Глава 26

В эту ночь, на удивление, я сплю спокойно. Мне ничего не снится, а еще впервые в этом доме я не дрожу во сне и не задыхаюсь от ошейника, однако лучше бы я замерзла на полу, чем, открыв глаза, поняла, что обнимаю Беса! Сама, обхватив его торс рукой. Сон улетучивается за секунду, и я кулем сваливаюсь на пол. Быстро осматриваю себя. Зверь меня тронул снова или нет? Прислушиваюсь к себе. Душа не кровоточит, тело не болит, а значит, нет. Не тронул, и я не знаю почему. Обхватив колени руками, подлезаю в свой любимый угол, однако мои копошения не проходят незаметно. Мужчина поднимается и окидывает меня прямым взглядом. Не пойму его реакцию… Бес смотрит на меня недовольно, и, кажется, он прекрасно знал, что я полночи с ним проспала. Сжимаюсь вся, когда он поднимается и мимо меня идет в душ. Он сегодня еще более мрачный почему-то, хотя, по идее, должен быть довольным. Мое время истекает. И скоро Бес отплатит мне за все. Я не двигаюсь, пока зверь не возвращается из душа, и как завороженная пялюсь на него, когда, выйдя из него, он быстро одевается. Мы не говорим сегодня, да и мне нечего ему уже сказать, если честно. Я ночью все ему молча сказала, купаясь в слезах и боли. А теперь… одна лишь пустота мрачная в душе плескается, и, если честно, я, наверное, уже хочу, чтобы казнь наступила. Ожидание смерти невыносимо. Лучше сразу, чтоб не затягивать. Чтобы мне не было так… до дикости страшно ждать своего конца. Бес молча выходит из комнаты, и я слышу громкий хлопок двери. Кажется, ему уже не терпится отомстить мне сполна, тогда как я все еще тайно надеюсь, что он хотя бы сделает это не больно для меня. Пожалеет? Нет, конечно, но пусть хоть, как собачку, усыпит. Без боли. Поднимаю глаза к небу. Пасмурно сегодня, однако все же красиво. Мне не наглядеться уже на тучи эти синие. Три дня, уже даже меньше. Так много и мало. Для кого-то ерунда, а для кого-то вся жизнь пройдет. Не знаю, сколько сижу так на полу. Час или два, наверное. Мне не хочется есть, мне уже ничего не хочется. Я просто смотрю в окно. Нет, я не плачу. Мне просто очень грустно, ведь я еще ничего не успела. У меня не было первого поцелуя, не было свидания и парня, не было любви. У меня есть только Бес, который меня ненавидит так сильно, что убьет за это. Одно только радует: ему точно станет легче после моей казни. У него перестанет болеть душа, и он наконец в полной мере отомстит за свою семью. Вздрагиваю, когда дверь резко распахивается, а в дверях Он стоит. Еще более злой и мрачный, чем был до этого. Бес. Он вернулся. Впервые так рано. Обычно я его только вечерами или ночами видела, а тут… обеда даже еще нет. Мельком смотрю на мужчину, и кровь стынет в жилах. Он точно не такой сегодня, как обычно. Еще более серьезный и какой-то… по-звериному дикий. Поймав его прямой взгляд на себе, машинально пячусь назад, однако в последний момент вспоминаю: нельзя. Он ожидает иного – покорности и полного подчинения, а злить мужчину я не хочу. Не могу уже, да и смысла нет. И так… все со мной ясно. За то, что мой отец сделал его семье, мне нет прощения, и надеяться на что-то иное глупо. Опираясь о холодный пол ладонями, я становлюсь перед ним на колени. Странно даже, раньше я бы рассмеялась, если бы мне кто-то сказал, что я такой покорной буду, а теперь нет. Мне совсем уже не смешно. Мне больно только. Очень. Поворачиваюсь и вижу валяющуюся рядом цепь с ошейником. Осторожно беру и ему протягиваю. Не смотрю больше Бесу в глаза. Не могу просто. Не шевелюсь. Как застыла вся перед ним. Бес стоит в двух метрах от меня и просто сверлит взглядом. О чем он думает, чего еще ему нужно, что еще он не отнял у меня… – Встань. Не двигаюсь. Знаю, если поднимусь, буду наказана, поэтому даже не думаю двигаться. – Ты меня услышала, девочка? Его голос низкий и такой бархатный, ненавистью ко мне пропитан. Как лезвием по плоти. Болит. Щемит где-то в сердце до скрипа. – Вот. Лучше так… так сделайте. Протягиваю ему цепь. Пусть лучше ошейник снова наденет, привяжет и уйдет, как обычно. Мне так будет проще. Намного проще. Застываю, когда Бес быстро подходит ближе и перехватывает мое лицо рукой. Поднимает, заставляя на себя посмотреть, однако я не могу. Глаза прикрываю. Мне страшно смотреть на него. Ведь Бес такой красивый внешне, пусть даже со шрамом, а глаза его холодные. Мне страшно дышать рядом с ним, и я словно умираю, когда он прикасается ко мне. – Открой глаза, мотылек. Посмотри на меня. По коже мурашки бегут, когда мужчина проводит ладонью по моему лицу. Наплевав на страх, я глаза свои распахиваю и с его омутами встречаюсь. Холодные, серебристые, красивые, его глаза завораживают, и, наверное, я даже рада, что именно он мой палач. До безумия красивый, опасный и, конечно, ненавидящий каждую мою клетку. Не шевелюсь, пока Бес ко мне прикасается. Знаю, он умеет делать больно и сделает. Обязательно сделает так больно, как и должен. За все, что моя семья сделала ему. Вдыхаю только запах его дурманящий и ненавижу себя за то, что мне нравится этот запах, как и он. Мой красивый демон, мое чудовище, мой страшный жестокий палач. Мужчина отпускает мое лицо, но при этом берет меня за руку и поднимает с пола, тогда как я уже вообще не понимаю его. Чего он хочет? Чего еще ему нужно… – Ступай за мной, – чеканит холодно и серьезно. В одной только его белой рубашке я осторожно выхожу за пределы комнаты следом за Бесом. Я уже выходила из спальни трижды, поэтому уже немного ориентируюсь в доме, однако все же опасаюсь сделать любое неверное движение. Мое тело почему-то какое-то слабое, поэтому я едва успеваю за быстрым шагом Беса. Спустившись за ним на первый этаж, я останавливаюсь, когда вижу его у открытой входной двери. – Что ты застыла? Выходи! – рычит он, а я как к месту прирастаю. Липкий страх окутывает все тело разом. – Вы же сказали, что у меня есть еще три дня до казни. Еще рано… – Иди за мной, я сказал, – чеканит он строго, но я даже не думаю идти на встречу смерти. – Нет… Пожалуйста… Я никуда с вами не пойду. Не пойду! – выкрикиваю, видя, как Бес надвигается прямо на меня. *** Понимание приходит быстро, и я чувствую крупную дрожь в теле. Бес просто передумал. Ему некуда меня везти, кроме как на казнь, и осознание этого просто загоняет клинок в душу. Мужчина настигает меня в два счета, поэтому я даже шагу ступить не успеваю. Он перехватывает мою руку, не давая сбежать, хотя куда бежать? Это его дом, его охрана, его жизнь, в которой я всего лишь… жертва. – Нет, нет! Прошу, не надо! – Тихо! Хватит реветь, я сказал, ты должна слушать меня! Хватка у Беса стальная, и я чувствую, как вскоре горит рука. Плавится от его прикосновения, раздирает до кости, хоть он и не делает мне больно, а просто держит, не давая убежать. – Прошу! Дайте прожить эти три дня. Умоляю, не надо так рано, нет! Я кладу свою ладонь поверх его огромной руки. Не знаю, зачем так делаю, просто… хочу еще немного времени. Еще три дня. Вымолить у зверя. В этот самый момент с глазами его встречаюсь. Сосредоточен и серьезен. О чем он думает… Господи. – Упокойся! У нас времени нет на твои слезы! – Не надо! Пожалуйста… – Ты поедешь со мной. Ясно? Мотаю головой. Ничего мне не ясно. Если вчера каким-то чудом мне казалось, что я смелая и мне все равно уже, то сегодня это все куда-то делось. Осознание скорой смерти острым лезвием притрагивается прямо к горлу. Ласково, нежно, но я знаю, что один рывок – и меня нет. – Не н… надо сегодня, не так, не так!!! – выкрикиваю ему в лицо. Пусть что хочет теперь делает, но я не пойду на смерть добровольно. Дыхание сбивается, когда Бес за плечи меня с силой перехватывает, встряхивая и заставляя посмотреть прямо себе в глаза. – Блядь, девочка, послушай меня хоть раз спокойно! Посмотри на меня. На меня! С тобой. Все. Будет. Хорошо. Ты сейчас сядешь ко мне в машину, и я отвезу тебя в другое место. Безопасное. Ты будешь находиться там, пока я не заберу тебя, поняла? Всхлипывая, смотрю в его глаза и не знаю, можно ли верить Бесу или нет. Мне так хочется поверить ему, но как я вообще могу доверять тому, кто проткнул ножом мое сердце, прокрутив его, чтобы лучше кровоточило? – Что это значит? Я не понимаю… Вижу, как Бес отпускает меня, после чего отворачивается. Вижу, как хрустит пачка сигарет в его руке. Сильно, превращаясь в клочья. – Я даю тебе выбор. Или ты веришь мне и едешь сейчас со мной, или дальше ждешь казни, – чеканит Бес, выходя за дверь, тогда как я остаюсь на раздорожье. Поверить тому, кто должен меня убить… что может быть страшнее? Однако, с другой стороны, есть ли у меня выбор? Ждать смерти, трясясь как заяц и считая минуты до казни. Не хуже ли это самой казни… Пожалуй, у меня нет выбора. Мне просто некому больше верить, кроме своего палача, а верить ему мне хочется сейчас просто невероятно сильно. Это как последняя ниточка для утопающего, за которую я хватаюсь что есть сил. Неужели он дает мне шанс, неужели передумал меня казнить… если это так, то я возьму его. С радостью. Набрав побольше воздуха, я выхожу из дома следом за мужчиной. Голые ноги тут же обдувает ледяной ветер. Я босая. У меня нет ни обуви, ни куртки, не говоря уже о шапке да варежках в такую погоду. Боже, сегодня так холодно, и впервые за столько дней я вдыхаю свежий зимний воздух. Легкие обдает морозом, однако сейчас от волнения я этого не чувствую. Мне даже жарко, и, наверное, это хорошо. Тучи на небе опускаются, однако я понимаю, что назад дороги нет. У меня нет иного варианта. Если жить хочу, я должна поверить зверю.