Глава 16. О серьезной женщине с аркебузой и ближайших планах
Когда я открыла глаза, было светло. Нэт спал… или, по крайней мере, делал вид, но как только я глаза открыла, он открыл тоже. Улыбнулся чуть-чуть, так неуверенно.
Надо было, наверно, отодвинуться от него, но он меня обнимал и… утро еще холодное. А так — тепло.
— Как ты? — шепотом спросил он. — Неудобно в такой постели спать?
— Да ничего, — сказала я. — Домой ведь теперь, наверно, не скоро попаду, так что придется привыкать.
— Одеяло нужно раздобыть потеплее.
— Ты тоже замерз?
— Да нет, — почувствовала, как он улыбнулся. — Мне нормально. Ты вон замерзла.
Я хотела ответить… но поняла, что с утра не хочется ни спорить, ни вспоминать что-то старое… все то — давно улеглось, и ворошить уже нет смысла. А я пригрелась и мне хорошо. И я абсолютно доверяю человеку, который сейчас рядом. И так спокойно, после всех этих диких неспокойных дней.
— Ты же меня погрел, — сказала я просто. — Так что мне тоже хорошо.
Он хмыкнул мне в макушку, потом как-то так вздохнул судорожно, уткнулся носом в мои волосы.
— Я хочу сказать, Нэт, — мне вдруг захотелось объяснить все это, — я, в целом, очень хорошо к тебе отношусь. То, что было — то было. И ты был не прав, и у меня хватало… своего тоже. Это уже не изменить. Но сейчас… Знаешь, я когда шла на эту казнь смотреть, мне так плохо было. Сердце болело. Я не могла представить, что тебя больше никогда не будет. Я…
Поняла, что вдруг слеза покатилась… Я ведь даже там, на казни не плакала, а вот теперь…
Шмыгнула носом.
— Ты чего это? — удивился Нэт.
— Не знаю, — покачала головой. — Просто было так страшно, непонятно и я совсем одна… Я была растеряна, не понимала, что делать. И доверять совсем никому нельзя…
И шмыгнула носом громче, расслабилась, потому что отлично знала, что он сейчас скажет.
— Теперь ты не одна, — тихо сказал Нэт. — Я с тобой. Все будет хорошо, мы что-нибудь придумаем.
Я прижалась к нему крепче, потерлась щекой о его плечо.
Хорошо и спокойно.
Я знаю, конечно, что вот так все не закончится, но главное — теперь я не одна с этим.
Он осторожно погладил мои волосы.
— Ланни… — начал совсем тихо, едва слышно. И замолчал.
Я подняла на него глаза, посмотрела.
А он потянулся ко мне, коснулся губами моего лба, и снова, чуть ниже, у брови.
Неуверенно улыбнулся. Выжидая.
Губы у него теплые, чуть-чуть жесткие, обветренные.
Но это приятно… и даже как его пальцы уже поглаживают мою спину…
Я потянулась к нему сама… не знаю, что на меня нашло. Просто захотелось.
И не успела.
— Эй! Спите? — голос с улицы. И распахивается дверь.
Почти смешно.
— Не хочется мешать, — говорит Мартин. — Но, Бен, выйди на пару слов.
* * *
Когда Нэт вернулся, вся утренняя благодать уже растаяла.
Я встала, принялась одеваться.
— Что там случилось? — спросила, когда Нэт вернулся.
— Пока ничего, — сказал он, подошел ближе. — Мартин едет встречаться с нанимателем. Тех, кто не готов сражаться, отправляют подальше отсюда. Те, кто готов… хм, чистят ружья. У них тут целый арсенал. Тебе помочь с платьем?
Совсем близко подошел и даже положил ладони мне на талию. Со шнуровкой сзади я сама не справлюсь.
— Помоги, — согласилась я. — Нэт… — и все же, сама повернулась к нему. — Я не знаю, что на меня нашло, я…
— Хорошо, — легко согласился он. И развернул меня обратно к себе спиной, деловито взялся за шнуровку. — Не волнуйся, я все понял.
И так сказал это, словно понял что-то свое, особенное.
— Что понял? — уточнила я.
— Что тебе было страшно и нужна помощь. Но теперь я рядом и буду защищать тебя.
И чуть заметная усмешка. Словно намек на то, что он подождет, и скоро спасенная от дракона принцесса сама упадет в объятья рыцарю, это совершенно очевидно.
Сделать вид, что я эту усмешку не уловила? Тут либо я согласна с этой игрой, либо нет.
Он зашнуровал и с минуту стоял молча за моей спиной, потом наклонился, прижался щекой к моему виску.
— Все будет хорошо, Айлин, — сказал уверенно. — Все будет хорошо, мы как-нибудь справимся. Я все силы приложу, чтобы тебя защитить, уж в этом можешь не сомневаться. Пока я нужен тебе, я всегда буду рядом. А уж потом, когда все закончится, мы решим, хотим ли попытаться снова или нет.
«Пока я тебе нужен»… Это звучит, как… А если в горе и в радости, пока смерть не разлучит нас? Если вдруг нужен?
К чему такие мысли?
Я вздохнула.
— У тебя щетина такая колючая… — сказала и шагнула в сторону, повернулась к нему.
— Надо побриться? — он улыбнулся, чуть склонив голову на бок, глядя на меня.
И мне вдруг показалось — он видит меня насквозь, видит даже то, что я пытаюсь спрятать от самой себя.
— Как хочешь, — сказала я.
— Тогда не буду, — он пожал плечами. — Такой случай бороду отпустить, — вздохнул. — Айлин, Мартин сказал, что пока он не вернется, нам лучше на улицу не выходить, чтобы не дразнить гусей. Не все здесь готовы поддержать меня, некоторые считают, что это неоправданный риск, проще срубить твою голову, чем подставлять свои. И я их понимаю отлично… Так что будь осторожна, от меня не отходи ни на шаг и лучше даже к окну не подходи. Мартин вернется, расскажет, как прошла встреча, и будет ясно, что делать дальше.
Мне как-то даже не по себе.
— А если они, эти недовольные, придут сюда?
— Их в любом случае немного, — сказал Нэт. — Я справлюсь. А ты держись пока подальше от двери и от окна, могут стрелять. Кстати, о стрельбе… Ты ведь умеешь стрелять из аркебузы?
Мне как-то даже икнулось от такого предложения.
Умею.
Когда твоего мужа вечно нет дома, и он не в Кетнахе где-то соблазняет девиц, а ушел на несколько месяцев в дальний поход, а сын твой еще ребенок, — приходится все дела вести самой. И чтобы мужчины воспринимали тебя всерьез, нужно не только цветочки гладью вышивать, но и доказать всем, что ты умеешь за себя постоять. Что слово твое твердое, рука крепка и порох в ружье готов вспыхнуть. Так что я умею все, и финансовые дела вести, и по уткам на охоте стрелять, и даже уроки фехтования мне никогда лишними не казались.
— Если вдруг дойдет дело до драки, — сказал Нэт, — ты главное вперед не лезь. Но пальнуть разок, возможно, не помешает. Томми сейчас тебе аркебузу принесет.
* * *
Аркебузу действительно принесли. Нэт отобрал, первым делом осмотрел ее сам, проверил, разобрал, почистил, страшно ругаясь, потом собрал и проверил снова. И только потом отдал мне.
Так сосредоточенно, по-деловому, что мне становилось не по себе. Придется сражаться, сейчас или позже, но все равно уже никуда не деться от этого. Привычной жизни не будет еще очень долго. Если будет вообще.
И если представить, что от Джона избавятся, и Иверач станет фактическим правителем при маленьком Нивене, то ничего хорошего для себя мне ждать не стоит. Нэт с Ришертом далеко не друзья, и Кит тоже спокойно смотреть на все это не будет. Кит наверняка взбрыкнет, откажется такому регенту служить, который подставил отца и так обошелся с любимой девушкой. Кит очень прямолинеен, он скажет все. И тогда Кита тоже отправят на плаху… И меня, скорее всего, не станут церемониться.
Так что у нас все должно получиться, иначе просто нельзя.
И до возвращения в Ован еще нужно дожить.
Будет так глупо, если нас пристрелят здесь, в лесу, а не…
Понять бы, кто затеял это. Кто так хочет моей смерти уже сейчас. Я сунула нос, куда не стоило?
И некуда бежать, лес кругом…
А Нэт казался совершенно спокоен.
Голова шла кругом от всего этого.
Меня трясло от нервов, особенно когда постучали в дверь и велели Нэту выйти поговорить. А Нэт так спокойно подошел, чиркнул огнивом, запалив на аркебузе фитиль, дал мне в руки. Сказал, чтобы я подальше в угол отошла. Вытащил палаш из ножен. И только после этого так же спокойно ответил, что если те за дверью хотят поговорить, то пусть заходят, дверь открыта.
Но никто не зашел. Ему еще кричали там что-то, пытались убедить, но выходить сам Нэт не хотел. «Что им надо?» — осторожно спросила я. «У них тоже ружья, — сказал Нэт. — Я выгляну, и они пальнут. А сюда не полезут, боятся». В ближнем бою против Нэта у разбойников шансов мало.
Они покричали еще, но потом ушли, я затушила фитиль. Но Нэт все равно остался сидеть у двери, положив палаш на колени. Равнодушно. Словно он всю жизнь так.
А, может, и всю. Я смотрела и понимала, что никогда толком не знала его с этой стороны. Не дома, не при дворе, а вот так… Война — привычное дело для него.
Не знаю, чем бы закончилось это, но к обеду вернулся Мартин.
Я слышала топот копыт и голоса, и как они там орут друг на друга. Нэт осторожно выглянул в окно, потом вышел, но далеко от двери не отходил. Я не лезла.
Потом, судя по звукам, там кому-то набили морду.
Потом Мартин с Нэтом зашли к нам.
— Значит так, — сказал Мартин, обращаясь скорее ко мне. — Мне велели, Ваша Светлость, принести вашу голову. Дали время до вечера. Но ждать до вечера мы не будем.
Судя по тому, что Нэт беспокойства не проявлял, рубить мне голову, не дожидаясь вечера, Мартин не собирался.
— Мы выдвигаемся к Овану сейчас, — сказал Мартин. — Большинство моих людей готовы рискнуть за хорошие деньги и прощение старых грехов. Но вы должны пообещать, что они получат все, как мы договаривались.
И смотрел он на меня, а не на Нэта. Забавно. Нэт покойный герцог, а я вот, пока жива. Или он не до конца верил Нэту? Но тут сложно не верить. И все же, Нэт до сих пор «Бен» для всех, беглый и простой парень, герцога в нем распознать сложно.
— Да, конечно, — сказала я.
— И тебе прощение тоже? — спросил Нэт.
Мартин повернулся к нему.
— И мне, — согласился он. — Со мной все не так просто, домой мне не вернуться в любом случае. Меня не примут. Но от спокойного места где-нибудь на королевской службе я бы не отказался. Или на службе у… — тут он хмыкнул, понимая что «на службе у тебя» будет не очень правильно, — у вас милорд. Если вы сможете воскреснуть из мертвых и вернуть титул. Такая жизнь не по мне, прятаться по лесам…
— Королевской службы обещать не могу, — сказал Нэт. — Но на службу в Арраншир тебя, по крайней мере, Айлин взять сможет. Кит возьмет.
— Подожди, — сказала я. — Но если у нас все получится, то Джон вернет тебе титул?
Нэт пожал плечами.
— Не помню, чтобы Джон хоть раз отказывался от своих слов. Если лишил, то лишил. Отпустил, и уже надо радоваться. Но там будет видно. Для начала нужно отбить у них самого Джона, и будет просто чудо, если в здравом уме…
Я понимала, и мне это не нравилось.
— Сейчас в Ован. А потом?
— Потом, — сказал Нэт, — тебя с хорошей охраной отправим к Фергюсу.
— Ты хочешь меня отослать?
— Да, — сказал он серьезно. — Ты ведь понимаешь, Айлин, что пока ты рядом, у меня связаны руки? Я бы поехал с Мартином на эту встречу сейчас, но я никак не мог оставить тебя одну. И даже в Оване сейчас не безопасно, ты тоже слышала про пожар. А Фергюс защитит и будет на нашей стороне. Поговори с ним, он, возможно, чем-то поможет.
Уезжать я не хотела. Но и спорить сейчас бессмысленно, я отлично понимала, что Нэт прав. Только ведь он мертв официально и не может просто так взять и заявиться даже к себе домой. А я могу… и кто знает, как это нам пригодится. Ладно, оставим пока, и как дойдет до дела — будет видно.
— Мартин, — спросила я, — ты сказал, что большая часть твоих людей готовы рискнуть и подержать нас. А остальные?
— Остальные не готовы, — он хмыкнул. — Не волнуйтесь, Ваша Светлость, с теми, кто мутил воду, я разобрался. Тут дело не только в вас, а в том, что они отказываются подчиняться. Остальные, даже если недовольны, не решаться ничего сделать, по крайней мере, в моем присутствии. Большинство — за, для кого-то это единственный шанс. Так что не волнуйтесь.
Не волноваться, конечно, не выходило.
В дорогу мы собрались быстро. Мне нашли подходящую одежду… более подходящую, чем дорожное платье, пусть и удобное, но не настолько, чтобы в нем бегать по лесам. Почти новые штаны с какого-то худого паренька и огромную не по размеру толстую стеганную куртку для защиты, страшно тяжелую. От пули, конечно, не защитит, но если от стрелы и издалека, то помочь может. Все лучше, чем ничего.
И лошадь дали, потому что пешком через лес — я буду только всех задерживать, так много и так быстро ходить не привыкла. Если выйдем сейчас, то в Ован доберемся уже глубокой ночью, а то и к утру, и лучше не по дороге, чтобы не бросаться в глаза, а тайными лесными тропами.
* * *
На нас напали, когда до Ована оставалось около часа пути.
Что-то просвистело мимо, кто-то закричал.
— Скачи до Ована, жди нас там, — быстро велел Нэт, и какому-то мужику рядом. — Югайр, присмотри за ней, отвечаешь головой!
Хлестнул мою лошадь по крупу так, что она сорвалась с места, понеслась. Я едва удержалась, ничего уже сделать не смогла.
Звуки выстрелов сзади и звон оружия.
Я хотела было остановиться, все так неожиданно, и так ведь нельзя… Но этот Югайр подхватил за повод мою лошадь, потащил за собой.
— Не останавливайтесь, леди! Скорее!
— А если их там убьют?
— Если их убьют, то и нас тоже. Вы ничем не поможете. Скорее. Смотрите, за нами, кажется, едут.
Я видела тени, мелькающие между деревьями. Если они догонят нас… Оглушительно грохнуло. Я дернулась испуганно. По нам стреляли, точно по нам… но в темноте между деревьев прицельно стрелять сложно.
Почти паника.
Скорее!
Тут даже уговаривать не надо, так страшно, что вообще перестаешь что-либо понимать. Сердце колотится. Никогда еще со мной не было такого, и угроза умереть — такой отчетливой. Ужас накатывал, словно в детстве, когда я пряталась под кроватью, когда отец орал на мать… только сейчас все куда страшнее, потому что сейчас они на самом деле пришли за мной и хотят моей смерти. Не ударить, не наорать, а убить совсем. И надо бежать не оглядываясь.
Мы неслись через лес так быстро, как только могли. Не останавливаясь больше.
Я даже не понимала — едут за нами или уже давно отстали. Я бы, наверно, потеряла направление, свернула бы непонятно куда, но Югайр внимательно направлял меня, сам держась чуть позади. «Правее, леди! Нам нужно вон до того дерева, там будет поворот». Лесные тропинки петляли, но я очень надеялась, что мы едем правильно.
О том, как там Нэт — старалась не думать, так невозможно… Выбраться, а потом уже думать о нем… Он сможет, у него все получится. Нечестно бросать его, но я ведь ничем не смогу помочь, только мешать…
Когда уже почти выбрались из леса, дальше только поля и деревни, а за ними замок… нам наперерез выскочил всадник.
Я заорала от неожиданности.
Югайр бросился к нему, выхватил меч. Они сцепились. Я плохо понимала, что происходит там, слишком темно… только звон стали… оставалось надеяться, что мой защитник справится, что больше никто не выскочит из кустов. А что делать, если нет?
Спокойно.
У меня аркебуза с собой. Заряженная, почти готовая к бою. Нужно только на полку насыпать немного свежего пороха, поджечь фитиль… У меня есть и мешочек с порохом, и огниво. Главное не торопиться.
Я должна быть готова… я…
Руки тряслись.
Может, и не понадобится, может, зря я это… Но лучше я буду готова.
С огнивом было совсем плохо, руки не слушались, не удавалось, я чикала, но никакой искры..
И тут вдруг глухой чавкающий удар, негромкий, но пробирает до приступа истерики почти. Так, что хочется заорать и все бросить. И я понимаю, что Югайр, схватившись за живот, вдруг оседает… падает на землю… одна нога застряла в стремени и лошадь тащит…
А тот другой — поворачивается ко мне.
— Вот и все, леди, — говорит он с усмешкой. — Не дергайтесь, тогда больно не будет.
И мерзко ржет. Но на мое счастье — он так и не осознал, что я держу в руках и что собираюсь делать. Ночью сложно разобрать, только вспыхивающие искорки от огнива. Но кто ожидает от меня такого? Я — напуганная баба…
Дергаться я не буду.
Никогда еще не стреляла по людям, мне такое не могло присниться и в страшном сне, но сейчас… даже думать не хочу.
Ни о чем лишнем не думать. Это как на охоте — нужно поднять ружье, прицелиться и… попасть. Тут меньше десяти шагов, даже слепой не промахнется. Главное не спугнуть, чтобы он не дернулся сам. Второго шанса у меня не будет, перезарядить не успею.
Югайр лежит на земле, навзничь… там за кустом…
Спокойно…
— Леди… что вы делаете, леди? — человек пытается понять.
И еще шаг ко мне. Пусть сделает еще шаг, чуть лучше откроется, чуть ближе. Я успею. Как по уткам. Главное — не забывать дышать.
— Леди!
Он понимает, потому что я вскидываю аркебузу к плечу.
Но не успевает.
Потому что нажимаю на спусковой крючок.
Сноп искр перед глазами и оглушительный грохот. Я зажмуриваюсь.
Но понимаю, что попала. Слышу вскрик. И, приоткрыв глаза, вижу, как тот человек падает.
А я, ударив лошадь пятками бока, срываюсь с места и скачу прочь. До Ована совсем недалеко.
* * *
— Откройте!
Мне казалось, я стучу в ворота уже целый час, но на самом деле не больше, чем нужно старому Джареду, чтобы вылезти и своей будки и доковылять к воротам. Он служил еще отцу Нэта, едва ли не деду, охранял ворота по ночам всегда.
— Кого там еще принесло? — сонно и очень взволновано поинтересовался незнакомый голос.
И я чуть было не рванула назад в лес, от испуга. На минутку мне показалось — они захватили замок и теперь здесь.
— Кто это? Где Джаред? — вскрикнул я.
— Миледи? — человек за воротами удивился, не сразу ответил мне. Приоткрыл сначала маленькое окошечко, выглянул, охнул тяжело, и только потом заскрипел засовом ворот. — Ваша Светлость, это я, Мик! Помните меня? Внук Джареда. А дед слег, сердце у него прихватило от всех этих новостей. Сначала милорда нашего в таком деле обвиняют, потом вы еще пропали… Ох, миледи… Откуда ж это вы?
С этими словами он ворота распахнул. Да, Мик, я помню… Просто от страха все из головы вылетело.
— Мик… — я выдохнула, поняла, что ноги подкашиваются. Потому что все, я дома, теперь все будет хорошо. Никто не догонит меня.
— Ох, да что же это с вами случилось? Вам плохо?
Он подхватил меня, потому что шатнуло, я ухватилось за его плечо.
— Идемте, я помогу, — сказал Мик. — Сейчас, только ворота закрою… И молодого господина разбудить надо, сказать, что вы вернулись. А то он вчера весь день по лесам ездил, вас искал. Только вернулся в Ован и тут же поехал вас искать. Как же вы всех напугали!
Молодой господин?
— Кристофер здесь?
— Да, — сказал Мик. — Вчера только вернулся. И сразу за вами.