Глава 30

Разумеется, я не сбежала с занятия. Ещё чего! Подвергать мою мечту опасности из-за небольших неприятностей? Тогда что я за магент? Эти мысли пришли ко мне именно после слов Шандатиля. Не знаю, что именно из произнесённого эльфом на меня так повлияло, но я почувствовала себя на поле битвы. И не последним воином, а как минимум во главе войска! Появилась уверенность в собственных силах и желание нестись вперёд во весь опор этой сумасшедшей жизни. Я не позволю себе стать болотом!

Начало урока у дроу я встретила с высоко поднятой головой… и рукой в кармане. Уверенность уверенностью, но и о безопасности не стоит забывать. Тем более что Шандатиль занятие, разумеется, пропустил – по личной просьбе ректора. Алмиус примчался на тренировочное поле с такой быстротой, что мантия развевалась.

Оказалось, что ректора задержали в столице личные дела, и новости, ожидавшие его по возвращении в академию, привели магента в состояние безысходной ярости. Алмиус был крайне недоволен, что его учреждение превратили в площадку для полевых испытаний. А как ещё назвать место, где вот-вот сойдутся тёмный и светлый эльфы? После битвы на всей территории останется ровная поверхность – драконы будут счастливы! А вот люди не очень.

Поэтому ректору пришлось проявить чудеса дипломатии, отделяя чёрное от белого и разделяя эльфов – светлого и тёмного – как можно дальше друг от друга. При этом надо было успокоить мрачных ведентов с магического факультета и уговорить взбешённого Нилая не подавать заявление об уходе.

– Начнём, пожалуй, – отвлекая меня от размышлений, подал голос дроу. – Моё имя Далграназ. Только так, и если не уверены, что произнесёте его правильно, то лучше обращайтесь по званию – корэл.

– А что это значит? – поинтересовалась Джессика и, ойкнув, тут же спряталась за соседа.

– Первый воин короля, – ответила я за учителя, и едва язык себе не прикусила, поймав полный преувеличенного восхищения взгляд дроу.

– Верно, Кэт-рин, – как всегда, растянул он моё имя.

Я подавила вспышку раздражения. Неужели он пытается посеять во мне сомнения в искренности чувств Шандатиля и, воспользовавшись растерянностью, смущением и подозрениями, очаровать меня?

Яйцо в ладони завибрировало, будто отозвалось на мои мысли, и мне вдруг стало весело. Дело не во мне! Просто нашла коса на камень, дракон напоролся на скалу, оборотень встретил свору охотничьих собак… Неужели всё так просто?

Тёмные ощущали себя победителями и послали корэла к нашему королю, а все переехавшие в столицу эльфы попрятались от Далграназа. Все, кроме моего парня. Выполняя обещанное, он посмел посетить приём, на котором был его враг, и даже, не обращая внимания на дроу, представился королю.

Разумеется, после такого негласного вызова у корэла вскипело нутро! Появилось желание приструнить зарвавшегося светлого, прогнуть его, указать место. И при этом не провалить миссию и изо всех тёмных сил демонстрировать миролюбие.

Теперь, когда я догадалась, что происходит, стало так легко, что я едва не рассмеялась.

– Тебя это веселит, Кэт-рин? Тогда сделай это сама.

Услышав вкрадчивый голос дроу, я вздрогнула и подняла голову. Ух, кажется, задумавшись, я что-то пропустила! Напротив корэла, подняв руки так, словно собирался выпустить эгру, стоял Райли. Оба смотрели на меня с интересом, а я беспомощно оглядывалась, надеясь, что кто-то из наших даст маленькую подсказку.

– Экран, Кити, – одними губами шепнула Оливия.

Подруга стояла в компании парней со своего факультета и ещё двух девушек – видимо, будущих боевиков с младших курсов. Все они улыбались так снисходительно, будто меня попросили щёлкнуть пальцами. И возможно, для ведентов оно и было так просто, но вот моя эгра упрямо не желает складываться в защитный экран. А то, что выходит, дроу разобьёт одним дыханием. Поэтому я воспротивилась:

– Это нечестно. У Райли тёмная магия королевской крови, и хотя ведент не учится на боевом факультете, его бы приняли с удовольствием. Я же будущий управленец, моя эгра способна выдержать лишь одно нападение… Да и то не очень сильное.

– Ты со всеми учителями споришь, или я твой любимчик? – выгнул дроу белую бровь.

Раздались смешки, и громче всех заливалась Аннет. Вот её бы сюда, может, ума прибавится. Сколько можно ревновать того, кто не будет ни со мной, ни с ней? Не думаю, что родители обрадуются подобному будущему дочери. Да и сама девушка не пойдёт на такое унижение. Как бы ни вела себя ведентка под влиянием злости сейчас, она всё же не дура. Я ей сочувствовала и не знала, как намекнуть, что с Райли ей не быть, ведь она всё воспримет предвзято.

– Со всеми спорю, – отрезала я и улыбнулась: – Полемика входит в курс обучения будущих магентов, не знали?

– С удовольствием готов обсудить это с вами, – хмыкнул корэл и подался вперёд, – после уроков.

– Простите, учитель, – едва не рассмеялась я. – Подобное общение вне правил этики. Учитель и ученица не могу встречаться вне учебной программы.

Ха! Судя по озадаченной физиономии, этот раунд за мной. А я, не желая останавливаться на достигнутом успехе, повернулась к Райли.

– Думаю, мы уже выяснили, что экран не моя сильная сторона, поэтому…

– Защищайся, Кэт-рин, – сухо перебил меня дроу.

– Что? – растерялась я.

А белобрысый кивнул Райли, и тот, шепнув «прости», выпустил эгру. Я едва успела выставить призрачный щит, который вот-вот уже готов был лопнуть. Застонала от усиливающейся боли, а дроу громко произнёс:

– Как вы видите, экран ведентки Кэт-рин хлипкий и не выдержит больше десяти вдохов. Этого мало, чтобы магент получил помощь боевика. На поле битвы она умрёт, если…

Он выдержал паузу и обернулся, будоража меня странным взглядом.

– Если? – не выдержала Оливия. – Что, учитель? Как магент может себя защитить?

– Примерно так.

Дроу шагнул ближе и, положив ладони поверх моих, повернул руки под определённым углом. Удивительно, но эгра неожиданно полыхнула, и экран не только стал чётким и плотным, но и отбросил нападение Райли.

Веденты ахнули как один. Райли недовольно нахохлился:

– Нечестно! Вы влили свою эгру.

– Нет, – возразил Далграназ. – Это маленькая хитрость усиления защитного экрана. Я лишь показал Кэт-рин, как это сделать. Хотите знать?

– Да! – наперебой загалдели веденты.

Я же пыталась осознать, что произошло. Внутренне как бы осознала, но до головы ещё не дошло. В растрёпанных чувствах сунула руку в карман и обомлела, ощутив кончиками пальцев трещину на гладкой поверхности скорлупы.