17

Аня Ну, спасибо, Вероника… Как только в столовой появился Марат, захотелось встать и уйти, громко хлопнув дверью. И я именно так и поступила бы, если бы не Корталиан. Он не виноват, что моей семье есть непонятливые. Вроде же вот только ругались. Причем в пух и прах! Месяца не прошло, и новая попытка свести меня с участковым!!! Еще и очередной букет притащил. И ведет себя так, будто бы я лично не просила его больше этого не делать. А Корту весело, да. Он сразу же все понял каким-то непостижимым образом. И этот азартный огонек, что зажегся в его глазах, никому из присутствующих ничего хорошего не сулит… Но, может, хоть так до Марата дойдет, что ему здесь не рады. Ужин вышел еще более унылым, чем я себе представляла. Вяло ковыряла вилкой в тарелке и вполуха слушала болтовню. Папа с Маратом, конечно же, нашли общие темы. Вероника радостно поддержала. А остальные помалкивают. Корталиан при этом, кажется, искренне наслаждается едой. И не забывает нахваливать хозяйку. И добавлять, что я вся в маму – такая же хозяйственная. Домочадцы на это лишь незаметно посмеиваются. Ага, у меня слава еще и безрукой плюс ко всему. Вот и стараются за влюбленного полицейского спихнуть, пока хотя бы молодость еще при мне. А я может, и вовсе замуж не хочу! Надоели! Вон, Вероника и Марианна старше, но их никто так настойчиво не сватает. А я даже парня привезла домой, а все не угомонятся! Чем больше думала об этом, тем сильнее закипала. Поэтому когда мама объявила паузу на приготовление чайного стола, я первая сорвалась с места. Помогла собрать посуду и понесла на кухню. Еще и в посудомойку запихну, лишь бы сюда не возвращаться. Корт проводил недоуменным взглядом. Ну и пусть, пусть тоже посидит здесь – отдохну от всех сразу! На кухне я принялась сердито греметь посудой. Вошедшая следом мама остановила, взяв за руку. – Аня, ну что ты так распереживалась? Вера сделала глупость, но не надо так уж сильно сердиться на сестру. – А как надо?! – повернулась к маме. – Чуть-чуть?! Пусть и дальше делает гадости? – Да что с тобой, Анетта? – родительница явно начала выходить из себя. – Можем, мы хотя бы один вечер провести вместе без скандала? Это так сложно, дочка? Марат – друг семьи, почему ты так реагируешь? – Может быть, потому что я приехала не одна, а с парнем. А вам всем будто бы все равно. А Марат – друг, да. Зачем тогда нас пригласили? Ужинали бы с другом! От обиды меня откровенно несло. Но мама, как и всегда, отказывалась становиться на мою сторону. Эта ее любовь к миру и согласию требовала гасить любые конфликты, не разбираясь в сути. И как же мне это надоело за много лет… Смахнула злые слезы и принялась очищать посуду от остатков еды. Конечно же, самые лучший способ встретить моего парня – это позвать настойчивого ухажера, которого родные чуть ли не женихом считают. Хорошо, что мы с Кортом всего лишь разыгрываем парочку. В противном случае он наверняка уже ехал бы обратно в город. Оставив меня моей безумной семейке. Но по понятным причинам ему все равно, поэтому он сейчас и проводит отлично время. А я тут бешусь от бессилия, в очередной раз натолкнувшись на стену непонимания. Включив посудомойку, я сразу же отправилась в ванную. Нужно умыться и привести себя в порядок. И в чувства. Ничего страшного пока не случилось… Не будет же Марат клясться в любви при Корталиане? А если посмеет, тот явно найдет, как это прекратить. Вот только скандалов я не люблю, как и в принципе повышенного внимания к моей персоне. Из ванной выходила осторожно, не хочу, чтобы кто-нибудь заподозрил, что распереживалась из-за выходки сестры. Коридор был пуст, и я быстренько направилась в свою комнату. Давно не живу здесь постоянно, но спрятаться есть где. Как же хорошо, что мы с принцем это все выдумали, и не нужно беспокоиться о его комфорте. Сам разберется. Тем более с маминым ягодным пирогом на столе. Возможно, даже и не заметит моего отсутствия… До спальни дойти не успела – около лестницы перехватил Марат. – Аня, ты что ли прячешься от меня? Так не рада видеть? Не в бровь, а в глаз прямо… И что делать, когда подтвердить догадки собеседника не представляется возможным? – Нет, с чего ты взял? – Делаю невинное лицо. – Очень рада тебя видеть. Просто маме на кухне помогала. Сейчас кое-что возьму в комнате и спущусь в столовую. Зачем все ему объясняю? Потому что выспросит до самой последней мелочи, если только решит, что отмалчиваюсь. Наверное, это профессиональное, но вцепится клещами. Лучше самой говорить как можно больше. Но только строго по делу. Иначе будет хуже. О чем вообще думала Вера, когда звала его?! – Не надо в столовую, я хотел бы поговорить наедине. Ты же на два дня приехала? Дмитрий Михайлович сказал, что у тебя проблемы с учебой. Я могу чем-нибудь помочь? Может быть, нужно отвадить этого загостившегося… Последнее прозвучало вовсе не как вопрос. Понятно, папа нажаловался и предоставил моему «жениху» самому решить эту проблему. Хорошая попытка, но я все равно догадалась. Или это Вера сболтнула? Ох, ну что за интриги в обычной российской семье?! Аж бесит! – Не надо никого отваживать. Корт – мой парень, и приходит ко мне по приглашению. Хорошо, что так быстро все обсудили, – мило улыбнулась и со скоростью ракеты взлетела по лестнице. Но Марат, разумеется, не отстал. Поднялся следом, пошел рядом. – Аня, ты это серьезно? Вы знакомы всего-ничего. Как можно так халатно относиться к своей безопасности? – завел он любимую полицейскую песню. – А что с моей безопасностью? У тебя какие-то обоснованные опасения есть? Спросила только для поддержания видимости диалога. По мнению Марата мне угрожает абсолютно все. Например, жизнь вдали от родителей – он предлагал каждый день возить меня туда и обратно. Еще питание в столовых, дружба с сокурсниками, посещение кино по вечерам. И, конечно же, дружба с парнями. Вот это самое ужасное… Если послушать Марата, я сплошь окружена маньяками. Поэтому неудивительно, что и Корталиан моментально был записан в их число. Марат промолчал, я только улыбнулась на это. Как и всегда. Никаких фактов, одни фантазии. С лестницы мы повернули в коридор, где были расположены двери во все спальни дома. В конце анфилады огромное окно, выходящее в сад. Здесь всегда достаточно света, хоть днем, хоть ясной ночью. Из-за этого никаких сомнений в том, что я увидела в следующее мгновение, быть не могло. У окна Вера и Корт. Он властно держит ее за талию и целует в губы. Она прильнула к нему и, кажется, наслаждается происходящим. – Какого вы здесь вытворяете?! – эмоционально среагировал Марат. Я же молча развернулась и пошла обратно вниз. В прихожей взяла свою сумку с комода и туфли. Так и вышла за ворота – босиком и в полном шоке. Нет, я все понимаю – на самом деле, мы с Кортом не пара, но… Разве можно вот так? Втереться в доверие, пробраться в дом, целовать, а потом уединиться с сестрой? С Верой все понятно, она и Марата позвала, по большей части, по тому, что сама имеет на него виды. Но Корталиан? Зачем он ей? Машина понравилась? Или принц использовал меня всего лишь для того, чтобы подобраться к Веронике? Странно… Мог бы просто ее телефон попросить. На углу соседнего дома я резко пришла в себя. Глаза сразу защипало, а на грудь будто раскаленный утюг поставили. Сообразила, что стою босиком. Обулась. Полезла в сумку за телефоном, чтобы такси вызвать, и вспомнила, что оставила его на столе. Уж если не везет, то оптом… Но с другой стороны, и меня никто доставать звонками не будет. Добрела до почты, остановилась в задумчивости. Может быть, позвонить от них? Но тут неподалеку увидела авто приятеля. Макс тоже часто ездит сюда из города. – Аня? – хозяин машины подошел сзади и озадаченно посмотрел на меня. – Ты в порядке? – Да? А что? – попыталась улыбнуться. – Ты плачешь. Тушь растеклась. – Правда? – провела пальцами по щеке и посмотрела на черные разводы, оставшиеся на подушечках. – Я в город еду. Подбросить? – Да, – радостно кивнула. – Мне домой нужно срочно. – Опять с сестрами поссорилась? – каким-то образом примерно понял причину приятель. – Конечно. Что ж еще? – пошла за ним к машине. С детства мы отнимали друг у друга игрушки и книжки. Вероломно ломали куличики в песочницах, делили качели и наряды. А со средней школы начались сложности с противоположным полом. Я младшая, поэтому была в проигрыше всегда. Вот и сейчас осталась без парня. Неприятно, пусть он и всего лишь выдуманный. До города болтали с Максом о том, о сем. В душу он лезть не стал, за что я была очень благодарна. Просто дал мне пачку салфеток и закидал разными вопросами. Я немного успокоилась, привела лицо в порядок. И задумалась. А чего, собственно, так распереживалась? Не первый раз сестры проделывают такое. Просто сейчас я сама слишком увлеклась Кортом. Хотя и не было никаких причин позволять себе это. По факту он свободен и может целоваться с кем хочет. Место и время, конечно, выбрал не слишком удачное. Но все же вариант, что изначально в гости он напросился из-за Веры, имеет право на жизнь. – А как Марат? Все также по тебе страдает? – Наверное, – пожала плечами. – Сегодня к родителям пришел. – Так вот чего ты сбежала оттуда. А плакала почему? Не верю, что Марат мог обидеть. – Не он, – ответила кратко и уставилась в окно. Макс все понял и тоже замолчал. А я вдруг почувствовала, что хочу рассказать. А некому? Мама с папой выслушают, конечно. Но найдут сто оправданий для Веры. А от Корта велят держаться подальше. С подружками таким тем более не поделишься. Только позлорадствуют, советов бесполезных надают. И разряда – юбку покороче купи и помаду поярче. – Я сегодня привезла парня с семьей знакомиться, – прошептала. – И все пошло наперекосяк. – Родителям не понравился? – догадался приятель. – Да. Но он заранее им не нравился. – С Маратом сцепились? – продолжил гадать Макс. – Не успели, – тяжело вздохнула. В общем, если без подробностей, другая сестра оказалась краше. – Мда, – нахмурился Макс. – Нехорошо. Неправильно. – Это точно, – согласилась с ним. – Но ничего не поделаешь. Как есть. – Аня! А как же бороться за свое счастье?! – возмутился приятель. – Если ты младшая, это не значит, что всегда должна отступать. Вы выросли, каждый сам за себя. – Да понимаю я все. Но стоит ли бороться за такого мужчину? – Это другой вопрос. Так ли виноват? Сестренки-то у тебя те еще оторвы. – Ой, только папе нашему не говори это, – не сдержалась, хихикнула.