Глава 13. Ультиматум короля

Тили Я проснулась резко, будто меня кто-то толкнул. Тут же попыталась сесть, но не смогла, удерживаемая чем-то. Снова дёрнулась вперёд, пытаясь освободиться, но мои путы сжались сильнее… И только теперь я сообразила, что это объятия. Но с ними точно было что-то не так. Эридио лежал за моей спиной и обнимал меня очень крепко, почти до боли. Дышал часто и то и дело резко вздрагивал. – Дио, – позвала я, снова попытавшись приподняться, но он не выпускал меня из объятий. – Дио, проснись, мне больно. Он не реагировал. Тогда я попыталась сама убрать от себя его руку, и в этот раз он даже поддался. Но когда я отодвинулась, его кошмар будто стал сильнее. Дио замотал головой, потом снова дёрнулся, будто от кого-то отбиваясь, и вдруг застонал. – Дио! – крикнула я, хватая его за руку. – Проснись! Он резко открыл глаза и настороженно замер. – Эридио, всё хорошо, это просто сон, – проговорила я, коснувшись его спутавшихся волос. Только теперь он посмотрел на меня, а черты его напряжённого лица расслабленно разгладились. – Тили, – прошептал он, придвинувшись ко мне. Обнял, прижался щекой к моему боку и снова прикрыл глаза. – Как же с тобой хорошо, – сказал он тихо. – Мне такая жуть снилась. Я снова улеглась рядом с ним, продолжая при этом перебирать мягкие волосы на его голове. Дио притянул меня к себе… и теперь мы лежали с ним так, что почти соприкасались кончиками носов. И мне тоже было с ним хорошо и спокойно. Возникало ощущение дома, уюта, своего настоящего истинного места. Я прижималась к Эридио, стараясь максимально почувствовать соприкосновение с ним, и просто наслаждалась моментом. Но вдруг встрепенулась: – Где Ари? – спросила я испуганно и снова попыталась сесть, но Дио не пустил. – У моей мамы. Не переживай. С ним всё хорошо, да и у родительского дома сейчас такая охрана, что мышь не проскочит. – Дио я… из-за меня его едва не похитили, – призналась я взволнованно. – Знаю, – он вздохнул. – Не волнуйся, тебя никто не обвиняет. Леди Дилосскую задержали. Я кивнула, а на моих губах расцвела улыбка. Дио ласково погладил меня по щеке, едва касаясь, провёл подушечками пальцев по моим губам и посмотрел в глаза. В темноте я его почти не видела, но взгляд чувствовала отчётливо. Его рука переместилась на мою шею, затем зарылась в волосы на затылке, а губы вдруг соприкоснулись с моими. Я ответила на его поцелуй без малейшего сомнения. Обняла, прижалась ещё ближе и просто позволила себе раствориться в нахлынувших ощущениях. Вот только целоваться так оказалось не очень удобно, поэтому Дио как-то легко и быстро развернулся и навис сверху. Он опирался на локоть, умудряясь при этом поддерживать мою голову, а целовал всё более упоительно. И я наслаждалась его поцелуем. Млела, ощущая Дио так близко, и даже не подумала протестовать, когда его ладонь оказалась на моей груди под тканью сорочки. – Пойдём до конца, – тихо проговорил он, коснувшись губами моего уха. И это не было вопросом, скорее уж, утверждением или предупреждением. Уверена, если бы я решила возразить, он бы остановился. Но мне совсем не хотелось противиться происходящему между нами. Я верила Дио, я хотела быть с ним, и моё тело очень охотно откликалось на его ласки. Он поцеловал меня в шею, попутно стягивая мою сорочку. А когда этот элемент одежды оказался отброшен, я ощутила его тёплые губы на моей груди. От этой ласки меня прошибло волной странных ощущений. С одной стороны, они были очень приятными, с другой – отчего-то пугали. Пока я пыталась понять, что же сейчас чувствую, рука Дио переместилась на мой обнажённый живот, но не остановилась, лишь чуть замедлилась. Легко поглаживая, направилась ниже, коснулась резинки пижамных шорт… и нырнула под них. Я вздрогнула, попыталась отодвинуться. Эридио сразу вернул руку обратно на живот и поцеловал меня в губы. Этот поцелуй получился настолько чувственным, долгим, умопомрачительно страстным, что я умудрилась забыть собственное имя. И даже не заметила новую попытку Дио пробраться под мои шорты. Осознала это только в тот момент, когда его пальцы легли между моих ног, прямо поверх тонкого кружева трусиков. Я тут же попыталась дёрнуться, сбросить его руку, и Дио убрал её и прервал поцелуй. – Тили, ты настолько меня боишься? – спросил он и, щёлкнув пальцами, зажёг над нами тусклый огненный шарик. В этом тёплом, красновато-оранжевом освещении комната внезапно заиграла интимными красками. А глаза Дио показались мне тёмно-красными, будто демоническими. – Нет, – поспешила ответить я. – Просто… для меня всё это непривычно. – Тогда давай договоримся так. Если тебе не понравится что-то из моих ласк, ты просто скажешь. Я не стану делать ничего против твоей воли. Ты главная, твоё слово закон. Он смотрел мне в глаза, был так близко, что я с трудом понимала смысл его слов. Но когда осознала, вдруг почувствовала себя увереннее. – Просто позволь себе расслабиться и насладиться, – добавил Дио, проведя губами по моим губам. – Я хочу, чтобы тебе понравилось. Но пока ты напряжена, толку не будет. – Это сложно, – вздохнула я. Дио же усмехнулся и, всё так же глядя мне в глаза, снова отправил руку под резинку моих шорт. Чуть погладил поверх трусиков… и вдруг запустил пальцы под кружево. Он держал мой взгляд, а я не могла ни возразить, ни отвернуться. Меня будто затягивало в тёмные омуты его души, а по телу прокатывались волны приятного сладкого жара. – Мне нравится тебя трогать, Тили, – проговорил он, всё так же глядя мне в глаза. – Ты такая тёплая, мягкая, нежная. Я бы очень хотел заменить пальцы губами. Но ты же испугаешься. – Как… губами? – прошептала я растерянно. Он чуть погладил меня там... и моё тело отозвалось волной наслаждения. – Нравится? – спросил Дио томным шёпотом. – Вижу, что нравится. А так? Он то поглаживал меня у самого края белья, то спускался дальше, почти проникая в меня пальцами, а я уже забыла, что должна стесняться или смущаться. Двигалась ему навстречу, металась, словно в бреду, кажется, даже постанывала. А хитрец Эридио, явно решивший свести меня с ума, накрыл мою грудь поцелуем. И две такие разные ласки в своём безумном сочетании сотворили со мной что-то невероятное. По телу пронеслась волна обжигающей, но такой приятной лавы. Место, где меня гладили пальцы Дио, будто начало сжиматься и вибрировать, а с моих губ сорвались самые настоящие стоны наслаждения. Пока я пыталась прийти в себя, Эридио стянул с меня пижамные шорты вместе с бельём, устроился сверху и жарко поцеловал в губы. Вместе с этим я ощутила между ног давление и жар. А потом вдруг почувствовала, что меня что-то растягивает, проникает внутрь, наполняет теплом… Запаниковать я просто не успела. Дио сильнее подался вперёд, и моё тело пронзила лёгкая боль. – Вот теперь ты вся моя, – прошептал Эридио, прервав поцелуй. – А я весь твой. Я смотрела на него, осознавала, что сейчас он во мне, и не могла понять, что чувствую. Но плохо мне точно не было. Боль постепенно затухала, пряталась, и, когда Дио чуть подался назад, а потом снова вперёд, меня накрыло крайне приятным ощущением правильности. Он снова завладел моими губами, а его плавные движения во мне стали чуть более резкими. В какой-то момент боль прошла полностью – и теперь я чувствовала только наслаждение, которое с каждым мгновением всё усиливалось. Оно словно подталкивало меня к краю пропасти, за которой находилось нечто неизведанное, но очень важное. Я ловила каждый толчок, сама двигалась с Дио в одном ритме, тонула в тепле его тела, в его запахе, в его поцелуях. И вдруг… словно упала с обрыва… прямо в озеро из концентрированного наслаждения. Меня снова накрыло волной удовольствия, и в этот раз оно было другим. Сильнее, острее, ярче. Казалось, я даже на мгновение просто вылетела на изнанку мира и вернулась обновлённой. Дио больше не двигался, но всё ещё был во мне, а ещё там стало очень влажно. На лице моего мужчины отражалось самое настоящее блаженство, а взгляд казался расфокусированным. Когда он снова осмысленно посмотрел на меня, его лицо озарила счастливая улыбка. – Как же с тобой кайфово, – проговорил он чуть хрипло. – Кайфово – это хорошо? – просила я. – Это лучше, чем хорошо. Восхитительно, ошеломляюще, крышесносно, – попытался объяснить он. – Последнее слово я тоже не поняла, – ответила я ему, погладив по чуть взмокшим волосам. – Но смысл уловила. Мне тоже было с тобой хорошо. И ты справился со своей… фобией. – Если честно, я о ней даже не вспомнил, – признался Дио, а на его лице появилась мальчишеская улыбка. – Правда, Тили. Я так тебя хотел, что думать мог только о том, чтобы тебе было хорошо. Чтобы ты от меня не сбежала, не остановила. – Так, может, ты излечился? Снова устроишь вояж по чужим постелям? – я хотела поддеть его этим, но, кажется, больнее ударила по себе. Стоило лишь представить Дио с какой-нибудь другой девушкой, и в мою душу будто впрыснули ядовитых чернил. Стало так горько, пусто, обидно… – Нет уж, – проговорил Эридио и лёг рядом. – Хочу только с тобой. Мне тебя ещё столькому нужно научить, столько показать. Знаешь, у меня никогда не было серьёзных отношений, а тебя я желаю видеть своей женой. Хочу привязать тебя к себе и магией, и законами, всеми возможными способами. – Сыном ты меня к себе уже привязал, – улыбнулась я и уложила голову на его плечо: стоило вспомнить милое личико Аривио, и душу заполнило чувство безграничной нежности и любви. – Не пойму, почему тебя он называет мамой, а меня папой не называет, – с лёгким возмущением сказал Дио. – Так что, да, сын у тебя уже есть. Осталось стать моей женой. – Завтра? – спросила я, вспомнив наш вчерашний разговор. – Не уверен, что получится, – Дио заметно сник. – Сегодня много чего случилось. Отец и Эрик ранены. «Тритон» открыто выступил против нас. Была настоящая бойня… я… даже не знаю, скольких я сегодня убил. Тили… это… ужасно. Я никогда не применял свою магию во вред, а если с кем-то и дрался, то только до первой крови. А сегодня мне пришлось убивать. За себя, за семью. За отца, Эви, Эрика. Я слушала это, внутренне холодея. Слова Эридио звучали для меня, как что-то нереальное, невозможное. Но он точно не шутил. – Я не запомнил их лиц, не знаю их имён. Я просто сражался… как умел. Понимаю, что, если бы не убил я, то убили бы меня. Но от этого почему-то не легче. Он говорил тихо, открывая мне боль своей души, а я слушала и боролась с оцепенением. Понимала, что должна сказать ему что-нибудь, ободрить, утешить, но не находила слов. Поэтому не придумала ничего иного, как просто крепко его обнять. – Эви сегодня точно положил большую часть их отряда, – продолжил Дио. – Эти твари поступили подло, превратили мирные переговоры в бойню. Они виноваты, да. Но… – Всё, перестань, – я приподнялась на руках и нависла над ним, глядя в глаза. – Это в прошлом. Скажи, в тот момент ты мог поступить иначе? Не убивать, а просто усыпить, лишить сознания? – Нет. Подобные плетения из тёмной магии существуют, но создавать их нужно очень осторожно, смешивая стихии. А там стихийная магия не слушалась совсем. Поэтому бил я чистой тьмой. – Ты защищался и защищал своих, – сказала я уверенным тоном. – Ты не нападал первым. – Да, Тили, но… как мне теперь со всем этим жить? – спросил он устало. Я не знала, что ответить, поэтому сказала первое, что пришло в голову: – Просто живи по совести. Делай что-то хорошее, открывай новое. Меняй мир к лучшему. А он вдруг задумался, причём настолько глубоко ушёл в свои мысли, что казалось, будто он действительно сейчас находится не здесь. А когда Дио снова посмотрел на меня, в его взгляде появилась уверенность человека, который всё для себя решил. – Ты права, Тили. Я сделаю, что должен. Вот прямо завтра и начну. Меня даже немного напугала его решимость. – И что же ты должен? – спросила я настороженно. – Избавить Аргаллу от «Чёрного тритона». Я уничтожу эту организацию, она перестанет существовать. И ещё, Тили, я сделаю всё возможное, чтобы между Аргаллой и Землёй больше не было противостояния. Эти миры должны жить в мире и согласии. Я создам между ними крепкий мост. Уверен, это будет самым правильным шагом. *** Я проснулась от пиликания артефакта связи Дио. Он недовольно вздохнул, кое-как нащупал эту штуку на тумбочке и поднёс к уху. – Доброе утро, Дио. Собирайся и быстро ко мне. Как можно скорее, – проговорил кто-то из артефакта. Я глянула за окно, где только-только занимался зимний рассвет. Посмотрела на часы, показывающие семь утра, и обречённо вздохнула. – Эви, чего тебе не спится? – недовольно бросил Дио. – Я уже часа три на ногах, – ответил карильский монарх. – И Тили свою бери, у меня к ней особое дело. Давай, чтобы через полчаса были в моём кабинете. Когда он отключился, Дио обречённо вздохнул и закрепил артефакт на запястье. Ему совершенно точно не хотелось никуда идти, как и мне, но вряд ли получится отвертеться от такого приглашения. – Значит, нам нужно во дворец? – спросила я, подпирая голову рукой. – Слышала? – спросил он, притягивая меня к себе. – Давай поспешим. По пустякам Эви никогда не вызывает. Но я даже не представляю, зачем ему понадобилась ты. – А можно мне не идти? – Увы, нельзя, – сочувственно проговорил Дио. – Но я с радостью приглашу тебя принять душ вместе. Как ты на это смотришь? Это провокационное предложение одновременно и смутило, и завело. При других обстоятельствах я, наверное, всё-таки согласилась бы, но сейчас меня слишком тревожил столь неожиданный вызов короля. Поэтому я поспешила встать с кровати и быстро закутаться в халат. Дио всё понял по моему взгляду. – Хорошо, иди одна. Но в следующий раз обязательно пойдём вместе, – ответил он, подкладывая под голову обе руки. – Тебе так нравится мыться вместе? – спросила я удивлённо. – Ну, если это часть игры, то да, – его глаза зажглись возбуждением. – Секс в душе – это очень даже интересно. Тебе понравится. В ванную я буквально сбежала. Закрыв за собой дверь, глянула на своё отражение и возмущённо фыркнула. Сама не понимаю, почему так смутилась, тем более что ночью уже позволила Дио так много. Но теперь у меня появилось смутное подозрение, что, когда Дио говорил о том, что ему ещё столькому меня нужно научить, он имел в виду совсем не лыжи. И, судя по его взгляду, моему обучению он готов уделить очень много времени. Ладно, подумаю об этом позже. А сейчас нас ждёт король. Значит, нужно поспешить. Душ я приняла быстро. Пока Дио мылся, я успела одеться, причесаться, даже нанести лёгкий макияж. А через двадцать минут после пробуждения мы уже шагали по очищенной от снега дорожке прямо к портальному павильону. Дворец Карильских королей встретил нас тишиной и спокойствием. Дежурившие в портальной комнате стражи лишь мазнули по нам равнодушными взглядами и спокойно пропустили дальше. Если бы я прибыла сюда одна, точно потерялась бы в обилии переходов, галерей, коридоров и лестниц, но Дио явно хорошо знал это место, и вёл меня вперёд очень уверенно. – Ты жил здесь? – спросила я его. – Да. Я же был сыном наследника престола. Мы все жили в королевском крыле. Родители перебрались в особняк, когда мне было лет двенадцать, – ответил он. – Зато я успел изучить это здание и потайные ходы, составить карту их всех. Меня даже пытались остановить, наказать, но вступился дед. Он тогда был королём, и, вместо запрета, просто выдал мне в сопровождение пару опытных магов. Вот с ними мы всё тут и излазили, и карту я всё-таки составил. Правда, она теперь хранится где-то у Эви, на неё наложено немало охранных плетений, да и увидеть в ней хоть что-нибудь может только тот, в ком сильна кровь Карильских. – Но почему? – не поняла я таких ухищрений. – Эти знания опасны. Если попадут не в те руки, многие могут пострадать, – пояснил Дио, сворачивая в очередную галерею-переход, соединяющую одно здание с другим. – А почему твой отец так и не стал королём? – спросила я. – Эвенар же самый младший из детей твоего деда. – Ага, пятый ребёнок, – усмехнулся Дио. – У них с моим отцом двадцать шесть лет разницы. Но почему дед решил отдать трон Эвенару? Знаешь, мне кажется, что это было мудрым решением. Мой папа хороший политик, но ему всегда куда больше нравилось вести расследования и разгадывать загадки. Другой мой дядя, Эльнар, тоже любит Карилию, да и дипломат он прирождённый, но ему не достаёт жёсткости. А вот Эви – идеальный правитель. Он хитрый, решительный и уверенный в себе, но при этом не боится признавать свои ошибки, умеет быть гибким. Своего он никогда не упустит и не отдаст, с ним королевство может спать спокойно. Я слушала его с интересом и удивлением, а мысленно соглашалась, что для образа короля он подобрал самые правильные слова. – А где сейчас твой дед? – спросила я. – Он сорок лет Карилией правил, а теперь, представляешь, ударился в виноделие и рыбалку. Разбил виноградники, построил небольшой завод. Всё пытается вывести какой-то особый вид вина. А в промежутках ловит рыбу в реке рядом с усадьбой. И бабушка вместе с ним. Знаешь, мне кажется, они, наконец-то, счастливы. Могут жить так, как им хочется. – С ними ты тоже поругался? – спросила я, крепче сжав его руку. – Да-а-а, – покаянно протянул Дио. – Нужно будет наведаться к ним, извиниться. Да и с правнуком их познакомить. И с тобой. Я одарила его растерянным взглядом, но отвечать не стала. Ясное дело, что знакомиться всё равно придётся, но я так много плохого слышала от отца о бывшем короле Эмбрисе Карильском-Мадели, что мне просто страшно с ним встречаться. Вдруг ещё пришибёт, едва узнав, чья я дочь? За этими разговорами я не заметила, как мы подошли к кабинету короля. Причём, это, определённо, был его личный кабинет, потому что попасть в него можно было через гостиную и небольшой коридор. Когда мы вошли, его величество завтракал в компании молодой черноволосой девушки в бежевом брючном костюме. Причём она почему-то сидела у него на коленях. При нашем появлении эта особа попыталась встать, даже заметно смутилась, но Эвенар удержал её на месте. – Свои, Фел, – улыбнулся король и жестом указал нам на свободные кресла. – Угощайтесь. Вы же явно поесть не успели. – Доброе утро, – поздоровался Дио и помог мне сесть. – Простите, если помешали. Но ты сам нас вызвал. – Это я настояла, – ответила ему брюнетка, заправив за ухо длинный локон, и красноречиво посмотрела на меня. – Фел, это Тили. Точнее, Мартина Гирадо, – прожевав, представил меня ей Эвенар и повернулся ко мне. – А перед тобой, Тили, моя супруга, её величество Арфелия Луиза Карильская-Мадели. У меня после его слов будто камень с души упал. Я-то подумала было, что он тут с любовницей развлекается. Оказалось, с законной женой. Впрочем, супруга ему точно под стать. – Вчера я весь день провела с детьми, которых освободили из лаборатории «Тритона», – проговорила её величество, всё же пересев с колен супруга в свободное кресло. – Их много, они все разные, как по характерам, так и по возрасту. Самой младшей год, самой старшей – семь. Но у всех этих детей раскрытый магический дар и несколько стихий. Да, их можно начать учить, но я боюсь, что их магия окажется слишком сильна для их хрупких тел. Они ведь изначально люди, а не маги. У них нет врождённых энергетических каналов. Их магия бежит по венам вместе с кровью. Я посоветовалась с несколькими профессорами, с целителями, и мы пришли к выводу, что детей нужно как можно скорее вернуть на Землю. Уже там наши целители помогут их магии уснуть, и эти дети получат шанс выжить. Возможно, позже энергетические каналы у них сформируются, и дар снова раскроется. А может, так и будет спать. Этого сейчас точно сказать нельзя. Я слушала её, а по спине у меня бегали холодные колючие мурашки. Королева говорила настолько искренне и проникновенно, будто всей душой переживала за освобождённых детей. И, видимо, так оно и было. – Я беседовала со старшими ребятами, – продолжила она. – Они ещё помнят родителей. У многих есть родные. Детей нужно вернуть в семьи. В крайнем случае, подобрать им хороших опекунов. Эти малыши и так натерпелись, мы обязаны помочь им получить нормальную жизнь. Правда, за всеми ними придётся присматривать. Ведь магия в них есть, и однажды она может проснуться снова, даже на Земле. – Как нам найти их родных? В лаборатории были данные по детям? Хотя бы имена, фамилии, даты рождения? – спросил Дио. – Были, – ответил Эвенар. – С этим мы разберёмся. Детей вернём, всё организуем. Но вы нам тут нужны не для этого. Он повернулся ко мне, посмотрел в глаза и, сложив ладони домиком, сказал: – Если не остановить «Тритон», то на Аргаллу привезут новых детей, из которых снова попытаются сделать магов. Мы, конечно, постараемся помочь им, но это борьба с последствиями. А бороться нужно с причиной. Следовательно, с «Тритоном», с организацией, которой помогает и покровительствует твой отец. Вчера, Тили, он не явился на переговоры, отправив вместо себя два отряда убийц. Как ты понимаешь, моё терпение лопнуло. Я могу прямо сейчас дать отмашку войскам и начать войну с Гаусом. Но при этом пострадают люди с обеих сторон конфликта. Мне же нужно добраться до князя и решить вопрос с ним. Сейчас он прячется в своём дворце, в окружении охраны. Достать его оттуда можно через штурм или… Он замолчал, продолжая буравить меня взглядом. А я пока не понимала, что именно ему от меня нужно. – Или, Мартина, мы можем попробовать перенестись к нему через тебя. Этот вариант предложил Эрик. Вы с князем связаны кровью и ментально. Эрик усилит эту связь, а Анна сможет перенестись к нему вместе с тобой и парой наших агентов. Конечно, мы могли бы просто проникнуть в его дворец, утроить там потасовку, но есть вероятность, что он снова спрячется. А я, Тили, не хочу бойни, мне вчерашней за глаза хватило. Ты же можешь помочь решить текущую сложную ситуацию мирно. – Но что будет после того, как я попаду к отцу? – спросила я дрогнувшим от напряжения голосом. – Вы с Анной перенесёте его ко мне. А дальше я сам справлюсь. – Вы его убьёте? – прошептала я, а сердце в моей груди стучало так быстро и испуганно, что стало больно. – Я буду с ним говорить. Да, привлеку менталистов. Да, Тили, буду угрожать, в том числе, и твоей смертью. Но какой у меня выбор? – его взгляд стал острым, злым, а губы сжались в тонкую линию. – «Тритон» нужно остановить. Сейчас это можно сделать через князя. Дальше будем действовать иначе, но в нынешних обстоятельствах я вижу только этот выход. На нормальный диалог твой отец идти отказался, или ему просто не позволили. Поэтому говорить с ним мы будем на моей территории. – А если я откажусь? – спросила я с надеждой. – Что вы сделаете? – Заставлю, – холодно сказал король. – Эви, не перегибай, – ледяным тоном осадил его Эридио и резко поднялся. – Я не дам тебе обижать Тили! Из воздуха вдруг появилась огромная чёрная пантера, она толкнула лапами Дио, и тот упал обратно в кресло. Я вжалась в спинку, выставила ладони в защитном жесте, даже создала в руке атакующее плетение, но кошка вдруг лизнула Эридио в щёку и замурчала довольно приветливо. – Сиди, герой, – бросил Эвенар и снова посмотрел на меня. – Тили, твой родитель творит крайне опасные вещи, которые могут привести наш мир к полному краху. У меня есть подозрение, что на него давят, я же в силах помочь. Тебе разве не жаль детей, над которыми ставят опыты, угрожающие их жизни? Забирают от родителей, держат в лаборатории. – Он мой отец, – я медленно и растерянно покачала головой. – Да, от которого ты бегаешь уже пять лет. Который приставил к тебе охранника-менталиста, направляющего твои побеги. Он прятал тебя от «Тритона». Тебя хотели использовать для экспериментов. Ты должна была выносить и родить тёмного мага, который по силе превзошёл бы любого из нас. Они создали препарат, который сделал бы это возможным. Но когда об их намерениях узнал твой отец, он организовал твой побег. Именно этот факт, о котором на допросе поведал нам твой охранник, даёт мне надежду, что с князем всё-таки можно договориться. Я сидела, как громом поражённая. Слова короля меня пугали, но чем больше я обо всё этом думала, тем отчётливей понимала, что в стороне остаться не получится – мне просто не позволят. – Тили, ты поможешь нам? – спросила королева, а в её голосе звучала просьба и надежда. – С моей стороны это станет предательством, – ответила я ей, на короля же теперь старалась не смотреть. – Да, – сказал Эвенар. – Но ты поможешь спасти сотни, тысячи жизней тех людей и магов, которые вообще ни при чём. Ты поможешь избавить Аргаллу от незваных гостей. Ты дашь шанс на нормальную жизнь тем детям, которых используют в экспериментах. А ещё… если ты выбрала Дио своим мужчиной, то ты проявишь лояльность к нашей семье и накажешь тех, кто три года использовал кровь его маленького сына. Перед моими глазами, словно наяву, появился Аривио. Я увидела его таким, каким он был при нашей первой встрече – испуганного, растерянного, готового защищать свою жизнь… и это в три года. Да, меня уговаривали предать собственного отца, но если я откажусь, то предам Ари, которого вчера едва не похитили по моей вине. И сейчас, выбирая между папой и маленьким мальчиком, называющим меня «мама Тили», я выберу Аривио. Потому что он поверил мне, доверился. И пока на Аргалле есть «Чёрный тритон», Ари всегда будет в опасности. А этого я допустить никак не могу. – Хорошо, я согласна, – проговорила я, медленно выдохнув. – Но перед этим я хочу поговорить с Берти… тем охранником, которого поймал Эрик. Король удивлённо откинулся на спинку кресла, а чёрная пантера отпустила Дио и, обойдя стол, села рядом к Эвенаром. – Поговоришь. Можешь прямо сейчас отправиться в его камеру. Дио проводит. Часа тебе хватит? – спросил его величество. – Да, – кивнула я и поднялась на ноги. Уже хотела шагнуть к двери, но меня остановил голос королевы: – Тили, вы могли бы уделить мне пару минут? Конечно, я кивнула. Да и как отказать супруге короля? Тем более, в её голосе было нечто такое, что зацепило мою душу. Мы вышли в коридор, а Дио с Эвенаром остались в кабинете. Когда за нами закрылась дверь, её величество прошла несколько шагов и остановилась. – Тили, я понимаю вас, как никто другой. В какой-то степени я была на вашем месте, но в подробности вдаваться не буду. Хочу сказать вам, чтобы вы не винили себя. Да, сейчас вас может мучить совесть. Да, с какой-то стороны вы действительно предаёте своего отца. Но разве он не предал вас? Вчера вас подставили не с его ли подачи? Но даже если он не виноват, если тоже жертва, мы это обязательно выясним. Эвенар не станет его убивать, он тоже склоняется к мысли, что на вашего отца давят, возможно, даже магически или ментально. Но вышвырнуть тритоновцев с Аргаллы и из Гауса без помощи князя мы не сможем. Она замолчала, отвела взгляд к окну, словно раздумывая, стоит ли сказать что-то ещё. А я смотрела на неё, разглядывала королеву Карилии, но видела перед собой довольно молодую девушку. Сколько ей? Кажется около двадцати семи, хотя выглядит она моложе. Каково ей в таком возрасте быть королевой? – Я знаю, что произошло с Дио, – сказала она тихо. – Мы с ним не очень близко знакомы, но причина в том, что он долго бегал от семьи. Они с Эви, считай, почти ровесники, да и внешне похожи, вы и сами это заметили. «Тритон» оставил огромный шрам в его душе. И всё же Дио даже сейчас может потребовать у Эвенара не втягивать вас во всё это. Потому что вы явно ему очень дороги. – И он очень дорог мне, – призналась я, не видя смысла это скрывать. – Тогда, вместо того, чтобы винить себя в предательстве, лучше думайте, что помогаете Дио, его маленькому сыну, другим детям, пострадавшим из-за «Тритона». Вы даже своему отцу помогаете, который явно оступился. Но помните, что его ошибки – последствия его действий. А свою жизнь вы строите сами. Я медленно кивнула, вглядываясь в её очень добрые жемчужно-серые глаза. Удивительная она всё-таки. Казалось бы, зачем вообще завела этот разговор? И у меня есть только один ответ: чтобы мне стало легче. – Спасибо, – проговорила я. – У вас всё получится, – ободряюще улыбнулась королева. А потом вдруг добавила: – И мы с вами ещё покатаемся на лыжах. Надеюсь, вы составите мне компанию? После этих слов я уже не могла не улыбнуться в ответ. – Буду только рада.