Глава 20. Умертвие пятнадцатого уровня

Марьяна дэ Лэр

Очнулась резко. Глаза еле открылись, склеенные слезами. Волосы чёрной волной упали на глаза. Руки связаны над головой. Ноги стоят в корнях большого чёрного дерева.

Заколдованный лес! Я всё вспомнила. И тропу, и своё превращение в жуткую нежить.

— О-о… наша храбрая некромантка пришла в себя… — шипящий нечеловеческий голос привлёк внимание к его обладателю. Невысокая фигура, надвинутый на глаза капюшон и потасканная роба волшебника. Кто это?

— Не думала, что твой худший кошмар — стать мной! — фигура пошевелилась, скидывая ткань с лица.

Мне открылось преотвратное зрелище. Передо мной стояла давно умершая, но хорошо сохранившаяся женщина. Белые волосы спадали с её головы с двух сторон прямыми паклями. В глазах горел противоестественный зелёный свет в белесоватых зрачках.

— Кто ты? — прохрипел справа Инквизитор, привязанный тут же.

Я и не заметила, что он здесь. Значит, кошмары были ловушкой? Она заманила нас сюда…

А где Асгар?

— Я… неважно, кто я. Сама не помню, — тонкое на вид, даже хрупкое запястье, метнулось к голове женщины, взлохматило грязные пряди. — Мой подручный, падкий на звонкие монеты Тёмный маг, отлично справился с заданием. Но, к сожалению, сбежал, когда я решила высосать из него жизненную силу. Кто бы мог подумать, что у него такая сильная Тьма… — досадливо протянула мертвая блондинка.

За спиной невысокой женщины что-то пошевелилось.

Я с ужасом наблюдала как за старенькой робой возник огромный лич. Опытный глаз некроманта сразу определил, что восставший не ниже девятого уровня. Его кости отсвечивали синим цветом, говоря, что при ритуале призыва были использованы крайне редкие ингредиенты.

Мой кошмар — стать ею?..

Голова гудела, но сознание покорно принесло на блюдечке пугающие образы пережитого видения. Рантар погиб, и вспоминать такое были очень больно. Слишком уж реалистичной была та сцена. А я… Вместо того, чтоб проклинать глупого Светлого, решила удариться в депрессию по-некромантски. Убила себя, дав душе выйти из тела, и была почти затянута за Грань.

То есть, эта тварь пришла из-за Грани?

— А я говорил, этот Тёмный не так прост… — сипло напомнил Рантар, тоже не спуская глаз с нежити. Если бы были силы — закатила глаза. Даже на пороге смерти зудит своё “я же говорил”. — Здоровый у тебя гад, блондинка. Где такого откопала?

— Х-р-р… — прохрипело существо, неестественно вывернув голову в нашу сторону, — да вы совсем ничего не знаете. И зовётесь смертельным альянсом? Ха-ха. В мои времена таких бы подняли на смех. Некромантка, присмотрись внимательнее. Что ты видишь?

Я вовсе не хотела повиноваться словам этой сумасшедшей, но любопытство, подаренное мне природой при рождении, едва ли оставило мне шанс. Поэтому послушно сощурила глаза, переходя на магическое зрение.

От лича исходила сумасшедшая аура Смерти. При жизни он был сильным Тёмным магом. Возможно, одним из сильнейших за все времена. Кого-то эта парочка мне напоминает…

Но мысли бродили неповоротливыми ленивыми колбасками, и никак не желали формироваться во что-то менее абстрактное.

Так. Лич. Да… Он словно… Набросил на весь лес сотканную из магии Смерти паутину. Цепкую и крепкую. В которую мы, можно сказать, на полном ходу вляпались по самое “нехочу”. Как теперь спасаться?

На секунду пожалела, что не послушалась Рантара. Хоть и гад он редкостный, но рассудительный. И где Даргон?

— Но Чёрному лесу не менее трехста лет… — задумчиво протянула я, осознавая масштаб проблемы. Блондинка намекает, что хозяйничает на этих землях уже три столетия?..

— Правильно. Умница девочка. Хорошая бы вышла ученица, но не судьба. Мои силы иссякают, и я должна позаимствовать их у живых. Достойных живых…

Она была тощей, и кожа на лице её казалась сморщенной, старушечьей. Древней. Ставлю свой гримуар на то, что она — умертвие! И как я раньше не догадалась? Но… Какой уровень?

Я перебирала в уме все доступные классификации.

Внятная речь, сохранённое сознание. Не выполняет приказов призвавшего, так как воскресила себя сама… умные глаза, есть мышцы и магия… по всему выходило… Пятнадцатый? Неужели. Но такого не бывает!

— Где мой тигр? — ругнулся рядом Рантар, сбив меня с размышлений.

— На корм утопленницам пошёл, — хохотнула женщина. — К чему переживать о ком-то, если сам сейчас погибнешь? Ваша магия в совокупности даст силу, благодаря которой мне больше не придётся прятаться в этом лесу. Я уничтожу Ковен, а потом и с Королевством разберусь, захвачу власть над Кейлератом. И, наконец, свершу правосудие спустя столько лет!

Инквизитор прорычал нечто нечленораздельное, а я нахмурилась. В голове так и вертела хвостом назойливая мысль, но ухватиться за неё мне никак не удавалось — она ускользала из пальцев, как скользкая рыбёшка.

До тех пор, пока женщина не заговорила вновь…

***

— Нет, Сайрон! Нет! — тоненькая девушка с практически прозрачной белой кожей в обтянутом корсетом платье, склонившись, рыдала над телом. Прямо посреди поля битвы. Её больше не волновало ничего, кроме того, что смысл жизни, тот, ради кого она жила, погиб.

Рыдания сотрясали девушку. А её душу постепенно заполняли злоба, отчаяние и бессилие.

Как?! Как они оказались посреди всего, что произошло?! Злой рок или же судьба? Уже неважно… Всё неважно…

Неподалеку бился Светлый Орден, объединивший силы с Ковеном, и Тёмное Братство, в котором состояли до недавнего времени Сайрон и сама девушка, Элизабэт. Казалось, они шли к правильной цели — поднимали упокоенную нежить для того, чтобы изучить их природу, но что-то пошло не так. Точнее, в их ряды затесался фанатик, помешанный на экспериментах.

Убив своего же собрата, он решил тут же воскресить его, но при этом расщепить душу, чтобы тёмный никогда не смог больше вернуться из-за Грани и обрести хоть какие-то зачатки собственного рассудка, подобно нежити превышающей пятый уровень. И этим собратом оказался Сайрон… Её горячо любимый жених. Тёмный маг.

Фанатику не удалось исполнить свои замыслы, потому что приближенный к нему ученик начал справедливо опасаться после озвученных фанатиком планов на будущее и тайно доложил обо всём Ковену.

Вот только Орден и Ковен Магов не успели какие-то доли секунды, чтобы спасти всех. А Элизабэт ни о чём не догадывалась. И теперь могла только заливать солёными каплями остывающее тело возлюбленного. И сколько бы белокурая некромантка не пыталась вернуть возлюбленного из-за Грани, у неё ничего не выходило.

Рядом упало бездыханное тело одного из членов Тёмного Братства, которые встали на сторону фанатика и поддерживали его идеи. Его сторонники бились не просто за свои жизни, а за свои идеи. Которые Сайрон с Элизабэт некогда поддерживали, не зная истинной сути.

Безразлично посмотрев в пустые глаза бывшего собрата, девушка почувствовала, как в груди разливается спасительная пустота. Слёзы начали застывать на её щеках. И, выхватив из-за пояса кинжал, который она всегда носила с собой на случай истощения магии, вонзила его в своё тело.

Боль пронзила сердце. Но лишь на краткое мгновение. А из уст девушки вместе с кровью полились слова запретной магии, упоминавшейся на страницах Чернокнижья.

Не зря она тогда заглянула в ту книгу… Всё же судьба… Но мириться с этим Элизабэт не собиралась.

Собрав последние силы, некромантка влила их в саму себя, одновременно с этим произнеся последние слова ритуала. Члены Альянса не сразу поняли, что произошло, не сразу обратили внимания на девушку, которая предавалась горю потери.

Зря.

Хриплый смех разносился эхом по пустоши. На губах девушки застыла усмешка. И она умерла. Но умерла, чтобы возродиться вновь. Умертвием пятнадцатого уровня. Самым сильным. Непобедимым. Потому этот ритуал и был запрещенным.

Очнувшись, светлые кинулись, чтобы уничтожить обезумевшую от горя девушку, но было уже поздно. Она хохотала, возрождаясь, вскинув руки к небесам. К Тёмному, который отвернулся от неё. Обратила свой погасший белесый взор с зелёным потусторонним огнём на тех, кто должен был спасти их, но опоздал.

Ох, уж эти светлые…

Сила переполняла тело бывшей некромантки. Бурлила в почерневших венах, которые контрастировали с белой, почти прозрачной, кожей. И она не стала медлить. Вскинула руку, убивая одного за другим. Её больше не волновали моральные терзания и не преследовали муки совести. Она сама была воплощением мести и злобы.

На месте мёртвых тел тут же вырастали голые, словно обуглившиеся деревья, заключая в себе трупы. Они станут источником, который будет поддерживать Элизабэт в живых. Ведь потраченная энергия вскоре иссякнет, а где её взять ещё, если не из живых созданий, которые просто искрятся светом?

Не прошло и получаса, как окроплённая кровью земля стала лесом. Тёмным, мрачным. Беззвучным. Без единого живого существа. Мёртвый Лес. Полный боли, страданий и мук. Лес, вызывающий кошмары.

И лишь единственное тело, что лежало посреди поляны, окружавшей некогда беззаботную девушку, осталось нетронутым.

Сайрон. (3303c)

Умертвие провело своей тонкой рукой вдоль щеки навсегда покинувшего её возлюбленного. И несмотря на то, что все её чувства были приглушены, где-то глубоко внутри всё ещё тлела любовь. Которая и послужила источником для воскрешения теперь уже лича.

Восставшая нежить, с синей дымкой по всему телу, взмыла и перенеслась за спину хозяйки вечным и преданным слугой.

Накинув чью-то робу, сиротливо брошенную на земле, бывшая некромантка растворилась в сизом тумане, который тут же окутал лес. Который вскоре будет зваться Чёрным.