Глава 27

Машина летела в сторону N-ска. На этот раз уже новая. И Макс теперь ехал аккуратно. Ну это понятно: сталкиваться с ГИБДД не хотелось. Все-таки с документами у нас не то чтобы все идеально. Он хмуро смотрел на дорогу и за последний час не произнес ни слова.

Да и вообще разговор-объяснение получился скомканным. Если честно, когда я решала, сказать или не сказать Максу о тех новостях, что мне поведал Костик, я думала лишь о том, как буду выглядеть перед Костиком. И даже не пыталась прикинуть, как на все это среагирует Максим.

А Максим среагировал.

Вот всего пару минут назад он держал меня за руку и смотрел так, словно рассчитывая услышать что-то такое… (уж не знаю, на что он там рассчитывал, но наверняка был уверен, что мы станем выяснять наши личные отношения). А как только пересказала всю эту историю с наследством, он переменился в лице и замолчал.

Пауза затягивалась, и я уже начинала беспокоиться. Но не успела я спросить: «Все в порядке?» или что-нибудь еще столь же интеллектуальное, как он подал голос и задал вопрос, к которому я не очень была готова.

— И как давно ты знаешь?

— С того вечера… у Костика, — ответила я.

Хм. По всему выходило, что с того самого вечера, когда я вдруг ни с того ни с сего решила повиснуть у него на шее. Два этих события как-то очень уж совпали по времени. Хоть одно и не являлось следствием другого. Но это я знаю. А он…

А он почему-то молчал, кажется, думая о том же, о чем и я сейчас.

— А сейчас решила сказать. Потому что Сашка появился?

Я смутилась. В чем, черт возьми, он меня подозревает?

Я вообще-то еще вчера хотела рассказать, но вспоминать о том, чем эта вчерашняя попытка закончилась, мне не хотелось. Особенно сейчас.

От близости, внезапно возникшей между нами, ничего не осталось. Макс вмиг стал другим. И теперь рядом со мной сидел чужой и посторонний человек. Такого Макса хотелось снова начать называть Максимом Геннадьевичем, и уж точно никому и в голову не пришло бы врываться к нему в комнату среди ночи.

Неужели он и вправду решил, что я переменила свое отношение из-за денег? То есть не из-за денег даже, а из-за его дурацкого наследства, которое еще не понятно, есть или его нет. И вообще пока что от этого всего одни неприятности!

Но уточнить это я не успела, потому что в ресторане как-то некстати появился водитель и пришла пора покинуть этот чудный отель и город, в котором он находился.

— Поторопись, опаздываем, — буркнул Макс совершенно неприветливо.

Это я-то «поторопись»?! Вообще-то мне о таких вещах напоминать не нужно. Я могу собраться куда быстрее него. Тоже мне выискался командир.

Я быстро поднялась в комнату, побросала в спортивную сумку нехитрые пожитки (благо их было всего ничего) и так же быстро спустилась в фойе. Не то чтобы я успела за сорок пять секунд, как солдат срочной службы, но что-то очень близкое к тому.

Макс стоял внизу с таким видом, как будто ждет меня уже почти полчаса.

— Готова? Отлично.

Мы сели в машину и поехали, и вот теперь уже битый час тянемся в напряженном гробовом молчании.

— Максим, ты думаешь, что я… что все, что было… что это из-за того, что… — попыталась сформулировать свою недо-мысль я.

— Нет, — коротко сказал он. — Я просто думаю. Не мешай.

Я почему-то выдохнула. Ладно, пускай думает, о чем хочет, лишь бы не думал обо мне плохо.

Мы приехали в N-ск, навигатор без труда привел нас к отелю. Вполне презентабельному, в отличие от того, где мы ночевали до этого. Макс припарковался и будто бы только потом вспомнил, что в машине еще кто-то есть.

Он развернулся ко мне и, глядя прямо в глаза, спросил:

— Ты вчера пришла в номер, чтобы рассказать мне эту историю?

Мне было очень неуютно под этим пристальным взглядом.

— Я… Просто покушение… Там, на мосту… И Алевтина… Я подумала…

Он меня перебил:

— Кать, это очень простой вопрос. На него можно ответить: «да» или «нет».

— Да, — сказала я.

— И ты не планировала ничего такого?

Это ведь тоже простой вопрос. На него тоже можно ответить: да или нет. С той лишь разницей, что и «да», и «нет» будут означать одно и то же. Впрочем, оба ответа — правильные.

— Нет, — сказала я.

— И теперь ты жалеешь о том, что случилось?

А вот уже это очень сложный вопрос. Потому что даже самой себе я не знала, как на него ответить. И поэтому промолчала.

— Хорошо, — словно что-то решив для себя, сказал Максим. — Пойдем, нужно тут как-то поселиться.

Так же, в молчании мы дошли до стойки администратора, и мой босс сказал: — Два одноместных номера, пожалуйста.