Глава десятая

Кассандра Гранина.

Шархат лежал на кровати, опутанный какими-то датчиками со сверхчувствительными сенсорами. Бледный. С кругами под глазами. Такой уязвимый. И такой родной.

Я прикусила губу, не желая расплакаться. Я должна быть сильной. И смелой. Такой же, как Шархат. Быть достойна такого мужчины. И не сдаваться, как бы этого не хотелось.

Шаг за шагом, преодолевая страх, принимая Шархата таким, каким никогда не видела, я осторожно коснулась его руки.

Теплая… Но так хочется поделиться с ним хоть чем-то. Хотя бы искренностью этого прикосновения.

– Я не верю, что вы… ты умрешь, Шархат. Кто угодно, но не ты! – выдала ему. – Ты, мужчина, который спас столько жизней. Сильный и смелый. Борись. Пожалуйста. И не смей сдаваться!

Из моих глаз все же потекли слезы.

– Знаешь, даже расстояние, которое нас разделило, не смогло заставить меня забыть тебя. И… я постоянно думаю о тебе. Постоянно в любой толпе ищу тебя взглядом… Наверное, это глупость. Или сумасшествие. Но тебя не выгнать ни из моих мыслей, ни из моих снов, ни из моего сердца. Я, кажется, люблю тебя. Хотя… слово «кажется» тут уже не уместно.

Я жалобно всхлипнула, совсем некрасиво вытерла рукавом глаза и снова сжала его ладонь. Руку словно пронзил электрический разряд, и я так и замерла.

Что это сейчас было?

Не успела я задуматься, как позвоночник окатило жаром, зачесались лопатки. Неужели… рвутся крылья? Крылья, которые почти никак не давали о себе знать все тот время, с нашей первой встречи с Шархатом?

Ой, звездочки ясные! Только не здесь. И только не сейчас.

И это что же получается, они пробуждаются, потому что я признаюсь этому мужчине в любви?

Да что же это такое!

Я тряхнула головой, прислушиваясь к ощущениям, но жар никуда не исчез, лишь растекся по всему телу, наполнил силой.

Я прикрыла глаза, поглубже вдохнула.

Так… Надо не просто разговаривать с Шархатом, надо действовать. Ему не помогли его способности, не помогли целители, но нара Александра сказала, что точно могу помочь я.

Страх комком застрял в горле, когда я снова посмотрела на Шархата, уже отпустив на волю свою способность. Он светился белым цветом, по краю его защиты вспыхивали языки пламени, и в четырех местах, одно совсем рядом с сердцем, пульсировали черные колодцы. От них разбегались трещины, грозя мужчине гибелью.

Я вторгалась в чужую человеческую энергию, забирая ее часть, лишь раз. Тогда, в приюте. И чуть сама не умерла. Не оказалась подготовлена к тому, как поведет себя моя способность. И поняла после одно: забирая или отдавая чью-то энергию, я могу как исцелить, так и убить. И экспериментировала. Редко. По большей части на себе. И уже знала о последствиях использования своей мутации.

Откат сейчас, когда я попробую помочь Шархату, попробую, несмотря на свой страх, зная, что времени у него немного, будет особенно болезненным и долгим. Я, наверное, и подняться-то не смогу.

Только разве это уже имеет значение, если я не спасу своего мужчину? Если хотя бы не попытаюсь.

Я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, поднесла ладонь над одной из его ран и потянула черноту. Чужая энергия больно обожгла, и я прикусила губу, чтобы не вскрикнуть и не привлечь ничьего внимания.

Убрала ладонь, понимая, что меня трясет и в таком состоянии я не способна действовать.

Но вытянуть злую энергию все равно нужно. Это должно сработать! Я точно знаю! Тогда шанс выжить у Шархата велик.

Вдох. Я на миг прикрыла глаза, успокаиваясь и прислушиваясь к своим ощущениям.

Что же я делаю не так?

– Пожалуйста, силы небесные, помогите мне! Я, действительно, очень сильно люблю этого мужчину!

Я не знаю, у кого просила защиты, и не знаю, почему этот кто-то неизвестный, откликнулся, но со второй попытки у меня получилось.

Чернота исчезла, но осталась пустота. Я встряхнула ладонью и отпустила часть своей энергии. Смешивая ее с той, которой обладал Шархат, переплетая и отмечая, что потоки ровные и сияющие, и организм в том месте начинает пусть пока еще медленную, но все же регенерацию.

Выдохнула и снова принялась за работу. Уже все равно, как это смотрелось со стороны, когда я шептала Шархату признания в любви, вытягивала разрушающую энергию и отдавала свою. Сдается, со мной в этот момент не решился бы связаться даже сумасшедший. Я бы снесла его потоком своей силы.

Самая сложная рана оказалась та, что возле сердца. Я убирала трещины, вытягивала черноту, пропуская ее через себя, впитывая и отпуская. Просто другого способа уничтожить ее не существовало. Я отдавала себя без остатка. И не жалела об этом ни мгновения. Просто потому что любила. Отчаянно и сильно любила.

– Шарх, я сделала все, что смогла, – прошептала, отдавая последние капли силы. – Пожалуйста, всем сердцем молю, выживи. Мой самый желанный огненный мужчина. Мой самый любимый…

Я наклонилась и коснулась поцелуем его губ. Отпустила и… Шархата окутало ровное белое сияние с серебряными и алыми искрами.

Я пошатнулась и бессильно сползла с его постели на пол.

Голова кружилась, в горле першило. Даже не сразу осознала, что кто-то подхватил меня на руки и несет прочь.

Столкнулась с пронзительным синим взглядом нар Диара.

– Соседняя палата свободна, – вдруг совсем рядом раздался голос целителя Кайла.

– Что вы…

– Только не говорите, что Шархату не понравится, что я носил вас на руках, – хмыкнул он.

Еще и шутить умудряется, пытаясь приободрить.

Нар Диар уложил меня на постель, набрал по лиару Дария.

– Подойти сможешь?

– Шархат…

– С Шархатом теперь справится Кайл. У нашего огненного несколько минут назад начался процесс регенерации.

– Так. Отличная новость! И с твоей женой, Диар, все в порядке. А кого спасать-то?

Диар вздохнул и молча повернул голограмму ко мне.

– Ту, что только что спасла нашему Шархату жизнь.

Я попыталась что-то сказать, но сил не осталось, а голос почему-то настолько сел, что говорить не могла даже шепотом.

Как в тумане увидела перед собой мелькнувшее лицо Дария, почувствовала, как мне что-то кладут под язык, подключают какие-то датчики, что-то вкалывают.

– Занятая история, – задумчиво протянул Дарий.

– Все наши в курсе.

Они о чем?

– Помочь сможешь?

– У нее откат, Диар! И я понятия не имею, чем тут… Хотя… Тебе же помогает присутствие Алекс, верно?

– И?

– Неси ее обратно к Шархату.

– Ты шутишь?

– Ну а что? И он быстрее придет в себя, и она точно восстановится. Других вариантов у меня нет.

Я закашлялась, пытаясь отказаться, и к моему рту тут же прислонили кружку с водой.

– У вас перенапряжение голосовых связок, нара Кассандра, – пояснил Дарий, пока нар Диар придерживал меня, помогая выпить воду. – Процесс регенерации идет, но я вколол анестезию, иначе восстановление пойдет в первую очередь на горло, а не на организм в целом. Вам же силы будут нужны.

Я устало вздохнула, и на это, признаться, ушли последние силы. Затем почувствовала, как нар Диар опять берет меня на руки и куда-то несет. Снова раздались голоса, но смысл всех слов ускользал от меня. Главное, я смогла помочь Шархату. Смогла…

Наконец, меня отпустили на постель. Глаза слипались, тело почти не слушалось. Неимоверным усилием я нашла руку своего огненного мужчины и уплыла в сон.

* * *

Когда я пришла в себя, не сразу вспомнила, как я оказалась на больничной койке. Но по-прежнему ощутив ладонь Шархата в своей, успокоилась.

Он дышал ровно, а значит, шел на поправку. Осторожно коснулась его щеки пальцами, провела по скуле и убрала руку. Если он сейчас проснется и очнется, будет трудно объяснить ему этот жест. И еще труднее, как оказалась рядом с ним на больничной койке.

Интересно, поверит ли нар Маркус и все остальные, что им все почудилось, и к выздоровлению Шархата я не имею никакого отношения?

– Это вряд ли, – неожиданно совсем рядом раздался голос моего начальника.

Я вздрогнула, медленно села и повернулась. Маркус присел на кровать. Встрепанный, уставший.

– Доброе утро, нара Кассандра.

– А вы что, мои мысли прочитали?

– Да.

Он поморщился.

– Вам больно?

– Я за ночь ментально перетряс всю резиденцию лидеров.

– Вы нашли напавшего на нар Шархата?

– Да. Правда, это мало чем помогло. Один из охранников Нарана, если вам интересно, но откуда он взял пули – не помнит. Я ему всю память перетряс, а толку-то… Пули просто оказались заряжены в его бластер, и, стреляя в Шархата, он не знал, что там они особые.

– То есть ими зарядил бластер кто-то другой?

– Да. И кто именно, выяснить не удалось. Все, кого я проверил, чисты.

– А зачем этот охранник напал? Он что, сумасшедший?

– У него от третьего уровня способностей, не выдержав нагрузки, умерла младшая сестра. Это еще в его детстве случилось. И с тех пор у нашего напавшего ненависть ко всем одаренным. Подобное нападение однозначно не первый случай. Я передал ариата в следственный отдел планеты. Сдается, они теперь раскроют немало дел…

Я не знала, что сказать, поэтому молчала. Иногда это лучшее, то можно сделать.

– Нара Кассандра, о том, что вы сделали для Шархата, знают пятеро. Я, Диар, Алекс, Дарий и целитель Кайл. Последний, кстати, просит меня подписать с его центром договор, чтобы вы оказывали помощь и консультировали в самых сложных случаях.

– Я… не медик. Я совсем не разбираюсь в целительстве. То, что я… сделала для Шархата, это… интуитивное.

– И большую роль там сыграли ваши чувства к нему, – закончил за меня нар Маркус. – Я понимаю. Но и Кайл знает, что вы не целитель.

– Я соглашусь помочь, только пусть произошедшее останется в тайне. Пожалуйста.

– Не сказать Шархату, который через два часа придет в себя, я не смогу, – серьезно заметил нар Маркус.

Я вздохнула.

– В остальном же, обещаю, что никто из нас никому не расскажет о произошедшем.

– Спасибо.

Я помялась, взглянула на нара Маркуса и тихо попросила:

– А можно я воспользуюсь своими выходными прямо сейчас?

– Сбежать хотите?

– У меня есть дело на одной из планет, и пока нет срочных заказов… Их же нет?

– Нет.

– Ну так вот… я бы как раз успела разгрести свои дела.

Маркус усмехнулся, взъерошил волосы и кивнул.

– Спасибо! А с Шархатом точно все будет хорошо?

– Да. Процесс регенерации почти завершен. Целитель Кайл поместил Шархата в целебный сон. Так он и сил наберется, и резиденция лидеров останется цела.

– Даже так?

– Те, кто наделен третьим уровнем дара, никогда не оставляют врагов за спиной, нара Кассандра. Хм… Надо проверить, где сейчас Диар. Надеюсь, что с Алекс, а то мало ли…

– Совсем резиденцию жалко? – хмыкнула Алекс, входя к нам. – Он кофе пьет и говорит, что здесь он так себе.

Девушка лучилась счастьем.

– Мне своих нервов жалко, – вздохнул нар Маркус.

– Ты бы хоть немного отдохнул. Шархат придет в себя через пару часов. Мы с Диаром связывались с Кайлом. Тогда точно уже не получится расслабиться. Соседняя палата, кстати, свободна. И я попросила принести туда чашку травяного чая.

– Сдаюсь, – улыбнулся мужчина и поднялся.

Едва он исчез, как Алекс обернулась ко мне и сказала:

– Я знаю, к какой расе вы принадлежите, нара Кассандра, и обещаю не стану никому об этом рассказывать.

Я вздрогнула.

– Полагаю, ваше желание скрыть этот факт связан с тем, что рантарцы не очень-то дружелюбны, да?

– Да.

Она помялась и все же задала вопрос, явно сгорая от любопытства:

– А энергетические крылья у вас есть?

– Появлялись дважды. И я совсем не понимаю, почему это происходит. В обычном состоянии я совсем их не чувствую.

– А если создать обстоятельства, в которых они проявились впервые? И мне вчера показалось, что они вот-вот должны появиться, когда вы разговаривали с Шархатом.

Я почувствовала, как начинают гореть щеки.

– О! – как-то совсем быстро поняла, в чем дело, нара Александра.

Как же порой сложно иметь дело с интуитом!

– Шарх, конечно, не в курсе?

Я потрясла головой и покосилась на мужчину, словно он мог слышать наш разговор.

– У нас все… сложно.

– Вы не представляете, как было сложно у нас с Диаром. Я при первой встрече чуть не сшибла его с ног, а когда он решился впервые подвести меня на флаере до дома, на нас напали. Одна встреча круче другой. Одно свидание запоминающееся больше предыдущего!

– Вы это к тому, чтобы я не сдавалась?

– Вот именно! А то, что решили взять передышку…

Она вдруг замерла, внимательно посмотрела на меня и закончила точно не так, как планировала.

– Будьте осторожнее. Пожалуйста.

* * *

На Таир я прилетела через два дня, сделав лишь одну пересадку и оплатив четыре гиперпрыжка. На эту поездку ушла большая часть заработанных мной денег, но жалеть я не собиралась. Никогда еще я не была так близка к разгадке тайны своего рождения, как сейчас, когда спускалась по трапу космического транспортника.

Таир словно ничуть не изменился с того момента, как я его покинула в двенадцать лет. Те же серо-стальные конструкции, которыми обнесен космопорт, те же круглосуточно летающие флаеры, и по-прежнему мерцающий купол, защищающий станцию.

Территория пусть и небольшая, но на ней имелось несколько гостиниц, парочка крупных торговых центров и три дюжины мелких, множество научных баз, которые формировались расами, делающими на Таире остановки. В последние годы на планете шли тренировки для тируннатарцев, тех из них, что выбрали военную карьеру.

Эти все сведения я нашла в Межгалактической сети, пока летела на планету.

Утро выдалось промозглым. Темно-серые клубы тумана казались грязными, оседали на стальных тросах, прятали светящиеся окна, и вся станция напоминала призрачный город.

Я покинула космопорт и, решив не терять времени, все же задержаться на Таире я могла лишь чуть больше, чем на полтора суток, сразу же отправилась в приемник.

Приемник, представляющий собой несколько нагроможденных зданий темно-серого цвета, стоял на прежнем месте. У входа я не встретила никакой охраны, поэтому дорогу к кабинету директрисы – Анритары Дан узнала у двух мальчишек, которые попались у входа.

Гравитационная платформа подняла меня на шестой этаж, и я оглядела пустой коридор. Странно как… Обычно днем в приемнике всегда кипела жизнь. То роботы-уборщики скользили, то носились дети, то спешили с докладами самые разные представители рас. Просто к приемнику был присоединен и административный корпус, где решалось немало дел и вопросов, и тишина утром, когда работа только начинается, меня напрягала.

Эхо моих шагов разносилось по пустому коридору, и нехорошее предчувствие заставляло пальцы холодеть, но я все равно упрямо шла к своей цели.

Добравшись до нужной двери, я вдохнула, настраиваясь на разговор, и постучала. Мне никто не ответил, и я уже собралась повернуть обратно, чтобы найти хоть кого-то и выяснить, где найти Анритару, как дверь неожиданно приоткрылась.

В лицо дыхнул холодный ветер.

Я моргнула и… вошла внутрь. Начальница приюта, Анритара Дан, лежала на полу возле стола. Одетая в темно-синюю форму, с распушенными светло-русыми волосами.

Что с ней? Стало плохо, и она упала в обморок?

Я быстро опустилась на корточки, приложила пальцы к шее, стремясь нащупать пульс, и через минуту поняла, что женщина мертва.

В оцепенении уставилась на нее и только теперь заметила следы на ее шее. Ее что, задушили?

Я не успела осознать эту мысль, как дверь снесло потоком воздуха, и в комнате оказались представители космической полиции.

Самый главный из них, мощный гиашт с квадратным подбородком и немигающим взглядом, принюхался, потянул носом воздух и уставился на меня, сузив глаза. От змеиного взгляда я оцепенела. Нервно сглотнула и тихо сказала:

– Это не я ее убила.

Но понимала, что никто уже не поверит. Меня застали над телом женщины, мои пальцы все еще касались ее теплой шеи, а убийца наверняка успел покинуть здание!

Гиашт взглядом бывалого хищника подошел ко мне, и я медленно поднялась.

– Руки вытяните, нара…

– Кассандра.

– Сопротивление только усугубит вашу участь, – голосом, которым можно крошить лед, заявил он.

На моих запястьях щелкнули универсальные наручники, тут же заблокировав не только мою свободу, но и связь на лиаре.

– Я…

– Вы подозреваетесь в убийстве нары Анритары Дан, начальницы приемника на Таире.

Нервно сглотнула и уверенно сказала, не сводя с мужчины глаз:

– Я ее не убивала.

Мужчина не ответил, лишь кивком показал кому-то на меня, и вскоре двое гиаштов в форме вывели меня из кабинета и повели к выходу. Усадив в служебный флаер, сели по бокам, отдав приказ пилоту к взлету.

Я на время впала в оцепенение, все еще не веря, что это произошло со мной – подозрение в убийстве, наручники, сверкающие энергетическими потоками на запястьях, а после – серые коридоры тюремного здания, хмурые гиашты-охранники и камера.

Холодная. С подвесной кроватью и маленьким, с две мои ладони столиком. Небольшая отгородка с санузлом.

Машинально села на кровать и зажмурилась. Сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, успокаиваясь и унимая дрожь в руках.

Открыв глаза, посмотрела на наручники, которые так с меня и не сняли. Можно попробовать уничтожить их с помощью энергии, я почти уверена, что справлюсь, но незаметным это, конечно, не останется. Да и на подобное способен только тот, кто обладает третьим уровнем способностей. Так я себя точно выдам. А зная, как общество в большинстве случае относится к одаренным, мне однозначно припишут убийство. И неважно, что я не виновна!

Время потянулось. Я забралась с ногами на постель, пытаясь хоть как-то согреться, в камере было очень холодно, и просидела так почти четыре часа, прежде чем меня вызвали на допрос.

Какие-либо бумаги я подписывать отказалась, и следователь-гиашт, имени которого я не запомнила, нехорошо сощурился. Змеиные глаза и проявившаяся чешуя на щеках говорили, что мужчина находится в нестабильном эмоциональном состоянии.

Странно даже… Обычно гиашты весьма холоднокровны, поэтому и идут служить в космическую полицию, их не смутишь историями с маньяками и облавой на пиратов, но этот…

– Не хочешь, значит, по-хорошему сознаваться? – оскалился он, и в его голосе послышались шипящие нотки.

Я с трудом не вскочила, не забилась в угол, старательно не пытаясь показать свою слабость.

– В чем признаваться? В убийстве, которого я не совершала? Говорю же вам, я прилетела, чтобы поговорить с нарой Анритарой о личном вопросе.

– Или за что-то отомстить, – теперь уже он прошипел, поднялся и лениво подошел ко мне.

Наклонился, до ненормального сократил дистанцию. В глазах мужчины билось злое пламя.

– Ты не выберешься отсюда живой, Кассандра Гранина. Это я тебе обещаю, Линд…

И только тут память кольнуло знакомым именем, и я вздрогнула. Один из мальчишек, который тогда загонял меня в лесу, вырос и превратился в матерого хищника.

– Смотрю, теперь узнала. Быстро же ты забыла, кто тут сильнее, – холодно заметил Линд.

– Что вы хотите? Вы ведь знаете, что я не убивала ее.

Мой голос звучал ровно, хотя это стоило мне невероятных усилий.

– Анритару Дан убила женщина. Экспертиза это подтвердила. И описания этой женщины, если верить словам охраны, весьма похожи на твои.

Улыбка Линда вышла зловещей и многообещающей.

– Зачем я тебе, Линд? За что мстишь? Или неужели кусты терновника тогда оказались такими острыми?

Мужчина сжал руки в кулаки, похрустывая пальцами.

– Сейчас тебя некому будет защитить, Кассандра. Твоей огненный монстр давно покинул планету и никогда сюда не вернется.

Я замерла, не веря в услышанное.

– При чем тут тот мальчишка? Откуда ты вообще знаешь, что мы знакомы?

Линд опять зашипел, лицо почти целиком покрылось чешуей.

– Думаешь, я способен забыть, как по его милости трое суток пролежал у целителей?

Что?

– Или думаешь, забуду, как этот монстр попытался отнять у меня то, что мое по праву?

Я оцепенела от его слов. Никогда не думала, что кто-то способен так долго жить прошлым и ждать… ждать, что подвернется случай, чтобы отомстить.

И только после этой мысли, пришла еще одна. О том мальчишке, чьего имени я не знала. Мальчишке, который защищая меня, устроил драку и не спустил змееподобным моих слез. Сердце, как и тогда, несколько лет назад защемило нежностью. Сколько бы я сейчас отдала за встречу с ним, чтобы просто сказать… спасибо!

– Так что тебя, Кассандра, ждет либо смерть за убийство, либо… ты становишься сговорчивее, и мы решаем дело иным путем.

Я вытаращилась на мужчину и по одному маслянистому взгляду поняла, о чем идет речь.

Сила рванула наружу, оплавила браслеты, обожгла запястья, и именно последнее меня отрезвило.

Нельзя применять свой дар. Это обернут против меня. Это подтвердит, что я опасна.

– Я даю тебе время подумать до утра, – прошипел Линд, показывая раздвоенный кончик языка.

Я снова сдержалась, не вскрикнула от страха, не вскочила, понимая, что так только спровоцирую змееподобного.

Медленно выдохнула и промолчала. Сейчас это было лучшим выходом из ситуации, а что делать дальше – я еще успею подумать.

Только с чего он такой добрый? Время дал, даже до утра… Занят? Или хочет дождаться, когда я поседею от страха и сама упаду ему в руки? Или что?

Линд вызвал конвой и набрал кого-то по лиару.

– Дантар, дружище, ты не представляешь, что за птичка попалась в сети доблестной полиции Таира! – услышала я, прежде чем захлопнулась дверь.

Дантар? Неужели и этот гиашт где-то тут, на планете?

Сердце забилось пойманной птицей, затрепыхалось.

Вот значит, с чем связана эта доброта. Он просто подельника ждет.

И что они со мной сделают? Или что с ними сделаю я, защищаясь? И справлюсь ли? Хватит ли силы? И каково это… стать убийцей, спасая себя?

Меня начало потряхивать, ноги с трудом двигались, и когда я оказалась в камере, по-прежнему холодной, на то, чтобы успокоиться, ушло немало времени.

Еду мне принесли только к вечеру. Часть моих способностей по-прежнему работала, и проведя анализ еды, поняла, что в нее впихнули одно из психотропных, блокирующих силу воли. Средство было запрещенным.

Но в тюрьме на Таире, похоже, возможно все.

В нескольких дальних камерах послышались шум и возня, а после и крики. Практически тут же по коридору пронесся конвой, и вскоре я увидела, как они волокут по полу раненную женщину. От змеиных укусов и порезов чешуей на ней не было живого места.

Она потеряла сознание, но я, рассмотрев ее энергию, поняла, что она не выживет. Яд гиаштов через пару минут доберется до сердца.

Я доползла до дальнего угла, вжалась в него и замерла.

Что мне делать? Как я могу защитить себя? Я совсем не умею драться, и вряд ли справлюсь даже с одним гиаштом. А если их будет больше?

Что-то подсказывало, что меня не оставят в покое в эту ночь и следует быть готовой ко всему.

Остаток дня я просидела, почти не двигаясь. Искала выход из создавшейся ситуации. В какой-то момент почти решилась растопить наручники, хоть какая-то защита, хотя бы при помощи дара, но остановила себя. Сделать это я всегда успею.

Растерла занемевшие руки и ноги, которых от холода почти не чувствовала. И тысячу раз прокляла тот момент, когда надела обычный брючный костюм вместо космокомбинезона.

А потом просто приготовилась ждать. Прислушивалась к шорохам и звукам, редким вскрикам в камерах и резким голосам.

Страх почти парализовал, не давал нормально мыслить и дышать.

Как так получилось, что моя жизнь в одно мгновение рухнула?

Ночью я не сомкнула глаз. Напряженная, натянутая, как стрела, принявшая решение драться до последнего, если придется защищать себя, выводить яд и вытягивать энергию, ослабляя противника, переступив через все свои «не могу», так я и дотянула до рассвета. И осознала, что ночью ко мне так никто и не пришел. Лишь дважды мелькнули охранники, вынося растерзанные тела.

Я не смотрела на них, отворачивалась к стене и надеялась, что меня не заметят.

Только вот оно, пришло утро, а легче не стало. Через сколько позовет к себе Линд? И сколько мне осталось жить? На сколько вообще хватит регенерации у того, кто имеет третий уровень дара? Ведь и у этой способности имеется предел.

По коридору раздались шаги. От них разлетелось эхо, а потом возле энергетической решетки оказался Шархат.

Я с трудом поднялась на ноги, не веря в то, что вижу именно его. Собранного, уверенного, с пылающим огнем взглядом. И почему-то сразу же ощутила себя в безопасности. Если он здесь, по каким бы то ни было причинам, то разберется и в обиду меня не даст.

– Сейчас нар Шархат, я введу код и активирую замок, – завозился возле энергетических потоков, служивших замком в камеру, незнакомый гиашт.

Но Шархат не стал ждать. Вспыхнуло родное и столь любимое мной пламя, разнесло энергетическую структуру решетки за считанные мгновения. Моментально взвыла сирена, послышался топот ног, но пришедший в себя гиашт тут же коротко отдал какие-то распоряжения.

Шархат тем временем спокойно вошел в камеру, подошел ко мне совсем близко.

Я хлопнула глазами, осознав, что стою на постели, но абсолютно не помня, в какой момент там очутилась.

Молча взял мои руки, окутал их пламенем, и браслетов не стало. Ко мне снова вернулась сила, и боль от наручников, сдерживающих ее, ушла.

Еще одно безумно долгое мгновение, когда наши взгляды встретились, обожгли друг друга, и Шархат рывком притянул меня к себе, подхватывая на руки и бережно опуская на пол.

– Здравствуй, Касс, – сказал тихо. – Давай выбираться из этого поганого местечка.

Я нервно дернулась и кивнула. О том, что я вот-вот от одного произнесенного слова готова расплакаться, ему знать вовсе не обязательно.

Шархат Антар.

Когда я пришел в себя, то рядом обнаружил Маркуса. Он листал какие-то голограммы по лиару и хмурился.

– С возвращением! – тут же оторвался он и улыбнулся.

– Спасибо. Что произошло? – уточнил, потирая виски.

Маркус вздохнул и коротко рассказал о нападении, свойствах пули и Касс, которая вытащила меня с того света.

Я слушал его, все больше и больше округляя глаза, а после просто спросил:

– Касс где?

– Взяла выходные и улетела на какую-то планету по своим делам.

– Что? – взвился я. – Нет, она что, надо мной издевается? Опять сбежала? – вспыхнул я.

И от вырвавшегося огня оплавилась часть стены. Я выдохнул, вернул все в исходное состояние и покосился на Маркуса.

– Выяснить, куда именно, сможешь?

– Не вопрос. Погоди, а ты что, собираешься за ней лететь? Может, проще подождать, когда она вернется?

– Я как-то уже ждал, а после год носился за этой женщиной по всей Вселенной. Нет уж, пора выяснить, почему она ведет себя так странно – спасает мою жизнь и сбегает! Раз за разом!

– По-моему, тут как раз все ясно, – хмыкнул Маркус. – У тебя, видно, судьба такая, всегда гоняться за этой девушкой.

Я сделал несколько глубоких вдохов, успокаиваясь.

– Маркус, скажи, когда Касс была здесь, она же со мной разговаривала? – поинтересовался я, потому что мои воспоминания больше походили на сон.

Нереальный и несбыточный.

– Говорила, – усмехнулся он.

– Ты был рядом?

– Нет. Мы с Диаром, Алекс, Дарием и целителем Кайлом находились в его кабинете.

– Хм…

– Оставить тебя наедине с едва знакомой девушкой мы не могли. И не оставить… тоже не могли, иначе бы она не рискнула помочь.

– И?

– И наблюдали за происходящим через камеру.

Я глубоко вдохнул, выдохнул и посмотрел на Маркуса:

– Мне можно посмотреть эту запись?

– Думаешь, стоит?

– Хочу убедиться, что мне не почудилось…

– Не почудилось, что она признавалась тебе в любви, Шархат? – по-доброму улыбнулся Маркус, и не думая скрывать, что читает мои мысли.

– Да.

– Тебе не почудилось.

– Хочу увидеть запись.

Он о чем-то подумал, наклонив голову набок, а затем все же скинул файл.

– Запись, кстати, уже удалена. Ни к чему кому-то знать, что Кассандра обладает способностями третьего уровня. И во время разговора с Алекс камеру отключали.

– Зачем? – удивился я, загружая файл.

– Алекс попросила. А просьбы интуитов я обычно исполняю.

Да уж…

Я загрузил запись и через минуту уже забыл про весь остальной мир.

Любит! Она меня любит, звездная ж бездна! Любит и при этом всячески избегает. Избегает прикосновений, встреч, разговоров… И молча, ничего не требуя взамен, раз за разом спасает мою жизнь.

А я-то думал, что стал ей безразличным или она ищет какую-то непонятную для меня выгоду. Или просто ведет себя… странно. Нелогично. Непонятно.

А она, оказывается, просто безумно любит меня и боится этих чувств.

Твою ж…

Я сидел, ошарашенно осознавая увиденное и услышанное, и сходил по этой женщине с ума.

Ну теперь я точно не отступлюсь! Она будет моей. Вся до последнего вздоха. И если потребуется, я ради нее снова переверну всю Вселенную, до последней звезды разберу!

– Смотрю, даже ты, такой недоверчивый, впечатлился, – широко улыбнулся Маркус. – Впрочем, мы тоже…

– Учти, что я не готов выставлять свою личную жизнь на обозрение. Даже для друзей.

– Мы все это понимаем, Шархат, – похлопал меня по плечу Маркус. – И рады за тебя. Кассандра – хорошая девушка.

– Так ты поможешь мне эту хорошую девушку разыскать? – снова вернулся я к вопросу, который стоял ребром.

Ответить он не успел, у Маркуса сработал лиар. Он принял вызов, нахмурился и молча высветил голограмму с пришедшей сводкой от космической полиции. Сводкой, где Касс обвинялась в убийстве начальницы приемника на Таире.

Я выругался. Что она там-то забыла?

И как же не хотелось мне возвращаться на эту проклятую планету, с которой связано столько не самых приятных воспоминаний.

Но там Касс. И это решает все.

– Ну по крайней мере, мы знаем где ее искать, – заметил Маркус.

Это точно.

Я поднялся и направился в душ, на ходу попросив, чтобы Маркус забронировал на мое имя билет до Таира.

– Я с тобой еще и Ренара отправлю.

– Это кто?

– Лучший адвокат Ариаты, – хмыкнул Маркус и снова набрал кого-то по лиару. – Чую, пригодится.

* * *

До Таира я добрался за сутки, сделав уйму гиперпрыжков. Ренара, не привыкшего к таким перегрузкам и скачкам во времени, немного шатало, но в целом он держался неплохо.

В участке мы оказались через четверть часа, и я, наплевав на все церемонии, распахнул дверь в кабинет начальника космополиции и увидел в нем двух своих старых знакомых – Линда и Дантара.

То, что они меня узнали мгновенно, я понял сразу. Оба не стали мешкать, сорвались с мест и перешли в наступление. Дантар оказался слабее, и первым я вырубил его, в вот Линд мне был нужен в сознании, и я притиснул его стене и задал один-единственный вопрос:

– Касс где?

Он расхохотался, за что получил еще один удар в челюсть и свалился мне под ноги.

– Напоминаю, что не привык спрашивать дважды.

– Смотрю, ты по-прежнему, даже спустя столько лет, привязан к этой девчонке, Шархат?

О чем он?

Я на мгновение растерялся и удар, которым наградил меня змееподобный, выпустив хвост, снес с ног.

Но вступать со мной в драку ему было бесполезно. Через секунду я стоял на ногах и снова зажал этого мерзавца в углу.

– Никогда не думал, что ты настолько к ней неравнодушен, Шархат. Что ты с ней тогда сделал в катакомбах? И зачем спас?

И только тут я понял, о чем он говорит. Соединил кусочки того, что услышал. Касс… Моя Касс и та девчонка, из-за которой я заключал сделку с начальницей приемника – одно лицо. Сомнений в этом не оставалось. Просто, потому что Линд видел ее, в отличие от меня, при свете дня. И он не мог обознаться. У змееподобных отличная память на лица.

Дверь в комнату снесло стражами порядка, и я резко развернулся и ударил в них волной огня, отгораживая и тут же возвращаясь к Линду.

– Если хоть волос упал с ее головы, я тебя по кусочкам разберу, – сказал спокойно, глядя гиашту в глаза.

Он нервно сглотнул, помня, что я никогда не бросал слов на ветер, и я буквально почувствовал его страх. Там, за стеной огня металась так долгожданная им подмога, но сейчас она бесполезна. Линд остался со мной один на один.

Взгляд у него заметался, остановился на поверженном приятеле.

– Ну?

– Да ничего мы ей не сделали! Просто посадили в камеру…

– И? – ледяным тоном, вспыхивая пламенем, осознавая, что он сильно не договаривает, поинтересовался я.

И он сдался, почти дословно передал свой разговор с Касс.

Я убрал огонь, выдохнул и, как тогда, несколько лет назад не оставил на нем живого места. Страх Касс, а в том, что он возник я даже не сомневался, я спускать не намерен.

Ренар все это время, не вмешиваясь, сидел на диване и молчал. И когда гиашт свалился кулем в углу, лишь вздохнул и поинтересовался:

– А с остальными что будете делать?

Я вспыхнул пламенем и убрал стену огня. Молча оглядел каждого гиашта, который один за другим отступали, прижимались к стене и либо исчезали в коридоре, либо опускали глаза. Вскоре передо мной оказался, дрожа от страха, один из них, заместитель Линда, и я с трудом сообразил, что он от меня хочет. Касс я бы нашел и без его помощи, но это было бы дольше, поэтому проще оказалось согласиться, чтобы меня проводили. Ренар остался в кабинете и набрал по лиару Маркуса и знакомого, чтобы вызвать подмогу на случай непредвиденных обстоятельств. Надо было сделать это сразу, но… я торопился.

И сейчас с трудом не сорвался на бег, все еще опасаясь, что с Касс что-то сделали гиашты. Уж я-то знал, как они бывают жестоки и беспощадны. Только бы не тронули! Иначе я к бездне разнесу всю планету!

Я шел и впервые испытывал этот ненормальный, дикий, почти первобытный страх мужчины за свою женщину.

И почти забыл, как дышать, когда увидел свою Касс. До темной бездны в глазах испуганную, сжимающую кулаки, готовую драться до последнего… Это в ней так и не изменилось, остались отчаянная смелость и внутренняя сила.

Как я вообще мог ее не узнать? Как? Не почувствовать. Не разобраться. Не провести параллели.

И важно ли это сейчас, пока я сношу защиту огнем? Просто потому что не готов ждать.

Рывок – и она оказалась стоящей на постели. Спонтанное мгновенное перемещение, которое она, испуганная, сдается, даже не заметила.

Я шагнул к ней, уничтожил наручники, отмечая, что Касс дрожит еще и от холода. Сразу же пропал в зеленых колючих и таких недоверчивых омутах, прижал к себе, вдыхая родной запах ее волос. И окончательно принимая тот факт, что кажется, я за эту женщину готов разрушить весь мир.