Глава 27

Оказавшись на улице, опасливо оглядываюсь. Везде снует охрана, в вольерах носятся овчарки. Во дворе стоят две припаркованные машины. Черные, огромные, тонированные. Обхватываю себя руками. Все-таки холодно мне в одной рубашке. Даже белья ведь нет. Проклятье. Сжимаюсь вся, когда Бес подходит ко мне. Машинально от него назад пячусь, но он быстрее и ловко за руку меня ловит. – Пожалуйста… – не знаю, о чем даже прошу. Чтоб не делал больно, наверное. Этого боюсь, но Бес игнорирует мою просьбу, и я замираю, когда вижу, как этот высокий сильный мужчина быстро снимает с себя кожаную куртку и набрасывает мне ее на плечи. Тут же согреваюсь. Она такая горячая, как и он. И пахнет так же. – Зачем… Зачем вы делаете это? Смотрю на своего палача и правда не понимаю. Он играет со мной или нет? Не знаю. Я вообще теперь его не понимаю. – Садись в машину. Быстро, – чеканит он и переглядывается с тем вторым мужчиной, который ему кивает. Виктор его зовут, кажется. Он стоит поодаль и говорит что-то в рацию. Похоже, он общается с охраной, так как в следующую секунду открываются ворота, показывая мне такую желанную дорогу к свободе. В голову сразу же лезут картинки дома, как я вернусь, как мама меня будет встречать и обнимать, как я буду реветь у ног отца за то, что из-за меня с ним случился инсульт. Мы все поправим, я вернусь на учебу, и все будет как прежде… я так сильно этого хочу. Осторожно тяну руку к двери машины и сажусь на переднее сиденье. К нему. К своему палачу, на которого даже смотреть спокойно не могу. Ураган во мне плескается, когда он рядом, сотканный из боли, страха и еще чего-то… что тогда ощутила с ним рядом. Огня. Оказавшись рядом с мужчиной, кутаюсь сильнее в его куртку. Она согревает. Дает ощущение моей единственной защиты от зверя. Не знаю, куда деть глаза, как вести себя и что делать. Мелком поглядываю на Беса. В белой рубашке, закатанной до локтей, и черных джинсах. Сосредоточен и напряжен. Вижу только, как сильно смуглыми руками он сжимает руль и, выехав на трассу, сразу набирает скорость. Он куда-то очень сильно торопится, и я не знаю, куда и почему мы так сильно спешим. Уже за минуту стрелка спидометра переваливает за двести, и тут уже мне становится действительно страшно. Я не переношу никакого экстрима и скорости. В груди от этого тут же что-то дергается. А может… может, он это специально, чтобы мы вместе разбились? – Это очень быстро! Пожалуйста… Мы разобьемся так! Зверь не реагирует и продолжает набирать скорость. Почему-то желваки на его скулах сжимаются, и я не понимаю почему. Что не так, что изменилось… Куда он так спешит? В машине мертвая тишина, и слышно только наше дыхание и, наверное, мой бешеный стук сердца. Что он делает, господи, что происходит?! Вздрагиваю, когда слышу трель телефона. Мелодия звенит снова и снова, однако Бес почему-то игнорирует его, смотря прямо на дорогу. Невольно взгляд на него бросаю. Крупные жилистые руки, заметно смуглые на фоне белой рубашки. Спина и плечи широкие, сосредоточенный взгляд. Наверное, я бы могла влюбиться в него без памяти, если бы этот мужчина так неистово не желал мне смерти и не ненавидел меня всем своим существом. Телефон все не замолкает, и почему-то мне становится жутко. Вжавшись в сиденье, я смотрю то на дорогу, то на Беса, на его напряженные плечи, суровое лицо, сильные пальцы, которыми он сжимает руль до хруста. – Что происходит? Скажите правду, пожалуйста, – шепчу ему. Голос сел. Как же меня пугает эта неизвестность, однако Бес везет меня в безопасное место – ведь так он сказал? Значит, со мной все будет хорошо, обязательно будет. – Ничего. Пристегнись, – басит он, даже не смотря на меня, тогда как я невольно обращаю внимание на зеркало заднего вида и вижу три черные машины, следующие за нами. Даже на такой бешеной скорости. Боже, они едут за нами точь-в-точь, не отставая! Пытаюсь пристегнуть ремень безопасности, но у меня ничего не выходит, и тогда Бес сам тянет руку ко мне и, не обращая внимания на то, что от движения этого я сильнее вжимаюсь в сидение, одним щелчком пристегивает на мне этот чертов ремень. Его телефон звонит снова, и на этот раз Бес сразу поднимает трубку. – Да. Да. Едем! На нашем месте. Старом. Шавок своих убери. Бесят, – Бес говорит холодно, с силой сжимая телефон, а у меня от его голоса могильного и этих слов в груди что-то сжимается. Понимание приходит быстро. Он вовсе не в безопасное место везет меня. Бес везет меня на казнь!