно что. Я этого не знал. То есть знал, конечно, что у старейшин свои секреты и что мир дар'морнов раскрывается не всем. Обычно мы взаимодействуем с теми, кто откликается на наш зов, резонирует с нашим голосом, мелодией. Но есть множество дар'морнов, свободных от нас, драгов. Это чистая, неуправляемая сила. Их разум очень далёк от нашего понимания. С ними непросто общаться, их сложно удержать. Наверное, чтобы открыть выход, пришлось бы сочинить новую Песнь.

– Не понимаю, – нахмурился дегрод в маске.

Старейшина что-то ответил, но я не услышал.

Они поднимались. Наши «гости» их не замечали, но я чуял. Как и Лундан.

Десятки драгов окружили Утёс и тихо работая крыльями взлетали.

Никто не собирался договариваться с шантажистами.

Миг… ещё миг…

Вокруг нас взвились разноцветные драконы. Те, кто недавно пели в моей Песни.

Чешуя отблёскивала в свете трёх лун, величественные крылья неслышно рассекали воздух.

Теперь я знал, что даже если Соиле с Арвом столкнут вниз – их подхватят в полёте, не дадут разбиться.

Яйца бабуина, проныра в маске почуял опасность! Просёк ситуацию, ругнулся чуть слышно. Рванул куда-то за ближайшие валуны.

Пока Гор продолжал что-то вещать, я бросился следом.

Луч переноса не светился над камнями, даже воздух почти не колебался – но мы были готовы и ожидали подобного. Очертания дегрода едва уловимо задрожали.

Лун сориентировалась мгновенно, прыгнула сверху в момент трансформации, подхваченная тем же желанием.

Почти ухватили! Но хёргов шантажист вывернулся из наших лап, ушёл от зубов, скрываясь под защитной тканью.

Мы не могли его отпустить. Рванули в невидимый луч, не успев просчитать последствия. Возбуждённый яростью и охотничьим инстинктом дар'морн зарычал – нашим общим рыком. Одним на троих.

В следующее мгновение стало ясно, что дар'морнам не нужна защитная ткань. Драконья чешуя достаточно прочна, чтобы нас не сплющило и не поджарило.

На миг я испугался за Лун – но нет, она точно копировала мои свойства, вплеталась в них. Моя броня стала её бронёй.

Через миг мы вывалились прямо посреди какого-то светского приёма. Похоже, немного сбили настройку порт-луча.

Гости в вечерних платьях с криком понеслись врассыпную. В глаза бросилось перекошенное лицо Фионы – уже с новым кавалером, как обычно не пропускает ни одного богатого сборища. Какое счастье, что я не выбрал её.

Всё-таки настигнув, мы прижали мужика лапой к полу. Когтём, внезапно образовавшимся на кончике крыла, подцепили маску.

Лишний коготь отдался странным, непривычным ощущением в теле. Но он был небольшой… а Лундан давно хотелось взглянуть в наглую морду того, кто её купил.

Ещё одно знакомое лицо заставило напрячься, поднять вторую переднюю лапу, удерживая «маску» без маски левой, а вес на задних.

Придавить к полу ещё и верещащую женщину в строгом чёрном платье. Похоже, этим приёмом Йованна пыталась обеспечить себе алиби.

Мы огляделись в поисках Паулы, но мелкую не нашли. Так и дожидались прибытия моего Флота, прилагая максимум усилий, чтобы не раздавить извивающуюся добычу.