- 8 Настя -
Аля, конечно же, расстраивается, что с Новым годом наша идея накрывается медным тазом. Как, собственно, и я. Но отказываться и правда неудобно. Ну, и еще у меня теплится слабая надежда, что, возможно, хотя бы в этот раз отношение ко мне изменится.
Мама все-таки ведет меня в салон, где приходится провести целый день на всяких процедурах. Не знаю, чего она ждала, но по итогу ее вердикт звучит, как “не идеально, но так уже лучше”.
Я давно не обижаюсь на подобные замечания, просто знаю, что для нее внешность - особый пунктик. Она постоянно говорит, что должна следить за собой, иначе потеряет привлекательность для мужчин. Раньше я этого не понимала, но когда узнала о том, что у них произошло с моим отцом, перестала обижаться.
Эти дни мне весьма успешно удается не пересекаться Егором. Всего пару раз столкнуться в квартире, где он теперь живет - настоящая удача. Правда, я случайно услышала, что вскоре они переедут жить к нему - раз уж я такая взрослая теперь.
Свои мысли про Романова я тщательно сдерживаю. В этом плане отлично помогает учеба: конец семестра - всегда жаркая пора. А на первом курсе так особенно.
Но вот пятница неизбежно настает, и нам приходится ехать за город к родственникам.
Всем вместе. В одной машине. Еще одно испытание. А ведь завтра уже Новый год, но настроения до сих пор нет.
- Ты опять поздно легла? - возмущается мама, глядя на меня неодобрительно. - Я же просила!
- Да какая разница?
- Чем ты таким занималась? Опять свои схемки новые смотрела?
Егор стоит рядом, и я, конечно же, замечаю недоумение на его лице. Мгновенно краснею так, что щеки начинают гореть. Вот уж кому я точно не хотела бы рассказывать про свое хобби.
- Нет, лекции читала, - бурчу, отводя взгляд.
- Надеюсь, с собой ты эти мотки с крючками не взяла?
Я почти готова ей нагрубить и потребовать замолчать! Хватит!
- Представляешь, по полночи иногда сидит, петли эти свои вывязывает, - добавляет она, явно обращаясь к своему мужу. - Кто в ее возрасте вяжет, Егор?
Стискиваю зубы и готовлюсь, что сейчас меня заклеймят позором. Хотя что в этом такого? Ну, люблю я вязать, нравится мне это, успокаивает.
- Нормальное хобби, - равнодушно отвечает Романов. - Хенд мейд вообще-то в цене, Лана.
Шокированно смотрю на него. И действительно - ни грамма насмешки. Либо Егор хорошо шифруется, либо и правда так думает.
- Захочешь, можешь настоящий бизнес замутить на этой теме.
- Правда? - вырывается у меня само собой. То есть я о таком и не задумывалась, конечно же. Скорее, просто удивлена, что он меня поддержал.
- Почему нет?
- Егор, хватит забивать ей голову, - фыркает мама. - Ты еще бизнес-план составь и торговую марку зарегистрируй.
Но я пропускаю ее слова мимо ушей. Плевать. Пусть потешается. Я знаю, что ей непонятно мое увлечение.
- И вообще давайте уже выходить - опять в пробку попадем, Катя будет ворчать.
В машине сажусь на заднее сиденье. Здесь просторнее, чем в маминой. Автомобиль, который Егор выбрал для себя, очень ему подходит - тоже основательный и надежный.
И пока едем, я стараюсь сдерживать довольную улыбку. Ведь он не высмеял меня, а наоборот. Поддержал.
Это очень опасно, но в груди расцветает никому не нужная надежда на что-то. Мне снова и снова приходится напомнить себе, что Егор - мамин муж. Тем более что она всячески это подчеркивает. Правда, сам Романов остается довольно равнодушным и даже отчасти отрешенным, что кажется странным, если у них любовь и страсть.
Я ведь помню, каким он может быть…
Когда приезжаем на дачу, нас выходит встречать Андрей. На улице довольно холодно, но он в одном свитере.
- Наконец-то! - говорит брат, здоровается с мамой, со мной. Егору сдержанно пожимает руку. - Мать уже несколько раз спрашивала, где вы.
- Дорога, сам знаешь, какая, - отвечает Романов.
Мы проходим в дом, и первый, кого встречаем - Миша. Мама, как и всегда, кривится, стоит ему оказаться рядом. А я, наоборот, улыбаюсь.
- Лана, Егор, - сдержанно говорит старший брат. Затем делает шаг ко мне, а я сокращаю расстояние и обнимаю его. - Настюш, рад видеть.
- И я…
- Я уж думала, не приедете! - раздается позади возмущенный голос тети Кати.
- Знакомьтесь, это Егор. Мой муж, - гордо заявляет мама. - Поздравления категорически приветствуются.
Успеваю заметить, как хмурится Миша, но молчит. Зато тетя Катя расцветает. Следом в холле появляется и дядя Вова. Все увлечены поздравлениями, которые более уместны были бы за столом, чем вот так, на пороге. Но мама любит эффектно появиться - этого не отнять. Егор при этом продолжает оставаться сдержанным и невозмутимым. Кремень, а не мужик. Хотя на него тут же наседает тетя Катя, задает каверзные вопросы, а мама практически повисает на его локте.
- Ну, все, хорош топтаться здесь. Проходим, - командует дядя Вова. Я же, пока все расходятся, поднимаюсь на второй этаж, где мне обычно выделяли комнату вместе с мамой. Теперь же нас, выходит, будет трое, что ли?
Правда, задуматься над этим я не успеваю как следует - за мной приходит Андрей.
- Идем, Насть. Тебя все ждут.
- Зачем? Уже за стол? Мы же только приехали.
- Нет, - усмехается он. - Давай, у нас есть сюрприз для тебя.
Такая формулировка меня немного смущает.
- А еще мать сказала, чтобы ты причесалась и привела себя… эээ… в порядок, - он неопределенно машет рукой.
- А что со мной не так?
- Я в этих ваших дамских штучках не шарю, - пожимает плечами Андрей.
- Ладно, считай, что я в порядке.
Мы спускаемся вниз, и я почти тут же торможу, так как вижу незнакомого мужчину. Довольно взрослого мужчину, который пристально смотрит на меня. Причем смотрит оценивающе.
- Дочь, знакомься, это Евгений Лаврентьев.
- Настя наша - умница и красавица. Вот как раз недавно стукнуло восемнадцать. Наша гордость, - продолжает говорить мама.
- Можно просто Женя, - неожиданно вмешивается Лаврентьев и идет ко мне. Вальяжно, медленно. При этом мама смотрит на него весьма благосклонно. А я… Я не понимаю!
- Здравствуйте, - говорю, когда молчание слишком затягивается.
- Давай сразу на ты, - не предлагает, а практически ставит меня перед фактом этот мужчина. Он берет мою ладонь, и пока я шокированно смотрю на него, целует ее.
Мне настолько неловко и некомфортно - все это видит и Егор, и мне кажется, что на его лице мелькает недовольство. Хотя, конечно, это, скорее всего, лишь иллюзия.
- Хорошо, - с трудом отвечаю и, можно сказать, выдираю свою ладонь из его.
- Ну, а теперь - праздничный обед! - объявляет мама. Только это меня и спасает.
Наконец, внимание с меня смещается на нее с Егором, который оказывается в эпицентре деятельности тети Кати и мамы.
Дядя Вова почти не вмешивается, а я получаю небольшую передышку. Пытаюсь понять, к чему было это демонстративное знакомство. Но меня отвлекает звонок мобильного - на экране высвечивается имя подруги.
- Алло!
- Насть, ну, как ты там? - спрашивает Аля. - Нормально? Или, может, все-таки ко мне?
Кошусь в сторону гостиной, куда все родственники переходят.
- Да вроде бы. Вряд ли меня сегодня отпустят. Тут…
- Не можешь говорить? - верно понимает мою заминку.
- Ага.
- Ладно, держись. Но если что - ты знаешь, что тебе есть куда поехать.
- Спасибо!
В итоге из-за разговора я прихожу почти последней, и свободное место оказывается только между Евгением и Андреем. Мне приходится пройти туда, а следом за мной входит и Миша.
- Ой, извини, - вроде как спохватывается тетя Катя. - Забыла еще один стул поставить.
Брат молча уступает ей дорогу, а мне становится стыдно. За нее, за то пренебрежение, что она постоянно демонстрирует.
- Могла бы и не напрягаться, - негромко произносит Миша. - Как раз успею вернуться в город.
- К своей невесте? - встревает Андрей. - Что ж ты не взял ее сюда? Познакомил бы нас с Сонечкой.
Реакция старшего брата молниеносна, но он так хорошо собой владеет, что сдерживается. А я понимаю, что, похоже, эта самая Соня для него очень важна. Иначе бы не реагировал так.
- На свадьбу-то пригласишь? - продолжает Андрей.
- Конечно, - холодно усмехается Михаил. - Все получат приглашения с датой и местом.
Только когда мы с ним встречаемся взглядами, он чуть оттаивает.
- Поздравляю! - искренне говорю. - Не знала, что ты женишься.
- Так вышло, - сдержанно отвечает Миша.
- Да еще как ловко вышло, - ерничает Андрей. - Стоило только Тарскому сыграть в ящик, как ты тут как тут рядом с его дочуркой. Покрутился - и вот прибрал к рукам все, что надо.
Повисает звенящая тишина. Нарушает ее в итоге тетя Катя, которая приносит еще комплект приборов.
- Вот. Готово. Что это вы молчите?
- Ничего, - говорит дядя Вова, который почему-то никогда не заступается за своего старшего сына. Даже скорее наоборот. - Садитесь, давайте. Еда стынет.
Мама косится на мужа, довольно улыбается.
- Ладно, тогда сначала выпьем за мою сестру и ее мужа, - бодро начинает тетя Катя. - Ланочка, надеюсь, ваше счастье с Егором продлится достаточно долго, и ты станешь по-женски счастлива!
Я же упорно смотрю в тарелку и боюсь поднять глаза. Боюсь, что кто-то может прочитать крамольные мысли в моей голове. Ведь я должна желать счастья матери. Но почему же вместо радости за нее я чувствую горькое разочарование и ядовитое раздражение?
- Настя, может, шампанского? - спрашивает Евгений. - Все-таки мать замуж вышла. Нехорошо игнорировать.
Молча киваю, потому что очень боюсь, что голос может подвести. Алкоголь я переношу плохо. Поэтому делаю всего маленький глоток.
- Горько! - вдруг требует тетя Катя. Андрей зачем-то тоже подхватывает. А я снова опускаю взгляд в тарелку. Закусываю губу, чтобы не расплакаться. Понимаю, что будет сейчас - ведь это логично. Они же и спят, наверное, вместе. Муж и жена ведь.
- Полагаю, нам не по двадцать лет, чтобы устраивать тут шоу, - внезапно осаживает всех Романов. Да таким голосом, что глупое улюлюканье мгновенно стихает.
- И то верно, - вдруг подержите его дядя Вова. - Дайте уже поесть спокойно.
А я едва не задыхаюсь от облегчения. Словно в последний момент убрали соль от открытой раны, хотя ты уже приготовился к боли.
Празднование идет своим чередом. Мне становится душно, к тому же еще и назойливое внимание Лаврентьева напрягает меня. Он вроде и не лезет особо, но меня не покидает ощущение, что он заполоняет собой все мое личное пространство.
Выхожу на террасу. Вдыхаю глубже и всерьез пытаюсь придумать какой-нибудь предлог, чтобы уехать прямо сейчас. В принципе еще не так уж поздно - можно успеть добраться на автобусе до станции.
Однако мое спасительное уединение бесцеремонно нарушают. Слышу шаги позади, а следом чувствую аромат мужской туалетной воды…