Глава 35. Антон

Яна весь день от меня прячется. Точнее, нарочно не остается наедине. Вот же трусиха! Прикрыв глаза, лежу на кровати и слушаю негромкую болтовню мужиков. Такие они все необычные, словно с другой планеты. Один рассказывает про жену и дачу, на которую надо будет ехать весной. Второй делится успехами внуков. Третий говорит про сына. В голосе столько гордости, что цепляет за живое. Обо мне отец никогда так не говорил. Богдан – да, а я так, неудачник и позор семьи. Кривая ухмылка появляется на губах. А мне плевать. – Обед принесли, – раздается из коридора голос нашего колясочника. – Безрукий, ты идешь? Имя мое им до лампы, называют только так. Но я не обижаюсь. В интонации нет издевки, да и в целом мужики мне помогают. Бескорыстно. Не ожидал. – Нет, – открываю веки и нахожу его улыбающуюся физиономию. – Трубочку найдем, – подкалывает другой сосед. – Супа попьешь. Вся палата покатывается от смеха. Самого беспомощного нашли и дразнят. Взрослые люди, а ведут себя, как дети. Неприятно, но в какой-то мере полезно в этой шкуре. Обычно я сам находил объект для насмешек, а сейчас вот попал сам. – Очень смешно, – закатываю глаза и отворачиваюсь к окну. – Ладно, не обижайся, – хлопает меня по плечу сосед. – Принесем тебе чего-нибудь. Мужики продолжают угорать и уходят в столовую. Прямо в отделении есть небольшой пятачок со столами. Там же пара диванов и телевизор. Местное развлечение. Мне там делать нечего, и я остаюсь. Снова ложусь на кровать и смотрю в потолок. Ну где ты, моя фея? – Ой, а где все? – совсем рядом раздается настороженный голос Яны. Расплываюсь в довольной улыбке и резко сажусь на постели. – На обеде. Лапина стоит в дверях с подносом в руках. На нем тарелки с обедом и стакан компота. – А я вот… – робко улыбается. – С доставкой. – Приятно. Поможешь? – Хорошо. – Она кивает и ставит поднос на тумбочку. Усаживаюсь поудобнее и готовлюсь к очередной пытке. Яна берет тарелку с супом, набирает в ложку и дует. Затем подносит к моим губам. Смотрю в ее голубые омуты и приоткрываю рот. Бульон обжигает язык и мгновенно отрезвляет. – Ай, горячо, – шиплю я и шумно выдыхаю. – Ой, прости, – хихикает Яна и на следующую ложку дует гораздо дольше. Сначала пробует сама и только потом отдает мне. Щурюсь от удовольствия и беспрепятственно рассматриваю ее. Какая же красивая, нежная, милая… Так бы и съел. – Съедобно? – Яна рефлекторно облизывает губы, а меня прошибает волной мурашек. Я до сих пор помню, какие они сладкие и мягкие. – Вкусно, – выдыхаю и смотрю ей в глаза. Замирает на пару мгновений, но смущается и отводит глаза. Щеки так мило розовеют. Не думал, что еще остались девушки, которые умеют стесняться простых взглядов. – Ты просто голодный, – откладывает пустую тарелку на поднос и протягивает стакан. – Не без этого. Отпиваю пару глотков и улыбаюсь. Компот прикольный, хоть и не сладкий. И Яна так близко, что меня пьяно ведет. Сидел бы так вечно и наслаждался, но время обеда подходит к концу, а это значит, она сейчас опять сбежит. – Ян, выслушай меня, – поднимаюсь на ноги и осторожно обхожу ее, чтобы преградить путь. – Антон, – хмурится она и упирает руки в бока. – Ты опять хочешь сбежать. – Нет, просто… – осекается и нервно кусает губы. В глазах настоящая паника. Чего ж ты так боишься-то? Я же не кусаюсь. – Ян, – мягко зову ее и, как только поднимает на меня глаза, продолжаю: – Дай мне шанс. Не отказывай сразу, пусть не сейчас, а в будущем… Она лишь удивленно округляет глаза. – Ты же женишься! Ай, черт. Самое главное-то я и забыл. Обо всем забыл, словно оно было в прошлой жизни. – Я расстался со своей невестой. – Почему? – Яна недоверчиво хмурится и обхватывает себя ладонями. – Потому что, – запинаюсь, быстро подбирая нужные слова. – Я не люблю ее… – Мне, в общем, все равно. – Лапина гордо вздергивает подбородок, но я успеваю заметить улыбку на ее губах. – Зачем ты обманываешь? – подхожу ближе, хочу обнять, но этот гипс мешает. – Янка-обманка? – Ты неисправимый наглец и хам, – цокает она языком и качает головой. – Но именно таким я тебе и нравлюсь, правда? – лукаво усмехаюсь и все же прижимаю к стене. Вдыхаю ее аромат и шумно выдыхаю. Охренеть, какой я пьяный. – Еще и самомнение раздутое, – фыркает Лапина, но не отталкивает. И это дает призрачную надежду. Чуть склоняюсь и провожу носом по ее шее и щеке. – Обещай, что подумаешь, – шепчу в ухо и едва ощутимо касаюсь губами шеи, разгоняя резвые мурашки по ее коже. – Хорошо, – срывается с ее губ, а я в секунде от того, чтобы накрыть их своими. – Ой! Яна вздрагивает всем телом, отворачивается и упирается в мою грудь ладонями. – Здравствуйте. – Голос мамы раздается за спиной. – Что здесь происходит? Опять я без сладкого. Сдаюсь и отпускаю свою маленькую птичку. – Добрый день. – Яна вспыхивает и не знает, куда себя деть от смущения. – Вы что-то хотели? – Это моя мама, Юлия Борисовна, – представляю я. – А это моя… Яна. – Очень приятно. – Лапина смущается еще сильнее. – Взаимно. – Мама скользит внимательным взглядом и едва заметно усмехается. – Не буду мешать. – Яна торопливо собирает посуду на поднос. – У меня еще работы полно. – Трусиха, – смеюсь и качаю головой, когда она опять сбегает от меня. Мама терпеливо дожидается, пока мы останемся вдвоем. – Что это было, Антош? – складывает руки на груди, ожидая ответа. – Девушка, которая мне очень нравится, – расплываюсь в улыбке, впервые обозначая значение Яны в своей жизни. Конечно, я бы хотел более глубоких формулировок, но не уверен, что они будут уместны. Слишком рано, да и непонятно ничего. – Ее лицо мне кажется знакомым. – Мы учились в одном классе до девятого, а потом она ушла. – Да? – Мама удивленно изгибает бровь и рефлекторно оборачивается. – Что-то не припомню… она же не из наших? – Это так важно? – невольно становлюсь в защиту. – Мне нет, – вздыхает она горестно. – Но ты же знаешь отца… Знаю, он никогда не примет даже общение с девушкой ниже по социальному статусу, а уж об отношениях вообще речи не идет. Все они годятся только для любовных утех, не больше. Веду плечами от омерзения. – Не знаю, – цежу сквозь зубы. – И знать не хочу! – Антон, так нельзя. Он же хочет, чтобы тебе было хорошо. Кому она врет? Себе или мне? Мое «хорошо» отца никогда не заботило. Лишь собственная выгода. – Мне хорошо. Сейчас. И я нисколько не лукавлю. Только сейчас, здесь, в кругу этих непонятных мужчин я ощущаю себя живым и настоящим. Я чувствую и дышу полной грудью. На меня не давят чужие надежды и ожидания. Я сам по себе, и мне по кайфу! – Из-за нее ты расстался с Дианой? – Мама понимающе улыбается и гладит меня по плечу. – Не совсем. Она помогла мне понять, что я живу неправильно. Не так, как хочу. Мам, – ловлю ее встревоженный взгляд, – у меня с ней серьезно все. Первый раз в жизни. Признание дается нелегко, но мне важно, чтобы она поняла меня. – Отец не одобрит твой выбор. – Мама поджимает губы, но я вижу улыбку. – Мне все равно. Я решил начать все сначала. Сам. Она обнимает меня и гладит по голове. Как всегда, с детства. Утопаю в родных объятиях и прикрываю глаза. Хорошо-то как. – Антошенька, мальчик мой любимый – шепчет отчаянно. – Если бы все было так просто… – Я понимаю, но хочу попытаться, – отстраняюсь и вновь ищу поддержку в глазах матери. – Я же способный и не дурак. – Конечно. – Она взъерошивает мои волосы. – Ты самый лучший. Я всегда тебя поддержу. – Спасибо. Телефон звонит в сумочке. Мама торопливо находит его, смотрит на экран и поджимает губы. – Отец? – криво усмехаюсь я. – Прости, Антош, мне пора уходить, – вздыхает она и сбрасывает звонок. – Если он узнает, что я приходила… – Я все понимаю. Иди, – скриплю зубами от злости. Ничего не могу сделать. И помочь не в силах. – Я позвоню попозже, ладно? – Мама целует меня в щеку, выкладывает из сумки гарнитуру, которую я просил, и сбегает под звонко голосящий смартфон.