Глава 15

— С каких это пор мы стали любителями спортивных соревнований? Да еще среди студентов?

— Мы любим ходить в бассейн, поэтому пришли посмотреть, как плавают наши ребята. Саша, это нормально — заниматься общественной деятельностью. И болеть за своих.

Подталкиваю подругу, пробираясь сквозь гудящую, словно рой пчел, молодежь. Кошусь на лавку со спортсменами. Выискиваю «его» и снова чувствую, как в груди отрывается на всю катушку сердце.

— Да там один только с твоего курса.

— Лена сказала, что должен быть кто-то из преподавательского состава и что за это заплатят. Вот я и вызвалась.

Присаживаюсь, поправляя сумочку и укладывая руки на колени.

Ёрзаю на сиденье и, увидев его, волнуюсь еще сильнее.

— Я представляю сумму, которую тебе заплатят за всю эту общественную ерундистику, — на новые колготки хватит. А мне не заплатят ничего.

— Ладно тебе нудить, Саня, дома одно и то же. А здесь правильная техника плавания. Это очень для нас полезно и важно. Мы сейчас насмотримся — и как поплывем! Ух-х-х!

Саша вздыхает и, прижав к себе сумку, дует губы.

— Я лучше бы сериальчик глянула. Выбрала тут недавно — «Люби меня, как я тебя, пока горит огонь». Отличненький, про то как жена от мужа гульнула с молодым, и он ее за это убил. Выкинул с седьмого этажа, а потом отсидел и нашел себе верную. И считаю, правильно, — зевнув, Саня ставит вначале сумку на колени, потом кладет на нее руки, от скуки подпирает кулаком щеку.

— Завтра посмотришь. Сегодня у нас увеселительное мероприятие.

— Увеселительное мероприятие, Жанночка, — это поход в торговый центр с мужниной карточкой. А тут так орут, что мне к следующему году слуховой аппарат понадобится.

— Ничего. — Продолжаю коситься на лавку с пловцами. — Мы соберемся для тебя всем трудовым коллективом и купим какой-нибудь не очень дорогой и практичный. Бюджетный вариант.

Саня что-то лопочет про мою жестокость, а Волков встает и начинает разминаться. Я вытягиваю шею, даже немного привстаю, так лучше видно и удобнее на него любоваться. Самый стройный, самый крепкий и жилистый, подтянутый, высокий, плечистый. Непроизвольно приоткрываю губы. Смотрю на него с голодной жадностью. Пытаюсь дышать спокойнее, но не выходит. Эти руки трогали меня, они ласкали меня, они обнимали меня и гладили. Они умеют делать так хорошо.

Саша продолжает со мной разговаривать. Но я не могу с собой справиться и отвести глаз от Волкова в плавках.

— Я буду болеть за крепыша в красных трулях.

Она не об Андрее. У Волкова черные плавки, и я не хочу, чтобы кто-то, кроме меня, болел за него. Мы сидим далеко, он не может меня видеть. Я же продолжаю жадно пожирать его глазами.

Волков приседает и машет руками, его влажное тело блестит после душа. За его спиной полная трибуна людей, кто-то зовет его, и он оборачивается.

Почти перелезая через ограждения, к нему тянется его невинная блондинка.

Она яркая, волосы почти до задницы, на нее смотрят другие парни. И, махнув рукой, она просит моего Андрея подойти и обняться с ней. Судя по всему, на удачу.

Волков так и делает. Они же друзья. Почему бы и нет? Молодые часто целуются и обнимаются не по делу. Иногда смотришь и не понимаешь, зачем эти ненужные лобызания. Но я не могу успокоиться, она сильно-сильно трется о его голый торс, хлопает клешней по спине и жмурится от удовольствия.

И в этот момент я хочу взять Юрину машинку для стрижки волос и оболванить ее налысо. Чтобы она ему не нравилась. Он с ней все равно, на мой взгляд, слишком сильно любезничает. Я пришла за него поболеть. Хочу, чтобы он выиграл. А он улыбается кому попало.

— Как Юра?

— Юра? — отстраненно переспрашиваю, чувствуя, как внутри все покрывается ледяной коркой.

Не хочу, чтобы они общались. Как преподаватель Андрея, я вижу, что эта девушка не для него. Может, она невинна, но вечно в коротких срамных юбках и глубоких декольте. Знаю я таких невинных, в итоге окажется, что она развлекает мужчин разными другими способами.

— Да, — хохочет подруга, — у тебя есть муж Юра.

— Юра решил закодироваться.