Глава 12. Виктория. Миниатюрная закуска

Когда космолет начал снижаться, и планета стала ещё больше, заняв весь иллюминатор, я почувствовала, как телепатические вихри захватывают нас, включая в свою структуру. Будто принимают в большую семью под названием «Омега»…

Вихри прошли сквозь наши тела, настраивая сердца на особый лад. Мгновенная тахикардия. Тук-тук… тук-тук… а потом ритм снова стабилизировался.

Это было настолько неожиданно, что я неосознанно нащупала ладонь Файрона и схватила так крепко, что его длинные пальцы хрустнули. В этот момент я очнулась и вздрогнула, уловив изменение в его ментальности.

В висках слегка кольнуло. У Файрона включилась мысленная защита на инстинктах, рефлексах, по большей части неосознанно — у всех телепатов имелась такая, и у меня тоже. Мы можем защищаться, ударив ментальным молотом непрошеного гостя, нарушившего твое личное пространство. У меня такой удар совсем не сильный, никогда не получалось наказывать хамоватых людей и особенно телепатов, которые лезут со своими мыслями к тебе в тело. А вот у Файрона удар должен быть очень мощный, и я на мгновение почувствовала огромную волну чего-то устрашающего, устремившуюся в мою сторону… сердце екнуло… а потом все внезапно исчезло. Файрон мгновенно сориентировался и сознательно отозвал свой ментальный удар.

Я даже сжалась вся, а он не подал виду. Чудеса.

Одернула ладонь, словно ошпаренная, подозревая, что Файрон очень не любит прикосновения без его одобрения. А тут я, хватаю его за руку, да еще и попадаю на запястье, туда, где нет перчаток, и белеет кусочек кожи. Теплая. Неловко получилось…

— Простите, — тихо прошептала. — Я нечаянно.

Файрон ничего не ответил мне, даже не сопроводил едким замечанием. Промолчал, растерянно улыбнувшись. А его ментальность слегка изменилась — колкость исчезла, став более нейтральной. Не знала, что он так умеет. Надо же.

Но думаю, что это хороший знак. Конечно, мысли и настроение Файрона были закрыты для меня, но одно я знала точно — он чувствует то же самое, что и я, и его точно так же захватили телепатические вихри планеты. Какой закрытый от мира керим… и все-таки ничто человеческое ему не чуждо.

Когда мы спускались на поверхность, хранили молчание, привыкая к новой реальности.

— Действительно красиво, — коротко резюмировал Файрон, глядя в голубое небо Омеги.

Преодолев стратосферу, мы плавно спускались к космодрому третьего сектора, где расположились пилигримы-телепаты, а также была развернута действующая военная база. Альянс уже решил, что Омега не будет колонизироваться, как это делалось на других планетах, например, на Бартоломея. Скорее всего, здесь останется небольшая группа военных и телепатов, которые будут помогать местным аборигенам, а большим городам здесь не место.

— Смотрите! — воскликнула, ткнув пальцем в иллюминатор. — Это же разноцветный орлан!

Я обернулась, с восторгом посмотрев на Файрона.

— Вы знаете, кто такие орланы? — спросила.

С нами поравнялась стая разноцветных птиц, принявшись сопровождать космический корабль совершенно без какого-либо страха. Длинные фиолетовые хвосты полоскали воздух, словно хлысты, острые клювы рассекали пространство, широкие крылья перебирали ветер, слегка дрожа от скорости на огромной высоте. Птицы парили, словно в невесомости, их полет был таким же естественным, как дыхание. Внизу раскинулся голубой океан, по водной глади рассыпались райские острова, словно маленькие жемчужины. В небесной выси светило ослепительно-яркое солнце, так похожее на земное…

Мы начали приближаться к большому материку, на берегу которого расположился космодром и огромный яхтовый причал.

— Я знаю, кто такие орланы, но акцентировал свое внимание совсем на других существах, — ответил Файрон. — Предполагаю, что вы прекрасно изучили флору и фауну этой планеты. Так сильно мечтали?

— С четырёх лет, — я смотрела на Файрона блестящими глазами и улыбалась как самая настоящая глупышка.

— Тогда понятно, почему вы так самоотверженно меня терпите, — задумчиво сказал он. — Мечта есть мечта, тут ничего не поделать.

Я была так счастлива, что восприняла слова Файрона в самом позитивном ключе — как комплимент. Ничто не должно было испортить этот великолепный момент!

Мы приземлились на небольшом космодроме площадью всего сто квадратных метров, огороженном забором и колючей проволокой. Он отсекал яхтовый причал от джунглей. Говорили, что этот периметр был опасным и ещё совсем не обжитым. Однако здесь больше всего пропадало аборигенов, и штаб решил отправить нас именно в эту точку планеты.

— Здравия желаю, майор Файрон Дарквуд! — отдал честь невысокий коренастый шатен в форме. — Капитан Дмитрий Коршунов. Как долетели?

Я удивлённо посмотрела на Файрона — майор? Разве он имел такое высокое звание?

Ушам своим не могла поверить… а ведь он ни разу не надевал форму, предпочитая строгие костюмы. И я ни разу не видела, чтобы у него были какие-то подчиненные.

Но это было только моё упущение… дочитав в анкете до должности «дознаватель», я просто не нашла сил двинуться дальше. А потом… потом отпало всякое желание.

«Теперь ты его подчиненная», — мелькнуло у меня в голове, но я отбросила эту мысль, как ненужную. В конце концов, мне еще целый день радоваться!

— День добрый, или я полагаю, утро? — Файрон не стал приветствовать капитана по-официальному, а просто спокойно протянул руку и пожал её. — Снова придётся привыкать к новому часовому поясу…

— Да, неприятность, но ничего не поделаешь, — улыбаясь, развёл руками Дмитрий.

— Здравствуйте, — подала руку Дмитрию, и он ее пожал. — Виктория Столнберг... простите, Даркмор. Очень приятно познакомиться.

— И мне, миссис Даркмор, и мне! Обещаю, работки будет через край. Пойдемте за мной. Извините, что встречаю вас в одиночестве, у нас тут перебои с электричеством, плазменные ограничители вышли из строя. Отдан приказ о частичном пространственном карантине…

Я оглянулась по сторонам — на плацу космодрома стоял только наш грузовой космолёт, с которого выгружали провизию и технику, отправленные на Омегу с Земли. Видно, что рабочие суетились, стараясь сделать всё быстро.

В воздухе пахло чем-то цветочным и одновременно сожжённой металлической проводкой, несмотря на сильный ветер, уносящий все запахи. Тишина и безлюдность создавали ощущение некоторой подавленности и страха, но это были мелочи. Новый мир был прекрасен — разве кто-то осмелится с этим поспорить?

— А что такое частичный пространственный карантин? — спросила, отдавая подлетевшему ко мне солдату свои чемоданы.

— Да тут ящерицы шастают, — цокнул Дмитрий. — Спасу от них никакого нет. Почувствовали, что сюда летают космолёты с вкусной провизией, и повадились ломать заборы. Уж очень им нравится вяленая свинина… прямо как наркотик. И тушёнку тащат со складов будь здоров.

Где-то вдалеке послышался неистовый рев — такой сильный, что заложило уши.

— А вот и они, — с разочарованием сказал Дмитрий. — Видимо, у вас будет весёлое приземление… слушайте, бегите-ка в укрытие.

— Бежать? — в панике спросила, чувствуя, как у меня задрожали коленки. — Куда?

— А вон туда туда! — кричит капитан, показывая куда-то вдаль, на большое здание, похожее на ангар. — Быстрее бегите, а мне нужно собрать ребят!

Дмитрий испарился так быстро, что я и заметить не успела. А потом… просто оцепенела. Где-то слева вдруг зашевелились джунгли, и послышался оглушительный треск — будто сломалось что-то, а потом раздался звук выстрелов.

— Бежим, чего же вы стоите? — услышала я сквозь панику, бьющую пульсом в ушах, а потом почувствовала, как Файрон сжал мою ладонь и повлек за собой.

Я чуть не потеряла равновесие, но он удержал меня, и я побежала.

Вдох-выдох, вдох… Вокруг сновали военные, снимая оружие с предохранителей, то тут, то там слышалась пальба, рев огромных ящеров и треск ломаемых пальм… или это были заборы? — я не понимала, что именно ломается.

Значит, динозавры почуяли прибытие корабля и захотели поживиться деликатесами с Земли? Какой-то бред… Я не видела перед собой ничего, кроме огненно-рыжих волос Файрона и старалась не отставать.

А потом… мы внезапно остановились.

— Аааарххх! — меня чуть не сдуло ветром с запахом мясной гнили, я отпустила ладонь Файрона и упала на четвереньки.

Ко мне прилипла какая-то вонючая слизь, тягучая и желтоватая, как выделения из носа во время болезни. Я стояла на четвереньках, не в силах поднять голову, потому что прекрасно знала, что там увижу. Огромную пасть динозавра, уже готовую меня проглотить!!! Ладони прилипали к холодному бетону с мелкими трещинами, сквозь которые пробивались стебельки сочной травы.

— Аааархг! — взвыл динозавр, и меня тряхнуло на плацу от его массивного шага.

Я задрала голову и закричала. Гигантский кожистый монстр раскрыл пасть, оголив свои метровые зубы. Он надвигался огромной скалой, собираясь поглотить нас, словно закуску к обеду.

Файрон встал между мной и динозавром. Я открыла рот, как рыбка, обездвиженная и парализованная страхом, а он… он стоял спокойно, безмятежно, и даже не шелохнулся, когда монстр напал.

Огромный зверь двинулся к нему мордой, желая проглотить, но за полметра остановился, отшатнулся и взвыл, будто наткнулся на невидимую стену, которую не мог преодолеть.

Да, я видела это, динозавр пытался сделать еще один шаг вперед, но не мог… Он гортанно заурчал, отчаянно мотая головой, а потом сделал вялый шаг в сторону, теряя равновесие. Файрон стоял, не двигаясь. Вокруг его головы кружил вихрь из черных и острых, словно ножи, мыслей.

Подползла к Файрону на четвереньках, несмотря на то, что от него в разные стороны летели острые мысли такой силы, что могли меня поранить. И это была не шутка… мысли действительно могли разрезать мне кожу.

Взгляд Файрона был таким… злым, опасным… агрессивным. Будто на этом плацу встретились два хищника, и сильнее был явно не тот, кто имел метровые зубы.

Динозавр мотал головой неистово, не в силах терпеть боль. Его шатало из стороны в сторону, и наконец он окончательно потерял равновесие и рухнул набок, заставляя землю задрожать от огромной массы, свалившейся на бетон.

Некоторое время я ещё стояла на четвереньках, не в силах подняться или начать снова дышать. Мне помог Файрон, спокойно поставив меня на ноги, словно нашкодившую собачонку. Вид у него был слишком спокойным и невозмутимым, чтобы я чувствовала себя как-то иначе.

— Добро пожаловать в новый мир, — сказал он, улыбнувшись. — Ну как, нравится? Уверен, вы испытываете удивительные чувства. Не думаю, что они все сплошь положительные, но уж сильные — это точно.

Сил злиться на Файрона у меня просто не было. Я пребывала в полнейшем шоке.

Дрожа, на ватных ногах я обошла огромную тушу, совершенно не придающую признаков жизни. Когда дошла до её морды, увидела ужасное — животное лежало с раскрытой пастью, с вываленным наружу языком… А его глаза блестели, как огромные спелые дыни, и из порванных капилляров на бетон вытекали тонкие струйки крови.

Файрон разорвал на куски мозг динозавра, его вены и нервную систему. Он буквально убил этого ящера одной только силой мысли — силой опытного дознавателя. Чудовище убило чудовище.

Вдруг на меня накатила внезапная тошнота, и я едва успела отвернуться, как меня вывернуло наизнанку.

— О, я вижу, вы уже освоились, — услышала я позади голос Дмитрия, подскочившего к нам с пулемётом наперевес. — Мои ребятки уже почти всё закончили. Господин Файрон, отличная работа. Такие кадры нам нужны. Я давно просил вас в наш штаб, а Земля всё тянула.

— Да… да, конечно, — Файрон как ни в чём не бывало поправил белоснежные манжеты рубашки, запачканные кровью. Она попала туда, когда динозавр мотал головой, разбрызгивая капли из порванных глазных капилляров. — Но я уже отвык от разных ящериц. В последние годы я больше внимания уделял насекомым.

— Насекомым? — переспросил счастливый донельзя капитан. А я смотрела на них и не понимала, как вообще можно радоваться тому, что случилось. Они тут что, все с ума посходили? — Этого добра у нас навалом. Всякие насекомые, хищные птицы… от орланов тут тоже спасу нет. Но вы всё-таки подумайте насчёт ящериц. У нас с ними всё-таки больше всего проблем.

— Обязательно, — снисходительно кивнул Файрон и посмотрел на меня: — Испугались?

— Вы издеваетесь надо мной? — спросила, дрожа. Меня так трясло, что я еле держалась на ногах. — Я до сих пор хочу упасть в обморок от страха... ох... этому динозавру хватило бы одного укуса, чтобы нас проглотить.

— Не волнуйтесь, — ответил Файрон, — он бы всё равно вас не съел. Вы слишком миниатюрная для закуски. Будь я динозавром, выбрал бы цель пожирней. Эх, а природа какая! — Файрон прикрыл глаза и втянул носом воздух, наслаждаясь ароматами Омеги. — На свежем воздухе разыгрывается апптетит. Кстати, о закусках. Мы долго летели, я проголодался. Можем уделить внимание вашему торту. Не составите мне компанию?