Глава 37. Шпионы

Алекс улыбнулась, отрезая кусочек мяса.

— В космических рейнджеров, — ответила она. — Мы с друзьями строили корабли из упаковочного пластика и летали спасать галактику.

— Из упаковочного? — удивился Роакс.

— Потому что кроме него у нас ничего подходящего было, — рассмеялась Алекс. — Мы были небогатой семьёй. Но пластиковые коробки отлично подходят для любых фантазий.

— А ещё во что? — подключился Шед. — В какие-нибудь трёхмерные игры?

— Нет, для этого мощности не хватало, — покачала головой Алекс. — Только старый терминал, на котором я училась программировать. А игры мы придумывали свои.

Близнецы умело расспрашивали, а я слушал и незаметно делал пометки в коммуникаторе.

Оказывается, с концертом Квантового Резонанса я невольно попал в десятку. То-то Алекс так сияла, когда мы шли на него. А после ухода с первой же песни жутко расстроилась, хоть и старалась это не показать.

Её любимая группа.

Мои шпионы продолжали расспрашивать. Мой список расширялся.

Я готов был записывать ещё и ещё, но Алекс уже ловко перевела тему на близнецов, которые тут же начали наперебой рассказывать о своих приключениях на эсминце и о том, как они однажды разобрали тренажёр для силовой подготовки.

Дальнейший вечер пролетел очень быстро.

Алекс предложила новую игру — охоту за сокровищами по номеру, где в качестве сокровищ выступали спрятанные ею маленькие предметы. Близнецы носились по комнатам, выискивая тайники, с воплями восторга, их хвосты мелькали в воздухе, а Алекс заразительно смеялась, глядя на них.

Потом мы устроили соревнование по строительству самых высоких башен из подушек. Моя башня, конечно, была самой высокой, но Роакс справедливо заметил, что я использовал хвост как дополнительную опору, и меня дисквалифицировали.

Алекс на ходу придумала штрафы для дисквалифицированных. В результате и Шэд, и Роакс, тут же добились собственной дисквалификации, чтобы получить такие же штрафы.

В итоге совместного выполнения штрафов мы все хохотали так, что уже не могли остановиться.

Потом был ужин, потом неожиданно чтение вслух. Кто бы знал, что близнецам и это зайдет. Алекс нашла в терминале какую-то детскую книжку про космические приключения и начала её очень выразительно читать. Близнецы сидели, прижавшись к ней с двух сторон, и слушали, раскрыв рты. Их хвосты обвили её руки и ноги, и она совсем не возражала.

Да я и сам с интересом прислушивался, снова вернувшись к работе — мои аналитики провернули первую пачку данных и теперь требовали уточнения.

Я работал у терминала, поглядывая на уютную, почти домашнюю картину — Алекс с двумя маленькими рихтами — и чувствовал, как внутри растекается непривычное тепло.

Чудесный день. Очень странно, но то, что грозило стать одним из худших и нервных событий, внезапно стало одним из лучших.

Похоже, что и я, и эти двое маленьких рихтов, имея доступ к лучшим достижениям нашей цивилизации, совсем забыли о том, сколько радости может доставить простая игра с обычными вещами, подушками, например. Или чтение вслух обычного рассказа.

Да и простое общение тоже. Надо бы почаще об этом вспоминать.

Ближе к девяти вечера в дверь позвонили. Хард и Диана стояли на пороге — оба сияющие, расслабленные, с теми самыми улыбками, которые бывают после идеально проведённого дня вдвоём.

— Папа! Мама! — завопили близнецы и повисли на родителях, наперебой рассказывая о своих приключениях.

— Мы строили крепость!

— И охотились за сокровищами!

— Дядя Дрейк строил башню, но его дисквалифицировали!

— Тётя Алекс читала нам книжку!

Хард посмотрел на меня поверх голов детей с непередаваемым выражением и едва заметной улыбкой.

— Дрейк... — начал он.

— Я знаю, — перебил я. — Не благодари. Долг списан?

Хард усмехнулся, но в его глазах неожиданно было столько невысказанного, что я на мгновение почувствовал себя неловко.

— Списан, — подтвердил он.

Диана тепло и искренне улыбнулась Алекс.

— Спасибо, — сказала она просто.

— О, это вам спасибо за доверие, — ответила Алекс, широко улыбаясь. — Они чудесные, я огромное удовольствие получила.

Она тут же осеклась, покосившись на меня. Я лишь усмехнулся, ну да, я ведь босс у неё. Расслабилась Алекс. Забылась.

Впрочем, близнецы уже висели на ней и уговаривали родителей задержаться и вместе поиграть в оборону от воображаемых врагов.

Когда брат, наконец, увёл своё семейство, в номере повисла тишина. Оглушительная, полная, но какая-то... уютная.

Я бросил взгляд на разгромленную гостиную: подушки валялись по всему полу, покрывала свисали с кресел, диваны стояли не на своих местах — и посмотрел на Алекс.

Не давая ей опомниться, шагнул к ней, сокращая дистанцию, чувствуя, как внутри поднимается то самое горячее тепло, которое я испытывал весь день.

— Алекс, — сказал я, обнимая её. — Как тебе это удалось?

— Что именно? — удивленно спросила она.

— Они должны были разнести всё здесь за первые полчаса, но в результате тебя слушались. Играли с тобой. Мне дали поработать. Как ты это делаешь?

Она пожала плечами, и улыбнулась.

— Я просто люблю детей, Дрейк. Они честные. С ними легко, если не пытаться их контролировать, а просто быть рядом.

— Быть рядом, — повторил я. — Так просто.

— Так сложно, — поправила она, улыбаясь. — Но оно того стоит.

А потом я наклонился и поцеловал её. Медленно, глубоко, вкладывая в этот поцелуй всё то восхищение, всю ту благодарность, всё то невысказанное, что копилось во мне весь этот безумный день.

И Алекс ответила. Тонкие женские руки плавно скользнули по моей груди, обвили шею. Её неповторимый аромат усилился, выдавая мне её нарастающее возбуждение.

Я, наконец, сделал то, что хотел сделать весь этот долгий день — подхватил её на руки и стремительно понёс в спальню.

— Дрейк, — прошептала она, когда я опустил её на кровать. — А как же...

— Подождёт, — ответил я, нависая над ней. — Всё подождёт.