Глава 6

Утром вся информация о Лейле Царской лежит на моем рабочем столе. Жёлтая папка с ее фамилией на большом мониторе. Николай постарался.

В ней с несколько десятков файлов. Фото, видео, документы. Даже налоговая декларация за прошедший год. Моя рука двигает курсор мышки к пол-папке с фотографиями.

В паху становится жарко, когда на меня смотрят с экрана ее колдовские кошачьи глаза. Сердце ускоряется, в висках стучит, словно набатом.

Есть фото ее студенческих времён. Определено, Лейла из тех женщин, что расцветают с каждым прожитым годом. Вот она в свадебном платье рядом с крепким мужчиной. Первый муж. Они развелись спустя три года — гласит отдельный абзац в ее биографии. Мне приходится открыть этот документ, потому что знать, что она принадлежала другим, видеть ее с кем-то кроме себя становится тяжело. Со мной такого никогда ещё не было. Сухие стоки, гласящие о расставании, приносят неожиданное облегчение.

Темная волна поднимается вновь, когда в кадре Лейла с ребенком на руках. Видимо, на прогулке. Даже располневшая после родов фигура ее не портит, она не менее роскошна с формами, чем сейчас, когда ее фигура выточена фитнесом. Такие, как Лейла, всегда будут оставаться желанными.

Смотрю в биографию. Отец неизвестен. Есть отсылка к очередной пол-папке — там путаный отчёт о вероятном эко-оплодотворении в центре репродуктивной медицины. Медкарта. Рука замирает. Меня останавливает некий барьер. Как бы я не желал эту женщину, эта информация личная. Я не стану ее оскорблять тем, что сую нос в такие детали. Мне хватит малого. Информация о родах. Мальчик, зовут Егором, отчество как у Лейлы — дедушкиной, выходит. Очень много инфы касательно ресторана. Это мне малоинтересно.

Далее идёт непроверенная информация, выдержки из прессы. У нас любят придумывать всякие небылицы, в особенности про тех, кто никого в свою личную жизнь не пускает. Что ей только не приписывали — и романы, самые тайные из которых с Олегом Винником и Андрэ Таном, и что ребенок на самом деле не ее, а взят напрокат (WTF?) Если бы это все было на бумаге, я бы смял вырезки и вышвырнул в мусорное ведро. Жёлтой прессе там самое место.

Так, вот это уже интереснее. Музыкальные предпочтения, любимые напитки и блюда… Конечно же все поверхностно и условно, но зацепка хороша для того, чтобы попробовать. Все остальное я сам о ней узнаю в процессе непосредственного общения.

В двери стучат. Продюсер программы "Ревизор". Сворачиваю открытые окна, и мне призывно улыбается с заставки известная испанская модель.

— Мир, что по поводу "Черной жемчужины"? В принципе можем монтировать, эпизод оценивания снимем дополнительно. Что думаешь по этому поводу? У нас все основания разнести ресторан Лейлы Максимовны. Правда, придется притягивать за уши. Будем давать им второй шанс?

Я складываю пальцы в замок, чтобы скрыть недобрую дрожь предвкушения.

— Теоретически да. Но ты и сам понимаешь, этого мало. Нет у нее серьезных нарушений. Если громить, то можешь сразу занести в черный список сеть "Белла Карта". Когда я не держу руку на пульсе, там бардак ещё похлеще.

— Своих мы не трогаем, ты же знаешь.

— Я стараюсь быть объективным. Если разнести их сейчас, факт того, что я совладелец конкурирующей сети всплывёт. Будет не айс. А из нарушений у нее сорванная из-за человеческого фактора генеральная уборка.

— Но ты же понимаешь, это заказ.

— Да? Ты уде взял деньги от Бойко?

— Не зарывайся, мы независимая программа!

— В таком случае в жопу заказы. Хватит стелиться под тех, кто не умеет достойно проигрывать. Мы переснимем ещё раз. Да, я знаю, что сейчас там все блестит, они готовы к тому, что мы приедем, но бл*дь, ты видел материал. Так скажи мне, это нарушение?

Надо же, я завелся как школьник при одной мысли о том, что кто-то решил утопить Лейлу. Хотя, о чем это я, я прекрасно знаю, кто именно. Александр смотрит на меня с удивлением. Никогда я так горячо на реагировал за два года нашей совместной плодотворной работы.

— Переснимем, я не против. Нас потом все равно поимели бы в "Страстях по Ревизору". Акцентировали бы твою сопричастность. Когда?

А я его едва ли слышу. Вижу улыбку Лейлы. Чувствую аромат ее духов и кожи. Вспышка болезненного возбуждения перемещается в низ живота. Твою мать, она стала моим наваждением. Она разбудила весь мой зоопарк в голове. Я готов похитить ее и не выпускать из постели. Как и из своих мыслей. Своей жизни.

— Дай мне два дня, — чего мне только стоит, чтобы голос не дрожал, а дыхание оставалось ровным. — Сейчас они во всеоружии, а потом расслабляться. Не ждут нас так скоро. Мы вновь организуем эффектное появление.

— Хорошо, Мир. Все, как захочешь, — Александр все же не успевает скрыть улыбку в который так и читается: "Не думай, что я не догадался, что на самом деле происходит".

А я жду, пока он уберется. Долгие, невыносимо долгие пять минут. И мои мысли вновь возвращаются к ней, той, чей образ не затмит даже призывно улыбающуюся с экрана Моллин.

Я не могу больше ждать. Прошло чуть больше суток, а она завладела всеми моими мыслями и телом тоже. У меня встаёт при одной только мысли о ней. Я представляю, как поцелую ее впервые — мне хочется сделать это нежно, но я знаю, что ничего не выйдет. Я буду пить поцелуй из ее губ, пока она не взмолится о пощаде. Я не дам ей ни малейшего шанса избежать того, что случится после поцелуев. Но она сама будет этого хотеть до умопомрачения. Не может не хотеть. Я видел в ее глазах то, что не предназначалось посторонним взглядам. Чувствовал реакцию ее восхитительного тела. Мы уже отымел друг друга через зрительный контакт. Осталось дело за малым…

Ждать больше нельзя, я чокнусь. Сегодня. Сегодня я овладею той, что осмелилась пробудить во мне эти гребаные чувства. Разжечь страсть, которой я до того не знал, даже со Славой, которую когда-то любил.

В папке с информацией есть ее адрес и все номера телефонов. Сердце ускоряет бег, эрекция натягивает брюки, а когда я слышу ее голос, мир окончательно рушится в тартарары.

— Лейла Максимовна, доброго дня. Это Любомир Марченко. Звоню услышать ваш положительный ответ. Сегодняшний вечер, и можете считать, что табличка у вас на стене. Я пришлю своего водителя.

Я ещё раз обвела долгим, испытывающим взглядом персонал ресторана, выстроившихся в шеренгу. Можно было просто поставить им ультиматум — пока предатель не сознается, никому не видать щедрой квартальной премии. Но я надеялась на то, что во мне есть гены мифического Шерлока Холмса, и я смогу прочитать по языку жестов и мимике.

— Я не буду устраивать внутреннее расследование, хотя вы все прекрасно знаете: отправить каждого из вас на полиграф мне не составит труда. Как и нанять для этой цели профессионала. Просто хочу напомнить, что пока мы процветаем, я не скуплюсь на премии и другие бонусы. Ну так что? Кто-то хочет поделиться тайнами? Или "Белла карта" платит щедрее?

— Лейла Максимовна, дайте мне время, — в лице шеф-повара появляется пугающая свирепость на фоне спокойствия. — Мало кто задумывается о том, что я слышу их разговоры и вижу фальшь. Про такое никто из нас подумать не мог.

— Я узнал не сразу. Плюс я все время был у вас на виду, — Дмитрий чувствует, что я могу интерпретировать его косяк по-своему. — А многие, кто был на этой смене, узнали об этом с приходом съёмочной группы.

Мой пристальный взгляд внезапно задерживается на Алесе. Хостес не смотрит мне в глаза, делает вид, что изучает бокалы на барной стойке. Но я успеваю уловить скрытое злорадство в ее позе. Мол, так тебе и надо, стерва.

— Красивый браслет, — задержалась взглядом на ее запястье. — BVLGARI, если я не ошибаюсь. Ты разве не знаешь, что дресс-код хостес не допускает ношения украшений?

Она посмотрела на меня с вызовом, но тут в ее головку видимо все же долетела причинно-следственная связь. Алеся инстинктивно спрятала руку за спину, отвела взгляд, прокусив губу.

— Нет, это с али-экспресса. Забыла снять…

Лида не сдержалась, хохотнула в кулак.

— А нам рассказывала, что оригинал. Надо же!

Я все поняла сразу. На ее запястье как раз красовались те тридцать серебряников, за которые она меня продала с потрохами. Ее взгляды лишь подтвердили, что я не ошиблась. Иуда вычислен.

— В мой кабинет. А вам всем огромное спасибо. Дмитрий, молодец — клининговая компания на высоте. Нам понадобятся их услуги, пока Оксана не вернётся из отпуска. А теперь приступайте к своим обязанностям. Кухня, вы помните, что вечером у нас ужинает Дмитрий Монатик со своей группой, после чего отбывает на выступление. Будьте на высоте. Алина, сегодня займешь место Алеси. Бар, указания остаются без изменений. И ещё. Поскольку есть вероятность повторной облавы Ревизора, позаботьтесь о стикеризации и сохранении товарного соседства. Свои заначки тоже уничтожить.

У двери кабинета ждала пойманная предательница. Я велела ей войти. Сесть не предложила.

— Значит так, девочка моя. Сама понимаешь, что никакого "по соглашению сторон" и даже "по собственному" не будет. Ты больше не вернёшься в профессию, я об этом позабочусь.

Она знала, что я не разбрасываюсь словами. Что прославлю ее на всю столицу так, что ее и уборщицей не возьмут. Прикусила губу, в глазах полыхнул испуг. Но потом, осознав, что терять больше нечего, а униженные просьбы не помогут, бывшая хостес скрестила руки на груди, насмешливо глядя на меня.

— А не очень-то и хотелось. И я найду работу. И мне будет что ещё рассказать.

— "Белла Карта"? — ее глаза подтвердили то, что я и так знала. — Не рассчитывай на это. Ты использованная прокладка. Ты выполнила свою основную функцию, а Руслан Бойко далеко не идиот, чтобы взять на работу ту, кто продаст за копейки. И кстати, твоя цацка — фейк. Ей цена максимум три тысячи гривен. BVLGARI не допускает такого грубого крепления камней и стыков от формы. Отправляйся в бухгалтерию, получишь расчет. И мой тебе совет, никогда не думай, что ты круче таких, как я и твой заказчик. Ты дешёвка, как и твоя фальшивка на запястье.

Алеся вспыхнула до корней волос и выскочила прочь из кабинета. А я прислушалась к своим ощущениям. Ситуация меня не задела. Бывало и хуже.

Я повернулась к экрану ноута, на котором застыла фотография с Любомиром Марченко. Кажется, это было выступление на "танцах со звёздами". Жаркая волна прокатилась по позвоночнику. Черт, он хорош. Чистый секс. В его позе, во взгляде, в чертах мужественного лица. Почему я это отрицаю? Или меня коробит, что Любомир загнал меня в угол? Нет! Меня это даже заводит. Но есть что-то ещё, что возбуждает гораздо больше. Противостояние. Батл. Дуэль. Я не лёгкая добыча. И не шлюха. Потрясение отдастся за телевизионные регалии. Мне хочется то ли обломать этого напыщенного павлина, чтобы перестал видеть во мне тело для утех, то ли распалить его инстинкт охотника до такой степени, чтобы он слетел с катушек.

Вы верите в телепатию? Я нет. Но как пояснить тот факт, что мой телефон начинает звонить.

— Слушаю вас.

Номер незнакомый, но я даже не удивляюсь, когда слышу голос объекта своих мыслей.

Меня накрывает теплой волной. На губах играет улыбка. Да я как школьница, как это вообще возможно?

Его голос пронзает меня приятными стрелами. Хотя смысл сказанного всплеск негодования и желания обыграть его на его же поле.

— Лейла Максимовна, доброго дня. Это Любомир Марченко. Звоню услышать ваш положительный ответ. Сегодняшний вечер, и можете считать, что табличку у вас на стене. Я пришлю своего водителя.

А он не прост! Матёрый игрок, привыкший получать все, что пожелает. Но я тоже не робкого десятка. Я просто так не сдамся, пусть даже у меня трусики мокнут при одной только мысли о близости с ним.

— О, так скоро? А поговорить? А цветы, кино, леденцы на палочке?

Я провоцирую его и прекрасно это понимаю. Флирт на грани. До чего же мне это нравится! Как и его альфа-пикап в стиле "я сделаю тебя своей".

— Ну, я же не варвар, Лейла. Я закажу столик в "сезонах", если вам так нужна прелюдия. Но пусть это не вводит вас в заблуждение. После ресторана я увезу вас к себе, и сами понимаете, не критиковать бардак на кухне.

— Я понимаю, — мой голос слаще разат-лукума. — И не пора ли нам перейти на ты?

Кажется, я сумела его удивить. Марченко явно ждал возмущения, отказа, речей в стиле "ах, сделайте это со мной быстро и отпустите домой".

— Значит, ты решила покориться?

Мне хочется рассмеяться. Он считает себя завоевателем. А меня — дрожащей от страха плененной принцессой.

— Я решила хорошо провести время с привлекательным и успешным мужчиной. Ты хорош собой, я тоже. Представь себе, я даже знаю, как заставить тебя кончить…

Его дыхание становится хриплым. Оно похоже на рычание голодного зверя. Я только сейчас начинаю понимать, как сильно этот мужчина меня хочет. Готова поспорить, что у него уже стоит. И после нашего разговора ему придется либо помочь себе рукой, либо дождаться вечера и обрушить всю страсти на мою голову. Вернее, не туда.

— Значит, никаких водителей. Я буду в Сезоне. Сообщи, когда закажешь столик, я приеду. Ну, а потом все остальное…

— Ты не забудешь этот вечер, — хрипло произносит Марченко, а я ссылаюсь на занятость и сбрасываю звонок. Что ж, поиграем в твою игру, Любчик. Как тебе такое уменьшительно-ласкательное от твоего имени?