- 24 Настя -
- Ты…
- Я, - усмехается он и подходит ближе. Проходится по мне взглядом. - Тоже на выставку?
- Нет, я уезжаю.
- Правда? - Семенов смотрит уже иначе. Вдруг протягивает руку к моему лицу и проводит пальцем по щеке.
- Что ты…
- Ты плакала, - хмурится он. - Почему? Что случилось?
- Неважно, - резко отворачиваюсь, стыдясь того, что даже не заметила своих эмоций. Это получается, тот парень просто пожалел меня, заплаканную и испуганную.
Гоша ничего не говорит, но берет за локоть и уверенно ведет за собой.
- Да куда ты? - слабо сопротивляюсь. - Отпусти, мне надо уйти.
- Уйдешь. Со мной, - чеканит он и подводит к своей машине. - Сама сядешь, или шоу устроим?
Мне вот только этого еще не хватало… Конечно, я сажусь. Гоша без вопросов заводит машину, и мы уезжаем. Вопрос только - куда?
- Ты же на мероприятие пришел, да?
- Допустим.
- Высади меня на остановке, я дальше сама доберусь. А ты…
- А я сам решу, что мне делать, - довольно резко осаживает он меня. - Рассказывай.
- Что?
- Что там такое произошло, что ты бледная как смерть выбежала.
- Отличный комплимент, - бормочу, стыдясь того, что Семенов видел мое фееричное появление на улице. Смаргиваю слезы и отворачиваюсь к окну. Не хватало еще окончательно раскиснуть. Да еще перед ним. Я же помню, как он посмотрел на меня тогда…
- А ты хочешь комплиментов? - шутливо спрашивает Гоша.
- Я хочу домой, - честно признаюсь. - После всего.
- Настя, что случилось? - настойчиво спрашивает он.
Я очень долго молчу. Смотрю на вечерние огни города, мелькающие вывески.
- Моя мама нашла мне жениха. Решила подложить ему, получается, наплевав на мое мнение.
- Подложить?
- Ну, отдать, продать. Не знаю, о чем они договорились, Но Лаврентьев был весьма убедителен, когда заявлял свои права, - морщусь, вспоминая его липкий взгляд.
Гоша многозначительно хмыкает.
- Интересные связи у твоей матери.
- Ты его знаешь?
- Отчасти, - уклончиво отвечает он. - И лучше бы тебе действительно держаться от него подальше.
- Думаешь, я не пыталась? - горько усмехаюсь. - В первый раз от его приставаний меня спас Егор, в прошлый - я сама сбежала. А сегодня…
- Что сегодня?
- Да снова сбежала. Но он обещал, что переубедит меня, - вздыхаю тяжело.
Больно осознавать, что причина подобного - моя мама. Я же поверила, что она тогда услышала меня.
- Веселая у тебя семейка, - комментирует Гоша. - Но и ты от них не отстаешь, да?
Его слова - словно пощечина. Бьют по самому больному. Ответить на это мне нечего. Смотрю прямо перед собой, а чувство, что ничего не вижу. Все расплывается.
- Черт, Настя, прости, - где-то далеко слышу голос Семенова. Машина резко дергается, а затем чувствую его руки на своих плечах. - Я дебил. Ляпнул, не подумав.
- Ну почему же, - всхлипываю, а Гоша снова стирает слезы с моих щек. - Ты прав. Я тоже виновата. Очень-очень виновата.
Оказывается, я даже не заметила, а он успел отстегнуть ремень безопасности, и теперь спокойно может привлечь к себе, чтобы обнять.
- Вот что за желание трахаться с взрослым мужиком? - устало спрашивает Семенов. - Почему вам всем нужны чуваки за тридцать? У них что, член лучше?
В его голосе нет злости. Только тоска какая-то. Будто речь-то и не обо мне совсем сейчас идет. Поэтому я молчу. Не мой ответ ему нужен сейчас. Совсем не мой.
Мы довольно долго сидим так, прежде чем я все же отстраняюсь и пытаюсь хоть немного поправить макияж.
- Поедем, покатаемся по городу, - предлагается Гоша.
- Просто так?
- Просто так. Потом отвезу тебя домой.
Больше мы ни о чем не говорим. Каждый пребывает в своих мыслях. Я впервые вижу Алькиного барта таким - задумчивым, немного потерянным и уставшим. Мне он всегда казался бабником, балагуром и самоуверенным засранцем. Но оказывается, что за этим прячется другая его сторона.
Домой он меня отвозит, спустя часа три. Время уже довольно позднее, и я понятия не имею - вернулась ли мама.
- Звони если что, - говорит напоследок Семенов.
- Ты тоже. Вдруг захочешь поговорить.
На этом мы прощаемся, и я выхожу из машины. Каждый шаг до дома дается непросто. Я не знаю, что меня там ждет. Кроме того, в воздухе еще вопрос с моим признанием. Понятия не имею, как разрулить всю эту ситуацию, как пережить очередное разочарование в самом родном человеке.
Квартира встречает тишиной. Снова. Однако обрадоваться я не успеваю - свет резко включается, и я вижу маму. Одного ее взгляда достаточно, чтобы понять - она злится. И злится сильно.
- Явилась, - цедит она. - Где ты шлялась?
- Гуляла, - тихо отвечаю.
- Гуляла, значит. Ну, раз ты не ценишь все, что я для тебя делаю, то оставайся одна, сама по себе, - бросает с претензией. - Неблагодарная ты дрянь!
А после чувствую, что моя щека начинает гореть. Но я еще не понимаю, почему…