Глава 16. Допрос с пристрастием

Марьяна дэ Лэр

— Ч-что?.. — я всё ещё плохо соображала, растворяясь в настигшей меня слабости.

Мужские руки перевернули меня на живот. Сам он сел мне на колени и сжал мои запястья вместе, чем-то обматывая.

Что за чёрт?

— У меня к тебе есть несколько вопросов, Марьяна Душегубная. А так как в нормальном состоянии мы либо ругаемся друг с другом, либо игнорируем, придётся связать тебя и допросить прямо сейчас.

Я напряглась и задёргала ногами, стараясь сбросить тяжёлого Инквизитора с себя, но не тут-то было. Как я могла забыть, что этот заносчивый служитель Ордена отлично ездит верхом?!

— Даргон сказал, что я поседел из-за проклятия. Более того, он объяснил природу этого воздействия. Якобы магия Смерти переползла с тебя на меня. И проклят не только я, но и мы оба, — ладони Инквизитора поглаживали меня, разминали спину и массировали ягодицы. Очень настойчиво.

Я поняла, что хочу его внутрь. Снова. И почему-то мысль о том, что он сам не кончил, особенно сильно пульсировала в мозгу недовольным набатом.

Что он сказал? Проклятие…

— Вспоминай, Марьяна, когда нежить успела применить на тебе магию Смерти? — Рантар легонько шлёпнул меня по ягодице, отчего я попыталась обернуться назад и бросить на него негодующий взгляд.

Порочный Инквизитор зафиксировал мои руки ничем иным как простыней и теперь наслаждался лидирующей позицией, упираясь членом мне между ног. Совсем немного и…

Я поёрзала, выпячивая зад. Пусть он и подарил мне один оргазм, до полного удовлетворения было ещё далеко.

— Нет, моя хорошая. Сначала информация, потом награда, — он, как на зло, снова шлепнул меня и толкнулся вперёд, войдя только головкой, — когда нежить применила к тебе магию Смерти?

И хотя размышлять в таком положении оказалось почти невозможно, я быстро вспомнила тот дурацкий вечер в компании лича. Что я там ему сказала? “Прокляни меня, мою работу и всех этих мужиков”? Кажется, так.

Застонала.

— Ты что-то вспомнила? — он немного наклонился вперёд, отчего невольно вошёл в меня на всю длину, и я снова застонала, только уже от удовольствия.

— Мари, так не пойдёт. Это не конструктивный разговор, — он опять отстранился, заставив меня разочарованно всхлипнуть.

— В тот вечер… Когда ты нашёл меня у склепа. Я напилась и подняла лича в качестве собутыльника. Бывшего Тёмного проклятийника.

Инквизитор слушал внимательно, но исполнил обещание, наградив меня очередным толчком.

— Продолжай, Мари… — прошипел искуситель в лице седого мужчины.

— Я перепила. Попросила его проклясть…

— Мне нужны подробности, дорогая, — он снова искушающе толкнулся сзади, заполнив всю меня.

Я всхлипнула, понимая, что проиграла. Я была готова рассказать всё, что угодно лишь бы он не останавливался…

— Попросила его проклясть меня, мою работу и всех этих мужиков, которые…

— Которые — что? — спросил Рантар, наклонившись к моему уху. Он прошептал эту фразу тихо, интимно.

— Которые волочатся за каждой юбкой, — я вдруг вспомнила, с чего всё это началось. И жрицу в его комнате, запустившую ладонь под одеяло между его ног.

— Хм. Значит, наша независимая некромантка на самом деле хочет всего лишь мужской ласки, подаренной только ей одной… — пробормотал Инквизитор, наращивая темп.

Он дёрнул меня за волосы, заставляя приподняться и впился в шею болезненными поцелуями, каким-то неистовым образом заставляющими меня стонать громче и выгибаться навстречу ему сильнее. Зафиксированные руки не давали свободы движениями, отчего он ощущался ещё острее и полнее внутри.

— А-ах, — я снова закусила губу.

— Кричи, Мари, кричи для меня…

И я кричала. Выкрикивала его имя. Отдавала ему всю себя без остатка, даже заранее зная исход. Зная, что нам с ним не по пути. Но здесь и сейчас я этого хотела. Хотела быть с ним вся, без остатка.

Чуть позже я навсегда вычеркну эту сладкую ночь. Порочную пытку из своей памяти. Но не сейчас.

Оргазм, который накрыл меня во второй раз был внезапным. Стремительным. И невероятно сильным. Таким, что я потерялась в ощущениях. Мне было так хорошо, будто я…

Мысль не успела сформироваться до конца, потому что я опустила полуприкрытый взор на Рантара, который бился в этой сладостной агонии вместе со мной. Одновременно.

И это стало последней каплей, после чего моё сознание медленно уплыло в блаженные объятия сновидений, где мы с Рантаром улыбались друг другу также, как и эта подлая жричка улыбалась недавно Инквизитору — открыто и счастливо.

Туда, где не было место вражде тёмных и светлых.

Асгар фон Райден

За некроманткой словно тёмные рыцари гнались, так она спешила в таверну. Переживала за своего Инквизитора. И пусть сколько угодно убеждает меня в обратном, но опытный взгляд Тёмного мага сложно обмануть.

Мы оставили коней во дворе, я милостиво накинул на Ворона морок обычной лошадки, чтоб не пугать местных. Марьяна что-то буркнула, но смиренно покачала головой. Она так много сил отдала на излечение Светлого. Мне даже на секунду стало завидно. Не припомню, чтобы кто-то так заботился обо мне.

Влетели на второй этаж, распахнули дверь, и застали презабавнейшую картину. Какая-то красотка с копной золотых шелковистых волос клеилась к недавно воскресшему Инквизитору. Я безошибочно определил в ней Светлую Жрицу.

В Марьяну словно лич вселился. Глаза позеленели, кулаки сжались. Она стала болтать о том, что Инквизитор нужен нам здоровым, а всякие жрицы пристают к нему, едва он успел оклематься. Ну-ну, так я и поверил. Ставлю десять цинтеев, брюнетка исходит на зло от дикой ревности. И что нашла в этом огромном мужике?

Я постарался посмотреть на него беспристрастно. Да, хорош. Видно, что двуручник, заботливо прислонённый кем-то к кровати вовсе не просто декорация. Интересно, зачем моему нанимателю понадобилось следить за этой парочкой?

В жёлтых глазах недавно раненого мужика стоял такой безумный голод, что я не сомневался, размышляя о том, чем сейчас займутся эти двое. Жрица в слезах сбежала по лестнице, обдав меня клубничным ароматом. Люблю сладкое…

Некромантка, конечно, отпад, ничего не скажешь, но одержимость Светлым аж на нервы действует. Возможно, когда она успокоится, я попробую доказать ей, что Тёмные тоже на многое способны.

Оставил парочку разбираться между собой и пошёл за жрицей.

На первом этаже таверны располагались несколько чахлых грязноватых столиков, и блондинка смотрелась среди них как бриллиант в россыпи речной гальки. Неуместно.

— О чём грустишь, Илина?.. — я подсел к ней, надеясь снова ощутить тот флёр манящих ягод.

— Ты ещё кто? — она подняла заплаканные голубые глаза. Тёмный! Даже в её зрачках проскальзывали искры Света. Весьма одарённая магичка.

— Меня зовут Асгар фон Райден, — представился жрице и поднял руку, заказывая нам выпить. Понятливый хозяин этого заведения быстро сообразил две кружки эля и бухнул их на стол перед нами, чуть-чуть расплескав.40393c

Ну всё, сейчас жричка начнёт свою песню: “Мы — жрицы, мы не пьём, не трахаемся, не смеёмся. Белые и пушистые”. Мне одно интересно, раз она такая правильная, то как осмелилась лезть к Инквизитору?!

Но клубничная девчонка меня удивила. Шмыгнула носом и припала к кружке, сделав сразу несколько больших глотков. В этот момент сверху раздался протяжный крик. Блондинка побледнела.

— А ты думала, они там сейчас будут в шахматы играть? — насмешливо поднял бровь, наблюдая за реакцией Илины.

— Н-но… как же… она же… Тёмная! — последнее слово было выплюнуто как ругательство.

Хлебнул эля.

— Знаешь, клубничка, я тоже так подумал. Как она может смотреть на Светлого ТАК? Особенно, когда он в отключке валялся, а Марьяна вокруг него бегала как с писаной торбой, едва ли пылинки не сдувала. А вот когда в комнату зашёл и увидел его ответный взгляд… Он мне хорошо знаком, — хмыкнул я, исподтишка рассматривая новую знакомую.

Бледная, почти прозрачная кожа, невесомое одеяние, белым шёлком струящееся по шикарной фигуре. Разве что грудь немного маловата на мой вкус, но ей идёт. На верхнем этаже что-то грохнуло, заскрипело. Стали раздаваться ритмичные шлепки и постанывания. Жричка схватилась за голову.

— Почему она, Рантар? Почему?.. — от переживаний её ладони стали светиться, случайно выпуская магию.

— Да ладно тебе, ну, подумаешь, переспали. С кем не бывает? — попытался успокоить её я и накрыл маленькую ладошку своей пятерней. Понял, что совершил большую ошибку, когда Тьма взметнулась голодным зверем навстречу её фарфоровой коже. Зашипела, забилась внутри, пока я пытался её сдержать. Еле подавил приступ, так и зависнув над её ладонью.

Невесело рассмеялся и сделал вид, что хотел положить руку на стол.

— У тебя проблемы с твоей Тьмой, ты же в курсе? — жричка уже наполовину успела опустошить кружку, и её кристально чистые глаза слегка помутнели.

— А тебя, клубничка, похоже, в Ордене ничему не научили. Разве можно с таким Светом приближаться к такому, как я?..

В таверне стало сумрачно, и тени сгустились, погрузив и без того серое помещение в ещё большую темноту. Решил немного припугнуть зазнайку. Думает, раз ей повезло от природы, то может пренебрежительно относиться к Тёмным? Напрягся, выпустив за спиной шлейф силы. Она почти осязаемым туманом расползлась по полу, избегая только ног девчонки, огибая их чётким полукругом.

Илина нервно дёрнулась, на втором этаже опять послышался громкий крик. А некромантке и Инквизитору, кажется, было неплохо вместе. Кто бы меня приласкал? Может, она?

И зря я о таком подумал, потому что Тьма вторила моим мыслям и всем пологом метнулась к девчонке.

— Убери это! Иначе мне придётся применить нейтрализацию! В Ордене очень даже обрадуются, если я приволоку к ним очередного одержимого!

Я видел только её голубые зрачки, как ледяные озёра и взволнованно растрепанные волосы, нежную кожу, которой так хотелось коснуться… Жгут тьмы сформировался в воздухе и повторил моё желание, дотянувшись до щеки клубничной жрицы, и ласковым прикосновением очертил контур её лица.

На миг она опешила. А потом долбанула посохом по полу, выпуская разряд мощного Света. И направила свою палку на меня.

— Не смей приближаться ко мне. Ты в шаге от безумия, Асгар фон Райден, и тебе это прекрасно известно.

Мужской рык, прозвучавший сверху стал для неё последней каплей. Она резко развернулась и плавно вышла из таверны, оставив недопитую кружку.

Моя Тьма успокоилась, покорная магии жрицы. Давно я не чувствовал себя так умиротворенно.

— Ещё эля! — злобно приказал трактирщику, и тот, едва не спотыкаясь, поспешил выполнить запрошенное. Ещё бы. После такого-то представления.