Глава 10.

Вернувшись домой, застаю Настю, а Паша уже уехал. Выгляжу я, наверное, не особо целомудренно. Потому что по её улыбке всё понимаю. У меня на голове будто макаронная фабрика взорвалась. Мы ведь тыркали друг друга как безумцы. Оба соскучились. Это нормально… И Настя далеко не глупая девочка, которая не замечает, что происходит…

– Ну как? Помирились? – издевается с ухмылкой и обнимает.

– Угу… Только с отцом его хочу поговорить. А Паша что?

– Ему Давид позвонил…

Смотрю на неё, а у неё самой губы все зацелованные.

– И как нас угораздило? – спрашиваю её, а она хихикает.

– Ну, они красивые и классные… Оба… – оправдывается. А я вздыхаю и опираюсь на стену, еле снимая с себя сапоги. От секса даже ноги болят. Он меня всю затрахал… Кое-как стою на них. – На самом деле это так здорово…Может, получится? Вчетвером…

– Не знаю, – пожимаю я плечами. Говорить о том, что мне придётся искать новую работу не буду. Чтобы не переживала. Ей сейчас нужны положительные эмоции. И как раз Паша ей их дарит. Что очень хорошо для восстановления.

Вечером в кровати думаю о Давиде, а он присылает мне сообщение, ровно в тот момент, когда мне сильнее всего хочется ему написать.

«Я раньше не испытывал этого, клянусь. А-то вдруг ты подумала, что я так всегда. Я не влюбчивый».

Я не влюбчивый… Звучит так, словно он напрямую пишет мне, что влюбился в меня… Приятно, хоть и не понятно до конца. Я бы предпочла прямые признания… Но с Давидом всегда запутанно… Быть может, это мне и нравится сильнее всего…

Утром пятницы я иду сразу к ректору и сообщаю о том, что вчера пропустила половину рабочего дня в связи с плохим самочувствием. Вроде как никто не собирается меня увольнять. Потому что преподавателя математики в середине семестра найти всё равно, что иголку в стоге сена.

На Марту Валерьевну стараюсь не смотреть, хотя два раза, которые сталкиваюсь с ней в коридоре у меня болезненно жжёт в груди. Подлая она, конечно, сука… Всё равно хочу найти другое место, чтобы не видеть её.

Всё думаю о том, чтобы встретиться с его отцом. И радуюсь тому, что Давид, наконец, тоже пришёл на пары. Сегодня пятница и третья общая.

Как бы не было непривычно, проходит она адекватно. Никто не лапает друг друга и не шлёт дикпики, а ещё Ленский решает какие-то примеры у доски и даже пытается разжёвывать своим одногруппниками простым, как он думает, языком… Хотя я с трудом понимаю эти его выражения.

«Ты сегодня очень добрый».

«Из-за тебя…».

Улыбаюсь, прочитав последнее. С трудом доживаю до вечера, потому что мы решили поужинать вчетвером у нас дома. Мне кажется, это очень даже здорово, как и сказала Настя. Может, что-то да получится.

Выходим из универа вместе. Не за руку, конечно, но разговариваем. И направляемся к машинам. Но там на нас смотрит его эта бывшая девушка.

На секунду мне кажется, что она сейчас ударит его и скажет что-то вроде, как ты мог… Что всё окажется обманом, но первым рот открывает Давид.

– Ева… Я же всё тебе сказал. Прекрати ходить сюда.

– Почему она? Что в ней… Особенного? – сверлит она меня взглядом, а он заводит меня за свою спину.

– Тебе обязательно это знать? Это поможет тебе справиться?

Она кивает, а он шепчет мне на ухо:

– Садись в мою машину.

– Нет, – вцепляюсь я в его руку. – Я тебя дождусь.

– Едь домой, Ева. Тебе родители ждут, – добавляет он, сжимая челюсть.

У неё слезятся глаза. Она снова трясётся и плачет, и мне жаль её, но зачем она соврала? Какой в этом был смысл?

– Он и тебя бросит… И твою жизнь прекратит в кошмар, вот увидишь, – заявляет она дрожащим голосом, глядя на меня, пока Ленский хмурится.

Эта Ева разворачивается и убегает, а он вздыхает и упирается руками в крышу своего внедорожника.

– Дура, блядь… Ты нормально, не испугалась?

– Нет…Всё в порядке. Но она выглядит убитой… Что между вами произошло? Как вообще всё это случилось?

– Долгий разговор. Давай мы в машину сядем и поговорим, ладно?

– Хорошо…

Уже там он жадно притягивает меня к себе и утыкается в мой лоб своим. Видно, что вся эта ситуация и его выводит из себя.

– Ты же мне веришь, Лиза?

– Верю… – обхватываю его лицо руками. – Расскажи мне…

– Мы познакомились у психолога. Даже в психдиспансере отмечались вместе.

– Ты… Серьёзно? И что у неё?

– Ничего такого. Депрессия просто. Постоянная. Это не я превратил её жизнь в кошмар. Это она сама… А я вбил себе в голову, что мне удастся переделать её.

– В смысле… Переделать…

– Ну, знаешь, типа изменить. Я хотел, чтобы она перестала накручивать. Зациклился. Это стало моим навязчивым состоянием… Помогать ей выбраться из депрессии… Снова и снова. По кругу…

– Так и ко мне?

– Нет, не так… С тобой было иначе. Я впервые обратил на тебя внимание на первом курсе. Но гасил это в себе… Всячески давил внутри, чтобы не отвлекаться. Но оно прогрессировало… Это желание узнать тебя… А совсем всё полетело в пизду, когда я увидел тебя в клинике. Понял, что судьба сама нас толкает друг к другу. И противиться уже не было сил. Вот и получилось так… Грубо, знаю. Я ведь порой как варвар. Не умею иначе… Понеслось. Когда поцеловал, вообще крыша поехала. Ты права. Я – псих… Но только рядом с тобой…

– А что если это пройдёт?

– Не пройдёт. Это другое. Я ощущаю разницу. Неужели ты нет?

– Наверное, да… Потому что сама… Давид, я…

– Влюбилась в меня, – добавляет он за меня, и я киваю. А он целует меня в лоб. – Я тоже, пчёлка, я тоже…

Сердце внутри колотится с ранее невиданной силой. И когда он так крепко держит меня. Когда целует… Когда говорит такие слова и когда честен… Я словно чувствую, что у нас получится. Мы справимся, даже если у него странное, трудное прошлое. Даже если есть много факторов, мешающих нам…

Ведь можно же измениться, если встречаешь любовь, верно?

Я в это верю… Пусть порой кажется, что это напускное. Но я уверена, что нет.

У нас с ним настоящее. Может, началось оно очень странно и дурно, но в итоге вылилось в чувства…

Домой мы едем вместе на его машине. Там нас уже ждут Настя с Пашей. Я начинаю готовить ужин, все подключаются.

И всё совсем иначе… Я нутром ощущаю, как нам хорошо вчетвером.

Мы смеёмся, отвлекаясь на поцелуи, когда остаёмся наедине, оба теряем рассудок. В его руках я чувствую себя желанной и красивой девушкой.

Видя зелёные глаза, которые когда-то мне казались посланниками Сатаны, порой забываю, как дышать. Потому что от его гипнотических чар никуда не убежать.

– Наверное, можно переночевать вместе? – спрашивает Настя, а мне смешно.

– Где здесь ночевать?

– Ну… Мы на диване, вы на кровати, к примеру.

Хохочу, представляя, как это будет.

– К нам приезжайте, у нас ночевать будем, – заявляет Давид нам обеим. – Хоть сейчас… Завтра выходной… Суббота.

У Насти аж глаза блестеть начинают. Она так на меня смотрит.

– Да, – улыбается Паша.

– Ну, что? Поедем… М, Лиз?

– Не знаю, – отвечая, чувствуя его взгляд. Он уже здесь меня раздел и поставил на колени… Облизываю пересохшие губы и пожимаю плечами. Невозможно отказаться.

– Лааадно…

– Ура! – довольно заявляет Настя. Боже, надеюсь я не поспособствую их первой ночи… Так рано, когда ей всего пятнадцать. Надеюсь, нет…

Приезжаем в их дом мы довольно быстро… Давид за рулём. Время на часах уже позднее, и мы расходимся по комнатам.

Естественно, я и зайти не успеваю в его спальню, как меня уже хватают за все места и тащат к кровати…

– Не убежишь теперь, маленькая…

– Я и не хотела убегать… Боже, надеюсь, у них с Пашей не будет секса… Рано…

Давил хмурится и смотрит на меня.

– Я ему дам секс, мелкий ещё для этого, – ругается, но я растягиваю губы, поняв, что он притворяется, и его прорывает на смех.

– Ты издеваешься, да?

– Конечно, я ему даже презиков натолкал везде.

– Ах ты козёл! Если только узнаю!

– Всё, успокойся, красотка…

И мы заваливаемся на кровать, позабыв обо всё на свете…