Глава 46. Наизнанку

Хард ушёл вместе с другими командирами получать вводные. А мы остались. Стояли мы так и радовались не долго. Наваливалась неизбежная усталость. Вот она цена за тот сумасшедший прорыв.

Чем дольше ждали, тем очевиднее было: дикая нагрузка с финальным рывком далась нам не просто так.

В конце-концов мы просто уселись на бетонное покрытие плаца и так, сидя, молча, смотрели в пустоту. Не только 1-КА, остальные команды тоже ждали, кто сидя, кто лёжа. Досталось всем.

Даже говорить и переглядываться сил уже не было. Жесть. Как нам дальше-то идти? Какой ещё нахрен последний этап испытания? Да мы просто уже всмятку. Наизнанку ведь вывернулись уже.

Но, что характерно, едва мы увидели группу возвращающихся командиров, вскочили и выпрямились в струнку — образцово. Хоть сейчас на парад. Даром, что все измазанные. Зато вон как стоим!

Куратора Зартона с группой командиров не было. Хард приблизился мрачный. Мой взгляд, как и взгляды других членов команды, оказался прикованным к тому, что он держал в руках — связку черных браслетов.

— Это для финального испытания, — начал Хард, раздавая нам браслеты. — В первом этапе зачёт был по первому прибывшему. Во втором, который куратор Зартон назвал последним, зачёт будет засчитан по последнему члену команды.

С этими словами он надел черный браслет с белой застёжкой на меня.

— Конфигурация как обычно, — продолжает Хард, надевая браслет с красной застёжкой на себя и показывая нам. — Я впереди, приказы хвостом, я буду красным помечен, — жест на мой браслет, — Диана, Лин и Гердан замыкающей тройкой, белая метка. Когда приступим, браслеты будут активированы. Мы будем видеть отрыв по белым браслетам. Всех команд. Сможем понимать, со знаком минус, насколько мы отстаём от последнего в другой команде. Выйдем в плюс, значит обошли.

Хард обводит нас мрачным взглядом.

— Сначала хорошая новость. Мы пришли полным составом. А значит, не получили штрафные баллы за временной разрыв между первым и последним членом команды.

Перехватив вопросительные взгляды, пояснил:

— Победа присуждалась по первому в команде, а вот разница во времени первого с последним, пошла в счёт второго испытания. Мы пришли полным составом. У нас разница минимальна. В других командах были отстающие. По ним и считали разницу. В общем, у нас фора на старте в четыре минуты.

Мы настороженно смотрим на Харда. Четыре минуты — это же целая вечность. Пропасть просто. С такой форой, мы уже победители! Почему он такой мрачный сейчас?

— Плохая новость. За то, что команда ослушалась приказа командира, штраф в десять минут.

Хард обводит нас цепким взглядом.

— Наше отставание шесть минут, — жёсткая звериная усмешка, точно как у Дрэго Зартона. — Шансы минимальны, но мы поборемся. Однозначно. У нас двадцать минут на инструктаж, смену аккумуляторов и прочую подготовку, и на старт. Трасса, скажу я вам, полный звездец. Поэтому настраиваемся, что там будет ад. Начиная с того, что трасса проложена под землёй…

Чем больше говорил Хард, тем больше вопросов было к его отцу. Дрэго Зартон вообще нормальный? Начиная от сложности продвижения в подземных условиях, заканчивая количеством тварей.

Утешало только одно. Вряд ли куратор нас целый год дрючил, чтобы потом в финале всех убить. Хотя именно такой расклад, чем больше мы слушали Харда, казался всё более и более вероятным.

— Радует одно, у других команд такая же задница, — Хард медленно обводит нас пристальным взглядом, глядя в глаза каждому. — У нас сейчас идеальная слаженность действий. Сохраним её, значит победим.

Я прерывисто вздыхаю, поймав завершающий взгляд Харда. Мрачный. Цепкий. Предупреждающий. Прожигающий меня насквозь.

Понимаю его… Инстинкты рихта — защищать самку. Ограждать от опасности. Да его сейчас на части рвёт, чтобы послать в глубины космоса весь интенсив, всё подряд, схватить меня в охапку и утащить подальше. Мне запретить участвовать. Вот что он сейчас хочет больше всего.

Встречаю его взгляд спокойно. Если сейчас Хард это сделает… да, я откажусь от интенсива. И даже не затаю обиду. Он мой самец. Муж. Мой любимый. Доверяю ему. Всегда. Его решения всегда правильные. Он это знает.

А ещё Хард знает, как для меня это важно. Любит меня. И ломает себя сейчас, свои воющие инстинкты — ради меня.

Улыбаюсь ему. Его взгляд теплеет, он кивает мне и командует:

— Давайте, 1-КА, инструктаж закончен. К бою.

И мы пошли в этот самый бой. Экипировались по-новому. То, как вокруг нас суетились техники, снабженцы и инструкторы, действовало на нервы. Все мрачные, но дело своё знают, да ещё и проверяют всё несколько раз.

На полигон со входом-имитацией подземной шахты мы вышли мрачные, но взгляды каждого горели угрюмой решительностью. Каждый из нас знает, зачем он здесь. Вот и будем делать свою работу.

Надо отдать должное снабжению интенсива, обвес у нас был что надо. Одни устройства ночного видения чего стоят. Удобные, идеальные просто. Очень хорошо видно, да ещё и с маркерами цели. Крутая штука. Нам на интенсиве показывали, даже давали несколько раз освоиться и разобраться с ними.

Остальное всё тоже самое крутое, последней модификации. Ладно. Почувствуем себя элитой космодесанта на самом ответственном задании.

Сначала мы пробивались относительно спокойно. Твари здесь были другие, незнакомые. Что-то вроде пауков-переростков с острыми ногами, расширяющимися к маленькому круглому телу. Нам было всё равно на их вид. Падали от наших выстрелов и экстра-линий, как и все остальные.

Дальше стало сложнее. Коридор вилял. Твари множились. Земля проваливалась — но к этому Хард, как и мы, уже был готов, так выстроил группу, что мы всё время имели возможность вытащить друг друга и помочь перебраться на другую сторону.

Опыт, мать его!

Мы даже начали догонять другие команды, но потом началась жесть.

Сначала ранение в ногу получил Лин. Потеряли время, пока медик делал перевязку. После ранения Лин продвигался медленно, те пауки еще какой-то хитрый яд пускали при укусе, поэтому Гердан молча взял его на спину и потащил на себе — на спинах нашей брони есть для этого специальные крепления.

В результате, дальше Лин висел спиной к спине Гердана, сохраняя способность стрелять. Это нас немного ускорило.

Впрочем, судя по данным на наших браслетах, у других команд были похожие проблемы. Замедлились все. Мы даже стали сокращать отрыв быстрее.

Потом, незаметно как-то, задело меня. Вот это была жесть… Здоровенная тварь, пустила в ход крайне пакостную разновидность пси, от которой меня должен был прикрыть Лин, но не успел, из-за своего ранения.

В общем, ранило меня тоже в ногу. Капитально так. Стиснула зубы, пережидая боль, расстреливая тварь, и при этом чётко осознавая одну крайне шокирующую вещь…

Будь это реальная тварь, в реальном бою, я была бы уже мертва. Просто здесь полигон. Интенсив на базе академии. И твари эти — создания техников, со своей программой. А программа — бить по ногам, имитировать реальный бой, но не убивать…

Пока меня перевязывал медик, Хард разразился серией приказов.

Меняем конфигурацию группы.

Первый пойдёт Видар, на него Хард перевесил браслет с красным маркером. С меня снял браслет замыкающего с белым маркером и надел на свою руку, отдав свой браслет мне. Нести меня Хард поручил Орду, лично прицепив меня спиной к его спине. Сорейн пришлось это проглотить. Как и мне.

Не знаю, как Хард смог заставить себя передать меня, то есть свою жену, свою самку, другому рихту. Там инстинкты же выли явно. Спасало то, что я, полукровка, не интересовала Орда, ведь он рихт. К тому же уже опредившийся с самкой.

Чтобы сохранить управляемость группой, Хард отдал команду на пси-сцепку!..

Скрипя зубами, выполняем приказ — соприкасаться пси-полями никто не любит. Слишком интимное дело, но на что не пойдёшь, ради выживания. А здесь у нас, похоже, вопрос именно о выживании и стоит.

Сплетаемся полями, морщась, но эффективность возрастает в разы. Мгновенно получаем приказы Харда. Следуя его командам, объединяемся то в двойки, то в тройки — усиливая разные стороны нашей группы, вязнущей в плотном потоке тварей.

Мыслей, эмоций уже не остаётся. Только плотный импульсный поток из бластеров, экстра-линии Харда и других псиоников. И движение вперёд.

Даже на браслеты уже никто не смотрит. По пси-сцепке я чётко чувствую настроения каждого — нам уже плевать и на победу, и на интенсив, да, пожалуй, на всё уже плевать. Лишь бы вырваться из этого ада.

На поверхность, как ни странно, мы выбираемся управляемой, сохранившей боеспособность группой.

Финальный рывок к финишной черте делаем чётко, Хард замыкающим.

Стоим, тяжело дыша, глядя в землю. Хард снимает меня со спины Орда. Окидывает быстрым взглядом.

Мы расплетаемся пси с группой, Хард отпускает свою пси-сцепку со мной последним, углубляя ненадолго погружение, убеждаясь, что я в порядке. Потом молниеносно оплетает своим хвостом мой вялый обессиленный коротыш и стреляет в него шипами, впрыскивая за раз чудовищную дозу каудала.

В глазах сразу яснеет, но общей усталости не снимает, конечно. Благодарно прижимаюсь к мужу. Так и стоим какое-то время.

Запоздало вспомнив про браслет, равнодушно смотрю на цифры: положительное значение. Двенадцать секунд.

Нормально… Мы не только нагнали чудовищное отставание в шесть минут, но ещё и вперёд умудрились выбраться. Мы… первые? Мда…

До команды это тоже доходит, но радоваться победе сил уже нет. К тому же не верится, что зверь-куратор-Зартон не придумал ещё какой-то дополнительный этап испытания. И ещё десяток за ним.

Ощущение, что мы на всю жизнь останемся на этом полигоне.

Ждём долго. Две команды так и остались внизу, их вытаскивали страхующие нас отряды космодесанта. Их мы тоже ждали на итоговое построение. Оказывается, рядом с нами всё время были страхующие. Да и поток тварей находился под контролем.

Всё же не собирался куратор Зартон убивать своих курсантов. Хотя, после того, что мы прошли, в это верилось с трудом. Отец у Харда — просто зверь. Теперь это было всем очевидно. Как и то, что он явно не подыгрывал сыну. Всех в одинаковую жесть бросил.

Для чего он это сделал, стало очевидно всем на итоговом построении. Под мрачным взглядом Дрэго Зартона, прославленного командора, куратора пси-интенсива академии космического десанта. Слушая его резкую, отточенную речь.

— Вы сейчас прочувствовали на себе имитацию реального боя, — глубокий поставленный голос куратора Зартона ввинчивался в сознание, каждым словом оставаясь там навсегда. — Можете мне не верить, но в реальном бою было бы хуже. Запомните навсегда. В реальном бою вам потребуется каждый член команды!

Куратор повысил голос, нажимая на каждое слово:

— Победила команда 1-КА именно за счёт слаженности действий. За счёт того, что сохранила групповую боеспособность. Через два дня каждый из вас получит детальный разбор аналитиков. Вы сможете разобрать собственные действия, сравнить с другими членами интенсива, как и других групп. Увидите все точки, повлиявшие на финальный результат не только ваш, но и каждого участника интенсива.

Хвост Дрэго Зартона по прежнему неподвижен. Лицо бесстрастно.

— Ещё неделю оставляю вам на разбор аналитических материалов. В эту неделю сможете отдохнуть, пообщаться с инструкторами и составить карту вашего дальнейшего развития. Все инструкторы, включая кураторов, меня и Ялику Зартон, будем рады помочь вам с картой. Чтобы вы могли учесть все ваши сильные и слабые стороны.

Голос Дрэго Зартона гремит над нашими головами:

— Интенсив зачтён всем! Здесь каждый — победитель. Сильнейший. Лучший. Перед вами теперь открыты любые карьерные двери. Какую из них выбирать, решать вам.

Долгая пауза. Потеплевший взгляд куратора. Его мощный длинный хвост, изгибающийся в жесте одобрения.

— Горжусь каждым из вас, — добавляет он с едва заметной улыбкой. — Поздравляю с окончанием интенсива!