Глава 10

И снова у нас словно незримый бой, едва моя рука опустилась в его ладонь и вторая медвежья лапа легла на мою поясницу, он крепко зафиксировал меня в своих объятьях.

Я не смотрела ему в глаза, но чувствовала его взгляд на своем лице. Спонтанное появление Ильи сбило с толку, но еще больше я терялась от его близости. Там, на острове, все было на таком накале страстей, что происходило будто в другой реальности, а тут другая жизнь и… он другой. Но что там, что здесь у меня нет над ним власти, он слишком серьезный противник для неопытной и глупой Лин. И я уже сдалась во всех смыслах ему.

– Скучала по мне, Булочка? – вкрадчиво поинтересовался Илья, наклонившись к моему уху. Его губы мимолетно скользнули по шее, оставляя на ней горящий след, отчего по телу мгновенно расплылась сладкая дрожь, делая меня слабой и беззащитной перед ним.

Чертов искуситель, у меня и без этого сердце на износ работает, только от соприкосновений наших тел все искрит вокруг, отключая мозги и заливая сознание ядреным коктейлем желания.

– Ты об этом позаботился, Медведь, – пришлось поднять взгляд к его глазам, чтобы не воспринял мои слова неверно.

После тех проблем, что он мне создал, поджигая дом, шансов, что я о нем не буду вспоминать, не было. Но, судя по нахальной улыбке, Илья все же понял меня иначе. Плевать, это тоже правда, такого фееричного секса у меня никогда не было и не будет, так что буду вспоминать, хочу я этого или нет.

– Почему ты не уезжаешь? – решила я не затягивать прелюдию, ведь не просто так он тут нарисовался.

Ни за что не поверю, что его остановило то, что он не может уехать официально. Да, не так просто проскочить границы, но везде есть бреши. Либо ему что-то от меня нужно, либо хочет убедиться, что я до Интерпола не добралась, чтобы и на родине ему проблем создать.

– Не могу уехать не попрощавшись. Я хочу тебя, – с мурчащим хрипом все больше вгонял меня в жар русский и тянул с истинной причиной, доводя меня до полной потери концентрации.

Давление его руки на пояснице усилилось, вынуждая прижиматься к его телу неприлично близко. То ли он этим хотел сказать, что я никуда не денусь, пока не отвечу, то ли чтобы я совсем потеряла контроль над собой из-за поглощающих всполохов огня между нами. Все тело горит. Грудь тесно прижата к его твердому торсу, бедра в движении танца постоянно соприкасаются с мускулистыми ногами Сладкого. Этот обычный медленный танец вскружил мне голову, заставляя плавиться в сильных руках Медведя, теряться от его огромной силы и желать только одного: сбежать с ним отсюда и позволить снова терзать меня, сколько ему захочется. Низ живота скрутило тугими спазмами, и я еле сдерживалась, чтобы самой не прижаться ближе к внушительной выпуклости в его штанах.

Грязная, развратная Эмелин! Разве можно так вестись на член, каким бы он ни был! Поплыла как пьяная выпускница на радость самодовольной медвежьей смазливой морде, грудь взлетает в декольте все выше от учащенного дыхания, и только затихшая музыка спасает.

– Выпьешь со мной, Лин? – предлагая свой локоть, Сладкий чувствовал себя в этом скоплении селебрити как рыба в воде и повел меня к столикам с закусками.

Вышколенный официант тут же материализовался около нас, предлагая напитки на подносе, и Илья подал мне бокал шампанского, деланно сокрушаясь, что кальвадос тут не подают.

– Что тебя задержало в Марселе, Сладкий? – осушаю бокал чуть ли не залпом под насмешливым взглядом Ильи.

Он уже видит, что я готова на что угодно, лишь бы прекратилось это безумие. Причем ни один вариант меня не смутит.

– Уеду, как только ответишь мне на два вопроса, Булочка, – несмотря на легкую улыбку на его губах, голубые глаза Ильи были холодными как льдины в Ледовитом океане.

– Буду счастлива помочь, – язвлю я, хватая второй бокал.

Во рту такая засуха, что меня и литр не спасет, но напьюсь я сегодня точно. Как минимум это поможет набраться смелости и разорвать больные отношения со Стивом без терзающих сожалений об утрате стольких лет и сомнений потерять то хорошее, что между нами было.

Илья наблюдал за тем, как я напиваюсь, слегка склонив буйную голову и изучая мое лицо.

– Как тебе удалось меня сюда притащить и почему ты считаешь, что я виноват в исчезновении твоего отца?

Первый вопрос вполне мне понятен. Не так просто протащить тело в отключке через границы. Но в автобусе с приглашенными рабочими, которые тоже бухали по-черному двое суток пути, это не составило труда. Тем более человек, к которому на объект ехала бригада, часто возит их, таможенники привыкли к этим вонючим алкашам. И с нашей стороны у него все давно замазано. Просто заменили похожего гастера на Сладкого и кое-где заплатили, чтобы закрыли глаза на то, что он пьян в лоскуты. А вот в России пришлось понервничать, но как оказалось, и там нас подводили к тому, чтобы мы выразили благодарность в валюте. Из всех пограничных контролей только в Германии долго возились, но и там махнули рукой, не к ним же везут и ладно, вот и все.

А второй вопрос Сладкого меня удивил. Он же стащил записи отца, там кроме него никто и не фигурирует в записях о Москве. Как бы другого подозреваемого вообще нет.

– По чужим документам в автобусе с рабочими, под снотворным, а на второй вопрос ответь себе сам, – мне не нравился его тяжелый взгляд, который, казалось, пронизывает меня насквозь, и я инстинктивно опустила руку на холодное оружие под юбкой.

В туже секунду мою руку накрыла ладонь Ильи. Не выпуская моей руки, он пробежался своими длинными пальцами по тонкому лезвию, придвинувшись снова ближе, чем позволяют приличия.

– Приятно, что ты ждала меня, Булочка, – расплылся в улыбке Илья.

Потемневший взгляд вспыхнул огненными молниями, опускаясь на мои губы, а я уже жадно смотрела на его, но тонкий голос Люси отвлек меня от мыслей утащить Медведя в свою берлогу.

– Ами, как ты могла скрыть от меня такого мужчину? – кокетливо проворковала подруга, пожирая глазами Илью. – Не представишь меня своему знакомому?

Люси эффектная блондинка, еще и вырядилась в стиле Риз Уизерспун, и Медведь заинтересованно разглядывал ее, с очаровательной улыбкой подхватил протянутую руку кокетки.

– Можешь называть меня Сладкий, – оставил на тыльной стороне ладони свой поцелуй, Медведь представился сам.

Не может! Хотелось заорать мне и растолкать эту сладкую парочку по разным углам банкетного зала, но пришлось вспомнить, что я не могу себе этого позволить публично.

– Конечно, милая, – с ледяным спокойствием звучал мой голос на фоне агонии в груди, – Люси, моя лучшая подруга, Илья мой давний знакомый из России.

– Вау! – засверкала глазами Люси. – Вы в Марселе по делу? А где вы расположились?

Завалила вопросами Люси Медведя, а я словно окаменела снаружи, скрывая раздирающие эмоции внутри. «Я не ревную! Не ревную! Просто… боюсь за подругу! Он опасен!» – убеждала я себя, объясняя свое состояние.

– С расположением вышли проблемы, знаете ли, – уклончиво ответил Сладкий, полностью переключив свое внимание и обаяние на Люси.

Зря растрачивает, она и так уже мысленно с ним в постели зажигает, откровенно голодный взгляд и будто безотчетное движение пальцами по плечу у Люси как разрешающий сигнал для мужчины.

– Значит, наша встреча не случайна! Позвольте помочь с жильем, месье Сладкий? – предложила подруга.

От мысли, что он поедет к ней, у меня все похолодело внутри и, черт побери, совсем не от страха за нее.

– Люси, мой знакомый способен сам решить свои проблемы… – решила я как-то намекнуть ей, что я против их близкого знакомства.

– Ами, перестань, ты же знаешь, мне это не доставит неудобств, – повернулась ко мне Люси и решила убрать меня с глаз долой, чтобы я не мешала ей охмурять Медведя. – Тебя, кстати, твой будущий муж искал! Вон он с адвокатом вашим!

Люси кивнула в сторону Стива, который стоял с другом папы. И мой взгляд, и взгляд Медведя устремился в их сторону. Илья, наверное, веселился, воображая на голове Стива ветвистые рога, а я не знала, что делать. В моей душе творился ад.

– Этот напыщенный индюк твой жених, Лин? – с рычащими нотками спросил Медведь.

– А это уже третий вопрос, Мой Сладкий, – встречаясь взглядом с потемневшими голубыми глазами, мне приходилось сдерживать эмоции и блюсти нормы поведения в обществе. – Тебя это не касается.

От перемены настроения огненный вихрь между нами превратился в снежную вьюгу, меня будто прохладным ветром накрыло от потери его тепла на моей коже. Медленно скользнув по моему лицу взглядом, Илья кивнул то ли мне, то ли своим мыслям и отвернулся к Люси.

– Буду бесконечно вам благодарен, Люси, – ответил Илья моей подруге, словно вбивая осиновые колья мне в грудь своими словами.

В груди пекло, горло сдавило обручами с острыми шипами, и я с трудом держала себя в руках, провожая взглядом широкую спину с громадными развернутыми плечами Медведя и повисшую на его руке Люси.