Глава 10. Яна

Спасибо Воронцову, довез хотя бы до метро и сэкономил как минимум час моего времени. А дальше электричка, бодрящая прогулка по лесопарку и ночной магазин, чтобы купить самое необходимое. Домой добираюсь только поздно вечером. Открываю дверь и чутко улавливаю неприятный запах перегара. Опять. Колючие мурашки ползут по позвоночнику, а руки сами собой сжимаются в кулаки. По какому случаю банкет? Едва сдерживаю рвотный рефлекс и включаю свет в прихожей. – Кариш, это ты? – раздается с кухни голос матери. – Она что, не дома? Прохожу и вижу картину маслом. Мама сидит за столом, а перед ней пустая бутылка и пара соленых огурцов. Из комнаты доносится громкий храп. Отчим спит. Видимо, ему тоже уже хорошо и насрать, где родная дочь проводит время. – Нет, – поднимает на меня стеклянный взгляд. – Гулять ушла. – Ты обалдела? Время знаешь сколько? – сгребаю все это великолепие в мусорку и вытираю стол. Противно донельзя. Все липкое и пахнет жутко. – Жрать захочет – явится, – хмыкает она и пьяно улыбается. Господи, как можно так опуститься? Коробит от всего этого, но я бессильна. Что только ни делала, не получается вытащить ее из этого болота. Сама не хочет. – А есть что пожрать? – Не знаю. – Мама равнодушно пожимает плечами. Раскладываю купленные продукты по местам и пытаюсь подобрать слова. Но их нет. Все давно сказано. Мне не было еще и пяти, когда погиб отец. Я почти не помню его. Мать быстро вышла замуж второй раз и почти сразу забеременела. Родилась Карина. И какое-то время все было даже хорошо. Или я просто не помню… Мои детские воспоминания тусклые и безрадостные. Нелюбимая дочь и ненужная. Я всегда считала себя лишней в их семье, чужеродным элементом. Но никогда не желала зла. Особенно Карише. Она не виновата, что ее родители выбрали путь самоубийства. И ей гораздо тяжелее, чем мне. – Мам, хватит, – в очередной раз пытаюсь достучаться в глухую стену. – Если тебе себя не жалко, пожалей нас. – Вы уже большие, – отмахивается равнодушно. – Кто мы? Ну ладно я, а Карина? Сестре пятнадцать. Красивая, но бедовая. Я так боюсь за нее. – Хватит меня стыдить. – Сама знаю, что бесполезно. Все бесполезно. Ничего не действует. Ни угрозы, ни уговоры. Ухожу в нашу с сестрой комнату и набираю ее номер. Гудки есть, но не берет. Ну и где эта оторва? – Алло, – недовольно дребезжит динамик. – Риша, ты где? – Гуляю, а че? – отзывается дерзко. – Ты время видела? – Видела и че? Вот и за что мне это наказание? У нас разница в пять лет. Мне кажется, Риша всегда, сколько себя помню, была на моем попечении. Ни шага не могла без нее ступить. – И ниче. Домой быстро! – строго рявкаю. – Да иду я уже. Убираю телефон в карман и обреченно смотрю на срач в нашей комнате. Придется убить весь день, чтобы это разгрести, а к вечеру у меня ночная смена. Поднимаю с пола школьный рюкзак, отряхиваю и ставлю на стул. Интересно, Карина вообще в школу ходит? Не уверена. Тяжело вздыхаю. Как же сложно с подростком в таких условиях. Еще немного. Хотя бы до зарплаты доработать, и можно попытаться снять где-то комнату. Нам с Ришей хватит, а потом как-то выкручусь. Щелчок замка вторгается в мои мысли. Наконец-то пришла. Выхожу из комнаты и складываю руки на груди. – Я дома, – оповещает сестра. – Дочь, ты принесла? – Мать выходит с кухни. – Да принесла я, принесла. – Карина достает бутылку и отдает ей. Ну это совсем уже ни в какие ворота не лезет. – Ты обалдела? – беру сестру за шкирку и затаскиваю в комнату. – Что я сделала-то? – вырывается она. – Ты зачем выпивку принесла? – А что мне оставалось сделать? – Не поддерживать. – Ты такая смешная вообще, – болезненно скалится Карина. – Они все равно бухают. Так хоть нервы мне не мотают. Тяжело вздыхаю. Она права. Выживает как может. Я тоже стараюсь, только не получается ничего. – Прости, – виновато отвожу глаза. – Я все понимаю, но надо еще немного потерпеть… – Да сколько? – психует Карина. А что я ей скажу? Мне нечего ей пообещать. – Я не знаю, до зарплаты хотя бы… – Очередной? – Ее губы кривятся в усмешке. – Ты же знаешь, что мне ничего не заплатили… Очень не люблю вспоминать эту мерзкую историю. – Угу, потому что начальник под юбку полез, а ты такая правильная. Вот сейчас было очень жестоко и больно. И так не похоже на мою сестру. – Ты серьезно сейчас? – смотрю на нее. – Риша, что с тобой? Я тебя не узнаю. – Прости, систр. – Она растирает лицо ладонями. – Это все нервы. – Леонид давно зовет нас переехать к нему, – напоминаю в очередной раз. Это был бы идеальный для всех вариант. Но сестра наотрез отказывается, а бросить ее одну я не могу. – Не нас, а тебя, – хмыкает Карина. – Я ему не нравлюсь, впрочем, как и он мне. Хорек мерзкий, как ты с ним вообще, бе-е-е… – Карина! – встряхиваю ее за плечи, чтобы привести в чувство, и ощущаю очень насыщенный запах алкоголя. – От тебя пахнет. Ты что, пила? Этого еще не хватает! – Что? Конечно нет, – не хочет сознаваться, но я же не дура. – Карина, ты обалдела? – едва сдерживаюсь, чтобы не разрыдаться. – Тебе всего пятнадцать! – Ну прости, не все такие святые, как ты, – огрызается она и пытается вырваться. Ну уж нет. Ее я не отдам. – Ну-ка пошли со мной, – тащу ее в ванную. – Куда? – Сейчас узнаешь. Следующие полчаса безжалостно издеваюсь над сестрой, промываю желудок и привожу в нормальное состояние. Потом отпаиваю чаем с бутербродами, вместо сказки читаю на ночь длинную мораль и укладываю спать. Хочется верить, что все не зря. Но надо ускоряться. Нельзя больше ей здесь оставаться. Может, и правда согласиться на предложение Леонида?