Глава 22

— Ты с ума сошла, жалкая дура? — кричал, насколько позволяли силы, Луар на сестру. — Ты никуда не пойдешь! Чтобы моя единственная сестра опозорила наш род, связавшись с грязным дикарем! Не бывать этому!

— Брат, я пришла не просить твоего разрешения, — Катина подняла на него взгляд. — Я пришла сообщить о том, что сегодня отбываю в Аранхарм. Мне не нужно твое позволение. Больше не нужно.

— Шлюха проклятая! — швырнул в нее жестяной кружкой. Хотел было подняться с кровати, но переломанные ребра не дали. — Я тебя приютил! Я тебя вылечил! И такова твоя благодарность?!

Но Катину уже не трогали его слова, его оскорбления.

— Любой достойный и уважающий себя человек не бросил бы нуждающегося, помог бы. Потому мне удивительно слышать твои попреки, благие дела должны делаться по велению сердца. Желаю тебе скорейшего выздоровления, дорогой брат.

И вышла из его покоев. Луар попытался отправить за Катиной стражу, чтобы помешали ей, но стражники на пороге столкнулись с тремя орками и сразу же отступили. А Ибар взял свою Кату за руку и повел к лошади. Из вещей она взяла всего ничего, все уместилось в один мешок, который поместили на вьючную кобылу. Орк сел в седло, после чего разместил девушку впереди себя. Ей не верилось до сих пор, что покидает родной Зард и не с человеком, а с орком, в то же время всем своим существом жаждала этого. Катина помнила рассказы Тайли, и ей хотелось так же, хотелось, чтобы Ибар стал ее мужчиной, ее защитой. Чтобы готов был горы свернуть.

А вот Тайли расположилась в карете, тогда как Фаргар ехал рядом на своем коне.

До Аранхарма добрались спустя пять суток, все ж ехали с частыми остановками. И как же была счастлива Тайли повстречаться с матушкой и сестрой. Тара рыдала, глядя на дочь, а Тайли рыдала, глядя на них, на живых и здоровых.

И когда армия орков воссоединилась, Фаргар собрал в зале правительственных чертогов вожаков всех кланов. Как и было оговорено, Карстовый лес поделили между кланами поровну. Города людей оркам были без надобости, однако вот людям теперь предстояло договариваться с орками, искать общий язык. И если катаганы желали мира всегда, то новые переселенцы отличались воинственными настроениями, однако воевать пока никто не собирался.

После совета пришлые орки покинули Аранхарм, им предстояло много работы по освоению новых земель. В городе осталась лишь армия катаганов и те, кто пожелал присоединиться к Фаргару. А таких оказалось немало. После чего орки отправили гонцов к людям, покинувшим свои дома, с посланием, где говорилось о том, что горожане могут возвращаться, что между временным правительством Аранхарма и орками заключен мир.

Фаргару не нравилось в Аранхарме, но он терпел, нужно было дождаться родов. Полтора месяца, данные Магурой, пролетели быстро. Тайли набрала вес, к ней вернулись силы, но и ребенок вырос. Повитуха с сего момента каждый день приходила в покои будущей матери, осматривала Тайли. Семейный лекарь тоже приходил, однако его мнение было одно — надо вызывать роды, пока еще есть время. А время текло… И скоро его не осталось.

— Если будет сын, как ты его назовешь? — Тайли лежала на руке мужа, второй он гладил ее живот, иногда задевал грудь.

— Керм. С нашего это переводится как «скала».

— А если дочь?

— Может, все-таки сын? — усмехнулся. — Дочери сама имя придумай, пусть будет такое же красивое, как твое.

— Феллина. Как тебе?

— Хорошо.

Вдруг Фаргар ощутил бедром ее руку, которая точно змейка скользнула к члену.

— Кажется, кто-то сегодня не выполнил предписанное Магурой, — и лукаво ухмыльнулась.

— Так ведь… утром… было, — а член мгнвоенно поднялся от ее легкого прикосновения.

— А нужно два раза.

— Ты считаешь что ли? — тем временем помог жене перевернуться на бок.

— Приходится, — прижалась ягодицами к возбужденной плоти. — Ты взялся забывать, — и сейчас же с губ слетел стон, ибо он вошел в нее.

Двигался Фаргар медленно, рукой сжимал в разы увеличившуюся грудь, носом уткнулся жене в макушку. Скоро Тайли уже не стеснялась, стонала громко, пальцами царапала простыню. И когда он почти полностью вошел, когда провел языком по уху, Тайли сдалась. Фаргар устремился следом, сдерживаться все равно сил не было.

— Теперь Магура будет довольна? — тихо хихикнул.

— Теперь я буду довольна, — накрыла ладонью его щеку. — И не задушу тебя ночью подушкой.

— Спасибо, жена моя, — прижал Тайли к себе.

Уснули в обнимку. Фаргар словно боялся ее отпустить, боялся снова потерять, потому обнимал всеми ночами, даже если было неудобно, даже если затекали руки.

А рано утром начались роды. Тайли проснулась от того, что под ней было все мокрое. Тогда же разбудила Фаргара.

— Что случилось? — подскочил тут же.

— Рожаю, кажется, — убрала одеяло.

— Я за Магурой, — быстро оделся и отправился за повитухой.

Та не спала, сидела в кухне, перетирала травы в ступке и тихо-тихо напевала что-то под нос, что скорее напоминало рычание, а не песню.

— Вот ты где, — нашел ее обсекруаженный Фаргар.

— Началось, да? — подняла на него взгляд.

— Да. Под ней вся простыня мокрая.

— Плохо, — поднялась со стула, потом взяла поднос, наставила на него всяких пузырьков, ступку туда же. — Значит, времени у нас не так-то и много. На, — всунула вожаку в руки поднос, — неси в гулум. А я подготовлюсь пока.

Магура собрала длинные косы и заколола гребнями на затылке, потом вымыла руки. Тут и служанка Ия подсуетилась, помогла с водой и чистыми простынями, после уже собралась разнести весть по чертогам, но орчанка строго-настрого запретила будить домочадцев.

— Рот откроешь, живьем съем, — рыкнула на вмиг побледневшую Ию. — Поняла?

— Да, да…

— Тащи тряпки и воду к роженице. И жди там, будешь помогать.

— Так, лекаря может вам в помощь?

— Не надо мне ваших шарлатанов. Сами справимся. Духи нам в помощь.

Но Тара тоже проснулась, будто почувствовала что. Скоро в покоях Тайли собрались все, однако ненадолго, Магура выпроводила ненужных зрителей. Остался только Фаргар.

— Ты с женой будешь? — повитуха глянула на него исподлобья. — Тут кровь другая, не та, что на поле боя. Уверен, что сдюжишь?

— Я с ней буду.

— Габан, габан… ты разве что чаще жене в глаза смотри, — улыбнулась.

А Тайли взяла его за руку. У нее уж схватки пошли. Сильные, но пока редкие. Потому, когда тело сковывала боль, бедняжка упиралась лбом в грудь Фаргара, стискивала зубы. Магура тем временем взяла в ладонь толченые травы, кои теперь напоминали мазь.

— Набери-ка в грудь побольше воздуха, — обратилась к Тайли. — Надо тело твое подготовить.

И запустила руку под простыню. Несчастная аж зажмурилась, но стерпела.

— Умница.

Что это была за трава, Тайли не знала, однако после того, как та оказалась внутри, боли усилились и участились.

Время тянулось медленно, схватки изматывали. Спустя несколько часов Тайли уже просто скулила, пот струился по лбу. А Магура ждала потуг и уже тихо-тихо бурчала под нос. Переживала, что потуги пойдут, а в девочке совсем сил не останется. Чтобы дитя вытолкнуть, силы ой как нужны. Но когда повитуха очередной раз запустила руку под простыню, довольно улыбнулась.

— Давай, потужься. Но не сильно.

Тайли же вцепилась в руки мужа, что сел в изголовье. Фаргар смотрел на нее, а про себя молился Мириде. Он не готов отпустить Тайли и никогда не будет готов. Потому сердце орка заходилось, в груди давило.

Вдруг случилось нечто. Со стороны улицы донесся рёв. Гулкий, грозный. Фаргар немедля подошел к окну. На городскую стену приземлился огромный белый дракон. И пока не успел сложить крылья, орк заметил дыры в них.

— Откуда здесь эта тварь? — процедил сквозь зубы.

И сейчас же в покои вошла Тара.

— Бэр Фаргар! — подбежала к вожаку. — Отзови своих воинов! Не трогайте этого дракона. Он принадлежит Тайли.

— Она мне рассказывала, что отпустила своего дракона.

— Да, это так. Но связь в паре человека и зверя образуется крепкая, нерушимая и если один из пары при смерти, второй это чувствует.

— При смерти? — и перевел взор на жену.

На что Тара с горечью кивнула.

Фаргар отдал распоряжение зверя не трогать, а тот так и сидел на стене, светлая чешуя блестела под солнцем, мощные лапы сжимали каменный постамент, глаза дракон прикрыл, словно задремал, лишь иногда дергал крыльями.

— Тайли, — Фаргар опустился на колени у кровати жены, взял ее за руку. — Ты должна справиться, — заговорил очень тихо. — Ты должна остаться со мной.

А она слабо улыбнулась:

— Я люблю тебя, мой орк.

И только сейчас вожак заметил, что у нее кровь в глаза пошла, отчего те стали красные.

— Уходи, бэр Фаргар! — поднялась Магура. — Твоя миссия тут окончена, дальше мы сами.

— Нет! — рыкнул на старуху.

— А я говорю, уходи! — указала на дверь. — Только отвлекать ее будешь. Не спорь со мной, орук сопливый! Жене твоей надо тужиться, а не слова любви щебетать.

— Иди, Магура права, — Тайли поцеловала его руку.

И Фаргар через силу, но ушел. Встал сразу за дверью, приснолился к стене.

— Я долгие годы пыталась понять, почему моя дочь изменилась, когда мы вернулись из лагеря, ведь случилось это в одночастье, — Тара стояла в стороне у окна и смотрела на дракона. — Почему так резко повзрослела? Теперь я знаю. Ты повлиял на нее, благодаря тебе Тайли стала такой. Мирида давно вас обручила, а сильному орку нужна сильная женщина.

Вожак слушал ее, молча. А перед глазами возникло пламя из кошмара, отчего внутри все похолодело. Из мрачных дум орка вырвал крик. Крик Тайли, а следом ругань Магуры. Ругалась повитуха на служанку, подгоняла ту, направляла. Фаргар тогда прижался затылком к стене и зажмурился.

Тара видела его муки, переживания, страх. С того самого дня, как Арвиг отдал Тайли правителю Зарда, Тара молилась Мириде каждый день и каждую ночь, просила защитить дочь, а главное, чтобы муж нашел свою жену. И Мирида услышала. Удивительно, но этот орк оказался достойнее любого человека.

Поначалу крики Тайли были громкие, но скоро начали слабеть, а потом и вовсе превратились в глухие стоны. Фаргар даже мог слышать сейчас стук своего сердца, что звоном отдалвался в голове. Тут из-за закрытой двери донесся пронзительный плач. На сей раз вожак не выдержал, буквально ворвался в покои. От увиденного так и застыл.

— Явился, — усмехнулась Магура, — не утерпел.5ebdbc

В одной руке повитуха держала ребенка, тот лежал в ладони вниз животом, синий весь, верещал истошно, а Магура то барабанила пальцами по его спинке, то растирала, то трясла новорожденного.

— Сын у тебя, бэр Фаргар. Катаган, — и снова потрясла орущего младенца.

Но Фаргар сразу же перевел взгляд на Тайли, жена лежала с закрытыми глазами, тяжело дышала, а Ия стояла над ней и с силой давила на живот.

— Что она делает? — брови орка сошлись у переносицы.

— Я ей велела, — повитуха быстро перерезала пуповину, после обмыла дитя над чаном и положила на чистую простыню. — Кровь остановить надо.

И сейчас Фаргар увидел, что под Тайли все в крови.

— Возьми наследника, — Магура передала ребенка отцу в руки. — Держи бережно.

Однако орк продолжал смотреть на жену. Повитуха же отогнала Ию от Тайли, после быстро заглянула под простыню и чуть ли не зубами заскрежетала. Кровь не останавливалась.

— Будь готов, вожак, — произнесла низким гортанным голосом, — душа ее вот-вот к Мириде отправится. Здесь уже ничего не сделаешь.

В этот момент в окне случилась яркая вспышка. Дракон, что сидел все это время на стене, воспламенился, огонь вырвался из груди зверя. Дракон так и не открыл глаз, не шелохнулся даже. Когда же догорел полностью, Тайли резко открыла глаза, а радужки на мгновение воссияли оранжевым светом. Рув убил своего сына, а Мирида наградила силой зверя человека, ибо дракон согласился отдать жизнь за ту, что однажды отпустила его на волю. И кровотечение сразу остановилось, раны внутренние затянулись.

— Фаргар? — Тайли посмотрела на мужа. — У тебя сын, как ты и хотел. Керм.

— Да, — кивнул растерянно и наконец-то опустил взгляд на ребенка.

Мальчик замолчал к тому моменту, пригрелся. Кожа все еще отдавала синевой.

— Дай мне его.

Фаргар поднес малыша и положил рядом с матерью. Хоть Тайли и чувствовала себя плохо, все ж потеряла много крови, да и роды вымотали, однако кое-как повернулась на бок.

— Красивый, — провела пальцами по черным бровкам.

— Сиську ему надо! — вступила Магура. — А они о красоте… Грудь ему дай.

Повитуха тоже пребывала в шоке, никогда доселе она подобного не видела. Слышала в молодости легенды о том, как драконы делились силой с иными существами, но то считала всегда небылицами, чуть ли не сказками. И вот же… правда, оказывается. Однако, не отпусти Тайли в свое время зверя, возможно, он бы и не спас ее. Люди пленили драконов, превратили их в слуг, рабов, тогда как они посланники великих Мириды и Рув, они должны быть вольными созданиями.

Тайли неумело, но приложила ребенка к груди, а тот быстро понял, что к чему. Еще и глазки открыл.

— Синие, — улыбнулся Фаргар.

— Да у него зубы, — перепугалась Тайли.

— Клыки это, — подошла к ним Магура, слегка оттянула губешку мальчика. — Как и положено. Но ты привыкнешь, да и клыки начнут расти, когда уж кормить перестанешь. Хорошего тебе сына родила эта хилая самка, — положила руку на плечо Фаргара. — Большого. И ты знаешь, что теперь должен сделать.

— А что ты должен сделать? — Тайли с испугом уставилась на мужа.

— Шатер я тебе должен построить. Большой.

— Я не против, — опустила голову на подушку.

Фаргар же зарылся носом в ее волосах, а про себя поблагодарил великих духов. Они оставили ему смысл жизни.