Глава 12. Об охоте на лис и лопнувших рессорах

Я поехала. По большей части даже — посмотреть, что задумал Гордан. Он ведь не просто так меня позвал, что-то не чисто там… Или я уже тоже, как Джон, уже вижу заговор за каждым кустом?

Ему нужно, чтобы я поехала с ним, или наоборот, чтобы меня какое-то время не было в Оване. Если Нэт жив, то он может вернуться домой… или тут другое? Я никогда не пойму сама всех этих планов. Но вот тут — решила подыграть. Да, посмотрим, что будет. Упираться особого смысла нет, я сама не знаю, как правильно, и если начну упираться, на меня начнут давить… лучше не будет.

Мое появление произвело впечатление. Меня не ждали. Вернее, ждали, но далеко не все. Фелиция Коулз аж позеленела, увидев меня, что-то страшное зашипела мужу. Майкл забыл ее предупредить. Ну, как забыл? Счел за благо умолчать, должно быть. Женщины из приличного общества не любили меня, и это взаимно. Но я герцогиня, и отмахнуться от меня не выйдет, им приходится только брезгливо поджимать губы.

— Рад видеть вас, Ваша Светлость! — Майкл старательно улыбался мне.

Фелиция, за его плечом, пыталась испепелить меня взглядом, вот только огня ей не хватало… старая курица.

— Благодарю, Майкл, — я мило улыбнулась, подавая ему руку, он склонился, коснулся губами. — Прогулка на свежем воздухе — именно то, что мне нужно сейчас, чтобы успокоить нервы.

— У вас очень крепкие нервы, Ваша Светлость, — фыркнула Фелиция.

— Безусловно, — согласилась я.

— Ваш муж умер, а вы находите в себе силы… развлекаться. Вы сильная женщина. — Фелиция смотрела на меня с улыбкой голодной гиены.

Я тоже умею так улыбаться, и даже лучше. Особенно, если улыбаться в сторону встречающих меня мужчин. Мужчины обычно — за меня.

— Вы, наверно, не все понимаете правильно, — сказала я так сладко, как только могла, наблюдая, как у Фелиции начинает дергаться глаз. — Мой муж не умер, его казнили за измену. Я, безусловно, могу скорбеть о том, какой скотиной он был, но вовсе не о его смерти. Джон считает траур по нему неуместным, и тут я с ним совершенно согласна.

На «Джон считает» надавила особо. Майкл Коулз мелкий барон, несмотря на всю роскошь его имения, никаких особых достоинств. Когда они с Фелицией бывают при дворе, но все, что им доступно — кланяться издалека Его Величеству, выражая почтение, а в самых торжественных случаях кланяться, стоя вблизи. Для меня Джон всегда был другом моего мужа. Даже если покойного сейчас, все равно. Я помню Джона мальчишкой и принцем, я, в конце концов, ела с ним черешню из одной мисочки, сидя на крыльце охотничьего домика, кидаясь косточками кто дальше… дальше всех выходило у Нэта… страшно давно.

У Фелиции дергается верхняя губа.

Я улыбаюсь. Как раз и Гордан подходит, он давно смотрит на меня.

А Гордан сегодня приоделся особо, словно не на охоту, а на парад.

— Рад, что ты приехала, дорогая!

И руку мне подставил, словно я приехала лично к нему.

Ладно, я его под руку взяла. Ты будешь так открыто ухаживать за мной, Гордан? Ты точно моего мужа не ждешь?

Это было странно… настолько, что я почти готова засомневаться.

Настолько странно, что где-то внутри начинает ворочаться тревога. И очень хочется эту тревогу хоть чем-нибудь заглушить. Что за…

Ну, в самом деле, что за дело мне до Этарда? Пару раз за год я видела мельком, и видеть чаще не было никакого желания. Так что же теперь? Только из-за того, что случившееся с ним несправедливо? А если Майрет сказала Кит правду, и у них с Нэтом действительно было… ну, кто знает? Тогда справедливо, и более чем. Я отлично знаю его привычки.

Но тоска и тревога внутри ворочаются все равно.

И хочется сделать хоть что-то… Не знаю… Предложить Гордану объявить о помолвке прямо сейчас? Моей репутации уже ничего не страшно, а Гордан вряд ли станет это делать, зная, что Нэт жив. Одно дело лично мне рассказывать, другое дело — для всех. Потом придется отказываться от своих слов, а отказываться Гордан не любит. Признавать поражение.

Но это как-то слишком. Вдруг он согласится? А я не хочу. Чем дальше, тем больше я понимаю, что не хочу иметь с Горданом ничего общего, я ему не верю. Я не знаю, кому могу верить вообще.

Оглядываюсь.

И взгляд привычно цепляет одного, неизвестного мне мужчину. Отчасти похож на Майкла, те же глаза, те же скулы… Харольд? Хенрих? Как его зовут, я точно не помню. Как-то на «Х». Знаю только, что его помотало по свету, дома он почти не бывал. Симпатичный. Немного моложе меня, пожалуй, но точно не мальчик, высокий, крепкий, военная выправка чувствуется… Стоит чуть-чуть в стороне. И он ведь не втянут в эти игры?

Что ж, я улыбнулась ему.

— Гордан, а я, кажется, не всех здесь знаю. Ты не представишь?

Как можно более небрежно, но Гордан аж вытянулся, что-то недовольно буркнул, даже попытался меня утащить.

А этот Хальдор уже решительно шел к нам, видя мою многообещающую улыбку.

— Ваша Светлость, разрешите представить вам моего троюродного брата, — влез Майкл. — Это Хальдор Коулз, он совсем недавно из Рикаты.

Хальдор, значит.

Он смотрел на меня, чуть склонив голову, приветствуя. Загорелый, волосы выгоревшие, много времени проводит под солнцем.

— Для меня честь, Ваша Светлость.

Глаза синие, очень внимательные, разглядывают меня с легкой усмешкой, и эта же усмешка притаилась где-то в уголках губ… понимающая такая. Но это не пренебрежение, это именно понимание и взаимный интерес.

Я невольно глянула на его руки — кольца нет. Он либо не женат, либо вдовец…

Когда он ловит мой взгляд, его усмешка становится чуть более явной.

Не богат, своей земли, скорее всего, нет, но есть неплохое жалование на королевской службе. Хорош…

Все это привычно ловит глаз, я всегда оцениваю новых мужчин, попадающих в поле зрения. И вдруг ловлю себя на том, что невольно начинаю сравнивать его с Нэтом. Он чем-то неуловимо похож… Какого черта?

— Рада знакомству, милорд, — я кивнула ему. — Я слышала, у вас насыщенная жизнь? Вы приехали по делам.

— Именно так, Ваша Светлость. Я живу как перекати-поле, то здесь, то там. Зато всегда есть множество историй, которые можно рассказывать вечерами в приятной компании.

Его глаза сверкнули. И, черт возьми, это почти намек… Он мне расскажет. Стоит только ответить, и новое приключение обеспечено. Вот только я внезапно не хочу… не сейчас точно.

— Обязательно расскажите нам всем за ужином, — сказала я. — Гордан, идем в дом, я устала с дороги.

Гордан не отходил от меня весь вечер до ужина, и на ужине тоже сидел рядом. И Хальдора этого старательно не подпускал, но тот и не особо рвался.

А Гордан даже попытался проводить меня в спальню, когда все расходились. Все время пытаясь взять под руку, а то и приобнять, пока никто не смотрит. Откуда внезапно такая прыть?

Вот только я остановилась в коридоре, за несколько дверей.

— Что ж, до завтра, — сказала я, старательно делая вид, что не замечаю его планов.

Его это удивило.

— А разве ты не хочешь посидеть еще немного… вдвоем.

— Я что-то очень устала, Гордан, — улыбнулась, погладила его по плечу. — У меня голова болит, а завтра такой активный день, охота. Мне пора спать.

Он нахмурился, жесткая складка между бровями.

— Вот только не говори, что до свадьбы у нас ничего не будет. Не надо строить из себя невинную девочку. Я устал ждать, Айлин.

Вот теперь удивилась уже я. И мне не понравилось.

— А зачем ты столько ждал, Гордан? Я понимаю, что ты, вероятно, не хотел изменять жене, но она умерла больше трех лет назад. Ты ведь знал, что у нас с Нэтом договоренность не лезть в личную жизнь друг друга. Почему ты не пришел ко мне раньше?

У него крылья носа дернулись, нехорошо так.

— Потому что мне не нужно развлечений на одну ночь. И я не готов делить тебя с кем-то еще, даже с твоим мужем, с которым у тебя ничего толком не было. Я не хочу прятаться за кустами, я хочу, чтобы ты была моей открыто.

Он шагнул ко мне, попытался даже схватить за плечи, но я увернулась, попятилась. Так… что-то мне это не нравится. Совсем. Такой тихий обычно Гордан меня пугает, и я понимаю, что это всегда было в нем, ничего нового, просто он действительно ждал момента. Дело не в любви, а в желании обладать. Да, он собственник.

Убегать от него — не вариант.

— Так, Гордан, — строго сказала я, — если ты сейчас попытаешься до меня дотронуться, я начну кричать. Я умею кричать громко, ты знаешь. Плевать, что обо мне подумают, но и тебе придется отвечать тоже.

— Какого черта? — возмутился он. — Ты ведь сама…

— Эй! — голос из-за открывшейся двери. — Леди, у вас ведь все хорошо?

Этот Хальдор Коулз смотрит на нас. Он ушел чуть раньше, и, вероятно, здесь его комната, он собирался спать. Без камзола, только сорочка, манжеты расстегнуты. Он стоит в дверях и смотрит на нас.

А я, чуть приподняв бровь, вопросительно, на Гордана.

— У нас ведь все хорошо? — тихо, но с нажимом говорю ему я.

И Гордан сжимает зубы, делает шаг назад.

— Все хорошо, милорд, — громко сказала я. — Мы с лордом Макинтайром просто разговариваем, мы старые друзья. Все нормально. Он уже уходит.

— Айлин, не стоит так… — буркнул Гордан.

— Гордан, иди! — сказала я. — Хватит!

Гордан стоял, как-то недовольно и зло глядя на Хальдора. Ревнует? Не нравится, что кто-то решил ему помешать? Еще бы тут не ревновать. У Хальдора и воротничок расстегнут… ну, как воротничок, рубашка прям до пупка… Но он не спеша застегивает, идет к нам.

— Если Вашей Светлости будет угодно, — улыбаясь мне, говорит Хальдор, — я мог бы проводить вас до вашей комнаты, до дверей… — и улыбается еще шире, с пониманием ситуации, почти весело, до дверей, да, на большее он пока не претендует. — Я отлично знаю дом, готов показать.

Он делает жест, приглашая.

Так…

— Благодарю, милорд, — согласилась я.

— Нет, Айлин! — Гордан попытался остановить меня.

Да ты совсем обнаглел? Ты еще возражать будешь, Гордан? Но Гордан как-то странно поглядывал на Хальдора, тот ему явно не нравился. А Хальдор был абсолютно спокоен. И как-то все это внезапно не очень нравится мне. Странно…

Ладно, к черту…

— Хальдор, проводите меня, — сказала я. Присматриваясь.

Это у меня от Джона такая паранойя? Или просто время такое, неспокойное?

Именно сейчас откуда-то вылез этот Хальдор и тут же, сходу, старательно строит мне глазки. Я, конечно, знаю, что нравлюсь мужчинам, но не до такой же степени. И самое главное, я ведь видела его раньше, где-то при дворе. Мельком, но видела… и кто-то говорил мне о нем. Вот только кто и что говорил, я не помню.

Мы идем… Да здесь и идти-то недалеко, только до конца коридора.

— До дверей, — говорю я.

Хальдор улыбается.

— Безусловно, — мягко говорит он, голос у него такой завораживающий. — Одинокой женщине нелегко, каждый так и норовит составить компанию?

— Уверена, я с этим справлюсь.

— Вы сильная женщина, Ваша Светлость, но…

— Айлин, — говорю я. Как бы там ни было, но когда мне говорят «Ваша Светлость» в темном коридоре у дверей спальни, это отдает фарсом, я не люблю.

— Вы сильная женщина, Айлин, — легко соглашается он. — Такие удары судьбы не сгибают вас. Или вы действительно не слишком сожалеете о смерти мужа?

И смотрит на меня с интересом.

— Наш брак был чистой формальностью, — говорю я. — Смерть Этарда ничего для меня не изменила.

— Как удивительно, — Хальдор поживает плечами, и смотрит на меня, чуть склонив голову на бок. — Этард Муррей всегда так нравился женщинам, а вот собственной жене понравиться не смог.

Едва уловимый подвох в голосе.

— Все эти женщины просто не жили с ним под одной крышей и не знали с той стороны, с которой знала я… — и вдруг стало интересно… — А что вы сами знаете о моем покойном муже, Хальдор?

— Хм… — говорит он. — Арранширский герцог, один из самых крупных землевладельцев, правая рука короля. Человек очень влиятельный и властный. Выигрывал едва ли не все сражения, которыми командовал. Последнее время, насколько я знаю, именно он занимался больше частью государственных дел. Если не всеми. Так что там вышло? Ему захотелось большего? Зачем быть правой рукой, если можно быть всем?

Что у них там за игры были? Самой бы понять. Я два дня пробыла во дворце и то начала трещать голова. Вот что-то я не очень готова к подобным разговорам у дверей спальни.

— Меня он в свои планы не посвящал.

Хальдор фыркает и виновато улыбается.

— Простите, — говорит он. — Теперь все это в прошлом. Теперь для вас, очевидно, начнется новая жизнь?

Что-то не нравится мне это. Не могу понять что… Словно мелкий камешек в туфле — мешает расслабиться.

Я где-то видела его, давно…

— Очевидно, — говорю я. — Мне еще стоит привыкнуть к этому. А что привело вас домой? Государственные дела?

— Наоборот. Я закончил дела и решил проведать родных, — и улыбается так честно.

Эта улыбка его…

Я…

И вдруг словно вспышка…

— Вы ведь служите королю? — говорю я. Не стоило так прямо, но так вышло.

— Как же иначе? — он все еще улыбается, но в его улыбке что-то меняется неуловимо. Он тоже чувствует в моих словах подвох.

Иначе — легко.

Но у меня так ясно перед глазами встает… Лет десять назад… я иду к Шибел, а он выходит из ее покоев. Да, это ведь был он… Или нет? Слишком давно. Совсем мальчишка тогда, такой пастушок, золотые кудри… Улыбка только — вот ровно та же.

— Конечно, — говорю я, старательно улыбаюсь в ответ. — Вы обещали истории о своих странствиях. Расскажете завтра? А сейчас я правда очень устала, Хальдор. Благодарю за то, что проводили меня.

* * *

Рассказать Гордану? Я мучилась этим весь следующий день. Ни о какой охоте не думала, только об этом кудрявом пастушке. Не верю я, что он здесь случайно. Не доверяю. Но и Гордану я не доверяю тоже. Вопрос — кому больше… Был бы Нэт, я могла бы Нэту рассказать. Да, между нами никакой любви, но он всегда был готов меня выслушать.

Что же делать? Или ничего? От меня пока ничего особенного не хотят.

Да и что мои воспоминания могут значить? Даже если это был он, даже если тогда у него было какое-то дело к королеве, то что с того?

Я тоже во всем теперь вижу заговор?

Успокоиться и не лезть.

Весь день я старательно была в обществе, поближе к Майклу и остальным, не оставаясь ни с Горданом, ни с Хальдором наедине. На всякий случай. Видела, как у Фелиции мигрень начинается от того, что я кручусь рядом. Что ж, дорогая, извини, но сейчас мне так спокойнее.

И все же, вечером не выдержала, оттащила Гордана в сторону.

— Что ты знаешь о Хальдоре Коулзе? — сразу в лоб спросила я.

Гордан озадаченно моргнул, потом помрачнел.

— Та-ак, Айлин… Я знаю, ты не очень-то готова слушать меня. Но Фергюс присылал тебе письмо, приглашал к себе. Поезжай к нему. Замуж только за него выходить не надо, — он невесело усмехнулся. — Но не думаю, что Фергюс будет настаивать. Зато сможет защитить тебя.

— От чего? — спросила я.

— В первую очередь от самой себя, — вздохнул Гордан. — Прошу тебя, не лезь в это дело. Совсем не лезь. Отойди в сторону, езжай куда-нибудь на море, отдыхать.

— Все так серьезно?

Гордан кивнул. Что-то едва уловимо изменилось в его лице, стало жестче.

— Давай будем смотреть правде в глаза, — сказал он. — Если избавились от Нэта, избавиться от тебя будет совсем не сложно. Я очень боюсь за тебя.

* * *

Следующим утром оказалось, что Гордан на рассвете уехал. Какие-то срочные дела вызвали его в Кетнах. Мне тоже было пора. Я, конечно, в такую рань не встаю…

Но когда собралась ехать я, внезапно оказалось, что у моей кареты лопнула рессора. Почти на моих глазах, карету вывозили во двор и… р-раз! Что-то треснуло, перекосило.

Я стояла и не понимала, что мне делать. Конечно, такое случается, все можно починить, но нужно время. А сидеть здесь у меня нет никакого желания.

Не знаю, как бы все закончилось, но Майкл предложил помощь.

— Вы можете взять мою карету, Ваша Светлость, — предложил он. — И спокойно вернуться домой. А мы пока починим вашу, у меня хорошие мастера, это не сложно. А как только все будет готово, пришлем к вам, и заберем свою. Не волнуйтесь, я буду только рад помочь.

Мне это не нравилось. Такое случается, конечно, все случается… Но вот именно сейчас — это вряд ли случайность. Кто-то хочет, чтобы я задержалась здесь? Или наоборот, чтобы ехала на чужой карете? Моя приметная, с гербом… но не представляю, зачем это может понадобиться. А вот задержать меня — представляю. Я даже почти уверена, что в мое отсутствие люди Гордана, возможно, перерыли весь замок. Или не Гордана, кого-то еще. И я никак не могу защитить Ован, мне бы себя защитить. Мне страшно, и, думаю, Гордан прав, лучше держаться подальше, уехать к Фергюсу. Но и совсем уж прятаться, поджав хвост, смирившись с судьбой — я не готова.

Пожалела, что не взяла с собой охраны побольше, вообще не взяла, только двое. У Майкла попросить? И снова вопрос — насколько я доверяю самому Майклу.

Я поеду домой. Не буду торопиться с выездом, остановлюсь вечером в Кинсе, и буду дома не сегодня к ночи, а завтра к обеду. Если кто-то опасается моего возвращения — то у него будет шанс тихо убраться из Ована.

Мне все это не нравится, но я просто не знаю, как быть.