Глава 15

От Даньки я выходила в растерянности. Уселась в машину и уставилась перед собой. Мысли упорно разбегались. Вот ты значит какой, Ярослав Петренко, очень умный хитрый тип, привыкший играть чужими судьбами. И я — часть этой игры? Самсонов утверждал, что Георгий не упоминал обо мне в связи с последними событиями и своими планами в политике. Как друг Геннадий знал о той истории, когда Матвеев охмурил меня, чтобы проверить чувства к его сыну, но был уверен, что после моего с Данькой расставания история полностью закончилась. Только вот, судя по всему, Георгий не спешил делиться с другом всей информацией.

Но я чувствовала: каким-то образом он вплел меня в свою жизнь. Не знаю, связано ли это с политикой и его грандиозной идеей покорения мира, но что-то определенно есть. Следователь предположил, в моей квартире что-то искали, то есть некто тоже нащупал эту связь между мной и Георгием. Нащупал настолько, что решил: Матвеев мог мне что-то дать на хранение?

Или все-таки и это только игра? Очередной ход в моем запугивании, попытка создать иллюзию того, что я нахожусь под пристальным наблюдением многих глаз, так ведь сказал Петренко? И ребятки, следившие за мной, и разгром — может быть, это всего лишь часть игры Ярослава. Игры, финала которой я, к сожалению, не вижу.

Мотнув головой, я достала телефон. Как бы там ни было, а поговорить с Петренко не помешает.

Набрала его номер, разглядывая данную мне визитку, он ответил почти сразу. И голос такой вкрадчивый, низкий, аж завораживает. Наверное, долго тренировался.

— Привет, это Катя Авдеева. Мы можем встретиться? Есть разговор, — я постаралась придерживаться нейтрального тона.

— Конечно, я сейчас в ресторане, приезжай, — он назвал адрес.

Знаю я этот ресторан, в центре, жутко дорогущий и пафосный. Самое место для Петренко.

— Я буду минут через десять, — сказала в ответ, мы распрощались.

Отложив телефон, глубоко вздохнула. Ладно, один разговор, и на этом на сегодня закончим изыскания, нужно все хорошенько обдумать, прежде чем действовать дальше. Впрочем, как действовать, я все равно не представляла.

Швейцар на входе улыбнулся мне очень даже дружелюбно и дверь открыл, чем вызывал приятные эмоции, я ведь явно выгляжу не особенно подходяще для данного заведения. Метрдотелю я сразу сказала, что меня должен ждать Петренко.

— Сейчас уточню, — вежливо ответила девушка и отошла в сторону звонить.

Я стала бродить по холлу, рассматривая висящие на стене картины. Так увлеклась, что прозевала момент появления Ярослава. Он как обычно незаметно оказался за спиной и сказал на ухо:

— Нравится?

Вздрогнув от неожиданности, я закрыла глаза, выдыхая. Ну что за человек. Открыв глаза, ответила:

— Да, вполне ничего.

— Хочешь, твою повешу тоже?

Я только фыркнула, поворачиваясь и делая сразу шаг назад, чтобы избежать близости. Ярослав, оглядев меня быстрым взглядом, спросил:

— О чем хотела поговорить?

Я сделала неопределенный жест рукой.

— Понятно, — усмехнулся он, — ну пошли.

Развернувшись, двинул в сторону коридора, уходящего в сторону от прохода в зал. Может, так типа випки, как в “Короне”? Я пошла следом, разглядывая широкие плечи и сильные руки мужчины. Ярослав успел переодеться и теперь был в джинсах и легкой светлой рубашке. Мы прошли к двери, он отворил ее и сделал приглашающий жест.

Я зашла внутрь, осматриваясь.

— И чей это кабинет? — задала вопрос, обозревая большой рабочий стол, стеллаж в углу, диван и два кресла вокруг низкого столика.

— Мой. И ресторан тоже.

— Ничего себе, — присвистнула в ответ, проходя к столу и рассматривая бумаги, лежащие на нем.

Какие-то счета, с такого расстояния толком не разглядеть, да и вряд ли бы он разложил тут что-то секретное. Пока я размышляла об этом, по сторонами от меня на стол легли мужские ладони, и все тот же вкрадчивый голос прошептал на ухо:

— Ты зачем пришла, Кать?

От этого вопроса по телу почему-то побежали мурашки. А может, от дыхания Ярослава на моей шее. Я развернулась в его захвате, оказавшись лицом к лицу, поинтересовалась:

— Когда ты перестанешь нарушать мою личную зону?

— Когда ты перестанешь носить такие провоцирующие юбки, — он улыбнулся уголками губ.

Я усмехнулась. Мы сцепились взглядами, Петренко смотрел спокойно и внимательно, с привычной насмешкой. Я просто смотрела, потому что пытаться понять, что у него в голове, не представлялось возможным. Взгляд Ярослава в какое-то мгновенье изменился, он сузил глаза.

— Так зачем ты пришла, Кать? — спросил он как-то чересчур низко, не отводя взгляда. Я нервно сглотнула.

— Поговорить, — сказала в ответ, вышло неожиданно хрипло.

Кашлянула. Взгляды мы так и не расцепляли, а вот лица становились все ближе. Он что?… Он собрался?..

Додумать я не успела, потому что через мгновенье Петренко подхватил меня под бедра и усадил на стол, а следом начал целовать. Каюсь, в первое мгновение я растерялась, но только в первое, а потом… Потом вцепилась в его плечи и ответила, причем с большой охотой.

Поцелуй был жадный, напористый, какой-то даже ненасытный, он будоражил, уводил разум куда-то далеко. Очень далеко, потому что к тому моменту, когда я оторвалась от Ярослава, тяжело дыша, у меня уже была расстегнута блузка, а я сама тянула из пряжки конец ремня на джинсах Петренко.

"Ты что творишь, ненормальная?" — мелькнуло в уме, но Ярослав начал снова целовать, запуская руки под мою юбку, и остатки мыслей покинули меня окончательно, а я сама отдалась окутывающей меня страсти. Ярослав не был нежен, и вообще все происходящее было так пошло, что заводило еще больше. Стол в кабинете, задранная юбка, случайный секс с притягательным мужчиной… которого я знаю, блин, три дня!

Вот это падение, Авдеева, такого за тобой еще не водилось. Даже с Матвеевым было дольше, а там хотя бы у нас было много общих тем для разговоров. А тут что… Ничего, кроме невероятной тяги и желания, которому я отдалась, рвалась навстречу этому мужчине, стонала, сжимая его сильные плечи, и уносилась куда-то далеко, чувствуя, как он двигается в унисон со мной.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А потом все предсказуемо кончилось. Я сидела на столе с дрожащими ногами, пустой головой и невозможно приятной слабостью в теле, пытаясь как-то вернуться в реальность. Ярослав, сделав пару шагов назад, стал одеваться, я последовала его примеру, взявшись за блузку непослушными пальцами. И на черта придумали пуговицы, насколько проще было бы застегнуть молнию.

Слезла со стола, оправив юбку, подняла глаза, Петренко стоял напротив, сложив на груди руки и рассматривая меня. Коса, наверное, изрядно растрепалась, да и плевать. Что-то надо сказать, наверное? Что в таких ситуациях говорят? У Петренко явно больше опыта, пусть сам и говорит.

— Пойдем поужинаем, — сказал Ярослав, словно прочитав мои мысли.

Кивнув, я последовала за ним, думая, о чем буду говорить. У меня особенно плана-то не было, а случившееся в кабинете совсем выбило из колеи. Самое дурацкое — мне понравилось. То есть так понравилось, что слов нет. Только очевидно, что с моей стороны это большая ошибка. Пока я удерживала между нами некую грань, было как-то проще, а теперь… Ой, Авдеева, да успокойся ты уже. Подумаешь, переспала с мужиком, ну и что такого? Для него это просто секс, который ничего не значит, ты тоже не маленькая девочка, так что нечего тут… Ну переспала с малознакомым мужчиной, с кем не бывает.

Да уж, так себе наставления.

Мы вышли в холл, когда я услышала, как Ярослава окликнули. Мы синхронно обернулись и увидели парочку: девушку и молодого мужчину. Ее я сразу узнала, та самая блондинка, с которой Петренко светился в газетах больше других. Мужчине было лет тридцать с небольшим, и очевидно, что если Петренко и светился, то больше ему уже не светит: между этими двумя явно любовь, видно невооруженным глазом.

Парочка приблизилась к нам, мужчины пожали руки, причем вновь прибывший, кинув на меня быстрый взгляд, усмехнулся.

— Я в машине, Ань, — сказал девушке и удалился.

Она тоже смущенно на меня посмотрела, но потом перенесла внимание на Ярослава.

— Как поживаешь? — поинтересовался он, девушка улыбнулась.

— Хорошо, — вытащив из сумочки небольшую открытку, протянула ему. — Вот, это тебе.

Ярослав открыл открытку и усмехнулся.

— Я уже был на его свадьбе, мне не понравилось, хотя было довольно весело.

— Очень смешно, — укоризненно взглянула на него девушка, хотя и улыбнулась. — Приглашение, если что, на двоих.

И покосилась на меня. Я тут же опустила взгляд и мысленно чертыхнулась. Пуговицы на блузке были застегнуты через одну. Я начала стремительно краснеть, отвернувшись, принялась правильно застегиваться. Боже, какой стыд, они конечно, поняли, чем мы занимались в кабинете… Растрепанная девица с плохо застегнутой блузкой. Ну вообще прекрасно!

Пока я возилась с пуговицами, они успели распрощаться.

— Идем, — кивнул мне Петренко, мазнув взглядом по груди, усмехнулся. Вот ведь гад!

— Ты что, не мог про блузку сказать? — прошипела я, когда мы сели за стол. Ярослав широко улыбнулся.

— Я решил, так и задумано.

Ответить, что я думаю по этому поводу, не успела, потому что нам подали меню. Я тут же почувствовала зверский голод, потому заказала жаркое и салат.

Когда официант удалился, Ярослав откинулся в кресле и принялся закатывать рукава рубашки, наблюдая за мной. После секса смотреть ему в глаза почему-то стало сложнее. Я принялась оглядывать зал.

— Мне кажется, или на нас косятся? — все же задала вопрос. Ярослав неопределенно качнул головой.

— Все может быть.

Так, ладно, меньше лирики. Посмотрев в глаза Ярославу, сказала:

— Мою квартиру обыскали.

Он не особенно бурно отреагировал, но мне все же показалось, что напрягся. Нахмурившись, сказал:

— Подробности.

Я рассказала, как вернулась домой и что там обнаружила, наблюдая за мужчиной. Он слушал внимательно, отведя взгляд в сторону, и явно о чем-то размышлял. Вообще, было похоже, что полученная информация ему не особенно приглянулась.

Когда я замолчала, как раз пришел официант с напитками. Сделав глоток воды, Ярослав отставил стакан на стол и сказал:

— Заедем к тебе после ужина.

— Зачем?

— Хочу взглянуть на твой разгром.

Я пожала плечами, Петренко вновь погрузился в думы. Ели мы молча, правда, к концу ужина я не удержалась и спросила:

— Чем тебя так напряг этот разгром?

Ярослав бросил на меня быстрый взгляд.

— Не могу придумать, кто бы это мог сделать, — сказал все-таки. Я дернула бровью.

— А варианты есть? Хотелось бы их услышать.

— Услышишь, когда будут, — коротко ответил он и поднялся.

В квартире молча прошелся по комнатам, осмотрел бардак, а потом задумчиво уселся на край кресла. Я почесала шею.

— Следователь считает, что-то искали, — высказала мысль. Петренко кивнул, но не уверена, что услышал. Поднявшись, сказал:

— Переночуешь сегодня у меня.

Я захлопала глазами.

— Не думаю, что это хорошая идея, — заметила ему.

— Кать, давай без препирательств. Если ты права, и кто-то что-то ищет, он может прийти к тебе непосредственно. И не факт, что будет добрым.

Я немного просверлила его взглядом. Внутри крутилось много мыслей. Первая, самая дурацкая: он за меня переживает. Вторая, куда более разумная: не хочет упустить рыбку, которая может приплыть на живца, то есть меня. Третья, еще более неприятная: все это устроено Петренко, и домой к себе он меня везет специально, чтобы я была под его присмотром, и таким образом ему было бы проще продолжать вести свою игру.

