Глава 36. Диора

Мы приезжаем к Измайлову домой, и я тут же укладываю его на кровать. Запрокинув руки за голову, он внимательно наблюдает за тем, как я расстегиваю ремень и стаскиваю с него джинсы.

– Знаешь, Шахерезада, оказывается, женская доминация жутко заводит, – хрипло смеется Ранель. – Не хочешь сесть сверху?

– Сначала лекарства, а потом все остальное, – строго отзываюсь я. – Где у тебя аптечка?

– На кухне. Верхний ящик гарнитура.

Уношусь на указанном направлении и принимаюсь шарить по полкам. Однако демон и не думает соблюдать постельный режим: идет следом и, привалившись плечом к косяку, загадочно произносит:

– У меня для тебя кое-что есть.

Отрываю взгляд от аптечки и вопросительно кошусь на парня:

– И что же?

Он убирает руки из-за спины и протягивает мне маленькую коробочку из черного картона. Без всяких логотипов и надписей.

Любопытство вспыхивает с неистовой силой, и, быстро сдернув крышку, я заглядываю внутрь. Первая реакция – непонимание, вторая – изумление, ну и в конце – умиление.

На дне коробочки лежит красная шелковая лента, аккуратно скрученная в рулон.

– Что это? Какой-то намек? – вновь поднимаю глаза на Ранеля. – Я не совсем понимаю...

– Я подумал, что тебе наверняка пойдет, – просто отвечает он.

– В каком смысле пойдет? – улыбаюсь.

– Вплети ее в волосы. Я видел, что некоторые девушки так делают.

Я стою и очумело хлопаю глазами. Просто не знаю, как реагировать: слишком силен мой шок. Дело в том, что в детстве я постоянно носила прически с лентой. Именно с красной. Именно из шелка. Отцу нравилось, как алая лента сочетается с моими темными волосами, и он все время просил маму вплетать ее мне в косу…

Разве бывают в жизни настолько волшебные совпадения?

– Что-то не так? – Ранель считывает мое замешательство.

– Н-нет, просто… Просто я очень удивлена.

– Почему?

– Ты не поверишь, но, будучи ребенком, я все время носила ленту в волосах. Родители настаивали, да и мне казалось, что это красиво, – отвечаю я, перебирая пальцами прохладный струящийся шелк. – И тут твой подарок… Просто какой-то флешбэк из прошлого.

– Ну надо же, – усмехается демон. – Забавно.

Я жадно ловлю его эмоции, но он совсем не выглядит изумленным. Наверное, для Ранеля это всего лишь милая, ничего не значащая случайность. А вот для меня – настоящий знак Вселенной. Очередное доказательство тому, что наша с ним любовь была предначертана судьбой.

Я откладываю коробочку, намереваясь снова вернуться к поиску лекарств, но Измайлов меня останавливает:

– Погоди, не убирай. Вплети ленту в волосы.

– Сейчас? – хихикаю. – Так я же сто лет не практиковалась…

– Не переживай. Я помогу.

Он берет меня за руку и ведет в прихожую, к большому настенному зеркалу. Становится позади и мягко стягивает с волос резинку. Получив свободу, пышные темные локоны волнами рассыпаются по плечам и спине.

– Худи тоже сними, – негромко просит Ранель.

Спорить не порываюсь. Молча дергаю молнию вниз и, поводив плечами, сбрасываю кофту на пол.

– Хорошо, – одобряет он.

А затем подходит чуть ближе и запускает пальцы мне в волосы. Массирует кожу и ласково перебирает пряди. Так приятно, что аж замурлыкать хочется.

Пока я, блаженно прикрыв веки, наслаждаюсь нежными прикосновениями, Измайлов, на удивление ловко управляясь лентой, сооружает у меня на голове некое подобие колоска. Я не знаю, как прическа смотрится сзади, но та часть косы, которая лежит у меня на плече, выглядит очень даже симпатично.

– Вот это да, – с неверием ощупываю свои волосы. – Ты у нас, оказывается, на все руки мастер!

– Ну а ты как думала? – Ранель буравит меня немигающим взглядом через зеркало.

Смотрит как-то странно. Будто впервые увидел. Слишком напряженно, слишком многозначительно…

– Что? – слегка теряюсь под его мощным зрительным напором. – Что такое?

– Ничего, – выдыхает хрипло. – Ты идеальна, Шахерезада.

Он вжимается грудью мне в спину, а носом зарывается в волосах. Глубоко тянет воздух и на выдохе обдает будоражащим жаром мой затылок.

– Ты очень горячий. Аж обжигаешь, – шепчу я, покрываясь мурашками. – Температура растет, да?

– Похоже на то.

– Ложись в постель. Пожалуйста. Я сейчас найду лекарство и тоже приду.

Демон повинуется. Нехотя отстраняется и уходит в спальню. А я еще несколько секунд стою перед зеркалом, задумчиво разглядывая свое отражение.

Такое чувство, что на меня смотрит девочка из прошлого. Маленькая десятилетняя Диора. Нет, само собой, за последние годы моя внешность претерпела существенные изменения, но вот образ…. Образ один в один. Стопроцентное попадание.

Интересно, откуда Ранель узнал, что в детстве мне заплетали именно колосок? Почему не просто косичку? Почему не две?

Я не фаталистка и не верю в абсолютную предопределенность пути, но такие вот события неизбежно наталкивают на мысль о том, что жизнь – это нечто большее, чем просто хаотичный набор случайностей. А вдруг мы на самом деле ни на что не влияем? Вдруг все решено за нас? А свобода выбора – лишь иллюзия, необходимая для того, чтобы человек не сдавался и не опускал руки?

Возможно, мои слова сейчас звучат как бред влюбленной дуры, но с каждым днем мне все больше кажется, что наши с Ранелем души были знакомы задолго до того, как познакомились тела. Мы с ним словно сотканы из одной материи, вышиты одной нитью… Иначе я просто не могу объяснить свою бешеную иррациональную тягу к нему.

Это не просто физиология, не просто дебош взбунтовавшихся гормонов. Это магия. Квинтэссенция человеческих чувств. Их сущность и первооснова.

Если честно, до встречи с демоном, я понятия не имела, что способна так ярко чувствовать: так глубоко страдать и так сильно любить.

Тряхнув головой, сбрасываю навалившийся морок и возвращаюсь к аптечке. Нахожу там таблетку жаропонижающего, наполняю водой стакан и на цыпочках крадусь к Ранелю.

Вопреки моим ожиданиям, он не спит. В одних боксерах лежит на спине и с отрешенным видом смотрит в потолок. Только сейчас я замечаю, что синяки у него и на теле: парочка под ребрами, один на плече.

– Выпей, – протягиваю ему лекарство и воду. – Должно помочь.

Демон разом осушает стакан, а я тем временем снимаю штаны и тоже забираюсь на кровать. Укрывшись одеялом, обнимаю любимого и кладу голову ему на грудь.

– Тебе плохо, да? – интересуюсь сочувственно.

Я прямо чувствую, как его знобит.

– Сейчас уже лучше.

– Лекарство действует?

– Нет. Ты.

Снова улыбаюсь. На душе необъяснимо спокойно. Словно дозу умиротворения по венам пустили.

– Расскажи что-нибудь еще про свое детство, – неожиданно просит Ранель. – Какой ты была? Что любила? Чем увлекалась?

Раньше он никогда не спрашивал меня о таком. Наверное, мы постепенно подходим к новому этапу близости.

– Так… С чего бы начать, – задумываюсь я. – Я всегда была примерной девочкой. Хорошо училась, играла на пианино, любила рисовать и читать.

– И какие книги ты читала?

– Всякие. В основном сказки. Помнится, на восьмой день рождения родители подарили мне большую голубую книгу сказок. И там были такие занимательные истории… Ну, знаешь, не просто про Золушку или курочку Рябу, а прям оригинальные. Я их прежде никогда не слышала.

– Например?

– Про рыцарей и средневековье. Про ведьм и лепреконов. Даже про драконов встречались, – с улыбкой предаюсь воспоминаниям. – Я эти сказки раз десять перечитывала, а потом подругам пересказывала. Они всегда в восторге были. С открытыми ртами меня слушали.

– А сейчас помнишь что-нибудь?

– В смысле? Из тех историй? – я приподнимаюсь на локте и заглядываю Ранелю в лицо в поисках подвоха.

До сих пор не верится, что тема моих детских увлечений могла всерьез его заинтересовать.

– Ну да, – совершенно искренне отвечает он. – Если помнишь, расскажи.

С каждой секундой мой шок становится все глубже и сильнее. Похоже, демон никогда не перестанет меня удивлять.

– Эм… Ну хорошо, – смущенно улыбаюсь я. – Как насчет сказки про хитрого шута и жестокого короля?

– Отличный выбор, Шахерезада, – Ранель прикрывает веки, демонстрируя готовность слушать. – Я весь внимание.

Прокашливаюсь и, собравшись с мыслями, начинаю повествование:

– Жил-был на свете один король. Он правил большим богатым государством, и о его жестокости ходили легенды. Вельможи боялись его пуще огня, а простой люд не приближался ко дворцу ближе, чем на пушечный выстрел. Но однажды при дворе появился очень хитрый и предприимчивый шут, который задумал проучить нерадивого правителя…