Глава 29

Я старалась сосредоточиться на занятиях, ведь что бы ни произошло, у меня есть цель – стать магентом. Но мысли нет-нет да возвращались к заданным дроу вопросам. Я косилась на Шандатиля и спрашивала себя: разве нельзя было изучить всё то, что дают преподаватели, самостоятельно? Учебники доступны, и судя по скорости поглощения эльфом книг, за год мой парень получит знаний больше, чем весь наш курс…

Стоп! Ключевые слова здесь – «мой парень». Шандатиль не сделал ничего плохого. Наоборот, он всячески помогал мне, защищал и даже рисковал ради меня. Ему явно претило присутствие дроу на балу, но он не развернулся, как другие эльфы, а представился королю. И всё ради того, чтобы исполнить обещание и потанцевать со мной.

А чем отплатила я? Подозрениями, которые тут же родились на благодатной почве неуверенности в собственной привлекательности… По сравнению с эльфийками, конечно! Как можно соревноваться с совершенством? Мне даже представить страшно, как мы, обычные люди, выглядим в глазах светлых.

– Что? – едва закончился урок, спросил Шандатиль.

Я вздрогнула и, понимая, что буравлю его пристальным взглядом, поспешно отвернулась.

– Прости.

Эльф притянул меня за талию, и в аудитории раздалось протяжное:

– О-о-о!

Веденты не упустили из виду нашего объятия… Не сомневаюсь, что многие с Шандатиля вообще глаз не сводят. И страшно завидуют мне. Но это не облегчает моей тревоги. Я попыталась улыбнуться и осторожно высвободиться, но эльф пресёк это, увлекая меня к выходу.

– Прогуляемся?

Мы шли по коридорам, и я ловила на себе взгляды любопытных. Как никогда, понимала, что меня оценивают и размышляют, чем же я привлекла такого красавчика. «Прогуляемся» – предложил Шандатиль, а я впервые иначе поняла это слово. Впервые подумала о том, чтобы прогулять занятие. Ведь это был урок дроу.

Мы шли по дорожке меж красиво подстриженных кустов, под подошвами туфель хрустел золотистый гравий, воздух наполнял душный аромат цветов. В полдень хочется спрятаться в тень или вскочить на дракона и, поднявшись высоко, поймать ветер…

– Слушаю, – неожиданно остановился эльф. Поймав мой недоумённый взгляд, уточнил: – Ты все занятия пытливо разглядывала меня. Спроси то, что хочешь понять, – так будет быстрее и проще.

Я поджала губы. Быстрее – да. Но ни капли не проще. Не хотелось ответов, которые мне не понравятся, грудь сковывало страхом от одной мысли, что мои подозрения хоть немного верны. Ведь я успела привязаться к парню.

Я оглянулась и, наблюдая за ведентами, которые выходили на тренировочное поле, размышляла, насколько я готова услышать правду. Впрочем, я всё равно спрошу, потому что не стану упиваться ложными надеждами, цепляясь за расползающиеся под руками иллюзии. У меня был яркий пример такого поведения – моя соседка и официальная девушка Райли. Совершенно не хотелось становиться такой же. А ведь раньше мы с Аннет дружили.

Да, я приму правду, какой бы она ни была, но… чуть позже. Чтобы сгладить возникшую неловкость, я выудила из кармана яйцо. Погладив гладкую белоснежную скорлупу, показала эльфу:

– Смотри. Оно теперь почти постоянно светится и всё чаще молчит… – со смешком я продолжила: – Признаюсь, это больше огорчает, чем радует. Я уже привыкла к его ворчанию, – помолчала и, стушевавшись, опустила голову. – А ещё хотелось бы послушать хоть разок ту песню… Помнишь?

Шандатиль осторожно надавил пальцами на мой подбородок, вынуждая посмотреть на него, и сказал с неожиданным теплом:

– Я всё помню, Кэтрин.

И, склонившись, мягко прикоснулся губами к моим. Так невесомо, едва ощутимо, что я потянулась за ним, не желая разрывать поцелуй, но быстро опомнилась. Нас могли увидеть: не место и не время для подобных проявлений чувств… Если они вообще есть – понурилась я.

– Что? – снова спросил Шандатиль, теперь уже с лёгким оттенком иронии. – Ты расскажешь мне или придётся догадываться?

– А ты можешь? – загорелась я надеждой.

– Разумеется.

И снова на его лице мелькнуло такое же выражение, как вчера вечером, когда мы находились в библиотеке. Казалось, эльфу нравилось играть со мной. В груди ёкнуло. Неужели я лишь мимолётное развлечение для двухсотлетнего светлого?

Чтобы занять руки и скрыть дрожь в пальцах, я принялась вливать в яйцо струйку эгры. Внимательно наблюдала за процессом и убеждала себя, что накормить питомца – очень важная задача… Особенно если учесть, что вот-вот предстоит «урок» у дроу, от магии которого Липучка меня защищает.

– Ты мне не веришь, – спокойно произнёс Шандатиль. – Постоянно сомневаешься в том, что привлекательна. Упрямо ищешь доказательства не того, что нравишься мне, а обратного. Мне непонятно, почему красивая и умная девушка так не уверена в себе.

Я прикусила губы и спрятала подрагивающее яйцо в карман. Кажется, сегодня я перенасытила Липучку. Теперь он будет весь урок икать. Я не знала, куда себя деть, ведь Шандатиль прав. Но что ответить, не приходило в голову. Лишь вздохнула:

– Прости.

– Давай договоримся, – он обхватил мои ладони и заглянул в глаза, – ты перестаёшь извиняться, а я…

– Ты? – заинтересованно встрепенулась я.

– А что ты хочешь?

Радужка парня знакомо замерцала всеми оттенками изумруда. Я вдохнула, чтобы ответить, и закашлялась. Потому что хотела всё! Прогулки, свидания, признания… И когда наступил момент выбрать, растерялась. Восстановив дыхание, растерянно протянула:

– Не знаю.

– Потом скажешь, – разрешил Шандатиль. – Но больше ни слова извинений. Повторю последний раз – ты ни в чём не виновата.

– А кто тогда? – смущённо спросила я.

– Никто, – равнодушно ответил эльф. – Вы, люди, так спешите жить, что легко бросаетесь громкими эпитетами, не потрудившись дать себе время разобраться в ситуации.

Я пожала плечами:

– У нас его немного… По сравнению с веком эльфов – совсем нет.

– Время есть у всех, – возразил он и назидательно добавил: – Оно одинаково у людей, эльфов, орков или шиахванцев. Здесь и сейчас, этот миг. Вечный выбор, движение, дыхание. А люди так старательно пытаются остановить время, запереть его и обрести уверенность… Вы называете это твёрдой почвой под ногами. Но что будет, если задержать дыхание, Кэтрин?

– Можно умереть, – одними губами произнесла я.

– А если перекрыть движение реки, образуется болото, – согласился он. – Ты нравишься мне тем, что похожа на стихию. Ты живёшь, Кэтрин, и это прекрасно. А я хочу быть с тобой рядом, это ли не доказательство?

– Но дроу сказал, что…

Я осеклась, ощутив, как напряглись, будто окаменели, пальцы эльфа. Испуганно посмотрела в потемневшие глаза и хотела извиниться, что задела болезненную тему, но сдержалась. Я же обещала этого не делать.

– Вот видишь, – уже расслабился Шандатиль. – Это несложно. Ты не виновата в том, что происходит между мной и корэлом. Это мои эмоции и мой выбор. Моя жизнь, за которую ты не несёшь ответственности. А значит, и извиняться не за что.

– А что происходит? – слетело у меня с губ.

– Разве не видишь? – неохотно ответил он и, вздохнув, бросил в сторону тренировочного поля тяжёлый взгляд. – Он пытается увести тебя.

У меня по позвоночнику холод пополз. И я будто снова услышала пронизывающий до дрожи голос дроу: «Уже выбрал».