Глава 16

Рина

Дальше я уже плохо помню.

Кажется, я пнула его в ногу и была перекинута через плечо. Затем меня не особо деликатно впихнули на заднее сиденье и повезли. Голова кружилась, поэтому я на какое-то время отключилась. Отрывочно помнила свой двор, лестницу на второй этаж.

Очнулась уже, когда меня мягко опустили на кровать и… начали стягивать платье!

– Ты что творишь?! – Я с болью открыла глаза, болезненно простонав, вцепилась в подол и уставилась на Кирилла. Он уже был без пиджака, рукава закатаны, а верхние пуговицы расстегнуты. Мое ошалевшее сознание зависло, позволяя глазам ласкать этот красивый образ в полумрачной комнате на фоне луны из окна.

Чертовски красивый… но все же… какого хрена он себе позволяет?

– О, ты не в зюзю накидавшаяся? – Он хмыкнул и отпустил.

– Нет, вообще-то, – нащупала одеяло и прикрылась нахмурившись.

– То есть не ты пыталась накормить пойманным букетом Дена? – продолжал подкалывать меня.

Вспыхнула.

– Была бы трезвой, повторила, и ты мне не смог бы помешать!

– То есть ты признаешь, что перебрала?

– Выйди из моей комнаты! – Я указала на дверь, а когда он развязной походочкой туда дошел, грубо добавила, – и спасибо, блин, что донес!

– Обращайся… – И я осталась одна.

Злость разогнала кровь, и мир вокруг снова начал плыть. Нашла футболку, брошенную на край кровати и переоделась, пытаясь не свалиться на пол. Мысли ватные. И стало как-то грустно, а сердце начало напоминать мне о том, что я одинока.

Одеяло не грело, по крайней мере, у меня не получалось согреться. А вроде бы большое и плотное. Попыталась погрузиться в вязкий сон, борясь с легким головокружением.

Он не шел, но зато я стала испытывать чувство вины, что так грубо отблагодарила чертяку. Он меня увел со свадьбы, чтобы я не опозорилась, довез домой, уложил… а я блин…

Дверь снова открылась.

– Я тебе телефон забыл отдать, в карман брюк положил, – Кирилл подошел к прикроватной тумбочке и положил мой мобильник. Он уже переоделся, обычная футболка без принта и тонкие спортивные штаны. Лицо красиво смотрелось при свете луны, гладкое, как с обложки, а скулы еще сильнее виднелись, придавая ему серьезность и толику мужественности. Карие глаза блестели, проходясь по мне взглядом. Уголок полных очерченных губ приподнялся.

– Подожди, – моя рука и голос действовали как-то отдельно от затуманившегося разума, потому что как иначе я себе сейчас объясню то, что схватила его за запястье и потянула на себя. – Не уходи.

Густые, темные брови взлетели вверх, но Кир послушно сел на край кровати.

– Я не могу уснуть… – зачем я вообще жалуюсь ему? Нутро вопит о том, что не стоит открываться и позволять себе… но так хочется. Ощутить. Его. Тепло.

Дважды намекать не пришлось. Чертяка молча лег рядом, забравшись поверх одеяла и приобняв. Осторожно и неуклюже, будто сам не знал, как себя вести в этой ситуации. Подтянул меня к своей груди, развернув от себя, и приобнял.

Тепло. Даже горячо.

Вот теперь… То, что нужно…

***

Я проснулась в своей кровати совершенно одна. И половину из вчерашнего тупо не помнила.

В глаза било нещадное дневное солнце, а во рту было так сухо, будто там пустыня.

– А-а-а-а, – издала тихий то ли стон, то ли предсмертный вой.

Потянулась к стакану с водой на тумбочке. Совершенно не знаю, откуда он здесь вообще, потому что у меня нет привычки держать в комнате посуду, но он был сейчас просто манной небесной. Первый же глоток подарил мне новую жизнь, со вторым я пообещала себе больше не пить все, что пузырится и приводит к такому состоянию.

Облегченно откинулась обратно на подушки. Одеяло так странно пахнет. Не мной. Точнее, мой запах перемешивается с еще одним. Таким дезодорантом я в жизни не пользовалась.

Мобильник зазвонил. Я отложила эти мысли на потом и обреченно подняла себя с кровати, потянувшись за ним. Надо же, еще не сдох. На последних процентах живет.

– Алло, Рин, это Оля, – голос недавней знакомой был настолько бодр, что я захотела придушить себя подушкой. Мы обменялись номерами позавчера, и вот это, наконец, пригодилось.

– Да… – мой голос оказался сиплым и тихим.

– Ой, смотрю тебе нехорошо.

– Зато вчера было так хорошо, – вспомнила инцидент с Деном и улыбнулась. Плюсик мне в карму, я почти отомстила за Олино унижение.

– Ну, в общем, радуйся, у тебя будет время отойти, – Оля говорило бойко и громко, сразу разболелась голова.

Я отодвинула телефон от уха, снова умирая.

– Почему же?

– В чате куратор написала, что какая-то проверка будет завтра, поэтому несколько пар не проводится, как раз наши все выпали, вот здорово!

– О да, а что за чат?

Она шумно выдохнула.

– Точно! Тебя же еще не добавили, сейчас же это исправлю, – и отключилась. Через несколько минут в ватсапе появилась иконка беседы группы.

Вот, пускай она лучше пишет мне. Я еще слишком слаба для разговоров. Вытащила себя в душ, принимая контрастный. Постепенно мне стало получше. И окончательно меня привела в норму таблеточка, запитая новой порцией воды.

– Вот так получше, – захотелось поесть чего-то легкого, и я, натянув короткие шорты, вышла на разведку на кухню. Завтра не учимся, класс.

В черной дыре холодильника обнаружила йогурты с разными вкусами и вытащила клубничный. Прохладный, нежный… я в раю.

На входе в кухню зашлепали босые ноги, и показался сам хозяин звука. Кирилл только вышел из душа, и, кроме полотенца на бедрах, на нем ничего не было. Капли влаги падали с мокрых волос и делали дорожки по мышцам пресса, впитываясь в полотенце.

– Прикройся, – я попыталась отвернуться и спрятать предательский румянец, так некстати выскочивший, – шорты, нет, не слышали?

– Так ты разговариваешь со своим спасителем? – Он вальяжно откинулся на кухонном диванчике.

– Кем-кем?

Что он из себя строит сейчас?

– Тем, кто довез тебя до дома и согрел холодной ночью… – улыбка парня стала шире, превращаясь в оскал.

На секунду потеряла дар речи.

– Ах ты… – так это его запах был на одеяле, – ты воспользовался моей слабостью!

– Могла бы и поблагодарить нормально, – пожал плечами, будто греть бедных девушек по ночам для него было обычным делом, хотя… кто его знает.

– Да щас, разогналась.

– Не зря тебя Ириной назвали, ассоциации с ириской. Ты такая же жесткая… – и, немного подумав, добавил, – и сухая.

Сжала ложку от йогурта, едва сдерживая себя, чтобы не кинуть ему в лоб.

– Да ты… сам ты сухой! – вот ему надо меня доводить вечно?

– Я мокрый!

– Вижу! – И тут же заткнулась, понимая, насколько это буквально. И почему-то разразилась смехом (может, я уже с ним с катушек поехала). Он засмеялся вслед, проводя рукой по волосам и убирая их со лба.

– Так, так, – на кухне появились бодренькие родители, – смотрим, вы поладили!

Мы оба заткнулись, переведя взгляд уже на них. Сказать правду – их расстроить, и мы оба это понимали. Пусть будет как будет.

– А раз такое дело, и у вас еще и дополнительный выходной, – мама взяла многозначительную паузу, – мы решили устроить семейные выходные!

– Эм, ты уверена, что это хорошая идея? – Я краем глаза заметила нарастающее недовольство чертяки, у парня явно были другие планы.

– Несомненно, – Артур сел за стол к сыну, – а ты чего в полотенце? Про шорты не слышал?

Кирилл громко вздохнул и встал.

– Да блин, я в своем доме! Хожу в чем хочу, – и бурча, ушел переодеваться.

– Давай, Рин, одевайся, вас ждет сюрприз, – отчим азартно указывал взглядом пойти за Кириллом, – только одежду закрытую, и возьми с собой кофту, холодно будет ночью.

– Мы еще и на ночь?! – И, стеная, я пошла вслед за сводным братом.

Через полчаса одетые, собранные, мы сидели в машине отчима. Мама с ним впереди, а нас усадили рядом друг с другом, умиляясь семейной идиллии. Пригляделись бы они внимательнее к нашим плачевным, кривым улыбкам…

Город в какой-то момент кончился, и начались ухабы.

– Вы точно знаете, куда ехать? – на всякий случай уточнил Кирилл.

Родители синхронно и самодовольно кивнули.

В какой-то момент случился резкий поворот, и парня повалило прямо на меня. Он расставил по сторонам руки, стараясь не впечататься, но все же губы мазнули по моей щеке.

Мы замерли.