Глава 52

Расталкивая народ, я рванула вперед, в ту сторону, где до этого слышала голос Ксандра Роутека, туда, где сейчас с кем-то громко ругался Аксель Бак.

— Да разойдитесь же вы! — практически рычал парень. — Свалили с дороги!

Он подхватил укутанную в чужую куртку и будто потерявшую сознание девушку на руки и, расталкивая локтями любопытных учеников, направился в сторону стоянки каров.

— Эй, Аксель, подожди! — Не успела я сделать и пары шагов, как передо мной выросла мощная спина Ксандра Роутека. Оглянувшись, он пригвоздил меня к месту почти белым искрящимся серебром взглядом и одними губами произнес:

— Стой!

Я замерла, не смея шелохнуться и во все глаза рассматривая мужчину.

— Аксель Бак, передайте девушку в руки медикам, а сам на занятия! Живо!

Роутек продолжал говорить, не отрывая от меня взгляда. Он внимательно смотрел, будто старался изучить и запомнить каждый миллиметр. Слова застряли в горле, а я оказалась просто не в силах ответить ему на это хоть что-то. Откровенно говоря, при виде блондина сердце рухнуло на пол, дышать стало труднее. Но уже мгновение спустя меня затопила какая-то необъяснимая радость. Он был тут! Рядом! Он смотрел и не испытывал отвращения или презрения. Он просто смотрел и, как мне казалось, поглощал своим невероятным взглядом. Или все же хотел испепелить?

— Я сам справлюсь! — раздалось из-за спины блондина.

— Я велел передать девушку медику. — Роутек все же отвел глаза, одаривая совершенно жутким взглядом парня. — А вам, господин Бак, как и сказал ректор, пора на занятия. Не переживайте, о ней позаботятся, и вы сможете навестить вашу подругу после окончания лекций потока. И Марс, кстати, с собой заберите!

— Нет, мне нужно вам кое-что… — Я попыталась возмутиться, делая шаг в сторону, но сразу замолчала, зацепившись взглядом за рыжую макушку молодого мужчины в белой форме.

Когда он развернулся ко мне боком, перехватывая у Акселя девушку, я поняла, что видела его раньше и не где-то, а конкретно в кабинете Артура Окса. Именно ему глава департамента передавал мой коммуникатор. То есть это вовсе не доктор из больничного корпуса, а служащий департамента? Но что он тут делает и зачем им Талана?

— Марс, — рыкнул Роутек над самым ухом, — хватит глазеть, на занятия! Поторопитесь! Бак, вещи свои не забудьте! Нет, сумку Ангиль оставьте, я передам ее в больничный корпус. Все, разойтись!

Он отвернулся, словно окончательно потерял ко мне интерес, и более не удостоил даже взглядом. А я разозлилась, ведь я так сильно хотела с ним встретиться и поговорить! Объяснить ему свой поступок и потребовать ответа на свои вопросы. Только, несмотря на злость и обиду, мне казалось, что я готова умереть от счастья просто от одной возможности видеть его.

— Госпожа Ма-арс, — раздалось за спиной, и мое сердце повторно рухнуло в пятки, на этот раз, правда, от ужаса, — наверное, вас нужно проводить?

— Нет. — Я медленно развернулась, встречаясь взглядом с Артуром Оксом. А он-то тут зачем? Неужели все настолько серьезно и то, что я видела несколько минут назад, не игра моего воображения? — Я, пожалуй, сама. Спасибо.

— Уверены? Поверьте, мне не составит труда. — Он улыбнулся так, что я с трудом удержалась от желания развернуться и просто сбежать.

Этот мужчина пугал меня одним своим присутствием, хотя ничего особенно страшного в нем не было. Даже наоборот, если не знать о его способностях и довольно странном чувстве юмора, он был красив, хорошо сложен и прекрасно одет. Фигура Окса вызывала завистливые взгляды парней, а улыбка — томные вздохи стоящих неподалеку девушек. Но мне становилось страшно от его внимательного и до жути препарирующего взгляда.

— Да.

На ватных ногах я развернулась, бросив взгляд на Роутека, сейчас остановившегося рядом с рыжим и что-то ему говорящего, и уже готова была направиться в сторону главного корпуса, чтобы попытаться перехватить его там, когда заметила, как из-за спины преподавателя выскочила Нель. Не обращая ни на кого внимания, девушка поспешила ко мне, однако притормозила рядом с Оксом и окинула его плотоядно-одобрительным взглядом. Мужчина не остался в долгу и очаровательно улыбнулся, а у меня внутри все сжалось.

Наконец Нель догнала меня и выдохнула:

— Я тебя потеряла! Всю площадь обежала! Что случилось с Ангиль? Теперь я поняла, что ты имела в виду, когда сказала, что она была очень странной и пугающей. Она и правда словно с катушек слетела. И видок такой: б-р-р! Неужели можно обезуметь от любви? Это жуть!

Я схватила подругу за руку и потащила за угол здания, где мы и остановились.

— Да. — Я быстро оглянулась, проверяя, что никого нет рядом, и, подавшись вперед, прошептала: — Ты тоже видела это? Видела?

— Что? — таким же заговорщическим шепотом произнесла Нель. — Что именно?

— Эту штуку на Ангиль?!

— Ты про ее одежду? — непонимающе ответила девушка. — Она, конечно, жуть, но…

— Да нет же! — Я остановилась и, дернув ее за руку, склонилась к уху. — Ту черную муть, что приклеилась к ней?

— Кира… — Брюнетка нахмурилась. — Нет, ничего подобного… Ты уверена, что это тебе не привиделось? Ну, знаешь, стресс и все такое? Лучи солнца или тень…

— Нет, я уверена, что мне не показалось, просто потому, что я уже видела нечто похожее! Тогда, в доме Роутека, — прошептала я, снова склонившись к ней, — и раньше, в парке! Когда я встретилась с Лидией Грон.

— Слушай, — Нель стала серьезной, — если ты уверена в том, что увидела, то просто обязана сообщить об этом! Наверняка это важно! Или, может, скажешь Оксу? Он, смотри, стоит в стороне и, кажется, настроен вполне дружелюбно. Думаю, что он точно тебя выслушает!

— Нет, только не ему! — Я даже вздрогнула от одной мысли о том, чтобы по собственному желанию подойти к брюнету.

— Не знаю, чего ты его так не любишь, он очень даже ничего…

— Он хотел убить меня! — возмущенно прошипела. — К тому же, Нель, ты действительно не представляешь, на что он способен!

— Ты сама сказала, что это была шутка. К тому же для того, кто хотел тебя убить, он слишком галантен, не находишь? Тот случай, когда ты, совершенно наплевав на чувства своей подруги, — Нель произнесла притворно рассерженно, — отправилась в департамент…

— Издеваешься? — совершенно непритворно возмутилась я.

— Ладно, слушай, когда я проходила мимо них, совершенно случайно услышала, как Роутек сказал тому рыжему, что у него встреча с кем-то и он собирается забрать что-то у себя в кабинете. Сейчас…

— Нель! — я чуть не взвизгнула. — Ты чудо!

— Ага, давай беги, надеюсь, ты успеешь сказать хоть пару связных фраз до того, как вновь набросишься на бедного мужика с поцелуями. — Иннель состроила смешную рожицу, вытягивая губы бантиком. — Ой, кажется, нас заметили, Окс направляется сюда!

Не теряя больше ни секунды, я поспешила в сторону входа в главный корпус, бегом поднялась на нужный этаж и застыла перед дверью. Удивительно, но за последние дни это место стало для меня столь привычным, что на секунду мне даже показалось, что перед этой дверью я чувствую себя «как дома», как бы ужасно это ни звучало.

Выдохнув, я прислонилась боком к двери кабинета, желая перевести дыхание и собраться с мыслями до прихода Роутека. Неожиданно дверное полотно дрогнуло, и я чуть не упала, когда, как оказалось, незапертая дверь бесшумно распахнулась.

— Ох!

Ухватившись за косяк двери обеими руками, лишь чудом не распласталась на полу. В дальнем конце коридора послышались шаги, и я, растерявшись, ввалилась в кабинет Роутека, тут же прикрыв за собой дверь. Встречаться ни с кем, кроме блондина, сейчас не хотелось, а гул голосов давал понять, что он там явно не один.

Кромешная темнота на несколько мгновений дезориентировала, и я нервным движением прижалась спиной к двери, а та издала тихий щелчок, запираясь. Один, два, три удара сердца, и на столе преподавателя зажегся тусклый светильник, моментально озарив небольшое помещение.

Удивительно, но тут я ощутила себя лучше и как-то спокойнее. Сердце, что, казалось, только что готово было выскочить из груди, сбавило темп и начало успокаиваться. Я отлипла от двери и сделала несколько осторожных шагов в сторону стола. Те, от кого я спряталась, остановились рядом со входом в кабинет Роутека, продолжая разговор. Разобрать слова было невозможно, а вот один из голосов показался мне знакомым.

Одним из говоривших был, без сомнений, сам блондин, а вот кому принадлежал второй голос, оставалось для меня загадкой. Мужчины спорили, будто стараясь доказать что-то друг другу. Иногда кто-то из них хватался за дверную ручку, она дергалась, заставляя и меня вздрагивать, но сама дверь оставалась закрытой, словно человек никак не мог решиться — распахнуть ее или нет.

Я осторожно, пытаясь не издавать лишнего шума, направилась в дальний конец кабинета, минуя ряды стеллажей с сотнями книг. Разномастные по типу и цвету корешки занимали все свободное пространство. Стол, к моему удивлению, оказался завален кипами бумаг, и создавалось впечатление, что Роутек лишь пару минут назад покинул это место.

Кресла, на котором я сидела в тот раз, когда блондин «обрадовал» меня переводом, на месте не оказалось, что не сильно расстроило. Обойдя преподавательский стол по периметру, я стянула с плеча сумку и бросила ее в единственное оставшееся кресло.

Ручка на входной двери снова дернулась, громко щелкнув, а я замерла, не зная, куда мне деваться, если те, кто был снаружи, решат все же войти. Будь это только Роутек, я бы смогла ему все объяснить, во всяком случае у меня вроде бы созрел план разговора. Но если он будет не один, то как я буду оправдываться? Не зная, куда деваться, я медленно опустилась в кресло, поставив сумку на пол рядом. Нервно постучав пальцами по краю столешницы, уставилась на дверь в другом конце кабинета. Роутек продолжал с кем-то спорить, иногда переходя на повышенные тона, а потом вновь начиная говорить тише и монотоннее, словно пытался доказать что-то своему оппоненту.

Оглянувшись по сторонам, я зацепилась взглядом за выдвинутый на максимальную длину нижний ящик стола. То, что лежало в нем, привлекло мое внимание, и склонившись, я удивленно охнула. Затем присела на корточки и уставилась на стопку фотографий, вытащенных из рамок и теперь разбросанных по ящику. Протянув руку, осторожно собрала карточки в стопку.

Странная, неприятная волна, будто возникший ниоткуда сквозняк, прокатилась по коже, оставляя за собой толпу неприятных мурашек и вставшие дыбом волоски. Я вздрогнула, краем глаза заметив движение в дальнем углу кабинета, словно дрогнула черная тень. Уставившись в угол, я затаила дыхание. Но секунды шли и ничего не менялось. Облегченно вздохнув, я продолжила изучать содержимое ящика, не думая в тот момент о том, что поступаю плохо.

На самой верхней карточке был изображен уже виденный мной ранее мужчина, на следующей — Роутек, которым я позволила себе полюбоваться чуть дольше, то и дело бросая опасливые взгляды на дверь. На другой было трое. Эту фотографию я уже видела ранее, но окончательно сопоставив все известные мне факты, взглянула на нее по-новому. Теперь Роутек выглядел третьим лишним, замерев между Лидией и Броуди. Он был счастлив и, кажется, совершенно не осознавал того, что происходило между молодыми людьми. Не знаю, что мной двигало, но я выудила этот снимок и, аккуратно сложив, спрятала в кулаке, бросив остальные обратно в ящик.

В следующую секунду громкий шум со стороны двери заставил меня испуганно вздрогнуть.

— Я настаиваю на том, что это глупость, господин ректор, — голос Роутека звучал устало, — бал вообще необходимо отменить и тем более не переносить его на завтра.

— Ну же, полноте, дорогой мой Ксандр, — голос ректора звучал уверенно и громко, — повторю уже в сотый раз — не стоит так преувеличивать!

— Преувеличивать?

Мужчины стояли рядом с дверью, однако все же прикрыв ее изнутри. Застыв на корточках между столом и креслом, я даже забыла как дышать, боясь пошевелиться. Я понимала, что если сейчас подам голос или просто покажусь, как минимум буду обвинена в проникновении в кабинет преподавателя и куратора потока. Но если продолжу прятаться, а потом меня все равно найдут — может произойти что-то куда страшнее. Но тем не менее, я не шелохнулась, продолжая скрываться.

— Ну конечно, дорогой мой мальчик, ты же знаешь, как я отношусь к тебе, как я уважал твоего отца…

— При чем тут мой отец?! Его уже давно нет, так что прошу не касаться этой темы!

— Конечно-конечно.

— Да послушайте же меня, вы в курсе последних событий и должны понимать, что бал необходимо отменить! Это как минимум опасно!

Роутек сделал несколько тяжелых шагов в сторону стола. И хотя я не видела его, по характерному скрипу подошв ботинок определила, что это именно он.

— Нет, дорогой мой мальчик, это ты не понимаешь! Я не могу отменить бал, ведь за его организацией стоит не кто-то, а верхний совет Императора! Перенести? Уже не выйдет, а отменить совсем?! Ты хотя бы представляешь, что сделают со мной родители учениц? Они ждут этот бал весь год! А теперь просто подумай, сколько из них поддерживают нашу Академию! Сколько средств и усилий было вложено в это дело! Да нас просто закидают исками на кругленькую сумму! И кто? Наши же выпускники Закона!

— Да если вы хотите, я вам запрет от Императора на блюдечке принесу хоть завтра! — прорычал Роутек. — Вы же понимаете, что…

— Милый мой… — Ректор прошел к столу и замер по ту сторону деревянной преграды, просто каким-то чудом не заметив меня. — Я получил его распоряжение провести мероприятие по всем правилам, так что…

— Это шутка такая? — Роутек сделал еще несколько шагов вперед и со всей силы ударил по столу. — Студенты под угрозой! Это не смешно!

Не знаю почему, но в какую-то долю секунды я подумала, что сейчас Роутек злится не на ректора, а на самого Императора, словно может высказать это все ему прямо в лицо.

— Никаких шуток, мой мальчик. — На этот раз ректор начал обходить стол по периметру и замер где-то в шаге от меня, развернулся и продолжил: — Мне плевать, пусть хоть весь наш мир рухнет, но я не возьму на себя такую ответственность.

Он вновь повернулся, подхватил какой-то лист со стола и сделал шаг ближе. Не знаю, что мной двигало в ту секунду, но вместо того чтобы обнаружить свое присутствие, я, бросив быстрый взгляд в сторону мужчины и согнувшись в три погибели, юркнула дальше под стол, скрываясь в его глубине.

— Да как же вы не понимаете, — зло и как-то устало продолжил Роутек, — что это…

— Ничего не хочу знать! В моем ведении ученики трех потоков, трех! А там не только первогодки, там и второй год, и практиканты, и третий год! Они все так ждут этого события! Император дал особое распоряжение, чтобы бал прошел по всем правилам, а то, что его дату перенесли, так это не важно! И вообще, вашему же потоку, мой дорогой, просто жизненно необходима новая лаборатория и желательно подальше от главного корпуса. А то мало ли…

Ректор сделал еще несколько шагов и плюхнул свое грузное тело в кресло, на котором я только недавно сидела. Вытянул ноги вперед, просто чудом не задев меня, раскорячившуюся под столом и вжавшуюся в деревянную стенку.

— Лаборатория — это прекрасно, господин ректор, но вы же понимаете, что никакая лаборатория и никакие деньги меценатов вам не помогут, если пострадает хотя бы один ученик.

— Мальчик мой, — голос ректора изменился и в нем прозвучали стальные, если не сказать, угрожающие нотки, — но ведь именно по этой причине ты к нам и вернулся спустя столько лет: не допустить того, чтобы пострадал хоть один ребенок.

— Да как вы?.. — практически зашипел Роутек.

Я услышала, как он с силой ударил по столешнице прямо над моей головой. Послышался шелест бумаг, и весь тот ворох, что лежал на столе преподавателя, полетел на пол. Я охнула, напуганная происходящим, и тут же зажала рот рукой.

— Мы не одни? — тихо произнес ректор, явно прислушиваясь. Затем вздрогнул и медленно отодвинулся от стола. Секунда, за которую я, кажется, успела попрощаться не только с дипломом выпускника Академии, длилась бесконечно. Открыла рот, уже приготовившись оправдываться или просто молить о возможности оправдаться, но не успела сделать и вздоха. Тьма вокруг меня сгустилась словно плотный туман, и чья-то горячая ладонь накрыла рот, а потом я рухнула вниз, ощутив уже знакомое ничто и выворачивающее наизнанку ощущение свободного полета.